Читаем Суперфадж онлайн бесплатно

Жил я себе припеваючи, жил, и вдруг мама с папой обрушили на меня новость. Бум! Вот так вот, запросто.

— У нас для тебя замечательный сюрприз, Питер, — сказала мама перед обедом. Она резала морковку в салатницу. Я стащил кусочек.

— Какой? — спрашиваю. Может, думаю, папу сделали директором агентства. Или позвонила моя учительница и сообщила, что несмотря на более чем скромный табель она всё же считает меня самым умным мальчиком в нашем пятом классе.

— У нас будет ребёнок, — сказала мама.

— Чего у нас будет? — тут я подавился и как начал кашлять! Пришлось папе по спине меня хлопать. Изо рта выскочила жёваная морковка и шлёпнулась на стол. Мама смахнула её тряпкой в ведро.

— Ребёнок, — сказал папа.

— В смысле ты беременна? — спрашиваю маму.

— В смысле да, — она похлопала себя по животу. — Почти четыре месяца.

— Четыре! Вы уже четыре месяца знаете, а мне не сказали?

— Мы хотели удостовериться, — сказал папа.

— Четыре месяца для этого понадобилось?

— Сегодня я второй раз ходила к врачу. Ребёнок родится в феврале, — сказала мама и потянулась взъерошить мне волосы. Я поднырнул под её руку, и она промахнулась.

Папа снял крышку с кастрюли на плите и помешал подливку. Мама снова резала морковку. Можно подумать, мы обсуждали погоду.

— Как вы могли? — заорал я. — Как вы могли! Вам что, одного мало?

Они оба замерли и уставились на меня.

А я всё орал:

— Второй Фадж! Вот что нужно этой семье, самое оно, ага! — и выскочил из кухни.

Фадж, мой четырёхлетний братец, был в гостиной. Запихивал в рот крекеры и хохотал как сумасшедший над передачей «Улица Сезам».

Глядел я на него и представлял, что всё это начнётся по новой. Капризы, рёв, беспорядок и многое, многое другое. Я так разозлился, что со всей дури пнул стену ногой.

Фадж обернулся.

— Привет, Пита.

— За что мне всё это?! — завопил я.

Он кинул в меня горсть крекеров.

Я ринулся в свою комнату и с такой силой шваркнул дверью, что со стены свалилась карта и спланировала на кровать. Мой пёс, Черри, загавкал. Я приоткрыл дверь ровно настолько, чтобы он протиснулся в щель, и снова заперся. Вытащил из шкафа адидасовскую сумку и напихал в неё содержимое двух ящиков комода. «Второй Фадж, — меня просто замкнуло на этой мысли. — Они хотят завести ещё одного Фаджа».

В дверь постучали.

— Питер, — позвал папа.

— Уходи.

— Я хочу с тобой поговорить, — сказал он.

— О чём? — А то я не догадываюсь, ага.

— О ребёнке.

— Каком ребёнке?

— Сам знаешь, о каком.

— Нам больше не нужно никаких детей.

— Нужно или нет, а ребёнок будет, — сказал папа. — Ты скоро свыкнешься с этой мыслью.

— Никогда!

— Поговорим позже. Мой руки. Обед готов.

— Я не хочу есть.

Я застегнул молнию на сумке, схватил куртку и отпер дверь. Никого. Вышел в холл и обнаружил родителей на кухне.

— Я ухожу, — сообщил я. — Не собираюсь дожидаться, пока родится ещё один Фадж. До свидания.

И не двинулся с места. Стоял и ждал — что они станут делать.

— Ты куда? — спросила мама. Она вынула из буфета четыре тарелки и вручила папе.

— К Джимми Фарго, — говорю, хотя до этого момента не задумывался о таких мелочах.

— У них однокомнатная квартира, — сказала мама. — Вам будет очень тесно.

— Тогда к бабушке. Она с удовольствием меня приютит.

— Бабушка на неделю уехала в Бостон, в гости к тёте Линде.

— А-а.

— Лучше мой руки и садись обедать, а решишь потом.

Я не собирался признаваться, что голоден, но есть хотелось. Кастрюли и сковородки источали такие ароматы, что у меня слюнки текли. Так что я скинул адидасовскую сумку и потопал мыть руки.

Фадж стоял у раковины на табуретке, руки в пенном облаке.

— Привет, ты, наверное, Берт, — прогундосил он лучшим из своих сезамовских голосов. — Меня зовут Эрни. Рад познакомиться. — И протянул мне мыльную лапу.

— Закатай рукава, — проворчал я. — Развёл болото.

