Читаем Свето-Тень (СИ) онлайн бесплатно

Я не сразу начала датировать свои записи, они делались урывочно, стихийно, и не всегда систематизировались. Когда же я поняла, что путаюсь в событиях, и решила привести разрозненные листы к подобию порядка, оказалось, что я не имею ни малейшего понятия, от чего, собственно, начинать подсчет. От календарной даты? Так она впоследствии не играла никакой роли, только помножила бы трудности… Тогда я махнула рукой и обозначила точку отсчета так, как она отпечаталась в памяти: тот самый первый день…

Вроде бы он был человеком. Как там: руки, ноги, голова, все на месте, но было в нем нечто необычное. Может быть, костюм, если это можно так назвать. Грязно-серый жемчуг, раскатанный по телу. А тело, между прочим, очень даже ничего… Смущал только широкий ремень с металлической пряжкой в форме шестиугольной звезды, с непонятно как держащимися на нем странного вида предметами. Хотя вот тот, например, весьма и весьма напоминает пистолет, только дуло слишком вытянутое. И еще одного я не могла понять - что он делает у меня на кухне в три часа ночи? Возникло дерзкое желание накричать на него, но я сравнила шансы маленькой худенькой девушки в тонком халатике, накинутом наспех на голое тело против шансов взрослого вооруженного мужчины, судя по всему, занимавшегося спортом, и сказала:

- Здравствуйте.

- Э коллин тери мино, - раздалось в ответ. Певуче, красиво и непонятно. В бытность свою студенткой филфака мне приходилось соприкасаться с языками, но эта его фраза осталась для меня загадкой. Ладно, попробуем иначе.

- Hello!

Незнакомец посмотрел на меня большими серыми и безмерно умными глазами, и протянул руку к ремню, как раз к своему странному пистолету.

Я резко вздрогнула, прижавшись спиной к утробно урчащему холодильнику. Вот и все, сейчас он тебя застрелит, а вы даже не успели познакомиться. Нет, права была мама, хреновая из тебя хозяйка, могла бы и чаю гостю предложить…

Пока вся эта чепуха стремительными порывами ветра проносилась в моей голове, он отсоединил от ремня соседствующую с оружием коробочку и протянул ее мне. Понадобилось огромное усилие воли, чтобы не дать телу сползти по дверце холодильника на пол. По позвоночнику пробежала волна дрожи, навязчивой и противной. И это я всегда утверждала, что не боюсь смерти? Впрочем, так оно и было, пока смерть оставалась абстрактным понятием и не явилась ко мне на кухню в лице красивого брюнета с серыми, как сталь, глазами…

Видя мои колебания, он поднял правую руку с открытой ладонью, очевидно, желая меня успокоить. Не помогло. Дрожь достигла всех четырех конечностей и неумолимо приближалась к зубам. Тем временем он шагнул ко мне и занес маленькую коробочку над моей головой. Прежде, чем я успела что-нибудь подумать, холодные усики прижались к вискам.

- Э коллин тери мино, - повторил незнакомец свою белиберду, но на этот раз я его поняла.

- Не пугайтесь меня, пожалуйста.

Нашел, что сказать! Разум оставил мое ослабшее тело, и оно-таки скатилось на пол. Хорошо еще, что пол чистый - зашептал мой трусливый рассудок, возвращающийся к хозяйке. Я как-то вяло заметила, что морозец на висках исчез. Нет, я вообще очень люблю научную фантастику, да и не научную тоже, но столкнуться с ней на кухне своей квартиры на восьмом этаже чуть ли не в центре Санкт-Петербурга - это уж, поверьте мне, слишком!

Мой гость прицепил свою коробку на место.

- Извините, я вообще не хотел вас беспокоить, через некоторое время меня найдут, и я вас покину, но было темно, я забыл использовать инфракрасное зрение и случайно уронил эту мебель, - выдал он, указывая на табуретку, - Ужасная, непростительная глупость!

