Читаем Тайна доктора Верекера онлайн бесплатно

Проходя с собакой через сад, Десима остановилась и оглянулась на невысокий дом с белыми стенами, крышей с коньком и выступающим крыльцом. Все двадцать три года жизни это был ее дом. В этот солнечный день, на фоне поднимающихся к голубому небу гор, Ферма Робин, с зарослями жимолости, окутавшими крыльцо, и кустами красных роз, контрастирующих с каменными стенами, выглядела прекрасно.

Род Десимы происходил из этой части Уэстморленда [1], и ощущение принадлежности к этой земле всегда согревало ей сердце. Такое место заслуживает принесенной ею жертвы; оно заслуживает и гораздо большего.

Десима остановилась на пороге большой кухни с каменным полом и с наслаждением вдохнула воздух.

— Как замечательно пахнет твой хлеб, Бесси, — сказала она.

Полная седовласая женщина, наклонившаяся к печи, быстро повернулась.

— Десс! Что ты делаешь? Появляешься, как призрак. Хорошо, что я успела поставить торт в духовку. Если бы я его уронила, Джимми был бы недоволен. Я слышу его, он в холле. Держи его подальше от кухни и скажи, что чай еще не готов.

— Он, наверно, умирает с голоду! — рассмеялась Десима и пошла в холл к брату.

— Привет, Десс, — встретил он ее. — Я…

— Ты умираешь с голоду. Но чай еще не готов, тебе придется подождать. Бесси так сказала.

— Бесси, я ухожу из дому! — крикнул Джимми.

— Не уйдешь, — отозвалась Бесси. — В духовке смородинный торт.

Джимми с улыбкой позволил отвести себя в гостиную.

— Все в порядке? — спросила Десима, садясь рядом с братом на широкий диван.

Он кивнул.

— Да. Мистер Ньювелл доволен. Еще две выплаты, и мы свободны от долга. И даже больше, милая: мы зарабатываем.

Бренды были близнецами: у обоих те же серо-голубые глаза и та же ямочка, когда они смеются. Только волосы Десимы цвета янтарного меда, а ее брат смуглый, похож на жителя долин [2], что особенно подчеркивал его загар.

Их мать умерла, когда они еще только учились ходить, а три года назад скоропостижно умер и отец. После его смерти они обнаружили, что ферма заложена, и с тех пор напряженно работали, чтобы освободиться от долга. Десима отказалась от мечты стать медсестрой и вернулась из лондонской больницы, где проходила подготовку, домой, чтобы помочь брату в его стараниях.

Десима наливала брату чай, когда на окно упала тень и девичий голос воскликнул:

— Привет! Я думала, вы уже кончили пить чай.

— Нет, ты как раз вовремя, Коринда! — Джимми вскочил, едва не опрокинув чашку, которую сестра только что поставила перед ним.

— Не вставайте, — отозвалась гостья. — Я иду…

Спустя пару минут она появилась на пороге — стройная фигура в обманчиво простом сиреневом платье и широкополой белой шляпе поверх рыже-золотых волос.

— Я ведь просила тебя не вставать, Джимми, — сказала она. — Спасибо, чай я уже пила, а к обеду у нас гости, так что не нужно искушать меня замечательными блюдами Бесси. Я посижу здесь.

Глядя восхищенно на подругу, которая направилась к креслу у окна, Десима подумала: «Как она очаровательна! И какая милая! Интересно, Джимми не… о Боже!»

Они с Кориндой Трент учились в одной школе. Коринда была единственной дочерью и богатой наследницей сэра Генри Трента, владельца «Сильвермер Маунт» — обширного имения с большим каменным домом, выходящим на озеро. Сэр Генри принадлежал к старинному уэстморлендскому роду, но, будучи младшим сыном, отправился в мир, занялся бизнесом и сколотил значительное состояние; стал рыцарем, а позже и баронетом и наконец поселился в качестве сквайра [3]. Это был добродушный жизнерадостный человек, женился он поздно, очень любил и всячески баловал свою единственную дочь.

