Читаем Срезы (СИ) онлайн бесплатно

— Ну что во вторник на футбол? — энергично вопросил худосочный парень, в немного затасканной ветровке.

— Какой футбол! — Воскликнул Николай, крепкого телосложения парень, в новом спортивном костюме, взмахивая только что открытой бутылкой пива, — где мы, где спорт.

— Да норм все будет. Сегодня бухнем, завтра похмелимся, в воскресенье отлежимся, и там уже трудовая неделя ведёт нас в рабочею колею, — оптимистично продолжил вещать щуплый, не прекращая облупливаться этикетку от пивной бутылки.

— Серый, ты определенно оптимист, — гаркнул Макс, крепко сбитый парень, в майке без рукавов. И пусть под кустом сирени и было прохладно, несмотря на начало июля, но упускать возможность продемонстрировать свои мышцы он никак не мог. Да они не выглядели впечатляюще как у бодибилдера, но на общем фоне приятелей смотрелись вполне внушительно.

— А что такого? — тут же взвился Серега, привставая со скамейки, — мы же не алкоголики, чтобы бухать постоянно, так отмечаем пятницу, как священный день начала выходных. И то умеренно…

— Серый, мы что втроем играть будем, — пришел черед Николая искать отмазки против физнагрузок по средине недели.

— Я все утряс, пацаны с Южного нас возьмут в команду. Да бычара и тебя тоже, — он ткнул сидящему на скамейке Максу пальцем в лоб, и тут же отдернул руку, иначе можно пострадать за наглость.

— Блин Серый, ну ты нам гемора подкинул, — простонал Николай, — ладно доживем до вторника, а там видно будет.

Трое приятелей стукнулись бутылками в знак окончания переговоров. Как это часто бывает, невезучему Максу пеной облила руку, пока все делали жадные глотки он тряс пальцами избавляясь от влаги.

Футбол тот самым фактором, что привел этих по сути разных людей к крепкой, сначала юношеской, а после и мужской дружбе. Учились они в разных классах, да и возраст не совпадал, в год разбежка. Но игра в одной команде их объединила. И если Сергей Маров, прозванный еще с первого класса Марадоной, всегда считался подающим большие надежды талантом. И не беда, что он числился в этом статусе все двенадцать лет обучения. То Николай на футбол попал случайно, и в основной стоял на воротах, где и добился неких успехов. Но не в меру энергичный Серега всячески сбивал его с тренировочного процесса, увлекая то в компьютерные залы, то исследовать заброшки, то банально слоняться по городу. Максим Иванов, посещал секцию футбола по приказу отца, яростного фаната английской игры. Ни таланта, ни желания у парня не было, но нужда угодить отцу заставляла пинать мяч.

И вот каждый три месяца Марадона, пытался затащить их на футбольное поле в любительскую команду города. Нереализованные амбиции, не давали парню покоя.

Николай улыбнулся, прикрыл глаза и сделал протяжный глоток. В такие минуты Коляну наслаждался незамысловатым отдыхом, лето, друзья, природой пусть и парковой. И все проблемы отступают, те, что тянулись из рабочих будней, и те домашние, что ожидали завтра с утра. Идеальное время.

— Вот эта цаца, — полез заполнять паузу своими замечаниями Серый.

Оба парня проследили за взглядом приятеля. И через ветки кустарника, кои удачно маскировали их от нежелательных взглядов, увидели следующую картину. По мощеной дорожке, за двухлетнем ребенком шутливо бежала девушка на вид лет двадцати, длинные волосы до поясницы, энергично метались из стороны в сторону, а декоративный маленький рюкзак забавно шлепал ее по низу спины. Образ из романтической комедии, а никак не из реальной жизни. В основном в парке как заметил Колян, гуляли маловыразительные мамаши, полностью убитый тяготами быта. И тут такая непосредственность.

— Че Колян твой типаж? — делая шумный глоток заявил Марадона.

