Читаем Субъективная диалектика онлайн бесплатно

Под общей редакцией Ф. В. Константинова, В. Г. Марахова.

Ответственный редактор тома В. Г. Иванов.

В эпоху перехода от капитализма к социализму и коммунизму неизмеримо возрастает роль субъективного фактора в общественном развитии, усиливается значение познавательной деятельности революционных и преобразующих сил современности. Ф.Энгельс подчеркивал, что такой переход связан со скачком из царства необходимости в царство свободы на основе познания объективной необходимости^[1]. Исторический переход к новому обществу происходит в условиях, когда существенно повысилась роль научного знания в революционном преобразовании современного производства, в развертывании научно-технической революции; когда познавательная деятельность все больше становится основой управления различными сторонами общественной жизни, научного и технического прогресса. Л.И.Брежнев на XXVI съезде КПСС отмечал: «Партия коммунистов исходит из того, что строительство нового общества без науки просто немыслимо»^[2].

Историческая функция процесса познания и полученного знания как фактора преобразования действительности в свою очередь предполагает решение вопросов о том, как осуществляется процесс познания мира, окружающей природы и социальных явлений, каковы этапы этого познания, по каким законам оно движется, можно ли, овладев процессом познания, управлять им, чтобы в конечном счете ускорить его прогресс в интересах созидания новой — коммунистической — цивилизации.

Методологической основой понимания процесса познания выступает марксистско-ленинская философия, особенно материалистическая диалектика, и прежде всего диалектика познания. В отличие от объективной диалектики процессов, протекающих независимо от сознания, процесс познания Ф.Энгельс называл субъективной диалектикой. Он писал: «Так называемая объективная диалектика царит во всей природе, а так называемая субъективная диалектика, диалектическое мышление, есть только отражение господствующего во всей природе движения путем противоположностей, которые и обусловливают жизнь природы своей постоянной борьбой и своим конечным переходом друг в друга, resp. (соответственно. — Ред.) в более высокие формы»^[3].

Диалектика познания, субъективная по форме, если она есть не «внешняя диалектика, резонирование вкривь и вкось» (Гегель)^[4], а внутренняя диалектика движения знания по пути получения объективной истины, объективна по содержанию как объективна материалистическая диалектика. В.И.Ленин писал: «Всесторонняя, универсальная гибкость понятий, гибкость, доходящая до тождества противоположностей, — вот в чем суть. Эта гибкость, примененная субъективно, = эклектике и софистике. Гибкость, примененная объективно, т. е. отражающая всесторонность материального процесса и единство его, есть диалектика, есть правильное отражение вечного развития мира»^[5].

Требование объективного подхода к процессам познания с целью получения объективной истины является отличительным признаком диалектики познания как момента, стороны материалистической диалектики. Поэтому 2-й том, посвященный диалектике познания, служит логическим продолжением 1-го, в котором рассматривалась объективная диалектика реального мира.

Диалектика, свойственная человеческому познанию, может быть материалистической лишь в том случае, если познание рассматривается как вторичное по отношению к материальным процессам и явлениям. Простого указания на связь, взаимодействие духовных, познавательных и материальных процессов недостаточно. Ведь их взаимодействие признается и в рамках идеалистической диалектики, например Гегелем, однако идеалисты считают духовное первичным по отношению к материальному.

Не умаляя значения диалектики познания в целом, авторы данного тома сосредоточили главное внимание на диалектике научного познания. Это объясняется назревшей необходимостью исследовать современные формы познания, соответствующие «веку науки», становления коммунистической цивилизации, когда достигается высшая ступень свободы в познании необходимости, когда все движущие силы общественного развития поступают под контроль общества. Коммунистическая цивилизация предполагает такое соотношение духовного и материального, при котором человеческий фактор приобретает качественно новое значение в управлении общественным развитием, наука становится контролирующим и управляющим фактором по отношению не только к производственным, но и ко всем общественным процессам.

