Читаем Солнечные дни онлайн бесплатно

Максимилиана Кемпбелл задумчиво покрутила мартини в высоком бокале, а затем стала медленно пить. Она уже пожалела, что пришла на эту вечеринку. Последнее время ее вообще трудно было вытащить из дома. Но давняя школьная подружка убедила Макси в том, что ей просто необходимо встряхнуться.

Встряхнуться не получалось. Мужчины, которые в начале вечера вились вокруг нее словно мухи, постепенно исчезли один за другим, обиженные ее холодностью. Веселая музыка, вкусная еда и крепкие коктейли не отвлекали от грустных мыслей.

Она поискала в сумочке сигарету. Молодой человек, уже полчаса не спускающий с нее глаз, порылся в кармане и вытащил зажигалку. Наконец-то у него появился шанс привлечь внимание этой недоступной красавицы!

Макси смерила юношу рассеянным взглядом зеленых глаз. Очень недурен собой, решила она про себя. Волосы определенно хороши — густые, цвета спелой пшеницы. Голубые глаза с веселыми искорками… Непослушная прядь то и дело падала на лоб, и молодой человек отбрасывал ее с лица привычным движением головы.

Макси всегда нравились сероглазые мужчины, но в голубых глазах этого юноши было столько искренности и живого интереса, что они не могли оставить ее равнодушной. Взгляд проницательный, что явно говорит в его пользу. Худощавое лицо хорошей лепки. Широкие плечи, крепкие руки…

— Благодарю вас, мистер…

— Слейтер, но можно просто Майкл. А как вас зовут, мисс Кемпбелл, я уже знаю. У вас очень красивое имя, Максимилиана!

— И откуда оно вам известно? — удивилась девушка.

— Спросил у хозяев, — признался ее новый знакомый. — Кстати, я читал вашу книгу. Купил ее для дочери своего патрона, а потом так увлекся, что не остановился, пока до конца не дочитал.

Ничто так не увлекает начинающего автора, как разговор о его творчестве. Макси не успела заметить, как перешла с юношей на дружеский тон, а к концу вечера они оба уже не помнили, что еще недавно не были знакомы.

Майкл за один вечер сумел вывести Максимилиану из затянувшейся депрессии. Он обладал потрясающим жизнелюбием. Невозможно было представить человека, который бы не проникся к Майклу симпатией… И еще — в его глазах читался немой восторг и безусловное обожание. Чего еще можно было желать женщине?

— Ты не говорил мне, что у твоих родителей гости, — заметила Макси, с интересом всматриваясь в ряд машин, стоящих у роскошного особняка.

На своем обычном месте разместился крепенький работяга «виллис», принадлежащий Френсису, отцу Майкла. По ярко-красной спортивной машине, бросающейся в глаза, было нетрудно догадаться, что Рикки, старшая сестра Майкла, осчастливила свою семью одним из нечастых визитов. Рядом с ее авто стояла еще одна машина — самоуверенный темно-серый двухместный «ягуар», всем своим видом демонстрирующий превосходство над окружающими.

Макси немного успокоилась. Прием, похоже, ограничится весьма небольшим количеством гостей. Вот и прекрасно! Она лишь недавно познакомилась со своими будущими родственниками, и общение с ними пока требовало от нее определенных усилий.

Френсис Слейтер, отец Майкла, в недалеком прошлом был известным политиком, и его имя до сих пор было у всех на устах. Всего несколько лет назад он неожиданно отошел от дел, дав пищу для всевозможных домыслов по поводу причины своей отставки.

Его жена Клементина олицетворяла собой рафинированную светскую даму, помешанную на шумных званых вечерах и изо всех сил пытающуюся соответствовать своему высокому статусу. Лицо их дочери Рикарды — для родственников и друзей просто Рикки — не сходило с обложек модных журналов, а ее имя то и дело мелькало в разделе светских новостей.

