Читаем Стебалово онлайн бесплатно
ВЕДУЩИЙ: Привет! С вами я, Александр Стукач, вы смотрите программу "В мире криминала". Ежедневно мы знакомимся с основными новостями теневого бизнеса, яркими событиями криминального мира, встречаемся с влиятельными авторитетами города и края, громилами и подонками всех мастей. Оставайтесь с нами! Тем более, сегодняшний гость студии того заслуживает. Встречайте! Самый титулованный убийца современности, профессиональный ликвидатор Серафим...
Серафим выходит из-за ширмы и занимает место рядом с ведущим.
СЕРАФИМ: Добрый вечер.
ВЕДУЩИЙ: Говорят, побывать в Отвязном и не увидеть на крыше киллера, значит, не увидеть города; включить телевизор и не столкнуться на экране с преступным авторитетом, значит, не включить телевизор... Стало быть, сегодня у нас необычный вечер: заказчик и исполнитель отчасти поменялись местами. Не берусь утверждать, что сейчас по крышам разгуливают маститые авторитеты, но то, что в моей студии находится натуральный убийца Серафим, сомнению не подлежит. Серафим только что любезно спустился с крыши в студию и готов, по мере возможностей, удовлетворить любознательность земляков. В конце концов, народ должен знать своих героев.
СЕРАФИМ: Вы правы, Шура, убийцы - достаточно редкие гости голубого экрана. Представители нашей профессии, как правило, легко ранимы, чрезвычайно подозрительны и, увы, зачастую не в состоянии связать перед объективом видеокамеры пару приличных слов. Все это не способствует нормальным отношениям между киллером и его жертвами. Ведь не секрет, что, с одной стороны, нас идеализируют, превращают в бессловесных кумиров, а с другой, я бы сказал, побаиваются. Но при взаимоотношениях, основанных на недоверии и непонимании специфики нашего труда, работать невероятно сложно, - этот лед мне бы и хотелось немного растопить.
ВЕДУЩИЙ: Начнем со статистики. По результатам опроса общественного мнения, проведенного независимой компанией "Терминатор", профессия киллера уже свыше десяти лет продолжает оставаться любимым народным ремеслом, в то время как Серафим второй год подряд уверенно возглавляет рейтинг высокооплачиваемых убийц города Отвязного. И это неудивительно... На вашем счету, Серафим, более ста мастерски исполненных преступлений, ни одно из которых не раскрыто органами правопорядка. В Отвязном о вас знает каждый ребенок; пожалуй, уже не сыскать такого толстосума, очко которого не взыграло бы при одном упоминании вашего имени. Коэффициент полезного действия вашей работы - девяносто шесть процентов. Вы в совершенстве владеете всеми существующими видами оружия: от обыкновенного кулака и накидыша до ядерной боеголовки. Другими словами, заказчик, поручая дело вам, может спать мертвым сном...
СЕРАФИМ: На девяносто шесть процентов.
ВЕДУЩИЙ: Если это не профессиональная тайна, как вам такое удается?
СЕРАФИМ: Никаких секретов нет.
ВЕДУЩИЙ: Тогда каковы основные принципы вашей работы? Только ли это беспредел, о котором часто говорится в прессе?
СЕРАФИМ: Видите ли, Шура, в последнее время я всячески стараюсь отойти от беспредела, о котором постоянно твердит пресса, когда речь заходит обо мне. Я уделяю максимум внимания каждому клиенту и считаю, что будущее за индивидуальным подходом к человеку, каким бы паразитом он ни был. Мои клиенты как дети. Когда ты к ним являешься, они все стоят на перепутье между этой жизнью и следующей. Только на поверхностный взгляд их недоумение выглядит одинаково: полтинники навыкат, матка до кадыка, грабли вместе -- клюшки врозь; на более глубоком уровне есть в них что-то от будущей жизни. К примеру, мне совсем недавно довелось наблюдать, как жирный свинтус превращается в скромного паука, а акула кредита - в серого зайца... О чем я? В принципе клиенты удивительно разные, каждому подавай индивидуальный подход. Однако следует признать, что на сегодняшний день подавляющее большинство ликвидаторов при дневном свете не отличит быка от борова. К сожалению, мы находимся еще на очень низкой ступени культуры убийства: раскидываем мазуриков где попало, гасим клиента в универмаге, в метро, в президиуме Законодательного собрания... С этой точки зрения нам есть чему поучиться у итальянских коллег. Ведь почему американцы терпеть не могут наших бандитов и прекрасно уживаются с макаронниками? Потому что мы привыкли все делать тяп-ляп. Хочется верить, что со временем нам удастся непрофессиональный подход к делу вытеснить индивидуальным, более продуктивным и цивилизованным методом работы. Ведь существуют тысячи разнообразных способов загасить клиента, и обо всех мне бы хотелось сейчас рассказать.
