Читаем Стены вселенной онлайн бесплатно

Входная дверь за Джоном Рэйберном закрылась с ужасающим скрипом. Сколько раз они с отцом собирались подкрасить и смазать ее к зиме… Впрочем, сейчас Джону больше всего хотелось сорвать эту проклятую дверь с петель и забросить куда подальше.

– Джонни! - окликнула мать, но он уже скрылся в густой тени сарая, завернул за угол, и голос женщины потонул в стрекоте кузнечиков. Дыхание вырывалось изо рта облачками пара. На краю тыквенного поля Джон помедлил секунду и зашагал дальше. Где-то за этим полем, там, на востоке, был Технологический институт Кейза, в который он хотел поступать на будущий год. Только вот вряд ли получится. Есть еще университет в Толедо… Отец говорит, поработав год-другой, можно подкопить деньжат и заплатить за обучение.

Джон пнул ногой переспелую тыкву. В воздух взвились семена и тонкие ниточки мякоти. Запах сырой земли и гнили напомнил о том, что до Хэллоуина всего неделя, а урожай они с отцом так и не собрали. Значит, тысяча зеленых коту под хвост. Опять сплошной убыток…

С востока тыквенное поле заканчивалось полоской деревьев - старых кленов и вязов, - которые отделяли ферму от Таунлайн-роуд. За ней начинался заброшенный карьер. Тяжело дыша, Джон остановился возле дерева и постарался успокоиться.

Нет, родители тут ни при чем. Если кто и виноват, то только он сам. Не стоило ему драться с этим Тедом Карсоном. И уж тем более грубить его мамаше. Он один во всем виноват. Хотя… когда он сказал миссис Карсон, что ее сыночек - сволочь, у той сделалось такое лицо, что, пожалуй, оно того стоило.

Заслышав хруст сломанной ветки, Джон обернулся. Сперва он решил, что это Тед Карсон со своей мамочкой - выследили его и устроили в кустах засаду. Однако перед ним стоял какой-то незнакомый мальчишка со сломанным прутиком в руках.

– Джонни? - произнес он. Ветка в его руке обвисла и коснулась земли.

Джон пригляделся: это был не мальчик, а, скорее, подросток. Джон подошел поближе. Парнишка был в джинсах и клетчатой рубашке. Поверх рубашки он натянул какую-то нелепую красную безрукавку.

Джон задержал взгляд на лице незнакомца. Где-то он его видел… Это было его собственное лицо. - Эй, Джонни, привет! Стоявший перед ним был он сам.

Джон-в-безрукавке смотрел на двойника, суб-Джона, и думал: это как раз то, что нужно. Это был явно Джонни-Простачок, а не один из Джонни-Мятежников или Сломленных Джонни. Такому можно будет впарить все, что угодно. Он поверит.

– Кто… Кто ты такой? - спросил Джонни-Простак. Он тоже был в джинсах и рубашке, но без куртки.

Джон изобразил на лице самую искреннюю улыбку:

– Я - это ты, Джон.

– Что?!

Похоже, он несколько туповат.

– На кого я, по-твоему, похож? - спросил Джон и сам же ответил: - На тебя, Джон, на тебя. Потому что я и есть ты.

Джонни-Простак попятился назад, а Джон продолжал:

– Я знаю, о чем ты сейчас думаешь. Что это розыгрыш. Что кто-то потешается над простым деревенским парнем. Нет, это не так. И закрыли эту тему. Потом ты решишь, что у тебя, оказывается, есть брат-близнец, которого усыновили другие родители. И здесь ты будешь не прав. На самом деле все гораздо интереснее.

Джонни-Простак скрестил руки на груди.

– Ну, давай тогда, выкладывай.

– Вообще-то, я голодный как волк и не прочь где-нибудь присесть перекусить. Отец, я смотрю, уже дома. Может, пойдем в сарай и обсудим все там?

Джон подождал, пока в голове собеседника провернутся нужные шестеренки.

– Вряд ли, - наконец изрек тот.

– Ну, как хочешь. Тогда я разворачиваюсь и ухожу. И ты никогда ничего не узнаешь.