— Да я и сам ничего не знал, — недоуменно пожал плечами Майкл. — Может, заглянул кто-то из друзей Рикки? — с кислым выражением лица предположил он.

Брат и сестра Слейтеры никогда не питали друг к другу особой любви. Майкл пользовался репутацией преуспевающего юриста и с пренебрежением относился к модельной карьере сестры, ее же экстравагантных друзей и коллег он и на нюх не выносил.

Макси задумалась. Хорошо, что Майкл еще не видел ее собственных высокомерных родственничков… По сравнению с ними приятели Рикки были просто ангелами.

— Судя по машине, ее нынешний дружок весьма преуспел в жизни. — Майкл аккуратно припарковал свой автомобиль рядом с неожиданным гостем. — Ну и слава Богу. Хоть какое-то разнообразие.

Макси вышла из машины, и под подошвами ее светло-коричневых туфель, гармонирующих по цвету с платьем, захрустел гравий. Они с Майклом приехали к самому обеду, и девушка похвалила себя за то, что выбрала такое скромное, но в то же время элегантное платье длиной до середины колена. Клементине оно должно понравиться.

Короткая мальчишеская стрижка необыкновенно шла высокой и стройной Макси. Лишь завитки на лбу и висках несколько смягчали строгость незамысловатой прически. Зеленые глаза под красиво очерченными бровями смотрели уверенно и слегка насмешливо, небольшой носик был задорно вздернут, а россыпь крошечных веснушек на щеках добавляла ее образу милой непосредственности, хотя ямочка на подбородке говорила об упорном и настойчивом характере.

Она почти не пользовалась косметикой, лишь персиковый блеск слегка подчеркивал припухлость губ. Ее дедушка всегда говорил, что естественную красоту не стоит ничем портить…

Макси нахмурилась под влиянием ненужных воспоминаний. Хотя… о чем ей грустить? Ее жизнь вполне удалась. Рядом с ней милый, добрый, нежный, воспитанный, неунывающий и, главное, всегда предсказуемый Майкл. Ее первая книга детских рассказов готовится к печати. Она — владелица отдельной квартиры в Нью-Йорке, обставленной по ее вкусу. Так что Макси могла считать, что в данную минуту в ее судьбе ярко светит солнце.

Однако зловредный внутренний голос не к месту напомнил ей, что именно в такие безоблачные моменты вечно происходит что-то неприятное и непредвиденное. Макси постаралась заглушить свои дурные предчувствия, подумав, что никаких туч на небосклоне ее судьбы не предвидится. Об этом она позаботилась!

Майкл вытащил дорожные сумки из багажника и подождал невесту у каменных ступеней, ведущих к массивной двери загородного особняка его родителей. Девушка нежно улыбнулась своему жениху и взяла его под руку, отдавая себе отчет в том, что они представляют собой прекрасную пару.

Ее жених был немного старше ее и почти на голову выше. Он был великолепно сложен, и ему не нужно было предпринимать особых усилий, чтобы поддерживать хорошую физическую форму. Все же раза два в неделю он ходил в спортзал, где увлеченно играл в бадминтон.

Майкл был младшим компаньоном в одной из известных нью-йоркских юридических контор. Причем достиг он такого высокого положения исключительно благодаря своей работоспособности, коммуникабельности, обаянию и профессиональному мастерству, а вовсе не за счет широких связей отца.

Короче, Майкл был идеален. Именно таким Макси видела в мечтах своего будущего мужа. Внимательным и заботливым, чутким и отзывчивым, и, что самое главное, всегда уравновешенным. Без внезапных перемен настроения, которые были так свойственны ее бывшему…

Стоп! Не стоит ей омрачать такой прекрасный вечер воспоминаниями об этом типе…

— Ваши родители и мисс Рикки в гостиной, — уведомил их дворецкий, забирая у Майкла багаж.

— В гостиной… — задумчиво протянул Майкл, когда они с Макси рука об руку шли по широкому, устеленному коврами коридору. — Что-то новенькое. Этот гость явно не из серии богемных друзей Рикки.

