Читаем Синдикат-2. ГПУ против Савинкова онлайн бесплатно

«Дело Савинкова» вызывало и до сих пор вызывает интерес как в России, так и во многих других странах мира. Этой неординарной личностью занимались историки, писатели, публицисты, творческие работники кино и телевидения.

Многие западные средства массовой информации, отдельные российские газеты и журналы, рассказывая о Савинкове, нередко изображают его как борца с большевизмом, награждая его такими яркими эпитетами, как «одаренный писатель», «сильный человек, прославленный бесстрашием», «непримиримая натура» и др.

Написано о нем очень много. Подробно историография освящена во введении «Борис Савинков в исторической литературе и документах», написанном А.Л. Литвиным и М.Б. Могильнером и опубликованном в сборнике документов «Борис Савинков на Лубянке»[1].

О Савинкове писали до революции и в революционный период[2]. После его ареста было издано обвинительное заключение о контрреволюционной организации «Народный союз защиты родины и свободы»[3]. Особой популярностью Савинков стал пользоваться в 1970—1990-х годах[4]. В это время были переизданы его воспоминания и художественные произведения[5].

Многие из авторов забывают, а иногда намеренно замалчивают его террористическую, бандитскую деятельность против мирных советских граждан.

Распространялись слухи о «загадочной» смерти Савинкова, руку к которой приложили якобы чекисты. Нашлись люди, отвергавшие версию самоубийства Савинкова. Не верила в это, и жена его Л.Е. Дикгоф-Деренталь которая получив на Лубянке известие о конце Савинкова, возмутилась: «Это неправда! Этого не может быть! Вы убили его!» Сын Савинкова от первого брака, Виктор Успенский, запомнил слова отца, сказанные во время свидания в тюрьме: «Услышишь, что я наложил на себя руки, — не верь».

Дискуссия об убийстве Савинкова подогревала интерес к этой личности. Она упиралась в вопрос о том, какова роль Савинкова в чекистской операции «Синдикат-2»: стал ли он жертвой обмана или заключил сделку с советскими властями?

В начале 1960-х годов в книгах Д.Л. Голинкова, в повести В.И. Ардаматского «Возмездие» и других основное внимание уделялось операции «Синдикат-2»[6], однако количество документов по этой проблеме было крайне ограничено и, естественно, она освещалась фрагментарно.

Имеющиеся публикации по «Синдикату-2» не раскрыли многогранную деятельность сотрудников ГПУ — ОГПУ, в них слабо показана роль Савинкова как одного из организаторов борьбы с партией большевиков, все они страдают недостатками, неточностями и не отвечают требованиям сегодняшнего дня. В биографиях и деятельности чекистов, работавших по «Синдикату-2», еще много белых пятен, малоизвестны их взаимоотношения с руководителями органов госбезопасности, не исследованы многие детали и эпизоды этой оперативной игры.

В данной работе ставится задача восполнить многие пробелы в публикациях по агентурной разработке «Синдикат-2», внести ряд уточнений, а также существенные исправления. Необходимо отметить, что часть материалов этой темы ранее уже публиковалась авторами[7].

В предлагаемой монографии на конкретных материалах Центрального архива ФСБ РФ показано, как Б.В. Савинков стал для партии большевиков одним из наиболее активных и непримиримых противников, готовым во имя своих политических целей действовать самыми крайними мерами.

Расстрелы, зверские убийства, массовые изнасилования и издевательства — вот что представляла собой савинковщина. Мирные евреи белорусских городков и местечек платили созданной Савинковым балаховской армии непосильную контрибуцию, рассчитываясь с этим зверьем в человеческом обличье многими жизнями стариков, женщин и детей. Поэтому Савинкову и была объявлена беспощадная война.

В работе рассматриваются вопросы создания Контрразведывательного отдела ГПУ, ставшего могильщиком для Савинкова и всего его движения, рассказываются подробности поиска сотрудниками КРО новых форм и методов агентурно-оперативной работы, создания легендированной организации либеральных демократов («Л.Д.»), на которую «клюнул»[8] Борис Савинков.

Рассказывается о сотрудниках КРО, после Октябрьской революции связавших судьбу с органами госбезопасности, отдавшими избранной цели лучшие годы своей жизни и здоровье. Они всегда наступали и дерзали, не боясь брать на себя ответственность за любую комбинацию в «Синдикате-2». Применив новые формы и методы агентурно-оперативной работы, чекисты нанесли сокрушительный удар по савинковскому движение.

