Читаем Совсем новые сказки онлайн бесплатно

Рисунки В. СТЕРЛИГОВА

Давным-давно, с далёкой планеты, о которой ничего не известно, прилетела на Землю добрая волшебница Хзми. Она спрятала свой звездолёт в пещере, потому что ещё не знала, достойны ли люди получить этот подарок, и поселилась в Египте. Сейчас тоже есть страна Египет, но тот был совсем другой и назывался Древним. В Древнем Египте всё делали несчастные рабы, а сами египтяне, только воевали, чтобы доставать всё новых и новых рабов. Ведь старые быстро умирали от тяжёлой работы и побоев. Хэми это не понравилось, и она пошла к Самым Главным Египтянам, которые жили в храмах и назывались Жрецами.

— Здравствуйте! — сказала она.

— Приветствуем тебя! — ответили ей Жрецы. Они умели вежливо разговаривать, хотя были противными, злыми людьми.

— Я хочу помочь вам жить иначе, — продолжала Хэми, — вы очень плохо обращаетесь с рабами. И вообще рабы — это несправедливо!

— Вот как! — сказали Жрецы и переглянулись, а Самый Главный Жрец сейчас же достал из кармана ключ от самой главной тюрьмы. Но Хэми этого не заметила, потому что на её планете тюрем не было.

— Я научу египтян разным наукам, — предложила Хэми, — тогда им не нужно будет заставлять других работать!

— Это хорошо, — ответил Самый Главный Жрец, который был очень хитрым, и спрятал ключ обратно в карман, — только сначала ты научи нас, ведь мы образованные, а мы уже научим всех остальных!

И Хэми поверила Самому Главному Жрецу, потому что на её планете никто никогда не врал. В храме поставили парты, и Жрецы начали учиться разным наукам.

— Вы хорошо учились и знаете уже много нового, — сказала через год Хэми, — теперь можете начинать учить других.

— Нет, — возразили Жрецы, — ещё рано. Мы хотим сперва выучить всё сами.

— Это несправедливо! — рассердилась Хэми. — Я не буду больше вас учить!

— Вот как! — переглянулись опять Жрецы. Они схватили Хэми, посадили её в глубокое подземелье под самой большой пирамидой, и Самый Главный Жрец запер дверь самым большим ключом.

— Пусть сидит там! — сказал он. — Мы и так уже знаем больше всех на земле!

И всё, чему их научила Хэми, Жрецы использовали не на пользу людям, а для того чтобы заставить их ещё сильнее бояться и слушаться Жрецов. А так как Самый Главный Жрец тоже был волшебником, только, конечно, злым, он написал на дверях подземелья такие сильные волшебные слова, что Хэми не могла выйти, и ей пришлось просидеть там несколько тысяч лет.

— Хорошо, что я не отдала им свой звездолёт! — думала она. Но всё на свете кончается. Кончилось время Древнего Египта, не стало Жрецов, и выцвели волшебные слова на дверях. Хэми вышла на свободу и увидела, что на земле наступили средние века.

— Посмотрим, осталось-ли что-нибудь от тех наук, которым я учила злых Жрецов? — сказала она.

Оказалось, что этими науками занимаются Алхимики — и занимаются очень старательно. Днём и ночью они сидели в своих маленьких, тёмных комнатах с низкими сводчатыми потолками. Алхимики варили разноцветные жидкости, процеживали их, подсыпали всякие порошки и опять варили.

— Что это вы делаете? — спросила Хэми.

— Мы делаем Солнце и Луну, — ответили Алхимики. Так они называли золото и серебро, чтобы никто не мог догадаться.

— По-моему, это совсем ни к чему, — сказала Хэми, — не лучше ли изучать что-нибудь такое, что принесёт пользу всем людям?

— Наши тайны слишком драгоценны, — обиделись Алхимики, — мы не можем открывать их простому народу. А вот если ты научишь нас делать золото, это будет очень хорошо, потому что, по правде говоря, оно не получается.

— И не получится! — засмеялась Хэми и ушла. Алхимики не были такими злыми, как Жрецы, но Хэми не хотела им помогать. Ведь они тоже всё делали только для себя, а о других вовсе не заботились.

