Читаем Сладкое очарование (ЛП) онлайн бесплатно

Белла поклялась никогда не связывать свою жизнь с этим мужчиной. Теперь она была в шаге от того, чтобы сделать это. Хуже того, она приняла решение только спустя две секунды после новостей о его затруднительном положении.

Ронан до сих пор не знал, что она вошла в его камеру. Он преклонил колени перед ней, его руки были распростертые в стороны, его запястья — закованные в тяжелые зачарованные железные цепи, и его взгляд сфокусировался на треснувшем цементном полу ячейки.

Как низко пал великий маг Силийского суда. Только магические железные оковы всецело принадлежащие Силийской Розовой башне, постоянно хранились в стенах тюрьмы ее Величества, и каждый дюйм его тела был закован в них. Его темные волосы нависали над лицом и его бицепс, и обнаженная спина были согнуты так, словно он создавал дискомфорт своими оковами.

Белле понравилось то, что маг, Ронан Ейчеус Куин, находился в столь раболепном положении по отношению к ней. Он не был человеком, который преклоняется перед кем–либо, если только не был принужден магическими оковами быть таким.

Мгновение она пристально наблюдала за ним. Она никогда в жизни не видела более красиво сложенного человека. Ни в день, когда она впервые его увидела ни после того. Его взгляд делал женщину жаждущей железного шелка его тела, трущегося сверху нее, делая плотские мысли толпы более стыдливыми для женского сознания.

Длинные черные волосы оттеняли его скулы, чувственные пухлые губы и ледяные голубые глаза, которые были известны способностью извлечь истину из искуснейших лжецов. Он носил только свободные черные брюки, оставляя босыми ступни и верхнюю часть ноги. Ронан всегда был одет в черное, даже здесь, в тюрьме. Его атлетическое, сильное тело двигалось не спеша, поскольку он пытался найти комфорт, ведь его похитители были настолько непоколебимы, что не предоставили ему данной возможности. Он был сильным не только телом и разумом, но, также, и в магии. Однако магические оковы нейтрализировали способности, которыми он обладал. Это были его колдовские умения, которые делали стабильным его положение и огромную милость со стороны Летней Королевы.

Но не сегодняшней ночью.

Силия хотела убить его, и она вряд ли может винить их. Однако она не могла отпустить его. Она не могла позволить Ронану причинить вред, независимо от того, что заложено между ними, или же, что он сделал здесь для земли. Не имеет значения и то, что однажды он разбил ее сердце. Не имеет значения и то, что она поклялась никогда не предлагать ему снова, какую бы то ни было, часть себя. Она была глупой думая, что сможет вечно хранить обещание подобное этому.

— Я ощущаю аромат твоих духов, Белла, — произнес Ронан надломленным, черствым голосом, даже не поднимая взгляда. — Я никогда не забывал твой аромат. Я знаю, это ты.

Она вздрогнула от его слов и встряхнула головой. Было бы глупо думать, что это было романтично. Он ведь был магом, в конце концов, даже когда лишен колдовских умений магическими оковами. Он имел великолепное обоняние на разные ароматы, поскольку это составляло часть его работы. Его сила была врожденной, позволяя ему вскружить листья, цветы и травы, создавая мощное заклинание.

Не только он был магом, но он был на стороне Силии. Ронан обладал Ансилийской кровью, достаточно для того, чтобы позволить ему накладывать темные заклинания. Летняя Королева, Силия Роял, позволила ему остаться в Розовой башне из–за эффективности его магии и, несомненно, его физической красоты. Возможно, также, это было частью ее, той, которая использует доносчика, очерняя Темного Короля, Ансилия Рояла, лишая его одного из сильнейших членов суда.

Ронан был одним из немногих членов Силийского суда, кто обладал Ансилийской кровью, но он не был и единственным, кто этим располагал.

Она прочистила горло:

— Ронан, это было давно.

— Последний раз мы говорили больше, чем просто мимоходом, это не счастливая случайность.

Легкий трепет прошел сквозь ее тело. Нет, это не был счастливый случай в принципе. Ронан разбил ее сердце на множество кусочков, потребовались десятилетия для того чтобы собрать его назад воедино. Может быть, оно все еще и не было исцелено.

— Да и посмотри теперь на себя, — ее голос задел горькие воспоминания.

Она ходила вокруг него, ее дорогие золотые каблуки потрескивали на песчаной ячейке пола и край ее чистой белой накидки волочился за ней, легко касаясь пола, сквозь грязь. Она присутствовала на балу Силийского суда, поддерживая разговор с ее дорогой подругой, Айслинн, в тот момент, когда она получила новости об аресте Ронана. Снаружи было холодно — почти Рождество. Селия часто закрепляла шарики, но они были особенно распространены в это время года. Несмотря на все, что есть между ними, даже отвратительнейший Ансилийский гоблин не сможет остановить ее от того, чтобы примчаться в тюрьму.

Она остановилась перед ним.