Джон наблюдал за битвой эмоций на лице Простака. Показной скептицизм боролся в нем с мыслью о бредовости этого видения и отчаянным желанием разгадать загадку. Простак любил загадки. В конце концов лицо его разгладилось.

– Ладно, пошли, - согласился он.

Они двигались рядом, и Джон немного успокоился. Пока шагали по тыквенному полю, он заметил, что они идут в ногу. Джон открыл дверь сарая, и пришелец вошел первым, привычно щелкнув выключателем возле двери.

– Здесь хоть потеплее, - сказал он, потирая руки, и обернулся к Джону.

Свет ударил ему прямо в лицо, и Джон поразился сверхъестественному сходству. Их действительно можно было принять за близнецов. Волосы у парнишки были такого же песочного цвета, только немного длиннее и по-другому пострижены. Одежда казалась странной: такой куртки Джон никогда не носил. Кроме того, юноша был чуть постройнее. За плечами у него висел синий рюкзак - набитый так туго, что молния не застегивалась до конца. Над глазом кожа была поцарапана, а над левой бровью темнело пятнышко бурой крови - уже свернувшейся, но еще довольно свежей.

– Ну, и кто ты такой?

– А как насчет перекусить?

Джон подошел к стойлу и, взяв из корзины яблоко, бросил его юноше. Тот поймал и улыбнулся.

– Рассказывай, а потом я схожу в дом, принесу поесть.

– Разве так отец учил тебя обращаться с путниками? Готов поспорить, если бы там, в кустах, я столкнулся с ним, он пригласил бы меня на ужин.

– Рассказывай, - повторил Джон.

– Ладно. - Юноша плюхнулся на тюк сена и стал грызть яблоко. - На самом деле все просто. Я - это ты. Вернее, я - это ты с генетической точки зрения. Я вырос на этой самой ферме, только в другой вселенной. А теперь вот решил повидаться с самим собой.

– Чушь собачья. Кто это такое выдумал?

– Ладно, ладно. Я бы тоже не поверил. - По его лицу пробежала тень. - Но у меня есть доказательства. Одну секунду… - Он вытер рот тыльной стороной ладони. - Итак, начнем. Этого коня зовут Стэн или Дэн. Вы купили его у Макгрегоров с Батт-роуд, когда тебе было десять. Конь упрямый, норовистый и терпеть не может ходить под седлом. Но становится шелковым, если знает, что у тебя в кармане яблоко. - Парень повернулся налево, к другим стойлам. - Свинью зовут Рози. А это корова Вильма. Кур вы называете Дамочками. Ну как, пока все верно?

Он самоуверенно ухмыльнулся.

– Когда тебе было двенадцать, ты украл у дяди пачку сигарет и все их выкурил. В восемь лет ты застрелил из ружья здоровенную жабу. После этого тебя вырвало от омерзения, и больше ты к ружью не притрагивался. Девчонку, которую ты впервые поцеловал, звали Эми Уолдер. Она была даже не прочь показать тебе трусики, но ты сбежал домой, к мамочке. И правильно сделал: у нее повсюду вши. Всё зовут тебя Джонни, хотя тебе больше нравится «Джон». На сеновале у тебя припрятана пачка старых «Плейбоев». Однажды ты прожег дырку в ковре в своей комнате. Никто об этом не знает, потому что ты поставил на это место тумбочку.

Он развел руки в стороны, словно гимнаст после удачного прыжка.

– Ну как? Близко к тексту? - Он ухмыльнулся и швырнул огрызок в стойло Стэна.

– Не целовался я с Эми Уолдер.

Эми залетела от Тайрона Биггенса, когда ей было пятнадцать. После этого она вместе с теткой уехала в Монтану и больше не возвращалась. Джон не стал упоминать, что, кроме этого пункта, все остальное было чистой правдой.

– А остальное я угадал?

Джон кивнул:

– В общих чертах.

– В общих чертах?! Да я попал в самую точку, потому что все это произошло со мной. Только в другой вселенной.

Откуда этот парень столько про него знает? Кто мог ему рассказать? Родители?

– Ну, допустим, так. Тогда скажи вот что. Как звали моего первого кота?

– Снежок.