В исследовании на конкретных архивных материалах освещаются все оперативные мероприятия КРО по проникновению в виленское отделение «Народного союза защиты родины и свободы» (НСЗРиС), Варшавский областной комитет союза и разведывательный орган 2-го отдела Генштаба Польши — Экспозитуру № 1, а затем и к самому Савинкову в Париж. Особое внимание обращено на мероприятия КРО по работе с савинковским ревизором И.Т. Фомичевым и прибывшим по заданию Савинкова в Москву полковником С.Э. Павловским, сыгравшими немаловажную роль в успешном завершении чекистской операции «Синдикат-2».

Рассмотрены вопросы взаимоотношений организации «Л.Д.» с польской разведкой, о поставке ей дезинформационных материалов и сдерживании ее активности против СССР. Не оставлены в стороне трудности, которые возникали в процессе оперативной игры. На основе документальных материалов рассказывается о психологической драме Савинкова, происшедшей перед его самоубийством 7 мая 1925 г.

Работа раскрывает тактику КРО, сил и средств, использовавшихся ГПУ—ОГПУ в борьбе с белоэмигрантскими центрами и польской разведкой. Написана она на основе рассекреченных документов, хранящихся в Центральном архиве ФСБ России, Архиве Президента Российской Федерации, Российском государственном архиве социально-политической истории. Кроме того, использовались и открытые источники. В последней главе авторы посчитали целесообразным опубликовать обвинительное заключение, протокол заседания суда и приговор Б.В. Савинкову, что придает работе завершенность.

Лидеры многих основных политических партий и общественных группировок резко осудили захват власти большевиками 25 октября (7 ноября) 1917 г. Разгон Учредительного собрания 5 января 1918 г., представлявшего все слои российского населения, показал, что большевики намерены идти по пути тоталитаризма и готовы использовать для этого самые крайние меры. В связи с этим многие бывшие избранники народа разъехались по регионам России и занялись созданием антибольшевистских движений под лозунгом передачи власти Учредительному собранию.

Одним из самых активных борцов с зарождающимся режимом стал профессиональный революционер Борис Викторович Савинков — один из старейших членов партии социалистов-революционеров, член ее боевой организации, участник ряда других террористических актов. В 1917 г. он стал комиссаром Временного правительства в 3-й армии, с 28 июня 1917 г. — комиссаром Юго-Западного фронта, а с 19 июля 1917 г. — товарищем министра, управляющим Военного министерства при министре А.Ф. Керенском. Являясь членом совета Союза казачьих войск и депутатом временного Совета республики (предпарламента), пытался поднять казаков для оказания помощи оборонявшим Зимний дворец юнкерам, но попытка эта ему не удалась.

Савинков перебрался в Гатчину, в ставку Керенского и генерала П.Н. Краснова, где вел активную работу по организации сил против большевиков.

В ноябре 1917 г., перед боями под Пупковым[9], казаки красновских частей в лице председателя дивизионного комитета есаула В.М. Ажогина заявили Савинкову, что сражаться за Керенского они не намерены. В случае победы и свержения большевиков они решили предложить Керенскому отказаться от должности председателя Временного правительства. При несогласии казаки хотели его арестовать.

Есаул Ажогин в присутствии адъютанта Савинкова Флегонта Клепикова сообщил, что казаки решили предложить формирование нового правительства Г.В. Плеханову, и просили Савинкова донести их просьбу до Георгия Валентиновича.

После беседы с казаками Савинков отправился к Плеханову, заготовив два варианта постановления: один — отказ Керенского от власти, а второй — ордер на арест бывшего верховного главнокомандующего. Плеханов согласился с проектами постановления, внеся в их текст собственноручные поправки. В отношении формирования правительства Георгий Валентинович заявил, что он 40 лет боролся за трудовой народ России, поэтому воевать с ним никогда не будет.

Савинков на это ответил, что программа и тактика нового правительства будут всецело зависеть от его председателя, то есть господина Плеханова. После этого Георгий Валентинович долго расспрашивал Савинкова относительно сил казачьих войск, а в конце беседы дал Савинкову свое согласие в случае победы казаков на формирование нового правительства. Савинков рассказал есаулу Ажогину о беседе с Плехановым, который тут же распорядился приставить казачий караул к Керенскому и в случае победы казаков арестовать председателя Временного правительства[10].

