Читаем Тайна XV онлайн бесплатно

Проснувшись, Ксаверия Сизэра оставалась некоторое время в оцепенении. Но вдруг страшный, безумный ужас охватил ее. Она хотела кричать, но из горла вырывались только отрывистые, хриплые звуки. Она смутно сознавала, что сейчас потеряет сознание, или сойдет с ума. Отчаянным усилием воли молодая девушка победила свое трепещущее сердце, разбитые нервы, поборола ужас, охвативший ее сознание, и в одну секунду снова вернула свое всегдашнее хладнокровие и то мужество, которым наделила ее природа.

Первым следствием этой победы разума над телом было то, что Ксаверия смогла говорить:

— Где я? — закричала она.

Звук ее голоса укрепил еще больше желание жить и узнать все. Туман, заволакивавший ее глаза, рассеялся и Ксаверия могла осмотреться вокруг. Прежде всего, молодая девушка увидела, что туловище ее, руки и ноги привязаны к спинке, ручкам и ножкам какого-то странного кресла из блестящего металла, на котором она сидела. Перед ней, сквозь выпуклое стекло, виднелось бесконечное ночное небо… Блистали бесчисленные звезды; а впереди, как раз напротив, огромная красная звезда, все увеличиваясь, приближалась с головокружительной быстротой…

Был ли это кошмар?.. Но нет!..

И снова Ксаверия почувствовала себя охваченной мучительным, смертельным страхом.

— Ах! Нет! Нет! Я не хочу! — крикнула она.

Это была новая борьба духа со слабостью материи, из которой создано человеческое существо, начиная с частей тела, которые движутся, и до мозга, который мыслит. И из этой борьбы Ксаверия вышла разбитой, но снова победительницей.

Она опять взглянула на красную звезду. Звезда еще увеличилась и стала ближе. Вокруг нее простиралось бесконечное звездное небо…

Ксаверия повернула слегка голову налево и увидела человека, — настоящего человека, одетого в белое, с каской, какую носят в колониях, на голове, обутого в мягкие сапоги из бурой кожи. Этот человек сидел неподвижно в металлическом кресле, придвинутом к креслу Ксаверии и, казалось, спал…

Молодая девушка с изумлением его рассматривала. Потом инстинктивно она повернула голову вправо и увидела другого человека, одетого совершенно так же, как и первый, с той только разницей, что рукав его куртки украшал обшлаг, цвета которого нельзя было определить при кровавом отблеске звезды. Этот человек не спал. Его широко открытые глаза с неослабным вниманием наблюдали за компасом, прикрепленным к тонкому металлическому стержню, привешенному к стеклянному своду; а его нервные, длинные руки сжимали колесо, похожее на автомобильный руль…

Ни шума, ни сотрясения… А, между тем, это колесо вызывало представление о каком-то направлении, а следовательно, и о движении. Несмотря на это, у Ксаверии было впечатление полной неподвижности. Придвигалась ли красная звезда к ним, или они к ней?

Мысли бешеным вихрем носились в уме молодой девушки. В ее измученном мозгу царил беспорядочный хаос.

— Боже мой! — прошептала она. — Успокоения, покоя! Я хочу знать, что это?

И она продолжала смотреть на человека направо, который, казалось, не слышал ее, не подозревал ее присутствия.

— Это очевидно безумие! — произнесла она еще раз. — Если это сон — надо проснуться.

Машинально она хотела сделать движение, тронуть человека… Но рука ее была привязана ремнем с блестящими пряжками.

— Нет! Я не сплю!

Затем обратившись решительно к человеку направо, она сказала:

— Милостивый государь, скажите мне: где я? И кто вы такой?

Быть может, она ожидала, что этот человек, как это бывает во сне, исчезнет, как только к нему обратятся, и была сильно поражена, заметив, что он повернул к ней свое спокойное лицо и сказал твердым и вежливым тоном:

— Вы на радиоплане VI, который движется по направлению к планете Марс. Я — Коинос, предводитель XV-ти…

В продолжение двух минут Ксаверия представляла живую статую изумления. Радиоплан, планета Марс, предводитель XV-ти… Что все это значит?..

Но, ведь, она же не спит, не умерла!.. Она живет!.. Сколько часов протекло с тех пор, как она уснула у себя в комнате, после того как ее поцеловал в лоб, как и каждый вечер, ее отец, морской министр, адмирал Сизэра?..

Как ясно она теперь вспомнила все это!.. У них был большой обед, после которого был прием… Она танцевала, потом гуляла в саду, в этот чудный сентябрьский вечер, со своим женихом Сэнт-Клером, сыном умершего 10 лет тому назад капитана Сэнт-Клера-ле-Никталоп, как его называли в среде моряков, за его необыкновенную способность видеть ночью лучше, чем среди белого дня.

Все это было реально, до того реально, что при мысли о своем столь любимом женихе, этом Лео Сэнт-Клер, Ксаверия почувствовала, что ее сердце бьется быстрее.