Снова дернув свои оковы, бицепс сократился, наконец–то он посмотрел на нее. Его волосы, ниспадали на лицо, и он резко встряхнул головой, чтобы отвернуть ее в сторону. Мужчина был достаточно красивый для того, чтобы разбить сердце любой женщине, и он разбил намного больше, нежели просто ее, Белла была уверена. Он был гораздо старше нее — несмотря на то, что они появились в одном и том же возрасте. Это был путь, когда работали с почти бессмертным Туата Де Дананн. После того, как они достигали 30-летнего возраста, их старение замедляло свой ход. Однако, это не было принято к сведению. Приблизительно на столетие старше нее, он имел гораздо больше жизненного опыта, чем она, и это означало, что он разбил намного больше сердец. Однако ему удалось сохранить в спокойствии и тишине все расставания и романы. Она дала ему столь многое. По крайней мере, она не имела терпения, наблюдать за тем, как он заключает в объятия других женщин.

Его взгляд блуждал по ее телу — в прозрачном золотом платье. Она знала, что он видел. Платье было с глубоким вырезом, уходящим дальше в ложбинку между грудей, оно было узким, будто нарисованное на ее талии и бедрах и опускающееся ниже талии со спины. Он посмотрел на нее так, словно не был в оковах, как будто она не держала его судьбу в своих руках. Он посмотрел на нее так, словно имеет на это право. Ее задело то, что он думал, будто может смотреть на нее подобным образом. Он также сделал другие вещи, вещи, которых не должен был делать.

— Это было давно, Белла, — он сделал паузу и сглотнул. — Ты до сих пор самая красивая женщина из всех когда–либо ходивших улицами Пайффербурга. — Его голос был богатым и глубоким, полон искренности и она сдалась вмиг.

Ее щеки горели. Нахлынул гнев, и она была вынуждена себя сдержать, чтобы не развернуться и не уйти.

Она опустила руку на бедро.

— О чем ты думал, принимая работу от Фандира? Ты сумасшедший? Ты должен был знать, что если ты все поймешь, Летняя Королева пожелает тебя убить.

Он послал ей дерзкую усмешку, которую она прекрасно знала.

— Сумасшедший? Ну, ты знаешь меня, Белла. Что ты думаешь?

Она отвернулась и закусила нижнюю губу.

— Они планируют лишить тебя головы за это. Твой статус любимца–мага при Летней Королеве не защитит тебя. Ни один из союзников с Фандиром и избегая последствий.

— Я прожил почти двести лет, Белла. Это не будет трагедией для мира оставить меня или же для меня — покинуть мир.

— Милостивая Дану, Ронан! Ты хочешь умереть? Вот почему ты сделал это?

Он только покачал головой в ответ, — она попала в точку.

Она отошла от него, к смотровому окошку в двери, сложа руки на груди и кутаясь в накидку более тщательно, поскольку ее вновь бил озноб. Холод окутывал ее кости, в конце концов, она не так много времени провела во влажной тюрьме, как для того, что она собирается делать. Она остановилась и закрыла глаза, собирая смелость.

Если бы она могла вырезать сердце из груди и положить его на плиту, чтобы принести его в жертву — вновь — таким образом? Но альтернатива… Она не может и думать об этом.

— Ронан, — начала она, подходя к нему.

— Я сказала Летней Королеве, что беру тебя в качестве мужа, и она согласилась с этим. — Она сделала паузу. — Мы уже обручены, ты и я. Это защитит тебя. Это единственный способ, который может спасти тебя от Дикой Охоты.

Дикая Охота происходит каждую ночь и собирает души тех фей, которые умерли. После Летней Королевы, претендующей на голову Ронана, Охота могла бы прийти за ним.

Ронан поднял голову, но так ничего и не произнес. Впервые за 30 лет, на протяжении которых она его знала, ее слова, по–видимому, заставили его промолчать. Наконец он произнес:

— Белла…

— Я не могу наблюдать за тем, как они убивают тебя, независимо от того, насколько ты глуп. — Она вздернула нос. — Я выйду за тебя, но это будет лишь фамилия. Ты не получишь… привилегий от меня. Никаких денег, потому что я намерена заключить брачный договор. Конечно, тебе придется жить со мной, но мои апартаменты велики и там только Лолли, моя экономка и я в данный момент. Мы будем вынуждены в некоторой степени проживать раздельно. — Она сжала губы вместе. — Ты сохранишь себе жизнь. Это хорошая сделка.

— Это будет громко звучать Белла Рианнон Калистэ Мак Лир подлинная Туата Де Дананн по родословной наконец–то выбрала жениха и он заключенный, которого приговорили к смерти. Человек, который завалил задание Фандира и только–то. Приговоренный быть презираемым до конца веков в Розовой башне. Вор с Ансилийской кровью. Силия насмехается над тобой в этот момент. Возвращайся на балл, с которого ты примчалась, они давятся со смеху за своими, одетыми в перчатки, руками и с бокалами коньяка из всей этой ситуации.

Все верно, но это не имеет значения.

— Ты не жених, — ее голос сорвался на суровый тон. — Однажды, возможно, и был, тридцать лет назад. Если кратко. В данный момент ты просто старый друг, который нуждается в спасении. — Она отвернулась от него. — Я не могу описать тебе, скольким я жертвую, делая это. — Эмоционально. Психологически. — Ты даже не собираешься меня поблагодарить?

