Читаем Солярис онлайн бесплатно

Я стояла посреди тёмной улицы, где меня с ног до головы заливал бледный жёлтый свет старого фонаря. Она была совершенно пустая, совершенно безмолвная и совершенно одинокая… Я просто шла, шла и остановилась.

Взглянув под ноги, я увидела, что все краски пропали, будто кто-то применил к реальности фильтр «сепия». В этот самый миг острая стрела одиночества пронзила моё сердце. Никогда в жизни я не чувствовала себя столь никчёмной.

В груди сжался ком, а к глазам вновь подступили слёзы. Мне так надоело быть сильной! Я хотела рыдать во всё горло, хотела кричать от боли на всю улицу, но я не могла, голос меня уже не слушался. Проклятый голос! Разозлившись на саму себя, я побежала со всех ног. Лёгкие судорожно вдыхали и выдыхали ночной воздух. Тот был таким холодным, что обжигал дорожки слёз на моих щеках.

Я неслась, не чувствуя времени, да и дороги под собственными ногами тоже. Деревья сменялись новыми и новыми фонарями, те редкими домами, а дома вновь деревьями.

Осознание, что силы послали меня куда подальше, пришло слишком поздно, я споткнулась и встретилась лицом с землёй. Точнее, с грязным, пыльным асфальтом. Впрочем, мне было наплевать.

Кажется, прошла целая вечность прежде, чем я смогла кое-как отдышаться и успокоиться. И еще немного прежде, чем приподняться. Лишь тогда я смогла разглядеть, что находится вокруг.

Я оказалась на мосту. Старом, ржавом, заброшенном мосту. Почему ноги принесли меня именно сюда? Почему в это место? А может, они знали меня лучше моей непутёвой головы? Ведь мы с мостом были даже похожи: оба грязные, пустые и одинокие.

Какая ирония. Только вот… Возможно когда-то отыщется человек, который починит этот мост. А в том, что найдётся кудесник, сумеющий починить моё сердце, я очень сильно сомневалась.

Одним месяцем ранее.

Первым, что я почувствовала было тепло. Словно меня с головой опустили в горячую ванну. Но с каждой секундой приятная нега превращалась в жар, а манящая темнота обращалась в свет, вынуждая меня открыть глаза. Сон, если таковой был, растаял в воздухе, словно дым.

Комнату заливал мягкий солнечный свет, пробивающийся сквозь плотно задёрнутые шифоновые шторы, когда один из лучей упал мне на лицо, заставив пробудиться.

Я плотнее зарылась носом в подушку, краем глаза наблюдая за солнечными зайчиками. Те играли на календаре, украшающем одну из кремовых стен. Прямо под ним расположился стол, на котором ровными стопками стояли новые учебники и еще неисписанные тетради, а его центр украшала небольшая плетёная корзина, доверху набитая разной канцелярией.

По соседству со столом высился огромный черный стеллаж, сверху донизу заставленный книгами разных жанров: от детективов до романов, от классики и до фэнтези. Кое-где их разбавляли свечи и рамки с фотографиями.

Один взгляд на книжные полки вызвал во мне воспоминание о вчерашнем вечере. Пошарив взглядом по постели, я нахмурилась. Затем, свесилась с неё, устремив взгляд на пол и облегчённо вздохнула. Потрёпанный от частого перечитывания томик Джейн Остен валялся прямо под кроватью. А рядом, там же на полу, стояла пустая чашка из под кофе.

— Слава Великим силам! — выдохнула я, радуясь тому, что в своём стремительном падении героини романов Джейн не встретились с чашкой и, соответственно, оставили ту целой и невредимой.

Руки неспешно потянулись за телефоном, от лёгкого прикосновения экран загорелся, часы показывали девять утра.

— Сколько?!

Я резко выпрямилась на кровати, вызывая лёгкое головокружение. Но ведомая лишь одной мыслью:

— Я чуть не проспала!

