Читаем Стихия боли онлайн бесплатно

Современный обыватель привык к тому, что все заседания правительства транслируют по телевидению. Некоторых это раздражает, других беспокоит, дескать, есть куда важнее новости, но большинство к происходящему относится с безразличием, своя личная жизнь и свои проблемы занимают голову куда больше. И все же определенная категория граждан с неподдельным интересом следит за подобными репортажами и даже записывает на видео, чтобы потом несколько раз просмотреть: а вдруг удастся выхватить что-то интересное, а потом составить «секретный доклад», аналитическую справку или по-быстрому накрапать статью с намеком на «источник из правительства».

Несмотря на внешнюю открытость подобных заседаний, в действительности это всего лишь верхушка айсберга. На самом деле журналистов зовут лишь для констатации факта заседания, все остальные обсуждения проходят в закрытом режиме, ибо решаемые проблемы, как правило, находятся под грифом «Государственная тайна». И любая, даже короткая фраза, произнесенная вскользь, может стоить стране миллиардных убытков. Для эффективности управления экономикой такой гигантской страны, как Россия, был создан президиум при правительстве, в который кроме премьер-министра входила вся когорта его заместителей. На заседания президиума приглашались руководители той или иной отрасли, и вопрос решался именно по ней, не позволяя отвлечься на что-либо постороннее.

Недавно назначенный премьер-министр был в свойственной ему манере краток:

— Наша цель не просто вывести Россию на уровень мировых держав, мы должны совершить качественный скачок вперед, а для этого мало быть одним из крупнейших экспортеров углеводородного сырья. Необходим технологический прорыв: космос, атомострой и нанотехнологии, — это перспективы из не далекого, но все-таки будущего. Останавливаться сегодня на металлургии и химической промышленности мы и вовсе не будем, это тема другого заседания.

Сейчас мы обсудим наш ВПК и, соответственно, работу на мировом рынке оружия. Это наиболее технологически развитая отрасль.

Премьер замолчал и выразительно посмотрел на главу «Росэкспорторужия», отвечать следовало ему.

Чиновник проворно вскочил со своего места и почти с гордостью проговорил:

— Действительно, наш Военно-промышленный комплекс наиболее передовой в технологическом смысле. Последние десять лет мы стабильно занимаем второе место по продаже вооружений, далеко обогнав страны Европы, Китай и Израиль. Уступая лишь Соединенным Штатам Америки.

— Почему? — негромко спросил премьер.

— Разрешите зачитать лишь некоторые цифры, — глава «Росэкспорторужия», будто не расслышав вопроса, открыл свою папку и водрузил на нос очки в тонкой титановой оправе.

— Цифры сейчас не имеют значения, меня интересует, почему мы уступаем американцам, — делая ударение на последних словах, премьер исподлобья посмотрел на руководителя оружейного департамента. — Насколько мне известно, наши образцы ни в чем не уступают штатовским, а то и вовсе их превосходят по тактико-техническим характеристикам.

Никто из присутствующих не решился возразить главе правительства, и не потому, что тот находился на иерархической вершине власти, а по той причине, что в свое время он лично ознакомился с большинством современных образцов боевой техники: опускался на дно в подводной лодке, летал на самых современных истребителях и стратегических ракетоносцах, присутствовал на стартах «Тополей» и «Эскандеров». И сейчас, когда речь зашла о технике, он четко знал, о чем говорит.

— Ну, США продают вооружение своим союзникам и странам, с которыми у них тесные политико-экономические связи, — неуверенно пробормотал руководитель «Росэкспорторужия», окончательно стушевавшись под цепким взглядом премьера. — Но зато мы надежно занимаем свою нишу на долгосрочных контрактах.

— Этого мало, — резко произнес глава правительства. — На оружейном рынке, как и на любом другом, главным является конкуренция. Поэтому хотелось бы услышать вразумительный ответ, почему мы с более качественным товаром остаемся на втором месте?

— За последние четыре года мы расширили наш рынок, — подал голос глава оружейного департамента, до недавнего времени сам занимавший кресло «Росэкспорторужия», — увеличив прибыль почти на полмиллиарда за счет Венесуэлы и Малайзии.

— Это, конечно же, шаг вперед, но назвать прорывом все же нельзя, — премьер по обыкновению был категоричным. — Для того чтобы двигаться вперед, нужно определить направление и учесть все ошибки. Итак, повторяю: почему мы плетемся за американцами?