— Как думаешь, Десси, кого я встретила утром на Блейтвейтской дороге, когда каталась верхом? — спросила Коринда. И, не дожидаясь ответа, театрально объявила: — Мистера Верекера, нового владельца «Озерных акров»!

— Так он появляется на свет божий! Я думал, что он слишком изнежен, чтобы дышать свежим воздухом, — нахмурившись, заметил Джимми.

— Тише, приятель! — приказала Коринда. — Я еще не закончила.

Она уселась поудобнее и с легкой озорной улыбкой продолжала:

— Он с отсутствующим видом ждал, пока я пройду, но избавиться от меня не так-то легко. Я остановилась и самым любезным образом спросила: «Вы ведь мистер Верекер, не правда ли?» С абсолютно каменным лицом он ответил: «Да». Тогда я сказала ему, кто я такая и что мама и папа заезжали к нему, но их не пропустили дальше домика привратника у въезда, и правда ли, что привратник получил приказ никого не пропускать? Можешь мне не верить, Десс, но он посмотрел мне прямо в глаза и подтвердил, что таков был его приказ, что он слишком занят, чтобы отвечать на визиты и предпочитает, чтобы его не навещали! Произнеся эту галантную речь, он приподнял шляпу и ушел.

— Какие дурные манеры! — возмущенно воскликнул Джимми. — Пора кому-нибудь научить его, как себя вести! Хотел бы я там оказаться. Почему ты его не переехала, Коринда?

— Я нашла его весьма занятным, — весело отозвалась она.

— Если он не хочет ни с кем знакомиться, почему бы просто не поселиться в таком месте, где не нужно общаться с соседями? — сказала Десима. — Признайтесь, странно выбирать для жизни деревню, особенно такую славную северную деревню, а потом ни с кем не разговаривать.

— Ну, он приехал три месяца назад и до сих пор умудрился оставаться в одиночестве. Конечно, все о нем судачат и рассказывают самые невероятные истории. — Коринда пожала плечами. — Эллен Поттер совершенно серьезно рассказывала мне, что он живет на преступные доходы и что полиции следует им заняться. Однако в целом мы здесь, в Ротмере, привыкли к самым странным личностям и склонным жить и давать жить другим.

— Если мистер Верекер ни с кем не хочет дружить, это его дело. Джимми отправился к нему, когда он только переехал, чтобы спросить, не можем ли мы чем-нибудь помочь. Верно, дорогой? — сказала Десима.

— Значит, ты его видел, Джимми? — спросила мисс Трент. — Что ты о нем думаешь?

— Нет, я его не видел, — ответил Джимми. — Встретил только огромных размеров овчарку и китайского слугу, который сторожит его дом не хуже сторожевой собаки. Китаец был очень вежлив, но я понял, что меня не ждали.

— Хотела бы я знать, почему он замкнулся, как какой-нибудь эксцентричный отшельник в старину, — сказала Коринда. — Мы знаем только, что он приехал откуда-то с Востока, что у него китаец-слуга и престарелая экономка шотландка, которая стремится к общению не больше хозяина. А также что после приезда его никто не навещал. Помимо слухов о его преступном прошлом, есть и другие: будто бы он писатель или ученый, работающий над каким-то важным секретным проектом; романтически настроенные утверждают, что это связано с несчастной любовью! Вся деревня судачит об этом. Лично я, с тех пор как его увидела, из всех этих пересудов предпочитаю разбитое сердце. Нужно помочь ему излечиться.

— Что ж, все это очень странно, — сказала Десима. — Тем более странно, что он, по твоим словам, молод и привлекателен.

— Если он не хочет с нами знаться, мы проживем и без него, — заметил Джимми, вставая вслед за Кориндой. — Ты уже уходишь?

— Должна. Но сначала хочу вас предупредить, что в следующем месяце вам придется встречаться со многими людьми у нас в «Маунт». К нам приедет папин племянник Саймон Харли, он несколько лет прожил за границей, и папа настроен на прием гостей — он вообще обожает приемы! Будет целая толпа, чтобы составить Саймону компанию, так что скучать не придется. А еще я отправляюсь в город, чтобы подготовиться к дню рождения, так что придется тебе освобождать выходной костюм от шариков против моли, Джимми.

