Читаем Величие и падение Рима. Том 1. Создание империи онлайн бесплатно

Эти два тома содержат историю века Цезаря от смерти Суллы до мартовских ид. Они охватывают ту критическую эпоху, когда римский империализм окончательно утвердил свое влияние над цивилизованным миром и Италия, обратив Средиземное море в Италийское озеро, принялась за свою историческую задачу в качестве посредницы между эллинистическим Востоком и варварской Европой.

Предпосланные всему труду пять вступительных глав дают общий очерк римской истории до того момента, с которого начинается подробный рассказ, несмотря на многие недостатки, которым легко дает место такой стиль изложения, я прошу читателей терпеливо и благосклонно изучить эти главы, являющиеся необходимым введением в подробное описание и понимание века самого Цезаря.

Человеческая история, подобно другим явлениям жизни и эволюции, является бессознательным продуктом бесконечного числа малых и незаметных усилий. Ее работа судорожно и беспорядочно выполняется отдельными индивидуумами или группами индивидуумов, действующих обычно но непосредственным мотивам, результаты которых всегда превосходят знание и намерение современников и даже редко открываются, и то неясно и на мгновение, для последующих поколений. Найти пить к непосредственным, случайным и преходящим мотивам, побуждавшим людей прошлого к их трудам; описать живо и откровенно их превратности и беспокойства, их борьбу и те иллюзии, с какими они выполняли свой труд; открыть, как и почему во время своего труда люди одного поколения часто не удовлетворяются чувствами, побуждавшими их к действию и вызвавшими продолжительное изменение в жизни их общества, — все это должно быть, по моему мнению, истинным вдохновением задачи историка.

Надеюсь, что моя книга содержит доказательства, того, что завоевание римлянами мира, одно из тех изумительных зрелищ в истории, которые на расстоянии, по-видимому, не боятся сравнения и объяснений, были действием (правда, замечательным для специальных условий места и времени) внутренней трансформации; последняя, постоянно возобновляясь в большей или меньшей степени в истории обществ, вызвана теми же самыми причинами и ведет к тому же самому окончательному расстройству и страданию — росту национальной и индустриальной демократии на развалинах федерации земледельческих аристократий.

Я намерен в последующих томах продолжать рассказ вплоть до окончательной гибели империи. Мы проследим в поколении между Августом и Нероном возникновение новой аристократии из индустриальной демократии цезарского века; проследим, как эта аристократия, всемогущая в спокойной империи, медленно распалась на куски от собственного благополучия, в то время как христианство и восточные культы подрывали ее духовные основы, и, наконец, проследим, как было поглощено вновь и опустилось в бездну все, что было самого древнего и почтенного в греко-латииской цивилизации. Таким образом, книга заключает в себе весь ход развития одного из самых замечательных обществ в истории — от его рождения до его смерти, от отдаленного утра, когда маленький клан земледельцев и пастухов вырубил леса на Палатинском холме, чтобы воздвигнуть жертвенники своим племенным божествам, до того трагического часа, в который солнце греко-латинской цивилизации озарило опустошенные поля и покинутые города с бездомными, невежественными и грубыми народами латинской Европы.

Турин, 1 декабря 1901 г.

Настоящая книга представляет первый том труда, посвященного всестороннему изучению образования, развития и падения Римской империи.

После краткого обзора истории Рима от его отдаленного и темного начала до смерти Суллы настоящий том вводит в подробности событий 78–59 гг. до P. X., т. е. периода со смерти страшного диктатора до консульства Цезаря. Здесь можно видеть, среди каких интриг и какой борьбы, под влиянием каких социальных сил подготовлялось событие, наиболее значительное в истории Рима, — завоевание Галлии. Во втором томе рассказывается о покорении страны кельтов легионами Цезаря и о непосредственных результатах этих завоеваний для политического мира Рима и италийского общества; далее говорится о тех исключительных обстоятельствах галльской войны, которые вызвали гражданскую войну между Цезарем и Помпеем, и о тех роковых превратностях, которым подвергся Цезарь и римский мир с начала гражданской войны и до трагических мартовских ид 44 г. до P. X. Я надеюсь, что завоевание Галлии в моем изложении предстанет в совершенно новом освещении, что лучше будет понять, как это завоевание сделало возможной европейскую цивилизацию и позволило Риму осуществить его великую историческую миссию посредника между культурным Востоком и варварской Европой.

В следующих томах мы увидим, как, выполняя эту миссию, Рим и Италия из совокупности бесчисленных покоренных государств образовали постепенно живое единство империи; как затем это большое целое мало-помалу распадалось и разрушалось.

Я воспользовался французским переводом для того, чтобы пересмотреть многие места, удалив и прибавив то, что казалось мне полезным. Я предупреждаю об этом читателя и прошу у него в то же время снисхождения для первых пяти глав, излагающих вкратце историю Рима до смерти Суллы. Этот род работы весьма неблагодарен, и автор сознает в нем свои недостатки; но такой предварительный обзор необходим для изучения истории Цезаря и его времени.

Турин, 22 апреля 1904 г.