М.А.Суслов отмечал: «Ни один из вопросов современности — будь то проблемы коммунистического строительства или мирового революционного процесса — не может быть научно осмыслен без обращения к трудам Маркса, Энгельса, Ленина, к историческому опыту КПСС, других коммунистических и рабочих партий. Без овладения марксистско-ленинским учением, без его творческого применения и развития нельзя рассчитывать на серьезный успех в революционной борьбе и созидании нового общества»^[6]. Поэтому при рассмотрении диалектики познавательных процессов мы исходим из следующих посылок: во-первых, основой прогресса, достигнутого в развитии всех разделов марксистско-ленинской философии за годы Советской власти, и особенно за послевоенные десятилетия, является философское наследие К.Маркса, Ф.Энгельса и В.И.Ленина, еще не до конца освоенное и раскрывающее свои новые грани при каждом новом продвижении теории вперед. Отсюда вытекает первая задача авторского коллектива: не только показать действенность и актуальность идей основоположников марксизма-ленинизма в наши дни, но и расширить, углубить освоение этих идей, обратить внимание читателя на такие их стороны и моменты, которые пока недостаточно исследованы, а также наметить пути дальнейшего развития материалистической диалектики.

Во-вторых, обращаясь к анализу диалектики познавательных процессов, авторский коллектив в то же время учитывает, что наука — это форма общественного сознания и что «при теоретическом методе субъект, общество, должен постоянно витать в нашем представлении как предпосылка»^[7]. Это значит, что и в раскрытии диалектики научного познания нужно исходить из органического единства диалектического и исторического материализма. В соответствии с этим отбор и постановка проблем в данном томе продиктованы не абстрактно-академическими целями, а особой важностью исследуемых проблем для развития научно-поисковой деятельности, ее большей эффективности, для решения сложных народнохозяйственных задач и оптимизации социального управления в эпоху строительства коммунизма.

Кроме того, авторский коллектив стремился преодолеть понимание диалектики познания, основанное на сведении субъекта познания, каковым является человечество, к индивиду. Этим объясняется включение в книгу глав, посвященных диалектике развития науки как единого целого, как формы общественного сознания. Поэтому в изложении диалектики познания авторы старались как можно более четко выразить те посылки и положения, которые отличают ее от любых идейно чуждых марксизму-ленинизму течений.

Авторы исходят прежде всего из органической целостности марксистско-ленинской философии. Как и во всякой органической целостности, в ней могут быть выявлены части, без которых не было бы целого и которые можно правильно понять только с точки зрения их взаимосвязи в рамках целого, что тем не менее не исключает, а предполагает исследование особенностей каждой из них. Такими функционально определенными, хотя и не обладающими абсолютной самостоятельностью частями марксистско-ленинской философии являются онтология, гносеология, логика, методология и т. д., каждая из которых связана с одной, основной для нее, но не исчерпывающей марксистско-ленинскую философию в целом функцией. Любая из них выполняет роль подтеории, детализирующей и конкретизирующей в каком-то определенном аспекте марксистско-ленинскую философскую теорию как целое. Их общим фундаментом является синтез материализма и диалектики, взаимопроникающих и охватывающих все части марксистско-ленинской философии.

Единство материализма и диалектики нерасторжимо, что, однако, не исключает возможности анализировать каждую из двух сторон отдельно, раскрывая в то же время их органическое единство, как это делал В.И.Ленин в статье «Карл Маркс».

Авторы исходят, далее, из целостности самой диалектики как одной из сторон марксистско-ленинской философии, представляющей собой учение о всеобщих взаимосвязях и законах развития природы, общества, познания и мышления. Единство диалектики, конечно, не отрицает особенностей ее проявления в неорганическом мире, общественной практике, научном познании и т. д., а также различия в уровнях теоретического освоения действительности. Рассматривая в качестве субъекта познания все человечество, представленное поколениями, общностями (и в первую очередь классами), индивидами, авторы данного тома анализируют одну из сторон его деятельности — познавательную, не исчерпывая всех проблем диалектики развития субъекта и его отношения к объекту, проявляющейся в общественно-социальной практике; это — задача следующих томов данного издания.

