Читаем Световая азбука онлайн бесплатно

Она так и родилась в ней. Некоторые рождаются в рубашке, а она вот — в юбке. А что, неплохо. Не надо ломать голову над тем, что надеть. Раз в год, в день рождения Акулины, юбка у неё меняется, как кожа у змеи. И всегда в ней Акулина выглядит хорошо. В деревне девушка всегда считалась самой модной. И даже из города приезжали дамочки, чтобы посмотреть, какой фасон и цвет будет самым привлекательным в этом сезоне. А однажды и вовсе приехал известный модельер. И влюбился в Акулину.

Не из-за юбки, а просто так.

Он даже позвал её замуж, но девушка не пошла. Не из вредности, а потому что любила лесника. Однажды осенью Акулина пошла в лес. Случайно заблудилась в нём и горько заплакала. Ей было холодно, темно и страшно. Мимо пролетала Нога-бабочка и спросила у Акулины, не видала ли она правую ногу. Модница показала ей след ноги, который уходил вправо. Но Нога-бабочка была левой и не могла сворачивать вправо. Вздохнула и улетела налево. Акулина вновь осталась одна. Вышла на поляну, а там — дом. А в доме — печь. А на печи Лесник. Увидела его Акулина и влюбилась. Потому что трудно не полюбить того, кто тебя пустил в тёплый дом, напоил чаем, а утром проводил домой. А лесник влюбился в Акулину.

Через год они поженились и стали жить в лесу вдвоём. И теперь все дамочки из города ездят в дом Лесника посмотреть на новую юбку его жены. И модельер тоже ездит. Смотрит на Акулину и вздыхает. Не потому что его модели юбок хуже, а просто он до сих пор её любит. И пытается сделать лучшие юбки для неё. Но Акулина их не берёт. Зато дамочки во всех городах мира покупают.

И, между прочим, хвалят.

Он нужен, чтобы фонарь горел. Раньше фонарь каждый день заправлял бензином Честный Волшебник. А когда солнца не стало и на свете наступила такая тьма, что без огня не было видно даже своего отражения в зеркале, топливо требовалось постоянно. Да и следить, чтобы фонарь не засорялся, кто-то должен был. Один Волшебник с этим не справлялся. Уставал, засыпал на ходу. Совсем тяжело было Честному Волшебнику. Но тут появилась Марина Рыбакова. Она заметила, что фонарь стал гореть не так ярко, как раньше, моргает, будто плачет. Нашла в сарае две канистры с бензином, погрузила в телегу, впрягла весёлого коня Савраску и поехала к фонарю. Там как раз заканчивался бензин, а усталый Волшебник спал. Марина заправила фонарь и поехала ещё искать бензин, стучать в людские двери. Где ведро бензину найдет, где напёрсток — всё везет к фонарю.

Так Марина с Волшебником не давали фонарю уснуть. То один поедет за бензином, то другой. Спали по очереди. А фонарю спать было некогда — приходилось светить. Но очень хотелось.

Его соорудил Цыган без голоса после того, как побывал в Тёмном Полюсе Света и чуть не погиб там. Вентилуфтер — значит воздуховерт. Его Цыган поставил возле фонаря, вырабатывать электричество. Теперь не нужно искать бензин для него.

Вентилуфтер действует от малейшего движения воздуха. Пролетит ли мимо бабочка, поднимется ли сильный ветер — вентилуфтер вертит своими лопастями.

Такой же точно прибор поставил Цыган у дерева с щелью, через которую попадали в Тёмный Полюс Света солнечные зайчики. Теперь, если какой из них и попадётся в щель, свалится в пещеру, его тут же выдует ветром. И света на земле ни капельки не убавится.

Раньше он ничем не отличался от остальных голубей. Разве что своим любопытством. Однажды он залетел в лес. Ещё ни один голубь не был так далеко от города. Он забирался всё дальше и дальше. И вдруг увидел, что навстречу ему летит ещё один голубь. От удивления наш сизарь приземлился. Другой голубь сделал то же самое. Любопытный путешественник стал вертеть головой в разные стороны. И другой поступил так же. Что бы ни сделала серая птица, другая повторяла за ней все движения. Любопытный голубь никак не мог приблизиться к своему двойнику, какое-то стекло разделяло их. И даже, если быть точными, стекло не только разделяло их, тот голубь ходил, летал, вертел головой внутри стекла. От удивления наш путешественник начал икать. Он икал так сильно, что перья не могли удержаться на своих местах и вскоре выпали. Кое-как облысевшая птица приделала их обратно. Но поставить их как следует не удалось. Получилось лишь еле-еле прикрыться перьями. Они почему-то свисали корнями наружу. Так птаха стала Голубем С Перевёрнутыми Перьями. Сначала ему так больше нравилось, он считал себя самым экстравагантным из всех вольных странников. Но вскоре наступила осень, голубь стал чихать, а перья и без того еле держались. И тогда он решил пойти искать способ, как вернуть перья на свои места.