— Угу.

— Иди зазнакомся, ты у нас самый удачливый ловелас, — тут же последовала провокация от приятеля.

— Рано, надо присмотреться, — подпустив в голос значимости, сказал Колян.

Отчасти несостоявшееся звезда футбола был прав. С девушками Колян сходился легко, имелся в нем некий шарм. Вроде и типичная внешность, подходящая под определение, северный славянин, и говорить не особый мастак, но непонятно почему, даже для него самого, представительницы противоположного пола охотно шли на контакт. И если говорить откровенно он себя ловеласом не считал, просто не шел наперекор общественному мнению. Да и банальное желание выделяться хоть чем-то из серости тоже присутствовало.

— Пускай смотрит, а то если Маринка узнает, башку проломит каблуком, — недовольно пробурчал Макс.

— Это да, — и словно подтверждая слова приятеля, Серый почесал макушку.

— Волков бояться — в лес не ходить, — невпопад буркнул Колян.

Он невольно пытался поддерживать образ бабника, но с каждым годом это становилось все трудней и трудней. А причина проста, дальше слов он никогда не заходил. Потому что, искренне считая, женам изменяют только конченные мрази. Хочешь ходить по бабам, не женись. Он пару раз пытался высказать свою позицию, но сразу же начинались подколы и навешивание нового ярлыка: подкаблучник. Гордость такого стерпеть не могла, пришлось раз в глаз дать Славику, чтоб остальные поутихли. И остальным урок.

Далее разговор друзей превратился в лоскутное полотно, где было место и воспоминаниям из детства, и скабрёзным шуткам, как и пространным разговорам за жизнь. В общем все, что наполняет досуг усталых работяг.

Колян нагнулся, извлекая четвертую бутылку пива из полиэтиленового пакета. Взялся за горлышко, пластиковая зажигалка уперлась в согнутый указательный палец, хлопок, пробка описав дугу в пару метров тихо упала в траву. Сделав глоток, парень подобрал оброненный мусор, и переместил его в близь стоящую урну.

— Ну еще до магазина? Или плавно переместимся в бар? — с какой-то философской отстранённостью задал вопрос Сергей.

Компания призадумалась. Николай, делая очередной глоток с неким стыдом для себя понял, что, три бутылки пива только раззадорили его разум, и привели в благостное состояние. А было время, когда он после третий прилагал усилия, чтобы сохранить трезвость мышления.

«Становлюсь опытным блин», — но набираться такого опыта не хотелось, можно не уследить и превратиться в мастера по литр болу.

— Нуу давай в бар, — неуверенно проговорил Макс, ему откровенно становилось не комфортно в маячке в сгущающихся сумерках.

— Опа, — Марадона резво соскочил с насиженного места, бесцеремонно тыкая пальцем в сторону скамеечного ряда — это кого я вижу.

Приятели лениво повернулись в указанном направлении. Повис немой вопрос.

— Колямба, разуй глаза, — энергично всплеснул руками Серый, — там Вика из твоей параллели.

— Точно, — тут же оживился Макс, привставая со скамейки.

Колян внутри выматерился, все больше налегая в словах на синонимы слову шалава. Вику Еромееву он видел уже не впервые раз, но упорно игнорировал ее, попутно отвлекая парней.

— Ну все у кого-то будет незапланированный секас, — радостно заверещал Серый, словно это ему сейчас кое-что обломиться.

Николай хмуро посмотрел на приятеля, гадая: тот в самом деле верит, что Колян способен вот так просто перепихнуться при первом удобном случаи. Или же глумиться, давно поняв, что он верен Марине до последнего кончика волоса.

— Помнишь урок истории? — мечтательно заговорил Сергей, — ее бирюзовое плотице, короткое до нельзя. Ммм весна, солнце…

Колян помнил, такое не забудешь: десятый класс, Вика возле доски тянется написать занудные цифры, о гибели какого-то полководца, а парни смотреть только на ее ножки, мечтая, чтобы платье все же задралось до крайнего неприличия.