ВЕДУЩИЙ: Прошу простить, Серафим. То, о чем вы говорите, интересно, но время передачи ограничено. Не могли бы вы свести рассказ к нескольким наиболее ярким примерам?
СЕРАФИМ: Как вам будет угодно. Я начну с удушения. Не знаю, известно ли вам, элементарное, казалось бы, удушение, насчитывает целых сто шестнадцать техник и школ.
ВЕДУЩИЙ: Нет, мне об этом ничего не известно.
СЕРАФИМ: Смотрите! Видите на моей руке часы? У них такой же механизм, как у обычных, наручных, кроме одной детали, - это встроенная в корпус струна из оцинкованной проволоки. Посмотрите, я потянул за колечко, и она к вашим услугам.
ВЕДУЩИЙ (оператору): Будьте добры, крупный план струны.
СЕРАФИМ: Обычно убийца накидывает ее на горло клиента, резким движением стягивает в узел, и... клиент готов.
ВЕДУЩИЙ: По-моему, очень практично и удобно.
СЕРАФИМ: Да. Но существует еще более технологичный вариант струны, сводящий процедуру к долям секунды: струна, покрытая алмазной пылью. Правда, тут мы уже сталкиваемся с полным отсечением башки клиента.
ВЕДУЩИЙ: Давайте сначала закончим с удушением. В связи с нашим разговором мне вспомнился один курьезный эпизод. Вы не могли бы рассказать о воре в законе по кличке Тундра?
СЕРАФИМ: С удовольствием. Старик загнулся эффектно. Моих рук дело. Я вздернул его на чулке любимой женщины. Да-да, не смейтесь. Когда-то в дремучей зрелости у Тундры случился роман с довольно-таки цивильной сосой, и, как выяснилось перед самой смертью, память о ней стала единственным светлым местом в его, в целом, гнилой биографии. Подробности их связи я раскрывать не собираюсь, пусть они останутся в могиле вместе с Тундрой, скажу только, что он поведал мне исключительно трогательную историю... Поскольку Тундра принадлежал, знаете, к таким доисторическим, матерым ворам совковой закваски, свято чтил правила поведения в миру (увы, законы воровской касты безжалостно запрещали ему жениться на любимой женщине), влюбленным суждено было безвременно расстаться. И у него сохранился от нее лишь один занюханный чулок, ну еще с тех времен, когда он был мужчиной (старику перевалило за девяносто, что вы хотите). И вот он мечтал: когда задвинет кобздец, встретить его в объятии любимой женщины... Мне ничего другого не оставалось, как доставить ему это удовольствие.
ВЕДУЩИЙ: Исключительно трогательная история.
СЕРАФИМ: И наглядный пример индивидуального подхода к клиенту, что бы обо мне не говорили журналисты.
ВЕДУЩИЙ: Тем не менее мне представляется довольно проблематичным отмыться от ярлыка ярого беспредельщика, который на вас навесили, Серафим, особенно после целого ряда громких, в прямом смысле слова, разбоев, учиненных радикально настроенными членами дубосаровской преступной группировки над лидерами янтарской ОПГ. Как тут не вспомнить, что кроме девяти или восьми авторитетов погибло три памятника архитектуры, шесть дорогостоящих автомобилей иностранного производства, четыре загородных дома и прочее, прочее.
СЕРАФИМ: Однако именно эта разборка заставила средства массовой информации с уважением отозваться о дубосаровской мафии.