- Да ладно, что уж там, - ответила я, поднимаясь с пола. Он, может, конечно, и чистый, но чрезвычайно холодный.

И тут же чуть не грохнулась обратно. Мы с сероглазым изъяснялись на его певучем языке. Ох и ни фига себе! Ну и где, скажите мне, пожалуйста, он был со своим приборчиком, когда я парилась с латинским, древнегреческим и иже с ними?!

Я постаралась взять себя в руки и изобразить хорошие манеры.

- Вы предпочитаете чай или кофе?

- Мне то же, что и вам, - он улыбнулся. В глубоких серых глазах заиграло весеннее солнце.

Я выбрала чай. Уровень адреналина в крови и так достиг немыслимых высот, кофе здесь будет явно лишним. Я поставила чайник, соорудила бутерброды с ветчиной и только тут поняла, что я еще глупее, чем предполагала. Вот уже полчаса мы находимся в одном помещении, а я даже не представилась.

- Извините, я совсем забыла. Меня зовут Ира. Ирина Калинина. А вас?

Незнакомец молча смотрел мне в глаза. Может, я сдуру нарушила какое-нибудь табу? Оскорбила его достоинство? ( Только позднее я узнала, что в его мире доверить имя чужаку означало большой риск).

- Брендон Атир, - наконец ответил он. Надломлено, будто сломалась прозрачная перегородка. - Ирина Калли, можно я буду звать вас так? - Он как-то особенно нежно произнес это двойное "эль".

Мне понравилось. И глаза мне его тоже понравились. Вот только откуда же он взялся?

- Ирина скажите, это Терра? - спросил Брендон.

Я очнулась от транса.

- Что? Ах, да, это Земля, - подумав, добавила непрошенное : - Начало двадцать первого века, две тысячи пятый год.

- Терра… Древняя легенда. Никогда не думал, что увижу ее. В мое время это невозможно.

- Почему же? - липкое подозрение зашевелилось в душе. Я даже не замечала, что чайник подпрыгивает на плите.

- В конце двадцать шестого века разразилась война. Две самые сильные державы того времени обменялись ядерными ударами, никакие щиты не помогли. Видимо, не рассчитали мощность - все живое на планете погибло, даже находившиеся в специальных бункерах люди.

Брендон замолчал. Я отвернулась к плите, вспомнив наконец-то про чайник. Против воли по щекам бежали слезы. Нам осталось пять веков. Нет, меня лично это не коснется, и моих детей тоже, но стоит ли их рожать, зная, что у их правнуков не будет будущего? Голубизны неба, свежести легкого ветерка, теплых лучей солнца - ничего, не будет даже жизни…

Чашка выскользнула из рук и с оглушающим звоном разбилась на мелкие осколки. Давай еще перебудим соседей и поделимся с ними новостью - людям осталось жить всего ничего!

А потом кто-то кому-то скажет гадость и - оп! - нет никого. Вообще. Хотя, стоп, откуда же взялся Брендон? В набирающей обороты истерике я вдруг подумала, что повторяюсь… И все-таки. Зовут его вполне по-человечески, внешне не похож он на маленьких зеленых головастиков, какими я представляла себе инопланетян…

Я присела на корточки, собирая кусочки симпатичной кружки с голубенькими цветочками. Ко мне кинулся Брендон.

- Я помогу.

И тут он увидел мое лицо. К слову, я и так-то не слишком хорошо выглядела: светлые, стриженные под каре, волосы растрепаны сном, никакой косметики (не ожидала я среди ночи встретить мужчину своей мечты), а с раскрасневшимся от потоков соленой влаги лицом и опухшими веками и вовсе была ожившим кошмаром. Так что я вполне понимаю, почему Брендон испугался. Прямо там, под раковиной, по соседству с тазиком, в котором у меня жил мусор, поминутно вытирая мои щеки, он начал сбивчиво говорить:

- Человечество выжило. За три века до случившегося оно начало разлетаться по разным уголкам Галактики. Ирина, на момент Катастрофы на Терре остались только те, кто не мог отправиться в космос - или не хотел. И… все произошло внезапно, скорее всего, они ничего не почувствовали даже. Просто Терра вдруг замолчала - на всех каналах связи.