Дом этот стоит рядом с Избушкой-царевной. Но коронованная особа почему-то не замечает его. Всё мечтает о каком-то женихе. А чем ей Дом Данилы не жених? И теплый он, и крепкий, во дворе под навесом сухие дрова в аккуратную поленницу уложены. И хозяин хороший. Не забывает топить, вовремя наличники обновлять. Так нет, подавай этой царевне каких-то принцев. Все ждёт, ждёт…. Грустит. Вон и фикус на окне почти завял. Так стоит Дом и вздыхает по ночам. А Данила думает, что это где-то далеко паровоз зовёт его поехать по железной дороге, искать себе невесту. Пора бы уже Даниле жениться, да всё как-то некогда: то забор нужно починить, то дымоход прочистить. Да ещё всем деревенским старушкам воды натаскать из колодца. Много у него работы, не успевает без дела посидеть. А если не работает, то идёт в библиотеку, книжки читает. Всё ему интересно: сколько звёзд на небе, как растут деревья, почему варенье сладкое, а снег — холодный. Он бы, конечно, и в футбол погонял, да не с кем: в деревне почти все жители — старенькие. Раньше, правда, жили тут две девушки. Теперь одна переехала к Леснику, а другой всё некогда: хозяйство ведёт своё, старушкам помогает. Да и какой с девчонками футбол?

Сапогам тоже нужна еда. Правда, не всегда, не каждый день, как людям и животным. Примерно через год, как их купят и наденут, сапоги начинают просить еду. Они открывают носки, которые им служат ртом. Но где же её взять, еду для сапог? Приходится и дальше голодать. Потом они просят есть всё настойчивее и, наконец, уже требуют, отказываются ходить, набивают рты камушками, цепляются за траву. И тогда хозяева, как ни любят свою обувь, выбрасывают её. Потому что никто не знает, как готовить еду для сапог и туфель.

Но однажды Цыган, у которого нет голоса, чтобы петь, придумал, чем можно накормить сапоги. Он насобирал разных трав, сгреб в кучу резиновые мячики, вылил в один котёл масло, вино и варенье. Всё перемешал, долго-долго варил, потом остужал, вновь варил, опять остужал… Продолжалось это дней пять. А потом Цыган заперся в тайной комнате и добавил в свою смесь что-то ещё, очень секретное. Так получилась еда для сапог.

Надо было видеть эту очередь, в которую встали голодные сапоги. Они за сотни километров чуяли запах изобретения Цыгана. С тех пор вся голодная обувь находит его в любом месте на Земле.

С самого детства он не любит свет. Ему не нравился день. На улицу выходит только ночью.

И вот однажды ёж набрёл на щель в дереве, а через неё попал В Тёмный Полюс. Вот где было темно! Если бы у ежа были спички и он их зажёг, даже тогда огня бы он не увидел. Светомор стал жить там. Он нашёл в пещере проход наверх и по ночам выходил в лес, собирал грибы, яблоки.

Потом в Тёмный Полюс через щель в дереве стали попадать солнечные зайчики. Ёж смастерил клетку и держал их там. Он радовался, что скоро весь свет, какой есть в мире, попадёт под землю, и наверху станет темно. Вот когда он сможет жить в лесу, а не под землёй. Здесь, конечно, тоже можно, только тесновато, да и воздух не очень свежий. А когда всюду станет темно, — думал Светомор, — тогда можно будет гулять, не опасаясь рассвета.

Вода из этих ручьёв может спасти жизнь человеку или животному. Но только один раз. Каждый может однажды взять этой воды и кому-нибудь помочь.

Живоротень течёт в лесу, по земле, а мёртворень под землёй, в Тёмном Полюсе. Если человеку плохо, нужно сначала брызнуть ему в лицо мёртворень, а потом живоротень. И тогда он поправится, станет здоровее прежнего.

Но по отдельности эта вода пользы не принесёт. А если здорового человека облить мёртвой водой, то он и вовсе может погибнуть. Так однажды случилось с Цыганом. В Тёмном Полюсе Света ёж Светомор сбрызнул его водой из подземного ручья. Но Данила спас его живоротнем. Теперь ему не удастся никого вылечить с помощью живой и мёртвой воды. Поэтому Данила решил стать врачом.

Однажды их повесил Данила, чтобы деревья могли видеть, как они растут. Зеркала любят отражать кого-нибудь, просто удивительно! Вот летело облачко, как вдруг остановилось, поправило свои кудряшки. Вот дождик загляделся на радугу и перестал. Вот остановился возле дерева лось.

А ещё зеркала любят поиграть с солнечными зайчиками.

Почему-то эта малышня всегда скачет рядом с деревьями, на которых висят блестящие отражающие стёкла. Раньше зайчиков не было в лесу. Они появились неожиданно, вместе с зеркалами. Сначала лесные жители их пугались, но вскоре полюбили. И очень огорчаются, если пасмурный день и малыши прячутся. Но когда выглядывает солнышко, светлые друзья выскакивают снова.

Она сидит посреди туманного города Лондона, на главной его площади. Сидит прямо так, на холодной траве. Когда эта трава только-только появилась в Лондоне, туда как раз приехала Варя. Каким ветром её занесло в Лондон, она сама уже не помнит. Западным, вероятно.