Она заснула в своей кокетливой комнате, выходившей в сад (потому что морское министерство находилось уже не на улице Рояль; его недавно перевели в древнюю семинарию святого Сульпиция), она заснула счастливая от сознания, что она молода, прекрасна и любима… И вот она просыпается в неизвестном месте, несомненно, пленницей двух людей, из которых один сказал:

— Вы на радиоплане VI, который направляется к планете Марс… Я Коинос, предводитель XV-ти.

Ведь от этого можно сойти с ума, можно умереть от отчаяния и ужаса…

Как выразить те мысли и те беспорядочные впечатления, которые толпились в голове Ксаверии?

Однако старшая дочь адмирала Сизэра хотя и была очаровательно женственна, наследовала от отца стойкость духа. Энергичным усилием воли она прогнала беспорядочные мысли, нежные воспоминания и сожаления и, сразу окунувшись в настоящее положение, она сказала уверенным тоном:

— Сударь, скажите мне сейчас же, должна ли я страдать и приходить в отчаяние, лишена ли я той жизни, которая была моею и в которой я находила счастье. Отвечайте мне, я хочу знать, я буду задавать вам вопросы постепенно. Очевидно, я нахожусь у вас в плену; способом, который я узнаю позднее, меня похитили из моей постели одетою, похитили так, что я этого и не заметила… Мой сон был так глубок?

Коинос просто ответил:

— Оранжад, который вы пили в конце вечера, содержал сильное наркотическое.

— Хорошо! Зачем меня похитили?

Последовал сухой ответ:

— Вы это потом узнаете.

— Куда вы меня везете?

— Я вам уже сказал: мы двигаемся по направлению к Марсу.

— Но это безумие! — воскликнула Ксаверия. — Со мною играют комедию! Я читала Фламмариона, как и все, и я уж не знаю, сколько миллионов миль отделяет землю от…

Коинос улыбнулся. Он прервал молодую девушку:

— Ровно четырнадцать миллионов миль, сударыня… Радиоплан, на котором мы находимся, движется вперед, благодаря безостановочному распространению волн Герца, со скоростью трехсот тысяч километров в час. Продолжительность путешествия между землей и Марсом составляет таким образом с точностью до нескольких минут, семь дней, семь часов, семь минут. Мы в данный момент находимся на сорок восьмом часу нашего путешествия… Между тем вот уже четыре дня, как вас похитили из вашей комнаты.

— Четыре дня! Я спала четыре дня?!

— Да, сударыня. Потому что мне нужно было два дня, чтобы перенести вас из Парижа в центральную Африку, где находится радиодвигательная станция, сообщающаяся с островом Аржир.

— Остров Аржир! Где он?

— На планете Марс.

Наступило молчание. Снова Ксаверия почувствовала в мозгу водоворот беспорядочных мыслей. Она решила шаг за шагом проследить эти головокружительный события.

— Сударь, — сказала она, — это вы…

Но с внезапным ужасом руки ее сжали ручки кресла, все тело ее оцепенело.

— Помогите! — закричала она инстинктивно.

Что же она увидела?

Там, направо, горящая масса катилась с невообразимой быстротой на встречу радиоплану… Ксаверия почувствовала себя объятой, смятой, захваченной огненной бурей.

— Успокойтесь, сударыня, — сказал невозмутимо Коинос. — Это болид.

Он проследил за раскаленной массой, вычислил ее траекторию, повернул руль и исправил направление радиоплана… Огненный болид прошел очень далеко, окруженный ярким блеском… И снова настала тишина в междупланетном пространстве.

Ксаверия несколько минут чувствовала себя подавленной. Потом силы и хладнокровие, мало помалу вернулись к ней.

Она поймала нить своих мыслей, овладела своими чувствами и сказала, возвращаясь к прерванному вопросу:

— Это вы меня похитили?

— Да, сударыня.

Это было сказано просто, без иронии, без резкости, без хвастовства — это было корректное «да», как будто дело шло о самом банальном вопросе. Но молодая девушка вздрогнула и взглянула на своего похитителя.

Высокого роста, широкоплечий, он производил впечатление человека, обладающего большой физической силой; а его бритое лицо, с квадратным подбородком, с выдающимися скулами, с орлиным носом и большими черными, властными глазами, свидетельствовало о могучей энергии.

Коинос был красив. Но Ксаверия чувствовала к нему ужас и глубокую, все возрастающую ненависть, в которой не было, тем не менее, никакого отвращения. Между похитителем и пленницей началась борьба, и Ксаверия выразила это в словах, полных бессильной ярости:

— Каков бы ни был повод, по которому вы меня похитили, я вас презираю и ненавижу.

Коинос не отвечал ни слова.

Молодая девушка подумала о своем отце, о своей младшей сестре Ивонне, о своем женихе Лео Сэнт-Клер, о всем том счастливом существовании, отныне потерянном… Будущее представлялось ее сердцу и уму как нечто ужасное… Эта планета Марс… Но нет! Это безумие!.. Она хотела бороться с действительностью, выйти из этого ужасающего кошмара. Но она была привязана к креслу из белого металла, в хрустальном колпаке, движущемся с головокружительной быстротой в междупланетном пространстве, и красное светило там, впереди, все увеличивалось и увеличивалось… Это была действительность, от которой ей некуда было уйти!