Как только они вошли, Клементина Слейтер резво вскочила со своего места и радушно расцеловала сына в обе щеки. Она была миниатюрной блондинкой, все еще замечательно красивой, несмотря на свои пятьдесят. Ее маленькое черное платье идеально облегало хрупкую фигуру. Френсис тоже встал с места при их появлении и слегка прикоснулся губами к щеке Макси, прежде чем поздороваться с сыном за руку.

Макси нравился Френсис, который очень напоминал ей Майкла. С самой первой их встречи ей было легко общаться с ним. Он всячески демонстрировал свое дружелюбное отношение и спешил разрядить временами напряженную обстановку незамысловатой шуткой.

Женщины, как всегда, обменялись поцелуями, хотя Макси могла бы поспорить на что угодно, что мама Майкла не питает к ней нежных чувств. При каждой встрече Клементина просто излучала радушие, но, как казалось Макси, под ее лучезарными улыбками прятались настороженность и некоторая сдержанность.

Нужно быть справедливой, уговаривала себя Макси. Майкл — единственный сын Клементины, ее любимчик. Мама, несомненно, желает для него самой лучшей партии. Дело теперь за малым — доказать ей, что лучшей жены, чем Макси, для Майкла просто не сыскать.

— Какой сегодня чудесный день, правда? — с энтузиазмом воскликнул Френсис, наливая всем по рюмочке шерри. — Солнечно, птички поют. Так тепло, что можно было бы пообедать на террасе.

— О чем ты говоришь, дорогой? — Клементина поджала розовые губки. — Оставь, пожалуйста, свои деревенские замашки. К тому же у нас сегодня гости!

Все же гости, а не гость…

Только сейчас до Макси дошло, что в гостиной находились только родители Майкла. Где же Рикки и таинственные посетители?

Майкл заговорщически подмигнул матери и спросил:

— Мы видели машину Рикки. Где прячется от меня старшая сестренка?

— Опять полощешь мое имя, братишка? — резковатый голос Рикки ворвался в умиротворенную атмосферу зала.

Она вошла летящей походкой через дверь, ведущую в оранжерею.

— Вот уж не думал, что ты интересуешься флорой, — поддел сестру Майкл, когда она грациозно подошла расцеловаться с ним.

— Ты прав, малыш. Я предпочитаю любоваться цветами исключительно в виде изысканных букетов, которые мне доставляют по утрам, — не осталась в долгу Рикки.

Рикарда была почти точной копией мамы, унаследовав при этом высокий рост отца. Она уверенно и беззаботно шла по жизни, взирая на окружающих сверху вниз своими холодными голубыми глазами.

Ее короткое лазурное платье изощренного кроя выигрышно обрисовывало стройную фигуру и демонстрировало окружающим длинные, абсолютно безупречные ноги.

— Я просто показывала дом нашему гостю, — продолжала Рикки.

Так речь все же идет об одном госте? Тогда миссис Слейтер и ее, Макси, относит к этой категории? А она-то надеялась, что уже включена в разряд родственников или хотя бы друзей… Обидно…

Дверь в оранжерею вновь отворилась, и в комнате появился еще один человек.

Улыбка застыла на губах Макси. Птицы за окном перестали петь, муха, бьющаяся об стекло, зависла в полете, часы на камине остановились…

Холодные серые глаза смерили ее с ног до головы, вызвав дрожь озноба. На лице вошедшего мужчины не было ни тени удивления, как будто он знал заранее, что им предстоит встретиться этим вечером.

Ему было около тридцати, и он был гораздо выше Майкла. Элегантный покрой темного костюма не мог скрыть могучего тела под ним. Волосы мужчины были черны, как южная ночь, а глаза, бесстрастно взирающие на окружающих, излучали властность и напор. Длинноватый нос явно говорил о непреклонности характера и высокомерии, как и квадратный подбородок. Красиво очерченные губы, хотя и были слегка искривлены в усмешке, вовсе не обещали веселого нрава.