Много веков ходила по земле Добрая Хэми. Она учила людей разным наукам, и люди становились всё умнее. Некоторые выучили всё так хорошо, что Хэми приходилось ставить им пятёрки, но всё-таки ей было грустно, потому что она никого не могла научить работать для других. Все заботились только о себе и очень часто даже вредили другим, если это было выгодно. Богатые пользовались науками, чтобы заставлять бедных работать на себя, и затевали войны, после которых миллионы солдат оставались навсегда лежать в холодной земле…

И снова Хэми пускалась в путь — в поисках такого места, где люди заботились бы друг о друге и были достойны получить звездолёт.

Однажды она пришла к большим, красивым воротам, на которых увидела четыре буквы: СССР. Хэми постучала, и к ней вышел молодой, весёлый пограничник.

— Здравствуйте! — сказала Хэми. — Как называется эта страна?

— Союз Советских Социалистических Республик, — отрапортовал Пограничник и отдал честь.

— Могу ли я войти? — спросила Хэми.

— Вообще-то мы не всякого пускаем, — ответил Пограничник, — но тебе всегда рады!

— Разве ты меня знаешь? — удивилась Хэми.

— Тебя знает у нас каждый школьник, — засмеялся Пограничник, — а ведь я уже окончил школу!

Он распахнул ворота, и Хэми пошла по широкой аллее, обсаженной красными розами. Яркое солнце весело отражалось в окнах новой школы, и в каждое окно выглядывали мальчики и девочки, потому что как раз была перемена.

— Здравствуй, Хэми! — радостно закричали они.

— Добро пожаловать, Добрая Хэми! — крикнули и рабочие, которые строили большой, красивый дом.

— Действительно все меня здесь знают! — обрадовалась Хэми. — Для кого вы строите этот дом? — обратилась она к рабочим.

— Для всех, кому нужны квартиры, — ответил Бригадир и вежливо снял шапку.

— Значит, вы заботитесь о других?

— Конечно. В нашей стране самое главное правило: один за всех и все за одного.

— Первый раз на земле слышу такие чудесные слова! — сказала Хэми и пошла осматривать всю страну. А на это понадобилось очень много времени, потому что страна была самая большая в мире. И всюду Хэми видела весёлых людей, которые учились, и работали как можно лучше, и старались приносить пользу другим: ведь здесь это считалось самым главным. Не было ни бедных, ни богатых, никто не хотел войны, и все науки применялись для того, чтобы сделать жизнь ещё прекраснее.

— Я останусь с вами навсегда, — сказала Хэми, — мне ещё нигде так не нравилось. Кроме того, я отдам вам. мой звездолёт. Вы достойны его!

Вот так и случилось, что люди этой страны первыми полетели к звёздам. А Хэми здесь стала называться по-русски Химией. Только отчества у неё не было. Ведь близких друзей по отчеству не называют.

Давным-давно, когда Земля была ещё молодая, люди не умели зажигать огня и мёрзли в своих каменных пещерах. Мясо и рыбу приходилось есть сырыми, яйца тоже, а ведь это вовсе не вкусно. Даже детям к завтраку давали сырую холодную воду вместо горячего кофе, и никто никогда не слышал о мороженом. Словом, это была не жизнь, а одно сплошное мучение…

— Какие люди странные, — удивлялась Молния, — я всё время зажигаю деревья, чтобы показать им огонь, но они ровно ничего не понимают.

— Это потому, что они только недавно стали людьми, — ответил Гром, — и ещё не научились догадываться, что к чему.

— Подумаешь, хитрость! — возразила Молния. — В воздухе сколько угодно Кислорода, в любом бревне есть Углерод, а для того чтобы зажечь огонь, только всего и нужно, чтобы они соединились!

— Во-первых, люди об этом не знают. Ведь на земле не было ещё ни одного урока химии. А во-вторых, они не умеют доставать искры. Тебе легко рассуждать, если у тебя в каждом пальце целая куча искр!

— Это верно! — засмеялась Молния и самодовольно растопырила пальцы перед самым носом Грома.

— Перестань! — закричал Гром и отскочил в сторону. — Сегодня по расписанию нет никакой грозы!

Но было уже поздно.

Искры так и посыпались во все стороны, сложились в огненную стрелу и принялись плясать по небу.