Во второй половине V в. до P. X. Рим еще был аристократической республикой земледельцев. Он занимал площадь приблизительно в 450 кв. миль[1] и имел свободное население, которое не превышало 150 000 душ и почти все было рассеяно по области, разделенной на 17 округов, или сельских триб.[2] Большинство семейств владело небольшим полем; родители и дети жили вместе в маленьких хижинах и возделывали преимущественно рожь, уделяя лишь немного места таким культурам, как виноград и оливки.

Свои немногочисленные стада они пасли на лежащих по соседству общественных землях, сами изготовляли себе сельские орудия и одежды и только время от времени отправлялись в укрепленный город. Там находились храмы богов, правительственные учреждения республики, дома богачей, лавки ремесленников и купцов, где крестьяне обменивали небольшое количество хлеба, масла и вина на соль, железные сельскохозяйственные инструменты и оружие. Там они присутствовали на религиозных празднествах и исполняли свои гражданские обязанности. Все римские собственники по своему имуществу делились на 5 классов; каждый класс делился на центурии; каждый собственник вотировал в своей центурии, голос которой считался за одно целое; таким образом гражданин участвовал в комициях, в утверждении законов и в выборе высших должностных лиц республики.

Однако, несмотря на то что все должности были тогда выборными, Рим был республикой вдвойне аристократической. Центурии, восходя от более бедных классов к более богатым, всегда содержали в себе все меньшее число избирателей. Кроме того, высшие государственные должности оставались наследственной привилегией небольшого числа патрицианских фамилий, владевших наиболее значительными земельными угодьями, более многочисленными стадами и рабами. Сыновья сенаторов и плебеи из свободных достаточно богатых и уважаемых семей составляли особое всадническое сословие, промежуточное между знатью и плебсом, признанное государством и среди других привилегий имевшее право в случае войны служить в коннице. Плебеи каждого округа образовывали собрание для обсуждения своих местных интересов; они избирали ежегодно народных трибунов, которые считались неприкосновенными и могли налагать свое veto на все действия должностных лиц. Для выбора некоторых низших магистратов и для текущих дел собрание собиралось не по центуриям, а по трибам, т. е. собирались все приписанные к 17 сельским и 4 городским трибам Рима.[3] Власть несмотря на это все же оставалась в руках патрициев, которые вместе с тем были и земледельцами, не пренебрегавшими работать мотыгой и плугом.[4] Их жилища были малы и бедного вида, они вели умеренный образ жизни, одевались просто, владели небольшим количеством драгоценных металлов и почти всё — как хлеб, так и одежду — изготовляли у себя дома руками немногих рабов и женщин.

Рим мало что покупал за границей: металлы и керамические изделия для общественных построек в Этрурии, артистические пунические или финикийские безделушки; изделия из слоновой кости, благовония для погребений, пурпур для церемониальных одежд магистратов и незначительное количество рабов. Вывоз был также незначителен: вывозился лес для постройки судов и соль.[5] Рим был мал и беден: даже богатые патриции проводили большую часть времени в деревне и являлись в город только для отправления своих должностей и присутствия в сенате, который состоял из прежних магистратов, назначаемых туда пожизненно сперва консулами, а потом цензорами. Сенат надзирал за магистратами, заведовал государственным казначейством, утверждал принятые центуриатными и трибутными комициями законы и произведенные ими выборы,[6] решал столь частые тогда вопросы войны и мира.

Вся Италия до Лигурии, Эмилии и Романьи, еще населенных, как и долина По, дикими лигурами и кельтами, была усеяна небольшими укрепленными городками, подобными Риму; они охраняли течение рек, наблюдали за равниной с горных высот, защищали горные проходы и являлись издали путевыми знаками для купцов, плывших на своих маленьких судах. Государственное устройство их было аристократическое или демократическое, монархический образ правления был весьма редок. Каждый город владел более или менее обширной территорией; многие между ними образовывали союзы, основывавшиеся на однородности расы или языка; таковы были союзы оскосабельские в Южной Италии, латинские, этрусские и умбрские в центре полуострова; эллинские в прекрасных греческих колониях на берегу моря — в Анконе, Таренте, Неаполе. Однако, несмотря на эти союзы, происходила непрерывная борьба человека с человеком, города с городом, горы с равниной, реки с морем, постоянно возбуждаемая тем, чем обыкновенно возбуждаются войны среди варваров, — нуждой в рабах, в землях, в драгоценных металлах, стремлением к приключениям, гордостью знатных, народной ненавистью, необходимостью самим нападать, чтобы не подвергнуться нападению и, может быть, уничтожению.

Рим, подобно другим городам, был вовлечен в эту нескончаемую борьбу, но находился еще в опасном состоянии слабости, хотя ему уже удалось сгруппировать вокруг себя союз мелких сельских республик Лация, население которого говорило на одном и том же латинском языке. Римская армия состояла из мелких собственников под командой собственников богатых; тот, кто не владел землей, не имел права быть солдатом. Все собственники (а их к середине V в. до Р.Х. приблизительно было до 30 000) в возрасте от 16 и до 46 лет обязаны были являться всякий раз, как консул объявлял набор, и выступать в составе легионов под начальством магистратов, выбранных из зажиточных патрициев.