– Мой любимый предмет в школе?

– Физика.

– В какой колледж я хочу поступить?

Пришелец помолчал, нахмурился.

– Не знаю.

– А что так?

– Пойми, я уже довольно долго путешествую, а до того о колледже я не думал. Потому и не знаю. С тех пор как я начал пользоваться прибором для путешествий, я стал другим… Но до этого момента мы были одним целым. - Он помолчал. Казалось, он уже устал от этого разговора. - Послушай. Я - это ты. Но если ты не хочешь мне верить - ничего страшного. Если ты не против, я переночую на сеновале, а утром уйду.

Глядя, как пришелец берется за лестницу, Джон почувствовал укол совести: нельзя же так гнусно обращаться с гостем.

– Ладно, можешь спать здесь. Я сейчас принесу поесть. Только не выходи никуда и, если кто-нибудь войдет, спрячься. А то с моими предками удар случится.

– Спасибо, Джон.

Дрожа и затаив дыхание, Джон смотрел, как Простак открыл дверь и растворился в ночи. А ведь самое сложное еще впереди.

Как просто было бы прикончить этого деревенского увальня… Один удар по темечку - и готово. Но нет, на такое он не пойдет. Во всяком случае, пока. Да, он дошел уже до предела отчаяния, но все же не настолько, чтобы совершить убийство. Или самоубийство?

Он мрачно усмехнулся. Старина Дэн тихонько заржал в ответ.

Взяв из корзины яблоко, Джон протянул его лошади. Глаза его вдруг наполнились слезами.

– Держись, старина, - прошептал он, пока Дэн с воодушевленным хрустом поедал яблоко. Его собственный Дэн умер. Погиб от его руки.

Он ехал верхом и решил перепрыгнуть через забор за дальним полем. Препятствие они одолели, но левая задняя нога Дэна не вынесла такого испытания. Кость сломалась, и Джон в слезах бросился на ферму.

Отец уже шел ему навстречу, мрачнее тучи и с ружьем в руках. Он все видел.

– Дэн поранился! - крикнул Джон.

Отец кивнул и молча протянул ему ружье. Джон машинально взял его, но тут же попытался вернуть обратно.

– Нет!

– Если сломана нога, другого выхода нет.

– Но, может… - Джон осекся. Пронзительное ржание Дэна было слышно даже отсюда. Его нога была вывернута под таким ужасным углом, что сомнений не оставалось.

– Может, доктор Кимбл его посмотрит?

– И чем ты за это заплатишь?

– А ты не…

Отец фыркнул и пошел к дому.

Джон смотрел ему вслед, пока крики Дэна не сделались совсем уж невыносимыми. Тогда он пошел обратно, и слезы ручьем текли по его щекам.

Выпучив глаза, конь яростно мотал головой, но, когда Джон приставил к его черепу ствол, затих. Наверное, догадался. Джон вытащил из кармана яблоко и сунул его Дэну. Конь зажал яблоко в зубах, но жевать не стал, словно ожидая. А потом чуть заметно кивнул, или Джону это показалось. И парень спустил курок. Дэн вздрогнул и повалился замертво. Джон бросился на землю и прорыдал целый час.

А здесь Дэн цел и невредим. Джон потрепал лошадь по морде.

– Привет, восставший из мертвых, - усмехнулся Джон. - Прямо как я.

Когда хлопнула входная дверь, отец с матерью разом замолчали, и Джонни догадался: разговор шел о нем.

– Я поем в сарае, - объявил он. - У меня там один важный эксперимент.

Достав из буфета тарелку, он принялся накладывать туда лазанью. Поймав его взгляд, отец сказал:

– Сынок, насчет этой истории с мальчишкой Карсоном…

Джон незаметно сунул в карман вторую вилку.

– Да?

– Я знаю, ты поступил правильно и все такое…

Джон кивнул и заметил, как мать отвела взгляд.

– Он презирает нас из-за того, что мы фермеры и копаемся в земле, - сказал Джон.

Мама развязала тесемку на шее, повесила фартук на стул и вышла из кухни.

– Знаю, Джонни… Джон. Но иногда приходится с чем-то мириться.