— Почему нас не предупредили? — рассердились Тучи. — Ведь первая очередь наша! — и они поскорее побежали, чтобы занять свои места.

— А я как раз охрип и хотел сегодня пополоскать горло! — вздохнул Гром и загремел вполголоса. Надрывать горло он боялся, но промолчать всё-таки было неудобно.

Люди на земле бросили все свои дела и побежали в пещеры, потому что они боялись грозы. В лесу остался только один мальчик. Ему хотелось посмотреть, как Молния будет зажигать деревья. Он любил огонь и не боялся красивых красных языков пламени. Они светили и грели, а после пожара в золе можно было найти жареных уток и печёные яблоки.

Конечно, и утки и яблоки были, дикими, потому что в те времена всё на земле было дикое, но ведь и сам мальчик тоже был ещё почти совсем диким!

— Смотри-ка! — сказал Гром. — Этот, мне кажется, поумнее других. Может быть, поговоришь с ним?

— Ты думаешь? — ответила Молния. — Попробую! — и, взяв вместо парашюта прочное тёмно-серое облако, она быстро спустилась на землю.

Мальчик так удивился, что засунул палец в рот, но не испугался и не побежал. Молнии это понравилось.

— Вынь палец изо рта! — строго приказала она. — Через какой-нибудь миллион лет это будет, считаться совершенно неприличным! Как тебя зовут?

— А у нас нет имён, — вздохнул Мальчик, — у нас ещё вообще ничего нет, кроме шкуры.

— Я дам тебе имя. Ты будешь теперь называться Ум-Ник.

— Спасибо! — вежливо поблагодарил Мальчик. Он уже старался вести себя как следует.

— Хочешь ли ты научиться зажигать огонь?

— Конечно! — обрадовался Ум-Ник. — Я буду жарить уток и печь яблоки.

— Твои внуки будут делать и более важные вещи: например, обжигать горшки и варить суп. Где здесь можно достать старое бревно и сухую ветку?

— Вон там лежит дерево. Оно очень старое, гораздо старше меня, и ветки у него совсем сухие.

— Ну, тогда принимайся за работу.

— А что надо делать?

— Надо сильно-сильно тереть бревно веткой.

Ум-Ник тёр так долго, что его рыжая шкурка потемнела от пота.

Он уже начал думать, что Молния над ним посмеялась, когда из бревна вдруг пошёл дым, а потом полетели и искры.

— Скорее положи сухой травы! — закричала Молния, и — ж-ж-ж! — загорелся первый костёр на земле.

— Если огонь не кормить, он умрёт, — сказала Молния, — давай ему кусочки сухих веток. Только береги руки!

Ох, как весело затрещало пламя! Красивые алые языки распустились, как большой, горячий цветок, и мальчик заплясал от радости.

— Тебе всё понятно? — спросила Молния.

Ум-Ник почесал живот, потому что ещё не знал, что через миллион лет это тоже будет. считаться неприличным.

— Мне ничего не понятно, — ответил он. — Если огонь был в бревне, почему его никто никогда не видел?

— Когда ты сильно-сильно тёр бревно веткой, тебе было жарко?

— Я даже вспотел!

— А Углероду, который живёг в бревне, стало ещё жарче, и от этого он соединился с Кислородом.

— А где был Кислород?

— В воздухе, над бревном. От жары полетели искры, потом выделились газы, раскалились и начали светиться. Это и есть огонь.

Ум-Ник почесал спину. Он уже научился зажигать костёр, и ему хотелось поскорее поймать утку или кролика, Чтобы их изжарить. Но кто такие Кислород и Углерод и можно ли их съесть, он всё-таки не понимал.

— Перестань чесаться! — рассердилась Молния. — Смотри внимательно: по краям огонь светлее, потому что тут ближе к Кислороду и газы сильнее раскалились. А серединка холоднее, ей до Кислорода дальше, вот она и раскалилась не добела, а только докрасна!

Ум-Ник хотел было почесать голову, но вовремя вспомнил, что этого делать нельзя.

Что можно, — он ещё не выучил, но уже начал догадываться, что нужно, чтобы Молния от него отвязалась. Нужно было, по-видимому, соврать.

— Понял! — ответил он, и это было первое враньё на земле.