Максимилиана, которая надеялась, что больше никогда в жизни не увидит этого человека, не могла прийти в себя от удивления.

Что он здесь делает? Похоже, он приехал сюда с Рикардой. Та, как не могла не заметить Макси, смотрела на него, как кошка на сметану.

А впрочем, женщины всегда так смотрели на него. И разве не она сама совсем недавно млела от одного его взгляда, таяла от каждого прикосновения?

— Мистер Сазерленд, разрешите представить вам остальных членов нашей семьи, — предложил Френсис. — Мой сын Майкл и его невеста Макси.

Мужчина, не торопясь, подошел к ним.

— Ол. Рад с вами познакомиться.

— Очень приятно. Майкл.

Они с Майклом пожали друг другу руки. Макси неожиданно обнаружила, что перестала дышать, когда взор нового гостя обратился на нее. Она со страхом ждала того, что должно произойти. Признается ли он, что они знакомы, или поприветствует так, будто впервые видит?

— Здравствуйте, Макси, — хрипловато протянул мужчина и подошел ближе.

Макси смотрела на руку, протянутую ей, на длинные ухоженные пальцы с отшлифованными ногтями, которые подчеркивали ауру силы и уверенности, идущую от него. Как она сможет пожать ему руку, когда у нее не хватает смелости даже поднять на него глаза?

А он стоял перед ней с протянутой рукой, как будто предлагая перемирие. Словно это было возможно…

Опомнившись, Макси заставила себя на секунду вложить свою ладонь в руку Ола Сазерленда, но затем так поспешно выдернула, что он даже не успел пожать ее. Холодок пробежал по позвоночнику Макси. Даже такого мимолетного касания было достаточно, чтобы в который раз убедить ее, что от этого человека стоит держаться подальше.

Доложили, что обед уже подан, и вся компания отправилась в столовую.

Теперь ей придется есть, хотя у нее совершенно пропал аппетит. Как она сумеет сохранять спокойствие, сидя с ним за одним столом? Следует признать, однако, что он пока ничем не выдал того, что они знакомы. Макси не догадывалась, почему он решил утаить это, но знала точно, что и ей самой вовсе не хотелось бы обнародовать факт их знакомства.

В столовую она шла под руку с Френсисом. Хоть здесь ей повезло! Рикки составила пару с их гостем, чему была несказанно рада, а Майкл сопровождал маму.

Макси с Френсисом шли первыми, но она никак не могла забыть о мрачном человеке, идущем за ней следом. Она кожей ощущала, как его ледяной взгляд сверлит ей затылок… Такой знакомый ей взгляд… Он мог окатить холодом или зажечь огонь страсти…

Как неприятно все повернулось… Она с таким нетерпением ждала этих выходных, она так хотела остаться с Майклом наедине… Само присутствие господина Сазерленда в доме превратит эти несколько дней в кошмар!

Оказалось, что их места были напротив друг друга. Вот не повезло! С другой стороны, если бы он сидел с ней рядом, было бы еще хуже. Она хотела только одного — чтобы он сейчас же испарился из этой комнаты.

Макси исподтишка взглянула на Сазерленда. Он не сильно изменился с тех пор, как она видела его в последний раз. Год назад это было. Да, год назад. Вокруг его глаз и губ появилось несколько морщинок, а на висках проглядывала первая седина. К сожалению, это его нисколько не портило. Наоборот, даже придавало еще больше привлекательности.

— Макси, вам не нравится копченый лосось? Вы совсем ничего не едите.

Она чуть не поперхнулась от его слов. Краска залила ее щеки. Ей было неприятно внимание, которое он привлек к ней, сделав это, конечно же, намеренно. Чтобы понять это, было достаточно одного взгляда на саркастическое выражение его лица. Итак, он намерен повеселиться за ее счет?