Невыразимая тоска сжала ей сердце, схватила за горло; нервная дрожь потрясла ее всю, и она опять потеряла сознание, опрокинув свою восхитительную головку на спинку кресла…

— Альфа, — сказал спокойно Коинос: — дай ей эликсиру… пусть она спит до момента спуска… Ты будешь ее питать прописанными вспрыскиваниями каждые четыре часа.

Человек налево нагнулся, открыл ящик, взял небольшой флакон; потом, раздвинув тихонько лопаточкой зубы Ксаверии, он влил на язык бывшей в обмороке девушки несколько капель эликсира. Затем он вытащил из ящика тампон из ваты, пропитанной спиртом, которым сильно потер руки молодой девушки.

Под кожу, сделавшуюся таким образом нечувствительной, он вспрыснул посредством шприца Праваца несколько центиграммов новой жидкости. Несколько минут спустя, краска жизни и молодости вернулась на лицо Ксаверии, и ее прелестные, полуоткрытая губки пропустили легкое, правильное дыхание.

И так протекали часы и дни. Три раза на радиоплане VI помощник Альфа заменял у руля Коиноса. Вместо питания они делали себе каждые четыре часа подкожные вспрыскивания. И в то время, как один спал, другой бодрствовал.

Движимый вперед волнами Герца, беспрерывно посылаемыми радиодвигательной станцией, расположенной в центре Африки, радиоплан VI приближался к планете Марс. За ним один за другим скользили в эфире четырнадцать других радиопланов. И каждый, кроме двух человек экипажа, нес еще спящую молодую девушку. Такие события переходят границы всякого воображения и можно подумать, что они плод пылкой фантазии романиста. А между тем нет ничего реальнее, как эти из ряда вон выходящие факты. Они произошли в течение двадцать пятого года, следовавшего за тем, в котором славный памяти «Иктанэр» взволновал весь цивилизованный мир.

Беспроволочные телеграф и телефон, управляли на расстоянии автоматическими торпедами Габэ, опыты с которыми увенчались полным успехом на Сене в Мезон Ляфит, близ Парижа, 31 августа 1909 года, все это было только началом радиотехнических изобретений, самым логическим выводом из которых являлся радиоплан таинственного общества XV-ти. С другой стороны, никто в цивилизованном Мире не сомневался в открытиях астрономов, касающихся планеты Марс и условий ее населяемости, которые были изложены и объяснены французским ученым Камиллом Фраммарионом. Вся земля была еще взволнована марсовским нашествием, ареной и жертвой которого стала Англия, и которое подробно передал английский ученый Х. Г. Уэллс в своем произведении The War of the World (Борьба миров), вследствие чего американский астроном W. H. Pickering (В. Г. Пикеринг) пытался, но безуспешно, сообщаться помощью системы оптического телеграфа, с жителями Марса.

И вот 25 лет спустя, в году, названном в истории человечества годом Иктанэра, таинственное никому неизвестное общество XV-ти использовало вышепоименованные исторические события и научные открытия.

Как бы ни казалось невероятным положение, в котором находилась Ксаверия, но через четыре дня после своего загадочного похищения, она, так же как и прочие четырнадцать молодых девушек, была перенесена новоизобретенным таинственным радиопланом через междупланетное пространство в страну этих чудесных, но вполне жизненных Марсиан, которых так точно описал ученый историк и физиолог Х. Г. Уэлльс (H. D. Wells). Описание это, между прочим, вполне соответствует образчику марсовской расы, хранящемуся в Естественно-историческом музее в Лондоне.

Как сказал Ксаверии Коинос, перелет с земли на планету Марс должен был продолжаться семь дней, семь часов и семь минут.

На шестом часу седьмого дня Коинос прекратил употребление эликсира, и Ксаверия проснулась. Потребовалось несколько минут, прежде чем к ней вернулось сознание окружающей среды. На этот раз, благодаря этим воспоминаниям и тождественности впечатлений и ощущений, она не сомневалась более в действительности. Несмотря на стойкость души, она жестоко страдала от разлуки, как она думала вечной, с сестрой Ивонной, с женихом Лео и со всем тем, что она любила и что составляло на земле ее счастье и радости. Около нее Коинос и Альфа оставались безучастными, первый у руля, а второй со скрещенными на груди руками, неподвижный, как хорошо выученный выездной лакей.

Наконец, источник слез иссяк, и бедное дитя мало помалу вернуло свою жизненную энергию. Что касается физических сил, то к ее удивлению они остались нетронутыми и даже увеличились: она не знала о подкожных вспрыскиваниях XV-ти, этой удивительной поддержке и могучем возбудителе животного здоровья.

Ум ее был полон скорбных мыслей и отчаянных сожалений, но спокойно овладев собой и своими чувствами, она прежде всего посмотрела вперед.

Случалось ли вам быть на воздушном шаре в час, когда солнце поднимается над землей?