Сама-то она наша, живёт у нас, но по разным странам поскиталась, уж будьте уверены. Такие они, йоги. Раньше жили только в Индии, но потом решили и в других местах побывать. И теперь как только слезут с гвоздей, так сразу в путь. Доберутся до какой-нибудь горы, залезут на неё, выспятся на вершине на своих гвоздях — вниз спускаются. А здесь их уже ждут любознательные местные жители. И йоги им показывают фокусы: то по костру пройдут, а то ноги за уши сложат и сидят. День могут так просидеть, неделю… Зрители все уж давно по домам разойдутся, а эти чудаки всё сидят. Такие они люди странные, эти йоги.

А наша-то Варя первой из йогов увидела холодную траву. И решила первая на неё сесть. Отправила своим друзьям телеграммы, чтобы никто её не терял, и уселась на траву, сложив ноги по-турецки. Дождь ли, снег идёт, Варе всё равно. Она не закрывается зонтиком, не надевает пальто. Никому не удаётся её удивить, рассмешить или заставить встать. Да и некогда, своих забот хватает.

На многих дорогах стоит такая калитка. Чем быстрее шагает путник, тем быстрее встречает эту калитку. Она не запирается ни на замок, ни на щеколду, возле неё нет собаки. По обе стороны от калитки стоит по скамейке, чтобы каждый, кто дошёл до этого места, сел и подумал, верно ли он идёт. Если всё правильно, деревянная дверца легко откроется, и человек двинется дальше. Если же он избрал ложную дорогу или задумал недоброе, калитку он откроет нелегко, она неохотно заскрипит. А если странника ждут трудности, неприятности, то калитка ещё долго будет махать ему вслед своей дверцей.

Он живёт в лесу со своей женой Акулиной, лечит деревья, помогает путникам в беде. Это он подсказал Даниле, что холодная трава растёт в Лондоне. И он же позже подсказал Даниле, где найти живоротень для Цыгана, когда тот чуть не погиб в Тёмном Полюсе. Хороший человек этот Лесник, только немного угрюмый. Но это он не для всех такой. Акулину свою он просто обожает, читает ей на ночь книжки. А если ему приходится по делам остаться в лесу на ночь или две, Акулина очень по нему грустит, ничего у неё не получается, котлеты подгорают, книжка из рук выпадает, пол не подметается, и даже юбка не такая красивая, как при Леснике. Да и ему самому в это время не по себе как-то. Он старается побыстрее сделать всё, что нужно, вернуться домой. Но не бросишь же больные деревья без помощи! Вот и задерживается лекарь Лесник в командировках.

Она живёт в одной деревне с Данилой. Все называют её дом Избушкой-царевной. Это оттого, что на трубе избы надета корона. Однажды в бочку, куда по водосточному жёлобу стекает вся дождевая вода с крыши, попала какая-то стрела. Марина как раз собиралась зачерпнуть из неё воды, полить грядки. Вскоре она увидела Данилу. Он шёл и постоянно озирался по сторонам. В руках он держал лук. Не тот, что растёт в огороде или на лугу, а тот, которым пускают стрелы.

— Это не ты потерял? — спросила соседа Марина.

— Да, моя! — обрадовался Данила. Взглянул на девушку и понял, что стрела не подвела его, выбрала хорошую невесту.

— Выходи за меня замуж, — сразу же брякнул он.

«Вот ещё», — подумала Марина, но вслух этого не сказала.

Договорились, что соседка, может быть, выйдет за него замуж, если Данила найдёт где-нибудь холодную траву. Что это за трава, есть ли она на свете, зачем нужна Марине? — на это никто ответить не мог, даже сама хозяйка Избушки-царевны.

Но делать нечего, пошёл Данила пытать счастья.

Когда-то у неё была пара. Но как-то раз, гуляя вместе по лесу, ноги потеряли друг друга. Правая нога шла правильно, а левая всё подпрыгивала, смеялась и пела песенки. И так она высоко и быстро прыгала, что ускакала бог весть куда. Правая нога кинулась искать свою пару. Уж так она кричала, звала левую, даже осипла. Но подружка слишком громко смеялась, а потому ничего не слышала. А когда опомнилась, оказалось, что слишком далеко зашла. Стала она плакать, горючими слезами обливаться, звать правую ногу. Ну да слезами горю не поможешь, пошла левая нога искать свою пару. Ходит, зовёт, подпрыгивает. И допрыгалась: у неё в конце концов выросли крылья, как у бабочки, чтобы можно было быстрее передвигаться. Уж и осень наступила, а нога всё летает, от холода по краям позеленела. Всё-таки босая.

Всю её опутал туман. Из такой глины строили Лондон. Поэтому там так туманно. Сначала в этом городе были глиняные мазанки. Потом, когда появились пилы и топоры, англичане стали строить дома из дерева. А туман всё равно оставался. По привычке. А когда придумали кирпичи, застроили город кирпичными домами.

Туман подержался пару веков и ушёл. Потому что хоть белые кирпичи, хоть красные, хоть оранжевые — глина уже обожжённая, туман на ней не задерживается.

Закручинились англичане — уж так к своему туману привыкли, а он возьми да уйди.