Я уткнулась носом в его теплое плечо и зарыдала еще сильнее. Левая рука непроизвольно сжалась в кулак. Я завизжала.

- Что с вами, Ирина Калли?

Уже даже не плача, я протянула ему ладонь. Довольно большой кусок фарфора вонзился в кожу. Руку свела безумная боль.

- Тихо, сейчас я все сделаю, - умиротворяющее прошептал Брендон. Почему-то я ему поверила.

Он осторожно вынул осколок.

- Закрой глаза, - попросил он. Когда это мы перешли на ты?! Но глаза я закрыла. Почувствовала тепло его ладони на моей и тихо ждала. А потом я вдруг поняла, что боли нет. Не дожидаясь разрешения, открыла глаза. Он убрал свою руку.

- Сэр Брендон! Сэр Брендон, вы слышите? - загорелась звезда на его ремне.

- Да, слышу, - как-то устало отозвался он.

- Как им удалось настолько далеко вас отправить? Мы будем готовы перенести вас через пару минут.

Брендон молча выпрямился и подал мне руку, помогая встать.

- Если я позову тебя с собой, ты согласишься?

Я заглянула в эти невозможно прекрасные глаза и спросила:

- Почему?

- Должен же я отблагодарить тебя за гостеприимство.

Я окинула взглядом кухню, больше всего напоминавшую сейчас Бородинское поле после битвы французов и русских… Нарезанные бутерброды, валяющаяся табуретка, разбитая кружка, капли моей крови. Да уж, хорошо гостеприимство. А потом я вспомнила о своем внешнем виде и спросила:

- Что, прямо так?

Он засмеялся.

- Да, желательно. Понимаешь, у нас мало времени.

Нет, когда мы все-таки успели перейти на ты? И вдруг я услышала тихое:

- Ари…

Самое непонятное - это сказала я! В переводе с иреа - языка Брендона - ари означало "да".

- Дай мне свои руки, - произнес Брендон. Перед тем, как выполнить его просьбу, я украдкой взглянула на левую ладошку - на ней не было даже шрама, ни малейшего следа! Может, я перепутала руки? Додумать я не успела. Дико закружилась голова, я почувствовала, как падаю. Куда-то очень далеко, скорее всего, в бесконечность.

Какой однако необычный был сон. Я сладко потянулась, не открывая глаз. Нет, что ни говорите, лучший друг человека - диван. И чем он мягче, тем лучше. Нестерпимо зачесалась ладонь левой руки. Где же все-таки шрам? Какой шрам, дорогая, что ты городишь, проснись, открой глаза, ты дома, под любимым одеялом! И я открыла.

Только домом тут и не пахло. Больше всего окружающее смахивало на каюту звездолета - я о таких читала. Небольшое, неправильной формы помещение, у одной из стен - округлое ложе, на стене напротив - множество разнообразных панелек, если знать, как ими пользоваться - невероятно удобная штука, наверное. Никаких намеков на дверь или окно (иллюминатор?..). Обтекаемые формы, тусклый металлический блеск. Единственным инородным предметом здесь была я в своем бледно-голубом халатике с сине-зелено-желтым абстрактным рисунком.

Часть стены беззвучно отплыла. Ко мне в каюту вошел Брендон Атир.

Вот здесь он на своем месте, осознала я, со своей величественной осанкой, в этом странном серебристом костюме. И пряжка его ремня целиком соответствовала обстановке, в пространстве, среди звезд и нарождающихся галактик, Брендону было самое место. Вопрос в другом, радость моя, что ты тут делаешь, где был твой разум, когда ты соглашалась на эту авантюру?!

Он был невероятно красив.

- Я принес тебе одежду, - он положил рядом со мной точь-в-точь такой же костюм, как и у него, а сверху ремень с шестигранной звездой. Он на секунду замешкался с ремнем, чуть заметно усмехаясь.