— Ха-ха-ха! — загрохотал Гром, который совсем забыл о своём горле. — Оставь мальчишку в покое. Даже через миллион лет некоторые мальчики и девочки будут иногда получать двойки по химии!

— Умные дети никогда не получат двоек, — возразила Молния, — а ведь его зовут Ум-Ник!

— Вот он и научился зажигать костёр. На первый раз довольно!

— Конечно, довольно! — радостно согласился Ум-Ник.

— Ну, ладно, — вздохнула Молния, — можешь идти. Ты всё-таки ещё почти обезьяна…

И на этом закончился самый первый урок химии на земле в те далёкие времена, когда Земля была ещё молодая.

Дед Мороз и Снегурочка кончили все зимние дела, получили отпуск и уехали на каникулы.

Солнышко пригрело замёрзшую землю, растопило снег, выпустило на волю весёлые ручьи, и птицы на юге принялись укладывать чемоданы, чтобы возвращаться домой. А первым, как всегда, прилетел старый Грач и пошёл на поле посмотреть, как там обстоят дела.

Он прыгал с кочки на кочку, разглядывал комочки земли, разбивал их своим длинным носом и, между делом, вытаскивал и глотал толстых красных червяков.

— Ничего, — сказал он, — всё в порядке. Можно сеять!

— Хи-хи-хи! — засмеялся кто-то. Грач обернулся, но никого не увидел.

— Хи-хи-хи! — послышалось с другой стороны. Грач посмотрел и туда.

— Хи-хи-хи! Хи-хи-хи! — засмеялось всё поле, и Грач завертелся на месте.

— Да кто же это? — рассердился он, потому что терпеть не мог глупых шуток.

Но на поле решительно никого не было.

— Опусти нос! — пропищал дерзкий тоненький голосок. — Мы в земле!

— А кто это — вы?

— Мы — семена злых грибков!

— У грибов семена называются спорами! — важно ответил Грач.

— Хи-хи-хи! — засмеялся голосок. — А я думал, что ты ещё не учил про споры, поэтому сказал «семена», чтобы тебе было легче понять!

— Да где же вы? Я вас не вижу!

— Мы очень-очень маленькие. А ты глупый, слепой старик!

Грач поискал под правым крылом, достал футляр из берёзовой коры, надел на свой длинный жёлтый нос большие очки и увидел в земле множество крошечных грибных спор. Они корчили злые гримасы и показывали Грачу языки.

— Во-первых, вы невежи! — сказал Грач, — А во-вторых, я не понимаю, что вам здесь нужно? Если вы грибы, так отправляйтесь в лес!

— И не подумаем! — дерзко ответили споры, — Мы не какие-нибудь лесные. Те годятся только на то, чтобы их съели!

— А вы?

— А мы сами всякого съедим. Вот посеют пшеницу, и мы будем есть семена и росточки!

— Беда! — подумал Грач и пошёл к своему старому другу, Гному, который всегда жил под землёй и всё про неё знал. Гном сидел в уютной землянке, вязал шерстяные чулки на зиму и варил к завтраку желудёвый кофе. А чтобы не насажать кофейных пятен на свою длинную белую бороду, Гном надел красивый клетчатый передник.

— Здравствуй! — сказал Грач. — Ты почему не на работе?

— Я уже пенсионер, — ответил Гном, — теперь всё стало так сложно, что я больше не справляюсь. Учиться мне поздно, вот я и вышел на пенсию.

— А не знаешь ли ты, как избавиться от злых спор?

— Нет, брат, тут нужна химия, а я её не проходил. Пойдём к трём учёным братьям.

Гном надел красную шапочку, вытащил из-под передника бороду, потушил Светлячка под кофейником и отправился вместе с Грачом к трём учёным братьям.

Братья жили в большой металлической банке.

Звали их Гранозан, Агронал и Меркуран, а по фамилии — Фунгициды.

Это очень трудные имена, но зато всякий сразу понимал, что имеет дело с профессорами, а ученые это любят.

Гном снял шапочку, а Грач помахал крылом.

— Здравствуйте, Гранозан, Агронал и Меркуран, — сказали они, — нельзя ли сокращённо называть вас просто «ГАМ»?

— Можно, только неверно, — ответили Братья, — вы по делу или в гости?