— Я собираюсь сказать нет.

— Нет? — Она резко повернулась. — Что? Ты не можешь сказать «нет». Ты …

Он встряхнул головой и посмотрел на нее. Его обычно ледяные синие зрачки были широкими и темными, руки были крепко сжаты.

— Я хочу тебя, Белла, но когда мы обручимся, мы сделаем это моим способом. На моих условиях. Я сделаю тебя своей, но не наоборот.

Дану, какое высокомерие. Ничего в нем не изменилось.

— Единственное, на что ты сможешь когда–либо претендовать — это на червей, которые будут поедать твою плоть, когда твое обезглавленное тело похоронят.

Она резко повернулась и направилась к двери, затем остановилась, приложив руку к холодному стальному каркасу и закрывая глаза на мгновение. Это происходило на Рождество, наиболее темное время года. Даже дураку и упрямцу, каким он был, она не позволит ему умереть. Она пойдет к Летней Королеве и найдет способ заставить его жениться на ней.

Она спасла сегодня его жизнь, и он сможет ненавидеть ее за это завтра.

Ронан опустил голову и сжал кулаки, до крови на руках и, пытаясь игнорировать незначительные покалывание оков. Это были эфективные пытки для фей. Обычно магические оковы не только лишают фей магических сил, но и делают их слабыми. В конце концов, если оковы слишком долго контактируют с кожей, это становится смертельным. Однако как маг, который был особенно восприимчив к металлу, он работал годами над разработкой сопротивления к нему. Он бормотал в такт дыханию, окисляя оковы, мощная магия искрилась в его ладонях. Его магия не была настолько же сильной, как в момент, когда магические оковы не касались кожи, но, все же он был достаточно силен.

Кровавый ад, возможно ли это? Неужели чувства к Белле все еще пламенятся в нем? Он думал, что уже давно убил, все хорошее, что было в его жизни. Впервые в течение десятилетий надежда зажгла в нем жизнь.

Возможно, он имел право хоть на какую–нибудь жизнь, в конце концов.

Ему необходимо знать это наверняка. Это значило, что путь, на котором он собирался себя запропастить здесь больше не существует. Не с Беллой, которая по–прежнему заботится о нем.

И, кровавый ад, она выглядела так прекрасно. Его руки сомкнулись в объятие, невольно вспоминая, насколько шелковистой и гладкой выглядит ее кожа. Он не мог ждать больше того, чтобы дотронуться до нее, поцеловать. То платье, в которое она была одета, было словно грех, вплетенный в ткань для того, чтобы демонстрировать полную, восхитительную грудь и то, как платье сужается книзу ее длинной, стройной, притягательной спины. Он хотел погрузить руки в ее густые волны темных волос, хотел, чтобы ее ноги обвили его стан, несмотря на то, что он будет заниматься с ней любовью до тех пор, пока она не сможет больше сосредоточить взгляд. Он хотел предъявить права на нее, сделать ее своей во всех отношениях. Прошло уже много времени с тех пор, как он был с женщиной.

Никому, кроме Беллы не под силу такое сделать.

Белла принадлежала ему. Он был с ней всего один раз, но он выучил свой урок. Никоим образом он впредь не сделает этого снова.

Ронан начал готовиться к побегу.

Белла прошлась по каменному полу своей гостиной, явно ощущая ночной холод, даже через тапочки. Даже через густые тканые ковры ее людей, известные тем, что не пропускали холод. Укутываясь более тщательно в свой шелковый халат, она присела на диван в передней части комнаты, отделенной от каменного пола до потолка листом стекла, которое служило в апартаментах внешней стеной.

У нее был прекрасный вид на Пайффербург, начиная с третьего этажа и вплоть до вершины резиденции Силийского суда. Только у Летней Королевы был лучший вид, и возможно у Эйслинн Кристианы Гвиневер Финварры, ее высокопоставленной подруги.

Здание было построено для общественных чиновников. У Беллы, все же, была чистая кровь, прирожденной древней Силийской Туата Де Данаан — не Ансилийской, бурлящей в феях, или смешанная кровь как у большинства.

В любом случае, насколько это было известно. Белла на протяжении долгого времени надеялась на то, что в ее жилах течет Ансилийская кровь. Но относительно Летнего Суда, она была чистокровным потомком Туата Де Данаан родословной Ирландии. Они сами были иммигрантами из Скандинавии, а до этого… Что же, никто не знал наверняка, но там произошло много спекуляций относительно их происхождения.

Когда она пришла к Летней Королеве просить руки Ронана, даже несмотря на то, что он сказал ей нет, она рассчитывала на согласие от королевы, в связи с высокой должностью, которую Белла занимала в суде. Летняя Королева отклонила ее прошение, так как, желала увидеть кровопролитие. Даже, невзирая на ее должность и ранее высокий статус Ронана, ничто не могло бы повлиять на Силию Роял. Королева хотела заполучить голову Ронана, и теперь она имела на это все основания.

Ронана казнят в первой половине дня. Дикая охота заберет его душу следующей ночью. Белла подчинилась действительности ситуации.