— Болото, болото, болото я люблю! — спел Фадж.

— Мы в курсе, — говорю.

Я быстро сунул пальцы под кран, потом вытер о джинсы.

Мы сели за стол, Фадж взгромоздился на стул. Поскольку он отказывался сидеть на детском стульчике, ему приходилось стоять за столом на коленках, чтобы доставать до тарелки.

— Пита не мыл руки, — сообщил он. — Только помочил.

— Ах ты… — начал я, но Фадж уже выделывался перед папочкой:

— Привет, я Берт. А ты, наверное, Эрни.

— Верно, — сказал папа, подыгрывая ему. — Как дела, Берт?

— Что ж, я тебе отвечу, — сказал Фадж. — У меня позеленела печень и отваливаются ногти на ногах.

— Сочувствую, Берт, — сказал папа. — Может, завтрашний день будет поудачней.

— Да, может быть.

Я помотал головой и нагрузил на тарелку горку пюре. Залил подливкой.

— Помните, как мы повели Фаджа в «Гамбургер Хэвен», и он заляпал стены пюре?

— Я заляпал? — вдруг заинтересовался Фадж.

— Ага, а ещё вывалил себе на голову плошку зелёного горошка.

Мама засмеялась.

— Надо же, я об этом совсем забыла.

— Жаль, ты не вспомнила раньше, до того, как заводить ещё одного ребёнка, — сказал я.

— Ребёнка? — переспросил Фадж.

Мама с папой переглянулись. Всё понятно. Они ещё не сообщили Фаджу радостную весть.

— Да, — сказала мама, — у нас будет ребёнок.

— Завтра? — поинтересовался Фадж.

— Нет, не завтра, — сказала мама.

— А когда?

— В феврале, — ответил папа.

— Январь, февраль, март, апрель, май, июнь, июнь… — завёл Фадж.

— Ладно, ладно, — перебил я, — мы все в курсе, какой ты умный.

— Десять, двадцать, тридцать, сорок, пятьдесят..

— Хватит! — взмолился я.

— А, Б, В, Г, Д, Е, Ё, Ж…

— Кто-нибудь выключите его!

Фадж несколько минут помолчал. Потом говорит:

— А какой он будет, этот новый ребёнок?

— Надеюсь, не такой, как ты, — сказал я.

— Почему? Я был хорошим ребёнком, правда, мам?

— Ты был интересным ребёнком, — поправила его мама.

— Видишь, я был интересным, — сказал мне Фадж.

— А Питер был очень милым ребёнком, — сказала мама. — Очень тихим.

— Вам повезло, что вы меня первым родили, — сказал я маме, — иначе, боюсь, вы бы больше не захотели детей.

— А я тоже был тихим? — спросил Фадж.

— Я бы так не сказал, — мягко увильнул папа.

— Я хочу ребёнка, — заныл Фадж.

— Будет тебе ребёнок.

— Сейчас!

— Сейчас нельзя, — сказал папа.

— Почему?

— Потому что он внутри меня, — улыбнулась мама.

Ну, началось, подумал я. Вот он, тот самый вопрос. Когда я об этом спросил, мне вручили книжку «Откуда берутся дети». Любопытно, что мама с папой скажут Фаджу. Но Фадж его не задал. Он бросил ложку в тарелку и взвыл:

— Я хочу ребёнка. Хочу ребёнка — прямо сейчас!

— Придётся тебе подождать до февраля, как и нам всем, — сказал папа.

— Сейчас, сейчас, сейчас! — вопил Фадж.

И ещё пять лет такого, подумал я. А то и больше. Кто сказал, что на этом они остановятся?

— Спасибо, — сказал я, выходя из-за стола. В кухне взял свою сумку, потом встал в дверях и сообщил: — Пойду, пожалуй, — и сделал всем ручкой.

— Куда Пита идёт? — спросил Фадж.

— Я сбегаю из дома, — объяснил я. — Но вернусь вас навестить. Как-нибудь.

— Нет, Пита, не уходи! — Фадж спрыгнул со стула и кинулся ко мне. Обхватил мою ногу и как заревёт: — Пита… Пита… Возьми меня с собой.

Я попытался стряхнуть его. Не вышло. Ох и цепкий же он. Я посмотрел на папу с мамой. Потом вниз, на Фаджа. Он глядел на меня в точности как Черри, когда клянчит печенье.

— Если б я мог знать, каким получится этот ребёнок… — проговорил я.

— А ты рискни, Питер, — сказал папа. — Совсем не обязательно, что он будет похож на Фаджа.

— Совсем не обязательно, что не будет.