— Разрешите, — прозвучал сочный баритон и со своего места поднялся министр обороны. Плотно сбитый, коренастый, он смотрелся монументально. — Я был на последних трех авиасалонах и наблюдал за выступлениями наших заокеанских оппонентов. Конечно же, присутствует лоббирование на государственном уровне, но есть еще одна немаловажная деталь. Каждое выступление американской команды — это настоящее шоу, которое начинается на земле, где авиамеханики у самолетов чуть ли не танцуют брейк-данс. Затем в небе показывают фигуры высшего пилотажа. И еще… хотелось бы обратить внимание на психологический аспект: в команде американских пилотов есть группа женщин, управляющих легкими истребителями. Конечно же, американки считают это большой победой мирового феминизма. На самом деле все намного тоньше. Психологический аспект заключается в том, что в странах третьего мира, которые в основном закупают вооружение, женщину считают человеком едва ли не второго сорта, и, когда на авиасалонах слабый пол демонстрирует свое мастерство наравне с мужчинами, на покупателей это производит неизгладимое впечатление, «банановые» президенты убеждаются в том, что их пилоты так же легко смогут освоить современные крылатые машины.

— И что из этого следует? — премьер-министр взял «Паркер» с золотым пером, с интересом посмотрев на министра обороны.

— Россию представляет пилотажная группа «Витязи». Это опытные, маститые асы высшего пилотажа, и, если с ними наравне будет летать девушка, особенно учитывая, что это боевой тяжелый истребитель-перехватчик, думаю, это произведет определенное впечатление на потенциальных покупателей. — Министр обороны не был профессиональным военным, во власть он пришел из бизнеса, в свое время усвоив одно из главных правил коммерции: «Реклама — двигатель торговли».

— А что, это плодотворная идея, — заметно оживился премьер, ухватившись за мысль министра обороны, и быстро задал вопрос главе «Росэкспорторужие»: — Когда ближайший авиасалон?

— Через четыре месяца в Бангкоке будет проходить авиашоу «Королевский смотр», — без запинки доложил главный продавец оружия. — Король Таиланда желает перевооружить свою гвардию современными образцами ВВС.

— Ну вот, отличная возможность проверить версию министра обороны. Подберите пару девушек для зачисления в отряд «Витязей», ну и заодно привлеките к этому проекту всех необходимых специалистов. Кто там может понадобиться? Менеджеры по рекламе, визажисты, стилисты. Не мне вам объяснять. И вообще, все должно быть выполнено по мировым стандартам и даже более того.

Первое заседание президиума было завершено. Как говорится, задачи поставлены, цели определены, теперь следовало все это воплотить в жизнь…

День для главы «Росэкспорторужия» не задался с самого раннего утра, вернее с ночи. Ему приснился страшный сон. Казалось бы, глупость, взрослый человек, в прошлом высокопоставленный военный чин, а верит в подобные суеверия. Только ведь натуру не изменишь, и никто не признается, какой у кого «таракан» засел в глубине подсознания.

Главный продавец российского оружия панически боялся плохих снов, и никогда никому их не рассказывал, с детства уверовав в то, что таким образом можно избежать чего-то плохого.

Впрочем, на заседании президиума ничего экстраординарного не произошло. Тему сегодняшнего совещания заранее знали все приглашенные, и, как показалось тогда руководителю «Росэкспорторужия», это будет всего лишь подведение итогов прошедших лет. Все-таки дела у департамента не только идут хорошо, но ко всему еще и стабильно.

На самом же деле оказалось, что не все так безоблачно, как выглядело из рабочего кабинета. На заседании президиума выяснилось, что «хорошо» в современных условиях уже не достаточно, теперь требовалось только «отлично» и даже более того. Времени на раскачку не давали, нужен прорыв, как говорится, с места в карьер.

Работа «Росэкспорторужия» была отлажена не хуже, чем механизм хорошего хронометра. Плановые отделы работали в постоянном режиме, от одной оружейной выставки к другой.

План к проведению «Королевского осмотра» в Таиланде был готов и завизирован главой департамента. Теперь же все следовало менять.

«Почему менять? — поймал себя на мысли главный торговец оружием. Первые эмоции после заседания президиума постепенно исчезали, как лед под безжалостным солнцем, обнажая монолит деловой логики. — Все-таки план менять не нужно, достаточно лишь дополнить ролями для новых исполнителей. Вернее, исполнительниц».

Самой большой и трудной проблемой для главы «Росэкспорторужия» еще полчаса назад был поиск этих самых исполнительниц. Но сейчас его наконец осенило — он ограничен во времени, но совершенно не ограничен в средствах. А потому хороший руководитель не тот, кто пытается всю работу взвалить на себя, а тот, кто может эту работу для большей эффективности распределить среди специалистов.

Войдя в свой кабинет, чиновник достал из стола еженедельник, раскрыв на середине, быстро начертил примитивную схему. Так действовать он привык еще с лейтенантских времен, это было что-то вроде плана для школьного сочинения, позволяющего не упустить ни одной, даже самой незначительной детали.

Наконец отодвинув в сторону еженедельник, он откинулся на спинку кресла, надавил на кнопку селектора, соединяющего его с референтом.