После поражения генерала Краснова под Петроградом в конце ноября 1917 г. Савинков под видом сотрудника польского комитета по делам беженцев переправился на Дон, где начала создаваться Добровольческая армия во главе с генералом Л.Г. Корниловым. Доном в это время руководил так называемый Донской гражданский совет[11], который возглавлял генерал М.В. Алексеев. В него входили генералы А.М. Каледин с Корниловым, помощник атамана донских казаков А.П. Богаевский, бывший министр торговли и промышленности Федоров, кадеты П.В. Струве, Н.Э. Парамонов и другие. Политика и состав этого органа вызывали недовольство у многих демократически мыслящих казаков, совет обвинялся в «замаскированной реакционности».

В дружеских беседах и жарких спорах Савинков уговаривал членов совета включить в него представителей демократических партий и объявить в декларации совета о необходимости созыва Учредительного собрания и праве народа на землю.

Первым с ним согласился генерал Корнилов, а затем пошли навстречу и другие члены Донского гражданского совета. В совет были включены член Донского округа, независимый социалист Агеев, председатель Крестьянского союза Мазуренко, комиссар 8-й армии Вендзягольский и Савинков. От имени нового совета была выпущена декларация[12].

Сразу после этого Донской гражданский совет направил Савинкова в Петроград: поручалось нелегально встретиться с рядом известных российских демократических деятелей, в том числе и с одним из лидеров правого крыла Демократического совещания Н.В. Чайковским. Они приглашались на Дон для работы в совете. Савинкову было выдано удостоверение для переговоров за подписью генерала Алексеева.

Успешно выполнив порученное задание, он готовился выехать из Москвы на Дон, где в это время вспыхнули революционные события. Однако слабо вооруженная и малочисленная Добровольческая армия была смята большевиками и отброшена на Северный Кавказ.

Савинков остался в Москве, где вскоре установил связь с тайной монархической офицерской организацией, в которой насчитывалось около 300 офицеров в основном из гвардейских и гренадерских полков. Он стал во главе организации, в основу которой была положена программа борьбы Донского гражданского совета против большевиков. Как и на Дону, тайное общество савинковцев в Москве провозгласило четыре пункта своей деятельности: борьбу за единую и неделимую Россию, верность союзникам, власть — Учредительному собранию, землю — народу.

Свою организацию Савинков назвал «Союзом защиты родины и свободы». В нее принимали всех, кто признавал программу организации и давал клятву с оружием в руках бороться против большевиков. Партийная принадлежность не имела никакого значения при вступлении в члены этого законспирированного общества.

В союзе оказались представители разных политических партий и общественных группировок. Его возглавил независимый социалист Савинков (как он себя называл), вооруженными силами командовал конституционный монархист генерал-лейтенант В.В. Рычков, начальником штаба являлся также конституционный монархист полковник А.П. Перхуров. Начальником разведки и контрразведки стал республиканец полковник Бреве, начальником отдела сношений — социалист-революционер А.А. Дикгоф-Деренталь, иногородний отдел возглавил социалист-демократ из группы Плеханова военный доктор Григорьев. Другими структурными подразделениями этой тайной организации (а их было довольно много) руководили меньшевики, эсеры, монархисты, а также представители других политических партий, боровшихся против большевиков[13].

В апреле 1918 г. Савинков отправил в Екатеринодар — в штаб Добровольческой армии, к генералу М.В. Алексееву — офицера-курьера, который прошел через многочисленные большевистские кордоны и добрался к белым. Он сообщил генералу о деятельности союза и высказал просьбу об оказании материальной помощи и получении соответствующих указаний по тайной работе. Алексеев одобрил деятельность Савинкова и через чехословаков выслал 200 тысяч керенок. Вскоре от французского посла Ж. Нуланса он получил еще два с половиной миллиона рублей[14].

Союз успешно провел большую работу по формированию отдельных частей всех родов войск. Пехотный полк состоял из 86 офицеров: командира полка, его адъютанта, четырех командиров батальонов, 16 ротных и 54 взводных командиров. Командир полка знал всех своих подчиненных, а командир взвода — только своего ротного. Офицеры получали денежное содержание от штаба союза, при этом у них было всего две обязанности: блюсти абсолютную тайну и по приказу, в строго назначенное время, прибыть на сборный пункт для вооруженного выступления. К концу мая 1918 г. в Москве и 34 российских городах насчитывалось около пяти с половиной тысяч офицеров, входивших в савинковский «Союз защиты родины и свободы»[15].

Большинство из членов союза жили по поддельным документам. Все встречи проходили на явочных и конспиративных квартирах.