Фадж тянул меня за ногу.

— Хочу интересного ребёнка, — сказал он. — Как я.

Я вздохнул.

— Не вздумайте подселить его в мою комнату, слышите?

— Ребёнок будет спать здесь, — сказала мама. — В столовой.

— А есть мы где будем?

— Что-нибудь придумаем, — сказала мама. Сумка стекла на пол. Я попытался вывернуться из мёртвой хватки Фаджа.

— Ладно, пока останусь. Но когда ребёнок родится, если он мне не понравится — уйду.

— Я тоже, — сообщил Фадж. — У Сэма вон тоже родился новый ребёнок, и он так воняет. Фу, — он зажал нос.

— Кто хочет десерта? — спросил папа. — Ванильного пудинга.

— Я, я хочу! — завопил Фадж, выпустил мою ногу и полез на стул.

— А ты, Питер?

— Почему бы и нет, — я тоже уселся за стол. Мама взъерошила мне волосы. На сей раз я милостиво позволил.

Фадж скрипел мозгами несколько дней, но всё же додумался до того самого вопроса.

— А как в тебя попал ребёнок, мама?

Так что мама одолжила у меня книжку «Откуда берутся дети» и прочла её Фаджу.

Узнав правду, Фадж незамедлительно взялся просвещать всех и каждого, каким именно образом мама с папой сделали ребёнка. Он поведал об этом Генри, нашему лифтёру. Генри с улыбкой сказал:

— Да, такое не враз переваришь, правда, малыш?

Он рассказывал кассирше в супермаркете. Её глаза делались всё больше, больше, пока мама не попросила:

— Хватит, Фадж.

— Но я ещё до самого интересного не дошёл, — удивился он.

— Питер, — сказала мама, — что-то тут очень жарко, может, выведешь брата на улицу?

Он увидел в автобусе беременную и сказал:

— Я знаю, что у вас растёт внутри и как оно туда попало.

Женщина пересела на другое место.

Он поведал всё бабушке. Она сказала маме:

— Энн, не рановато ли вы на него обрушили такие знания? В наши дни детям рассказывали про аиста.

— Что такое аист? — спросил Фадж.

— Большая птица, — быстро ответил я.

— Как Большая Птица из «Улицы Сезам»?

— Не совсем.

— Я люблю птиц, — сказал Фадж. — Хочу стать птичкой, когда вырасту.

— Птичкой не получится, — объяснила бабушка.

— Почему?

— Потому что ты мальчик.

— Ну и что? — Тут Фадж расхохотался и давай кувыркаться по полу.

Фадж не переставая говорил на свою любимую тему. Просветил всех в детском саду, и учительница была так впечатлена, что позвонила маме и попросила зайти. У детей, мол, к ней много вопросов. Мама сходила в садик и выступила с успехом. И предложила мне провести подобную беседу и в моём классе.

— Нет, спасибо, — ужаснулся я.

Я никому не сказал, что у нас будет ребёнок, одному только Джимми Фарго. Я с ним почти всем делюсь. Ещё Шейла Тубман знала, поскольку жила в нашем доме и видела маму с животом.

— А она не старовата детей рожать? — спросила меня в тот день Шейла.

— Ей тридцать четыре.

Шейла открыла рот.

— Ого, так она и впрямь очень старая!

— Не такая старая, как твоя, — говорю.

Я не представлял, сколько лет миссис Тубман, но Либби, сестре Шейлы, тринадцать, значит, миссис Тубман наверняка старше моей мамы.

— Но моя-то не беременная, — пожала плечами Шейла.

— Да, но…

Я не знал, что ещё сказать. И вообще не понял, к чему она ведёт.

Поднявшись к себе, я спросил маму:

— А в тридцать четыре не слишком поздно детей рожать?

— Да нет, — сказала мама. — А почему ты спрашиваешь?

— Просто интересно.

— Бабушка родила тётю Линду в тридцать восемь.

— А-а…

Значит, моя мама не самая старая женщина на свете, решившая завести детей. А Шейла, как всегда, несёт чушь.

Моя сестра родилась 26 февраля, пока мой класс был на экскурсии в музее «Метрополитен». Позже выяснилось, что это случилось в 14:04, мы как раз были в Египетском зале, изучали мумии.

Её назвали Тамарой Роксаной, но несколько недель все называли её просто Малюткой. «Малютка плачет». «Малютка проголодалась». «Тсс… Малютка спит».