— Не может быть! — Джимми с ужасом посмотрел на нее. — Я фермер, а не плейбой. В выходном костюме никогда не чувствую себя удобно.

— Не говори глупости, — возразила она. — Ты очень неплохо выглядишь в костюме.

Десима заметила, что уши у брата покраснели. Она очень надеялась, что ее подозрения не оправдаются. Если Джимми всерьез увлечется Кориндой, их ждут большие осложнения.

Девушки его особенно не интересовали — и это самое плохое. Подобно отцу, который после смерти матери ни разу не посмотрел на другую женщину, Джимми может оказаться однолюбом. И Коринде придется многому научиться.

— Если ты на машине, может, подбросишь меня до «Рыжего льва»? — спросил Джимми.

— Машина есть, — ответила она. — Если хочешь, можешь вести. Пошли. Пока, Десси, дорогая. Конечно, еще до приезда Саймона мы будем часто видеться.

Десима проводила их до машины и посмотрела вслед, потом со вздохом вернулась в сад.

Она надеялась, что ошибается насчет своего брата и Коринды. Они с братом всегда прекрасно понимали друг друга, но этот вопрос он вряд ли будет обсуждать с ней, а она ни за что в мире не спросит.

На следующий день, закончив еженедельное подведение итогов, Десима решила прогуляться до холмов с Салли, молодой самкой колли, недавно появившейся на ферме. Салли была еще не обучена дисциплине, поэтому пришлось остальных собак — к их неудовольствию — оставить дома.

Выйдя за границы деревни на дорогу, ведущую в горы, Десима спустила собаку с поводка, позволив ей несколько минут побегать, прежде чем снова подозвать к себе.

Дорога проходила мимо стены, скрывающей вид на «Озерные акры»; ворота, которые в последнее время всегда плотно закрыты, всего в пятидесяти ярдах впереди. Посмотрев на высокую стену, девушка с неожиданной неприязнью подумала: почему бы хозяину не усадить ее остриями. Может, так ему было бы спокойней! Однако проходя мимо ворот, она, к удивлению, увидела, что они широко распахнуты. Быстрый взгляд, брошенный внутрь, показал, что поблизости никого нет, так что в отличие от Коринды она избавлена от встречи, которой — также в отличие от Коринды — нисколько не обрадовалась бы.

Она прошла мимо ворот, но, вспомнив о Салли, остановилась и оглянулась. Дорога была совершенно пуста. Десима позвала, посвистела, но щенок словно провалился сквозь землю. Может, Салли повернула домой?

Против воли раздраженная Десима вернулась к воротам в «Озерные акры» и увидела собаку, бегущую по подъездной дороге к дому.

— Салли! — крикнула девушка. — Салли! Салли! Ко мне! — Но Салли, хотя и остановилась и оглянулась, не желала слушаться. Напротив, снова повернулась и убежала к деревьям.

Ничего не оставалось, как последовать за ней. Надеясь, что никто не смотрит в окна, Десима побежала по траве, перестав звать собаку, и когда под ней неожиданно возникли вырезанные на газоне три невысокие ступеньки, она не попала на самую верхнюю. А дальше последовало неизбежное: она подвернула ногу и упала, закричав от боли…

— Что такое?.. Спускайтесь! Вниз!

Салли остановилась от непривычно властного окрика, а Десима обнаружила, что на нее — сверху вниз — смотрит с удивлением и раздражением мужчина с поразительными голубыми глазами.

Ошеломленная происшедшим и испытывая сильную боль, девушка подумала: «Боже! Мистер Верекер!..» И тут, к ее ужасу, все окружающее затянулось дымкой, и единственной ясной вещью, которую она запомнила, была острая боль.

— Отлично. Проглотите.

Подавившись горячим напитком, Десима смотрела в загорелое лицо, которое смутно помнила: именно его она видела перед тем, как потеряла сознание.

Она попыталась сесть, но, прикусив губу от боли, снова откинулась.