— А ты как там оказался, ты же младше меня на год? — выходя из неги воспоминаний спросил Колян.

— А, — отмахнулся Марадона, — спаренный урок тогда был.

— Давай дерзай, а мы если что тебя прикроем, — толкнул его в спину Макс.

— Да на фиг, хорошо же сидим, — с ленцой брякнул Колян примеряясь занять освободившееся место на скамье.

— Дааа, мы были о тебе лучшего мнения, — грустно проговорил Серый.

Колян лишь усмехнулся, он еще с пятого класса не велся на такие провокации. Вернее, он видел их насквозь, но жизнь по пацанским понятиям диктовала свои условия. И когда тебя брали на понт, нужно либо действовать, либо быковать отстаивая свое мнение. Понимания всего этого, кошкой проскреблось, по внутреннему миру Николая.

— Ну каблук Маринкин давит не только черепа, но и другие немаловажные места, — многозначительно заявил Макс.

Опять стандартная подначка, сколько раз его так пытались подцепить? Только за этот год десяток раз. Послать бы их все в пень, ну позубоскалят, а ведь есть способ заткнуть особо наглых. И не надо будет подрываться, и бежать к очередной бабе, на которую укажут друзья. Да и в новых байках про походы налево тоже отпадёт нужда. Но увы, как признавался сам себе Колян, тщеславие не дает покоя. Ведь если разобраться, что он из себя представляет без образа бабника? Ничего, ни спортсмен, ни великому ума человек, не балагур, и не денежный воротила. Да у него великолепная семья, красавица жена, умница дочь. Но в отрыве от них, кто он? Серость. Так что придется допить пиво и идти, подтверждать то единственное, что выделяет его из толпы.

— Дайте хоть пива допить, — голосом прожжённого циника заявил Колян.

Через пять минут убрав недопитую бутылку в урну с мусором, провозглашений бабник отправился к выбранной цели. Стоило ему сделать пару шагов как Макс тормознул парня за руку, и с размаху вручил презерватив, и через довольную лыбу проговорил:

— Давай не подкачай.

Колян убрал подношение в карман штанов, и уже не столь уверенно продолжил путь.

— Привет, Вика! — громко поприветствовал он старую знакомую из школьной пары.

Образ из воспоминаний, легкий воздушный с мягкой улыбкой, нисколько навязался с теперешним видом девушки. Она развалилась в фривольной позе на скамейке, крашеное каре брюнетки, в чёрных штанах карго, в тон им косухе, с дизайнерскими затертастями. И если приглядеться на лице виднелись следы от пирсинга, в носу, на губе и ушах. Только улыбка осталась прежней, как и взгляд мутно зеленых глаз.

— Здарова Колян! — совсем по пацанки отозвалась она, и без стеснения смерила его наглым оценивающим взглядом.

По сравнению с давней знакомой, Николай выглядел простовато, кроссовки спортивки футболка с длинными рукавами, волосы выстрижены максимально эффективно, то есть коротко в три миллиметра.

— Какими судьбами в наших краях? — он сел рядом с девушкой, закидывая одну руку за спинку скамейки.

— Аааа, сама не знаю. Ностальгия, наверное, — она закинула ногу на ногу, садясь в пол оборота к парню, и махнула рукой на коричневое здание средний школы номер двенадцать, где они когда-то с разной степенью успеха грызли гранит науки.

— Да. Никогда бы не подумал, что ты сентиментальная. Мне казалось, целеустремлённость и цинизм твое кредо, — тут Николай слегка приврал, но чувствовал, что данные слова пришлись по вкусу девушке.

— Пфф, — фыркнула школьная знакомая, и расплывусь в улыбке продолжила, — ну как, будем предаваться воспоминаниям или же обсудим геополитику?