Потом мама перестала звать её «Малюткой» и начала сюсюкать и говорить всякие глупости типа «Как поживает моя Тутси-Вутси?» Как будто младенец может взять и ответить. «Не нужно ли моей Тутси-Вутси поменять подгузник?» Да, нужно, почти всегда! «Не хочет ли моя Тутси-Вутси покушать?» Да, хочет, почти всегда!

Ещё мамина Тутси-Вутси никогда не спала дольше двух часов подряд. Каждую ночь я просыпался от её воплей. Черри, который обычно дрыхнет у меня в ногах, тоже просыпался — и начинал подвывать. Они всегда выли дуэтом.

К тому времени, когда ей исполнился месяц, все уже называли её Тутси. Я-то сразу понял, что с этим возникнут проблемы, и попытался предупредить родителей.

— Когда она придёт в школу с таким именем, её станут дразнить. «Тутси-Ролл» — это же шоколадные конфеты такие!

Мама с папой только посмеивались:

— Ну и забавный же ты, Питер!

Ничего забавного в этом не было. Я-то на своей шкуре знал, как это бывает в школе. Но взрослых попробуй убеди. У меня уже есть брат по имени Фадж — «сливочная помадка». А теперь ещё и сестра Тутси. Может, моим родичам просто нужна конфетная фабрика? Выходит, мне хоть с именем повезло.

Тутси была намного мельче, чем я ожидал, однако оказалась довольно прочной. Это обнаружилось, когда Фадж попытался оторвать ей большой палец на ноге.

— Я просто хотел посмотреть, что получится, — объяснил он, когда Тутси завопила.

— Никогда больше так не делай! — рассердилась мама. — А если бы Питер захотел оторвать палец тебе?

Я рассмеялся, а Фадж сказал:

— Питер знает, что у меня не отрываются.

— У Тутси тоже, — сказала мама.

Однажды возвращаюсь из школы, а Тутси нет в кроватке. Наверное, мама её кормит, решил я и пошёл в мамину спальню поздороваться. Мама лежала, закрыв глаза руками.

— Привет, — говорю, — а где Тутси?

— В кроватке, спит, — пробормотала мама.

— Неа, нет её там, — говорю.

— Конечно, там. Только что её положила.

— Мам, я в кроватку заглядывал, пусто.

Мама убрала руки с лица.

— Что ты такое говоришь, Питер?

— Мам, Тутси нет в кроватке. Вот что я говорю.

Мама подскочила.

— Где ж она тогда?

Мы оба помчались в столовую.

— Нет! — взвыла мама, заглянув в кроватку. — Её похитили!

— Да кому она нужна! — И я тут же пожалел о своих словах.

— Звони в полицию, Питер! Нет, погоди, сначала папе… Нет, в полицию. 911.

— Подожди-ка, мам. А где Фадж?

— Фадж? Наверное, у себя в комнате. Он слушал запись, когда я уложила Тутси. — Тут до неё дошло. — Ты думаешь…

Мы бросились в комнату Фаджа. Он сидел на полу, играл с машинками и слушал пластинку «Волшебный дракон Пафф».

— Где Тутси? — спросила мама.

— Тутси? — Фадж переспросил точно так же, как и я, когда не хочу отвечать на вопрос.

— Да, Тутси! — Мама повысила голос.

— Прячется.

— Как это?

— Мы играем, — объяснил Фадж.

— Кто играет?

— Мы. Я и Тутси.

— Тутси не умеет играть. Она ещё слишком маленькая.

— А я ей помог, — сказал Фадж. — Помог ей спрятаться.

— Фадж, — сказала мама, и я почувствовал по голосу, что сейчас она ему задаст, — где Тутси?

— Я не могу сказать. Она рассердится.

И когда мама готова была взорваться, я вдруг кое-что придумал.

— Давай сыграем в «горячо-холодно», — предложил я Фаджу. — Иди за мной, и когда я пойду в сторону Тутси, кричи «горячо», а когда не туда, кричи «холодно». Понял?

— Я люблю играть, — сказал Фадж.

— Хорошо. Готов?

— Готов.

— Вперёд. — Я спустился на первый этаж и двинулся к гостиной.

— Холодно, холодно, холодно, — пел Фадж.

Я свернул на кухню.

— Холодно, холодно, холодно.

Я вышел в коридор.

— Горячо. Ой, горячо! — закричал Фадж.

Я открыл шкаф для верхней одежды.

— Очень горячо… Осторожно, обожжёшься! — Фадж прыгал и хлопал в ладоши.

Тутси лежала на дне шкафа и спала. Мама схватила её и давай причитать:

— Слава Богу, моя Тутси-Вутси жива-здорова! Она положила её обратно в кроватку — и началось.