ВЕДУЩИЙ: Ну, уж... Вы перегибаете, Серафим. Авторитет дубосаровской мафии, на мой взгляд, никогда не ставился под сомнение. Зато у многих сложилось впечатление, будто вы намерены решать все свои проблемы исключительно с помощью танков и гаубиц.
СЕРАФИМ: Во-первых, Стукач, существует целый ряд проблем, которые, по понятиям Отвязного края, невозможно снять без танков и гаубиц.
ВЕДУЩИЙ: По каким понятиям?
СЕРАФИМ: По правильным. Мне не хотелось бы на этом останавливаться, поверьте на слово: понятия правильные. Ну, и во-вторых, сегодня утром я принял твердое и окончательное решение отколоться от так называемой дубосаровской группировки. Поэтому обвинения в их адрес можете смело переадресовать непосредственно их лидеру Лысому, с которым я с этого дня кентоваться абсолютно не желаю.
ВЕДУЩИЙ ( в замешательстве): То есть... что вы этим хотели сказать?
СЕРАФИМ: С группой единомышленников я создал независимую ячейку в криминальном бизнесе Отвязного. Но это отступление, к этому я еще вернусь. Давайте поэтапно, Шура. На чем мы остановились? На беспределе? Так вот. Как я уже сказал, несмотря на то что ни край, ни город пока не готовы решать свои текущие проблемы без танков и гаубиц, я все же призываю чиновников, политиков, бандитов и бизнесменов к более цивилизованным методам ведения игры. Там, где по старинке используется табельное оружие, умелый убийца в качестве рабочего инструмента сумеет найти применение совершенно банальным предметам обихода. Достаточно пошевелить мозгами, проявить немного фантазии, смекалки, и решение придет само собой. К примеру, вы, Шура, никогда не задумывались, что получится из обыкновенного тазика для стирки белья и горсти цемента, если ваша задача - не только прижмотить клиента, но и получить от него максимальный объем полезной информации?
ВЕДУЩИЙ (все еще на измене): Тазик для стирки белья?
СЕРАФИМ: О, это может быть любая емкость, способная вместить пару копыт клиента: пластмассовый хозяйственный тазик или дырявое никелированное ведро. Необходимо лишь вооружиться песком и раствором цемента. Остальное - дело техники: сначала засыпаете в таз песок, затем плавно перемешиваете с ним цемент, потом постепенно добавляете в готовый раствор воду, продолжая все это перемешивать.
ВЕДУЩИЙ (несколько приходит в себя): Просто добавить воды?
СЕРАФИМ: Главное, Стукач, перемешать раствор, и только потом лить воду. А то, что может получиться? В цементе могут образоваться комки, которые в девяти случаях из десяти причинят неудобства и без того нервному и раздражительному клиенту. Никогда не забывайте, Шура: клиент всегда прав. Хотите, чтобы он быстрее кололся - сделайте все от вас зависящее, чтобы ему было кайфово. Создавать президентский комфорт никто не требует, проявите заботу хотя бы в мелочах, и результат - вы увидите - не заставит себя ждать. Сунув копыта клиента в застывающий цементный раствор, вы даете ему от получаса до трех часов на то, чтобы он открыл шлюзы и зачирикал. Для этого целесообразно посадить его вместе с тазиком на краю моста, над бурлящей рекой. Ноги в застывающем цементе, могучий речной поток, наконец, вид звездного неба над головой, с которым клиенты, как правило, не спешат расставаться, производят положительное впечатление. Если клиент не дундук, он зачирикает скоро. Но некоторые из них, вместо того чтобы держать конкретный базар, гонят откровенную пургу. Именно так случилось с нигерийцем Паскуалем. Он полагал, что залетел в наши края из жаркой Африки всего на несколько дней, с целью понюхать русского снега, а получилось, что навсегда. Уже на четвертый день своего паломничества, поимев вместо ведра кокаина ведро цемента, он был сброшен в реку с Амбального моста. Если б Паскуаль был мудрее, он бы, конечно, раскололся, и я б его, возможно, отпустил обратно, в его жаркую Африку. Но увы. За полтора часа общения мне не удалось выбить из его вонючей балды ни единого русского слова. Согласитесь, Шура, полтора часа - время вполне достаточное, чтобы открыть шлюзы.