Тонкими пальцами я отбросила тёмно-синее одеяло в сторону и вскочила на ноги, но, прежде чем сделать шаг, посмотрела на свои полураздетые стопы. Один носок была на месте. Но второй… Взгляд нашёл пропажу в складках одеяла. Замешательство длилось секунду. Затем я наспех натянула носок-напарник обратно на левую ступню и поспешила в ванную.

Зажав зубную щетку за щекой, я уставилась в зеркало на своё отражение. Светлые волосы растрепались и торчали во все стороны, словно пучок соломы, обычно прямая челка решила встать дыбом, а голубые глаза немного распухли и покраснели. Я нахмурилась. Такова была плата за чтение до глубокой ночи.

Я встряхнула головой, как делала каждый раз, когда хотела избавиться от дурных мыслей. Сейчас нужно сосредоточиться на планах на сегодняшний день, а не на сожалениях.

Так я и собиралась поступить, но моё подсознание, услышав слово "сожаления", решило проигнорировать внутренний голос. В голове всплыл недавний разговор с отцом. Он позвонил вчера поздним вечером и сообщил, что задержится в своей командировке еще на два дня.

Я так разозлилась, что не сразу заметила, как собственные пальцы со всей силы сжали расчёску.

— Ну и чёрт с ним! — ругательство сорвалось с губ шепотом.

Нет, я не была против того, чтобы отец работал. И даже понимала, что он старается на благо семьи, но всё это уже переходило границы. Начало переходить несколько лет назад.

Раньше папа мог пропадать в командировках по несколько недель, но всегда старался вернуться поскорее и провести больше времени с семьёй. Но потом недели превратились в месяц, затем в несколько. Он начал пропускать семейные вечера, позже — праздники. И я… скучала.

В последний раз мы с отцом виделись в самом начале лета, когда он объявил, что уезжает до конца августа. Я глубоко вздохнула, заново переживая неприятные воспоминания.

Конечно, тогда не обошлось без споров и упрёков, но папа был непреклонен. Все эти недели я ломала голову: в чём преимущество быть главой компании и не иметь возможности взять себе отпуск тогда, когда пожелается?

О том, что папа решил уехать от нас на три месяца по собственному желанию, я старалась не думать и просто ждала двадцать девятого августа — дня его возвращения. Естественно я разозлилась, когда он сообщил о задержке.

Но была та, кто его, конечно же, поддержала. Арина. С каждой удачной сделкой моя младшая сестрёнка становилась всё счастливее, ведь успех компании и нолики на семейном счёте были её оружием в борьбе за социальную власть. Арине нравилось быть богатой, впрочем, как и самим родителям. Я же, не сказать, что была против шика и роскоши, просто отец так быстро сколотил состояние, что я до сих пор не могла к этому привыкнуть, слишком яркими были воспоминания из самого «обычного» детства.

Мне было семь, когда папа, скопив довольно внушительный капитал, ушёл из старой фирмы, затем перевёз семью в элитный городок под названием Солярис и открыл свою мульти-компанию занимающуюся одновременно маркетингом и менеджментом. Поначалу приходилось туго, большая конкуренция, маленькие связи. Но затем последовал один успешный проект, потом еще один — уже крупнее. И так год за годом.

С тех самых пор он не провалил ни одного дела, его имя стало появляться в журналах про бизнес, фирма переехала в новый офис, а мы — в новый дом. У меня появилась своя комната, сестрёнка поселилась в спальне напротив.

Я не смогла сдержать улыбку, вспомнив, с каким воодушевлением она обустраивала свой уголок. Казалось, что прежде чем купить очередную подушку, Арина изучила мебельный магазин с лупой в руках. Денег она тоже не пожалела. Невольно, моя мимолётная радость поблекла, из груди вырвался тяжелый вздох.

Закончив расчёсывать волосы, я заплела их в две тугие косы и поспешила обратно в комнату.

— Великие силы, как же здесь душно!