Николая сбил такой оборот событий, с заготовленных рельс разговора, но лишь на мгновение.

— Знаешь, то и другое интересно лишь под рюмку водки. Так что давай я тебя поразвлекаю парой скабрёзных баек.

— О как! Попробуй.

У Николая имелось несколько историй, особенно для новых ушей, так же они имели вариативность, в зависимости от слушателя. Вика реагировала на сказанное громким смехом, настолько что Колян слегка смущался взглядов прохожих, и сильно подозревал что веселье наигранное.

— … значит стоит он, в раскоряку, штаны, обгаженные возле колен, в руках кружка с Липтоном, и тут заходят медяки.

— Чё правда? — через смех спросила Вика.

— Сам не видел, но верные люди рассказывали именно так, — авторитетно заявил Колян.

— Найс, вообще огонь. Но знаешь тут становится холодновато, — она повела плечами как это умеют делать только девушки, и придав голосу томности, продолжила, — может переместиться ко мне?

Колян замялся, идти не хотелось, одно дело — вот так поболтать, совсем другое топать не известно куда.

— Не бойся, не обломаешься, — и она ласково взъерошила ему волосы, Николай едва удержался чтобы не сбить ладонь. И внутренне рассердился, его навязанное амплуа, выходило боком все чаще и чаще.

— Ну если оплата натурой, то я в деле, — клишировано до свода скул сказал Коля, а куда деваться образ такой. Попробуй он высказаться более витиевато, за ним заподозрили бы что-то не хорошие.

— Без базара, — это ее привычка по пацански строить предложения Николая раздражала все больше и больше, — поимеешь мою натуру при полном своем удовольствии.

— Далеко идти? — с потаённой надеждой спросил парень, чем дальше пункт назначения, тем легче будет послать знакомую в одиночное путешествие.

— До Пушкинской развилки. Ты должен помнить, — Колян ни то, что помнил, а даже очень хорошо знал где это находиться. Пришлось кивнуть, вопреки своим желаниям.

— Тогда двинули, — она резво вскочила, попутно подхватывая руку парня.

Николай мимоходом глянул в сторону кустов, приятели с пивом в руках отсалютовали ему, празднуя его мнимую победу.

«Что же доведу до двери, после свалю под каким-нибудь предлогом. А этим провокатор, как обычно, навру стрикороба», — утвердившись в своем плане Колян затопал бодрее.

По пешеходному переходу пересекли дорогу, после проходя мимо гипермаркета, свернули к частному сектору. И проходя рядом с заброшенным детским садом Вика резко остановилась, секунды две о чем-то думала и после потянула парня к дыре в заборе. Николай воспротивился такому самоуправству и вполне резонно вопросил.

— На кой нам туда?

— Да не дрефь ты. Я просто страсть как люблю заброшки. Глянем одним глазком и дальше двинем, — удар тоненького девичьим кулачком пришелся парню аккурат в солнечное сплетение, отчего у него даже сбилось дыхание.

— Не ну я тогда домой, на фиг мне такие приключения, — схватился Николай за подвернувшийся повод отделаться от нахальной девицы.

— Опа, и когда это у нас, отказывается от халявного секса? — отступив на шаг возмущено всплеснула руками Вика.

Колян выругался почти вслух, по крайне мери губами пошевелил. «Все на хер мне этот груз прошлого», — но привычка, играть в бабника, сыграла с ним дурную шутку, как, впрочем, всем привычкам и положено.

— За каждую минуту там, ты мне десять в спальне отработаешь.

— Ха, ха, уболтал черт языкастый, — девушка, звонко смеясь полезла в дыру забора, отодвигая болтающийся кусок доски над головой.

Парень хмуро посмотрел на стену из кустов, после на едва живую изгородь из досок и последовал за девушкой. Давая себе зарок, что это последний раз, когда он впутывается в нечто подобное.