— Алина, срочно соедините меня с командующим ПВО ВВС…

Появление в Кубинке командующего противовоздушной обороной и истребительной авиацией было делом вообще-то если не будничным, то вполне обычным.

Войдя в кабинет начальника авиабазы, генерал-полковник по-свойски поздоровался с полковником, потом спросил:

— Как дела?

— В норме, — коротко ответил начальник авиабазы. В Кубинке из-за того, что на ней базировались пилотажные группы «Воздушные витязи» и «Соколы» и полеты проводились чуть ли не каждый день, постоянно имел место риск, другими словами, чрезвычайное происшествие.

— Ваши, вижу, сегодня тоже летают, — генерал-полковник кивнул в окно, из которого было видно, как на взлетную полосу выруливает пара остроносых «Су-27», выкрашенных в цвета триколора.

— «Витязи» — лицо страны, вот и приходится постоянно поддерживать профессиональную форму, — витиевато ответил полковник.

— А Шостак где? — командующий положил на стол пластиковый кейс и сел в глубокое офисное кресло.

— Как всякий командир, впереди на лихом коне, — начальник базы взглянул на настольные часы. — Через двадцать минут должен уже сесть.

— Распорядись, чтобы после приземления зашел. Есть серьезный разговор, — приказал командующий.

— Сделаем, товарищ генерал, — полковник поднялся из-за стола, понимая, если командующий лично приехал, а не вызвал командира пилотажной группы к себе, значит, разговор будет серьезным, а может, даже секретным.

Уже в дверях его окликнул командующий:

— Ты смотри — сам куда-нибудь не завейся. Разговор касается нас всех. Понял?

— Так точно.

Он вернулся через сорок минут, следом шел командир пилотажной группы полковник Кирилл Шостак. Выше среднего роста, широкоплечий, с узким треугольным подбородком, в центре которого находилось углубление ямочки. На Кирилле был летный камуфляж, из-под куртки выглядывали бело-голубые полосы десантной тельняшки. Коротко стриженную голову прикрывала авиационная пилотка.

— Товарищ генерал-полковник… — Шостак остановился посреди кабинета и вскинул ладонь к виску.

— Давай без китайских церемоний, — слегка поморщившись, командующий легко поднялся из кресла и крепко пожал летчику руку. — Как идет подготовка к таиландскому авиашоу?

— Полным ходом, — улыбнулся командир пилотажной группы. — Нельзя ударить в грязь лицом — как-никак «Королевский смотр».

— Вот именно, — в ответ улыбнулся генерал. — На этот смотр сейчас много поставлено, в том числе и престиж государства. — Сделав короткую паузу, командующий обвел обоих полковников внимательным взглядом, те в ожидании разговора посерьезнели. — Появилась новая вводная по вашему выступлению.

— То есть? — нахмурился Шостак, он был человеком конкретным и не любил неожиданных сюрпризов.

— Штат твоей группы приказано расширить.

— Насколько?

— На двух человек, вернее двух женщин, — генерал отвел взгляд в сторону, на картину с взлетающим истребителем.

— Что? — в два голоса чуть не взревели начальник авиабазы и командир «Витязей».

— Приказано зачислить в пилотажную группу двух женщин-пилотов и подготовить по полной программе. Для выступления в команде и с индивидуальной программой, — в голосе командующего зазвенел начальственный металл. — Это не моя прихоть, а распоряжение с самого верха. Для нас, военных, все равно что приказ. Нужно выполнять. Тем более в пилотажных группах Америки и Израиля почти треть бабы, тьфу ты, женщины.

— Ну и кого вы решили нам сосватать? — проворчал Шостак, искривив недовольно физиономию, будто предстоял визит к дантисту.

— Я тебе не Ханума, чтобы устраивать сватовство! — рыкнул генерал, но тут же успокоился. — Сам выберешь тех, кто подойдет. Выбор, правда, не велик, так что придется постараться. — Командующий открыл кейс, достал из его недр лазерный диск в прозрачном футляре. — Держи, здесь досье на два десятка кандидаток.

— Куда же я их всуну, — растерянно забормотал командир «Витязей». — Командная фигура у нас же слётана, «ромб» — наша визитка. А эти две… не пришей кобыле… — полковник со вздохом развел руками.

— А может, пустишь их вперед командной группы? — предложил начальник Кубинской авиабазы. — В прошлом году в Москве на параде военных оркестров я видел построение кавалеристов президентского полка, так впереди эскадрона двигались двое «пионэров» на вороных пони. Я вам скажу, эффектно смотрелись.

— А где я им пони найду? — недоуменно проворчал Кирилл.

— Какие пони? — вскинул на него глаза командующий. — Ба… в смысле женщины, должны летать на тех же машинах, что и твои «Витязи». И не хуже, заметь.

— Взвейтесь, соколы, орлами, — буркнул в сторону Шостак, но до слуха генерала реплика дошла.