Подойдя к окну, я рывком отодвинула шторы и, распахнув его нараспашку, выглянула наружу. В лицо ударил прохладный ветер, а нос сразу различил аромат прелой листвы. Я подставила лицо навстречу мягкому солнышку и закрыла глаза, наслаждаясь каждой секундой.

Последние две недели Солярис заливало дождями, и я даже уже смирилась с тем, что холода вернулись в город окончательно. Но вчера нас вновь посетило солнце, будто вспомнило, что лето еще не закончилось. Три дня… Три дня и вернусь в школу.

Впереди меня ждал выпускной класс: безумное время подготовки к экзаменам и напряженной учёбы. Каждый раз, когда я представляла себе возвращение в Среднюю школу Соляриса, внутри меня бушевали самые противоречивые чувства. С одной стороны, мне хотелось оттянуть момент встречи с одноклассниками и занудными школьными предметами. А с другой, я не могла дождаться встречи с увлекательными школьными предметами и десятками толстых учебников. Главное избегать дурацких школьных интриг. Может, стоит закрыться на весь год в библиотеке?

Впрочем, именно так я и планировала поступить — зарыться с головой в книги, направить все силы на подготовку к экзаменам и не отвлекаться на всякую чушь. Но этот марафон начинался через три дня, а пока что можно было расслабиться, запастись годовой порцией терпения и насладиться последними крохами уходящего лета. А ведь времени осталось так мало. Кстати о времени!

Отвернувшись от окна, я подошла к календарю и, взяв со стола черный маркер, зачеркнула сегодняшнее число. Помимо только что появившегося крестика, дата была отмечена толстым красным кругом. Я вырисовывала его особенно тщательно. Но не только потому, что сегодня в город должен был вернуться отец. Он был не единственным, чьего приезда я ждала с невероятным трепетом.

Сегодня из Австралии возвращалась Лина, и я ужасно соскучилась по лучшей подруге. Внутри меня одолевало странное чувство: будто наша разлука длилась не три месяца, а три года. Наверное, такое бывает, когда очень близкий человек уезжает на другой континент, да еще и так надолго.

С Линой Солмей я познакомилась, когда была в пятом классе. В тот год её отец, прямо как и мой, переехал в город вместе с дочкой и открыл здесь новый ресторанчик итальянской кухни «Delizioso».

Помню, как мы с сестрой и родителями заглянули туда в первый раз, чтобы поесть пиццу и пасту. Я и помыслить не могла, что милая девочка по ту сторону кассы окажется моей одноклассницей и по совместительству лучшей подругой. Но, в конечном счете, этот ресторан нас и свёл.

Когда Лина только перевелась в нашу школу, то не сразу пошла на контакт. Да и класс не спешил заводить дружбу с новенькой. У каждого были свои лучшие друзья и сформировавшийся круг общения, никто не горел желанием впускать незнакомку. Почти никто.

На тот момент у меня не было определённой компании, хотя я хорошо общалась с некоторыми девочками из класса. Мы частенько играли после школы, вместе делали уроки в библиотеке и ходили на английский. Мне с ними было очень комфортно, но крепкой дружбы завязать так и не удалось.

С Линой всё закрутилось в один октябрьский вечер, когда я притащила в «Delizioso» новенький томик приключенческих рассказов о волшебном мире часов. Читать я любила жутко. Точнее, до сих пор люблю. И с лёгкостью могу провести ночь в объятиях увлекательной истории.

В тот далёкий осенний день папа подарил мне долгожданную книгу, а я была так счастлива, что попросту отказалась выпускать её из рук. Так и продолжала носить томик за собой с утра и до самого вечера, пока не притащила её и на наши семейные посиделки в «Delizioso».

Лина уже тогда начала помогать своему папе с рестораном: провожала гостей к их местам, разносила меню, меняла салфетки на столиках. В общем, делала всё, что могла сделать двенадцатилетняя девчонка.