— Ну, ладно. — Голос звучал резковато, но был удивительно притягательным. — Не шевелитесь. Боюсь, вы растянули лодыжку. Мне нужно ее осмотреть.

— Мне очень жаль.

— У вас для этого есть все основания.

Не очень великодушно, решила она. Впрочем, возможно, у него есть оправдание. Вряд ли человек, так сторонящийся общества, должен тепло приветствовать незнакомую женщину, лежащую на пороге его дома.

— Придется снять вашу обувь, — сказал он, вставая. — Попробуйте спустить чулок, а я принесу горячей воды. К несчастью, моей экономки сейчас нет.

Глядя ему вслед, все еще сквозь какую-то дымку, Десима с удивлением отметила, какой он высокий.

Наклонившись вперед с подушки, которую он подложил ей под спину, она спустила чулок и в отчаянии посмотрела на свою распухшую ногу в коричневой туфле. Увы, ошибиться было невозможно, случившееся с ней было слишком очевидным!

Почти тотчас хозяин вернулся, неся в руках поднос с тазиком, бутылками и бинтами.

— К счастью, у нас есть все необходимое для первой помощи, — без улыбки сказал он. Затем, без дальнейшей суеты, наклонился, снял туфлю, а вслед за ним и чулок. Возможно, из-за его исключительно делового вида Десима никакого смущения не испытывала и заметила, что действует он очень профессионально, хотя задумалась об этом только впоследствии. Сильные загорелые руки с длинными пальцами оказались удивительно искусными и мягкими, но их владелец ни разу не посмотрел на нее и даже подобие улыбки не расслабило его хорошо очерченный рот.

— Спасибо, мистер Верекер. Меня зовут Десима Бренд, я с Фермы Робина. Простите, что причинила вам такое беспокойство.

— Тут уж ничего не поделаешь. — Он встал, сохраняя прежнее выражение лица. — Похоже, мне нет необходимости представляться. Значит ли это, что вы собирались навестить меня, когда упали?

Какой он неприятный! Полностью утратив чувство юмора, она чуть резко ответила:

— В таком случае я бы направилась к переднему входу. — Потом, вспомнив причину происшествия, в отчаянии принялась объяснять: — Это все из-за моей собаки! Я пыталась ее догнать. Надеюсь, она не убежала: она еще не обучена, и я не хочу, чтобы она отправилась охотиться. Она еще щенок и не знает, что куры здесь не для того, чтобы с ними играть.

Он приподнял брови.

— Это может быть серьезной помехой на ферме.

— О, наших кур она уже научилась не трогать, но, к несчастью, не всегда испытывает такое же уважение к соседским, — сказала Десима. — Но она научится.

Мистер Верекер улыбнулся, и, хотя улыбка тут же исчезла, Десима заметила, как она меняет его лицо: он сразу стал на много лет моложе; смягчились горькие морщины у рта; Десима не могла не подумать, что такой рот не создан для горечи и несчастий.

Помимо профессиональной подготовки, девушка обладала и природной интуицией; встретив хозяина «Озерных акров» — о да, Коринда права, ему не больше тридцати, и он очень привлекателен, — она инстинктивно почувствовала, что не грубость и неприветливость заставляют Гранта Верекера замыкаться от мира. В прошлом он пережил какую-то сильную боль; и в результате теперь у него лицо человека, совершенно лишенного иллюзий. Она видела, как меняет его лицо улыбка, но заметила также, что при этом выражение горя не исчезает из глаз.

Он неожиданно поднял голову, их взгляды встретились, и девушка почувствовала, что лицо ее вспыхнуло — ее поймали за разглядыванием. Но она сумела взять себя в руки и спокойно встретила его холодный взгляд.

— Я велел слуге вывести машину, — сказал он. — Мы благополучно доставим вас домой.

— Но мистер Верекер, я не могу причинять вам такое беспокойство. Вы не должны отвозить меня! — воскликнула она. — Мой брат Джимми приедет и заберет меня.

— Вы не причиняете мне беспокойства, и не нужно тревожить вашего брата. Ли — это мой слуга, он садовник, шофер и вообще на все руки мастер — отвезет вас, — холодно и без выражения объяснил он.