Авторы исходят, наконец, из того, что диалектика как метод познания воплощает в себе единство гносеологии и логики, а как одна из важнейших сторон марксистско-ленинской философии выполняет всю совокупность ее функций — мировоззренческую, онтологическую, гносеологическую, методологическую, логическую, социальную, эвристическую, прогностическую, аксиологическую, воспитательную и др. Особое значение в рамках социальной функции диалектики всегда имела и имеет сегодня идеологическая функция. Поэтому диалектика является не только великим оружием в деле строительства коммунизма, но и важнейшим средством борьбы с идейными противниками социалистического строя и коммунистической идеологии.

Диалектический материализм рассматривает процесс познания как одну из форм социального отражения и, следовательно, как высшую ступень развития свойства отражения, присущего материи^[8]. Поэтому анализ диалектики процесса познания естественно начать с категории отражения.

Диалектико-материалистическое понимание отражения основывается на ленинском положении о том, что «вся материя обладает свойством, по существу родственным с ощущением, свойством отражения»^[9]. Это положение имеет чрезвычайно важное значение для теории познания. Во-первых, оно позволяет подойти к возникновению человеческого сознания и познания исторически, что принципиально необходимо для материалистического понимания сущности познания и сознания. (Данный аспект связи отражения с теорией познания достаточно полно освещен в нашей литературе.) Во-вторых, признание универсальности отражения является непременным условием правильного понимания самого процесса отражения на любом уровне его развития. Этот, второй аспект существенно важен для последовательного решения вопроса о познаваемости мира.

Дело в том, что непосредственно человек может получать информацию при взаимодействии с весьма ограниченной частью объективной реальности. Неограниченная возможность ее познания открывается только благодаря включению опосредующих звеньев в это взаимодействие, так как отсутствие отражения на каком-то уровне неизбежно прерывает поток информации и принципиально ограничивает возможности познания мира.

Остановимся на сущности понятия «отражение», поскольку в нашей литературе имеются различные точки зрения по этому вопросу^[10].

Под отражением мы понимаем способность материальных объектов изменяться в соответствии с внешним воздействием, т. е. путем преобразования собственных свойств и структуры воспроизводить особенности воздействующего, или отражаемого, материального объекта. В этом определений важно выделить два момента: во-первых, отражение всегда предполагает взаимодействие отражающего и отражаемого материальных объектов. Это взаимодействие может быть непосредственным или опосредованным, но оно является необходимым условием отражения. Во-вторых, изменения, возникающие в отражающем объекте, в той или иной мере адекватны специфике отражаемого. Отражение имеет место только тогда, когда налицо единство обоих моментов.

В нашей литературе встречается точка зрения, согласно которой отражение есть ответная реакция на внешние воздействия^[11]. В таком определении отражение утрачивает свою специфику, оно отождествляется с взаимодействием вообще и поэтому теряет смысл особого свойства материальных систем. Более правильным нам представляется истолкование отражения как особого типа взаимодействия.

Чтобы выделить специфику того типа взаимодействия, который мы называем отражением, обратимся к представлению о причинно-следственной связи. Данная связь — это лишь один вид всеобщей взаимосвязи, взаимодействия, хотя и универсальный. То же можно сказать и об отражении. Рассматривая отражение в рамках причинно-следственной связи, мы видим, что оно фиксирует направленность действия от отображаемой системы к отображающей и потому допускает анализ его с точки зрения пассивности и активности обеих сторон процесса отражения.

Пассивность отражающей системы относительна. Особенно отчетливо это проявляется в высокоорганизованных материальных системах. Тем не менее, понимая отражение как свойство, лежащее в самом фундаменте материи, всегда следует иметь в виду активный характер отражаемой системы и момент пассивности в этом взаимодействии со стороны отражающей.

Указание на определенную направленность действия в отражательных процессах фиксирует только один момент, необходимый при определении отражения. Главным отличительным признаком отражения является изменение отражающей системы соответственно характеру действия отражаемой: свойства последней воспроизводятся в изменении свойств первой.

Центральной проблемой в понимании отражения как свойства, лежащего в фундаменте материи, является вопрос о смысле его универсальности.

Универсальность заключается в том, что отражение имеет место в любом взаимодействии, хотя последнее и не сводится к первому.