Когда она с торжественным видом принесла нам кожаную папку со списком блюд, её взгляд невольно упал на мою книгу.

— Это твоя? — с округлившимися глазами, выпалила Лина.

Я удивлённо проследила за её взглядом.

— Книга? Ага, — самодовольно кивнула в ответ я.

— Я еще нигде не видела этой части! — удивление превратилось в восхищение и, кажется, уважение.

— Мне папа подарил! А ты что, тоже читала их?

Лина посмотрела на меня так, будто я сморозила полную чушь.

— Разумеется.

Оказалось, что она тоже являлась фанаткой этой истории. Так, слово за слово, мы нашли еще одну общую тему для разговора, а потом еще одну. И через короткое время нас уже было не оторвать друг от друга. Помню, как была на седьмом небе от счастья. Это же так круто — встретить кого-то, с такими же интересами! Да и Лина была рада наконец завести друга в новых краях.

С тех самых пор я стала всё чаще заглядывать в «Delizioso». Мы с моей новой лучшей подругой могли часами пить кофе и обсуждать книги, делать уроки и просто сплетничать. Так и возникла наша крепкая связь. Это была больше, чем просто дружба по интересам, я словно нашла родственную душу.

И вот этим летом Лина уехала. Впервые в жизни мы расстались на такой длительный срок. Подруга с детства мечтала стать великой танцовщицей, как её мама. Поэтому и уехала в австралийский танцевальный лагерь на целых три месяца, когда представилась такая возможность. Там девушка успешно познавала всю глубину и сложность будущей профессии. Я была безумно рада за неё, хоть и скучала — также безумно.

Прикрыв окно, я в два шага подскочила к шкафу, но стоило открыть белоснежные дверцы, как мне на голову чуть не вывалилась стопка свежевыглаженной одежды. Глаза распахнулись от удивления, а руки в последний момент подхватили внушительную кипу. Я раздраженно вздохнула.

— Вот же сестрёнка! Та еще помощница.

Если бы не моя хорошая реакция, то пришлось бы собирать все вещи с пола. На это ушло бы минут десять, не меньше, а мне сегодня никак нельзя было опаздывать.

Опустив отутюженную стопку в сторону и постепенно вернув вещи на место, я окинула свой гардероб придирчивым взглядом. Да уж, тусклее и мешковатее одежда только у готов. Впрочем, меня это вполне устраивало. Руки сами собой потянулись к излюбленным черным джинсам, в дополнение к которым были выбраны черный топ и тёмно-зелёный свитер. Я мигом скинула с себя пижаму и натянула выбранные вещи, оставался лишь лёгкий макияж.

С косметичкой я подружилась не так давно. Но не потому, что мама в своё время не научила дочь пользоваться подводкой, просто пока все мои одноклассницы тащились от поп-звёзд и красились как в модных журналах, я читала. Книги мне всегда были больше по душе, чем видеоклипы и девичники у подруг. Зато Лине, в отличие от меня, всегда удавалось совмещать миры модниц и книголюбов, чему я, честно признаться, немного завидовала. И всё же мне были чужды все эти девчачьи штучки, пока… Пока я не влюбилась.

Это произошло два года назад, когда ко мне в душу запал один парень, даже не знавший о моём существовании. К сожалению, я была не единственной девушкой, влюбившейся в него по уши. Ох, далеко не единственной.

Тихий смешок слетел с моих губ, когда я вспомнила те времена.

Тогда я вполне могла смириться с тем, что он никогда обо мне не узнает и просто остаться такой, какая есть. А могла попытаться изменить что-то, стать лучшей версией себя и попробовать обратить на себя его внимание. Переходный возраст — тот самый период, когда ты особо подвержен любому влиянию. Когда моё сердце заняла любовь, перед глазами вспыхнули слова, подслушанные в одном ток-шоу: «Никто с первого взгляда не влюбится в твой богатый внутренний мир».