ВЕДУЩИЙ: Полтора часа вполне достаточно.
СЕРАФИМ: Не в пример Паскуалю, благоприятное впечатление произвел судья Лапкин. На том же Амбальном мосту задроченный патриарх нашего судопроизводства зачирикал спустя каких-то пятнадцать минут после того, как я его усадил в дырявое корыто с раствором цемента, и преспокойно сдал всех, кто ему платил по делу Подсудного.
ВЕДУЩИЙ: Громкое было дело.
СЕРАФИМ: Нехилое. Однако Лапкин его зачем-то закрыл. Шмон тогда стоял по всему городу. Подсудного не посадили, а Лапкин в момент отоварился "пятисотым" "мерзавцем". Короче. Лысому это не покатило - он заслал меня, чтобы я во всем разобрался. Так копыта судьи и оказались в растворе цемента.
ВЕДУЩИЙ: Ну, хоть разобрались?
СЕРАФИМ: Нет проблем.
ВЕДУЩИЙ: Если не ошибаюсь, судья Лапкин был застрелен полтора года назад в кровати фешенебельного борделя "Розовая птица" при весьма пикантных обстоятельствах.
СЕРАФИМ: Да, бедолаге оставался небольшой выбор: ждать под звездным небом, когда схватится цемент, и пустить пузыри в реке либо, получив неделю-другую отсрочки, по полной программе оттянуться в притонах и погонять на новом "мерседесе". Лапкин выбрал второе. А что делать? Ведь его пасли четыре бугра: Лысый, Большой Патрон, Подсудный и Хувалов, - с такой колодой не пошалишь. Лапкин зарылся по всем направлениям, шансов у него не было. Просто ему впадлу показалось три часа сидеть в дырявом корыте на краю моста, и он решил надышаться перед смертью. Если не ошибаюсь, через неделю его разменял Подсудный.
ВЕДУЩИЙ (вновь садится на измену): Подсудный разменял Лапкина или Законный, к нашей передаче не имеет отношения. Напоминаю, что с вами я, Александр Стукач, программа "В мире криминала". Ни я, ни программа не несем ответственности за то, о чем говорится в студии... Серафим, в целях вашей, да и собственной безопасности предлагаю профильтровать наш интересный разговор и не заострять внимания на персоналиях. Я всегда с почтением относился к вам и к вашей блестящей карьере: яркое прошлое, светлое будущее, - и тем не менее, позвольте вам дать один небольшой совет: отвечайте за базар. На вас смотрит весь город.
СЕРАФИМ: Стукач, у вас что, волына десятого калибра под мышкой, чтобы вы давали мне советы?
ВЕДУЩИЙ: Нет, я не вооружен, но те, кто...
СЕРАФИМ (перебивает): А я вооружен, и у меня под мышкой ствол десятого калибра, поэтому давайте уж я сам решу, за что отвечать и что фильтровать. И потом, неужели вы всерьез вообразили, что я залез в эту затраханную студию лишь для того, чтобы помолоть языком о вздернутом на чулке Тундре или ныряльщике Паскуале? Если я, как вы хорошо заметили, самый высокооплачиваемый киллер Отвязного, то на хрен, спрашивается, мне якшаться со стукачами, портить доброе имя?
ВЕДУЩИЙ (замешкавшись): Что же вас сюда привело?
СЕРАФИМ: Я тебе скажу, что меня сюда привело. Меня загнали в бутылку, Шура, вот что. Подставили, взяли за галстук - называйте, как хотите, - но все это дело рук одного подонка, которого мне бы и хотелось сегодня застучать.
ВЕДУЩИЙ: Этого мне только не хватало!
СЕРАФИМ: Пользуясь моментом, спешу всенародно объявить о том, что мой бывший босс по дубосаровской преступной группировке, самой жестокой и перспективной коммерческой структуре Отвязного края, известная мразь по прозвищу Лысый и популярный городской олигарх по имени Василий Бляха - одно и то же лицо.