Джон кивнул:

– А иногда нужно как следует дать в морду, отец.

Он повернулся, чтобы уйти.

– Джон, ты можешь поесть здесь, с нами.

– Не сегодня, пап.

Захватив с собой кварту молока, он пересек кухню и вышел через черный ход.

– Стэн такого никому, кроме меня, не позволяет.

Джон, трепавший Дэна за ухом, обернулся.

– Точно, - сказал он, взял бумажную салфетку с лазаньей, которую протянул ему Джон, и принялся уплетать. - Спасибо. Обожаю мамину лазанью!

Простак нахмурился, и это упрямство было знакомо Джону. Он сам вел себя также, когда сталкивался с невероятным. Пожалуй, стоит попридержать язык и перестать заваливать его доказательствами, решил он. К этому Джону требовался более тонкий подход, чем показалось в начале.

Джон поедал ужин в полном молчании под пристальным взглядом Простака. Наконец тот не выдержал:

– Ладно, допустим, ты явился из другой вселенной. Каким образом ты это сделал?

С набитым ртом он ответил:

– С помощью моего прибора.

– И почему именно ты?

– Я не знаю.

– Хитро придумано, - со злостью заметил Джон.

– Мне дали прибор, который позволяет перемещаться из одной вселенной в другую. Сейчас он у меня здесь, под рубашкой. А почему именно я, мне неизвестно. Вернее, почему именно мы.

– Кто тебе дал этот прибор?

– Я! - ухмыльнулся пришелец.

– Еще одна наша копия из другой вселенной? - догадался Джонни.

– Ну да. Еще один Джон. Довольно симпатичный парень.

Пока все его слова были чистой правдой.

Простак надолго задумался. Наконец он изрек:

– Надо овец покормить.

И стал насыпать в корыто зерно из мешка. Пришелец подхватил мешок с другого конца и поднял повыше.

– Спасибо.

Они вместе задали корм корове, потом лошади, а уж после этого закончили собственный ужин.

– Если ты - это я, как мне тебя называть? - спросил Простак.

– Что ж… Может, Джон Первичный?

– Я не хочу называться «вторичным»…

– И не надо, будь просто Джоном.

– Если ты - первичный, то который по счету тот, что дал тебе прибор?

– Нулевой, - усмехнулся Джон. - Так значит, теперь ты мне веришь?

Казалось, Простак все еще сомневался.

– Может быть.

– Ну ладно. Тогда вот тебе последний аргумент. Уж тут отрицать бесполезно. - Джон Первичный задрал штанину, обнажив длинный белый шрам на ноге, где не росли волосы. - Теперь покажи свой, - предложил он, стараясь не поддаваться панике. Последний раз, когда он попытался проделать этот трюк, шрама не оказалось.

Простак оглядел шрам, а затем закатал джинсы до колена. От холодного воздуха волоски встали дыбом на всей икре, кроме полоски зарубцевавшейся плоти на точно таком же шраме.

Когда Джону Первичному было двенадцать, они с Бобби Уолдером перебрались через колючую проволоку на участок миссис Джонс, чтобы поплавать в бассейне. Та спустила на них собак, и мальчишкам пришлось нагишом удирать через поле и с разбега сигать через колючую проволоку. Джон в этом преуспел не слишком. Бобби благополучно смылся, а Джон доковылял до дома кое-как. На рану пришлось накладывать швы и делать укол от столбняка.

– Теперь ты мне веришь? - спросил Джон Первичный. Простак уставился на шрам.

– Да. Боль была адская, правда?

Джонни сидел в «аквариуме» - комнате со стеклянными стенами рядом с кабинетом директора, - стараясь не встречаться взглядом с одноклассниками и гадая, чем сейчас занимается Джон Первичный. Он оставил своего двойника на сеновале с половиной школьного завтрака и обещанием не высовывать из сарая носа.

– Не беспокойся, - сказал ему тот с ухмылкой. - После школы встретимся в библиотеке.

– Только чтобы никто тебя не видел, ладно?

Джон Первичный улыбнулся снова.

– Джон! - Из кабинета директора высунулась голова. У парня упало сердце: он никогда еще не попадал в неприятности.