- Вообще-то нельзя было этого делать. Рэйна будет жутко кричать.

Решив не спрашивать, кто такая Рэйна, знание - далеко не всегда сила, я таки поинтересовалась:

- Почему нельзя?

- Понимаешь, эта Звезда - символ Дома Атиров, носить его имеют право только члены семьи. Но мне хотелось сделать для тебя что-нибудь приятное после всего, что произошло. Выходит, ты теперь - что-то вроде названной сестры мне.

Уже выходя, он добавил:

- Когда оденешься, просто поднеси руку к стене - она откроется. Я проведу тебе экскурсию по "Страннику".

Он ушел. Мне вдруг захотелось закричать от злости к самой себе - меньше всего меня интересовала роль сестры!..

Кто такая эта Рэйна?!

Костюм (на поверку оказавшийся комбинезоном) сидел на мне, словно вторая кожа. Хотя нет, даже первая, я его абсолютно не ощущала, и это доставляло известное неудобство, я как-то не привыкла ходить при людях обнаженной, а впечатление складывалось именно такое. Я пригладила руками волосы, расчески поблизости не оказалось. Где бы здесь еще зеркало найти? И я его увидела - прямо перед собой, часть стены с абсолютно зеркальной поверхностью. Или я его раньше не замечала, и оно всегда было там, или я сошла с ума. Поразмыслив, пришла к выводу, что оба утверждения верны.

Оказалось, что выгляжу я совсем неплохо - синяки под глазами исчезли, лицо свежее, а волосы будто вышли из-под рук профессионального парикмахера (с чего бы это?). Возле ложа обнаружились ботинки, легкие, даже невесомые, точно моего размера. Но таким мелочам я уже не стала удивляться, предыдущие события выработали защитную реакцию на потрясения - так мне, по крайней мере, казалось. Усмехнувшись, я застегнула ремень - хотя это громко сказано, скорее, он застегнулся сам, я только поднесла его к талии. Покончив с туалетом, я направилась к выходу. Поднесла руку к стене, как учил Брендон, и часть ее скользнула в сторону. Я сделала шаг, потом вдруг передумала и оглянулась: зеркала на противоположной стене не было.

Экскурс прошел неудачно. Брендон даже ни разу на меня не взглянул, я молча скрежетала зубами и делала вид, что внимательно его слушаю. О корабле в результате я ничего не могу сказать, кроме того, что он большой. Ни формы, ни реального размера, ни назначения я не уловила, в общем, шпион из меня аховый. А потом он завел меня в рубку управления, или как там это называется. Брендон познакомил меня с капитаном, Тиором Райли, но только меня сие нисколько ни взволновало - передо мной зияла бездна космического пространства. Я почувствовала пустоту, но не там, снаружи, а в себе. Там же была нереальная чернота вечной ночи, глубокая и наполненная. И в холоде этих пространств было нечто, вглядывающееся сейчас в меня, оценивающее спокойно и беспристрастно. Приступ морской (уместно ли?) болезни отпустил, вернулась возможность дышать и ясно мыслить. Где-то на задворках рассудка мелькнуло: принята… Кем?.. Космос глядел на меня мириадами глаз-осколков. В глубине его звезды смазывались до обрывков спектральных линий…

Повинуясь неясному зову, я поинтересовалась:

- Брендон, мы далеко от Солнечной системы?

Брендон пожал плечами, за него ответил Тиор Райли.

- Нет, совсем рядом. Для этого корабля несколько десятков парсеков - пустяки.

- Скажи, ты действительно хочешь сделать мне приятное? - еще не до конца понимая, зачем мне это понадобилось, спросила я.

Он недоумевающе кивнул головой в знак согласия.

- Тогда курс на Солнечную систему, капитан.

Брендон, милый, подумала я, тебе не понять. Пусть даже мертвая, уничтоженная радиацией и людской жаждой власти, Земля остается для меня точкой опоры, родным домом, а мне сейчас так нужен глоток уверенности в совершенно чуждом мире.