Читаем Северный горизонт онлайн бесплатно

В нашем северном городке царила осень. И это была отнюдь не та пора, которой так восхищался наш великий русский поэт. На дворе был холодный ветер, лужи и редкий снег, переходящий местами в моросящий дождь. С деревьев облетела листва, и они стали похожи на клешни сказочных созданий, торчащие из-под земли. Погода за окном в это время года, как мне казалось, очень подходила для съемок фильмов ужасов, или чего-нибудь, связанного с атакой злых монстров после ядерной войны. Вот-вот во двор выбежит дяденька с мегафоном и прокричит: «Снято!».

За каждым углом этого киношного пейзажа жителей нашего города поджидали (нет, не ужасные создания и не «сталкеры») незаконные микробные формирования, готовые от нечего делать растерзать любого, кто пренебрегает теплой одеждой и витаминами.

Проснувшись утром в пятницу и почувствовав жар с неприятной болью в горле, я решил, что в одиночку с этой «бандой» мне не справиться. Не вставая с кровати, я включил телевизор. На экране возникли кадры из знакомого мне фильма.

— Достучаться до небес, — вспомнил я. — И кто такие фильмы с утра крутит?

Прозвучала фраза одного из героев: «Не видели никогда море? Так поспешите!»

— Спешим, спешим! — Ответил я вяло персонажу из кино и чихнул. — «Сейчас вот только валенки наденем, и сразу на море пойдем!

Рука ухватилась за телефон.

— Игорь Александрович, здравствуйте! — Мне пришлось приглушить звук телевизора.

— Добрый день! — Отозвался мой руководитель.

— Я тут заболел. Сегодня хочу побыть дома, — робко сказал я и почувствовал, как немного гнусавлю.

— У нас сегодня комиссия приезжает из Департамента с проверкой! Людей и так мало! А работы много! Хотите дома отсидеться?

— Да, только сегодня отлежаться бы, — мне пришлось соврать, — в понедельник буду, как штык».

Принимается! Лечитесь! А то Вы и меня заразите! Не хватало ещё с температурой ходить! Мало мне, что ли, забот с Вами и вашим отделом?!

Я услышал стрекочущий звук, и в трубке пошли короткие гудки.

—

С начальством договорились, теперь надо договориться с медиками.

Набрав заветный номер регистратуры, стал ждать ответа.

— Регистратура, слушаю Вас… — Еле слышно откликнулся женский голос на том конце провода.

— Мадам, записаться мне надо к терапевту! — Громко заявил я.

— Номерки есть на понедельник! Будете записываться? — звонко ответила Мадам.

— Я работаю. У меня температура, боли в горле. Мне бы надо на сегодня, больничный нужен…

— Эм…Подходите в регистратуру с паспортом и полисом — отправим Вас в доврачебный кабинет, — успокаивает Мадам.

Я согласился, попрощался и положил трубку.

— Всё-таки медицина в нашем городе есть, раз, несмотря на отсутствие номерков, меня оперативно определили на осмотр. — Пронеслось в голове.

Последствия объединения и оптимизации медицинских учреждений давало о себе знать, и я, как пациент в данном случае, всегда готовился к худшему, но довольный, что вопрос решился с визитом к врачу, я оделся, не взирая на слабость, взял ключи от машины и вышёл во двор. Ощущая холод всем своим уязвимым телом, я лениво добежал до машины. Сев в салон своего старого «Фокуса», я снял перчатки, потер руки друг о друга и согрел их своим дыханием, затем повернул ключ зажигания в замке. Автомобиль «чихнул», завелся, из-под капота послышался свистящий звук, переходящий в шелест. Из воздуховода пошёл странный запах.

— Твою мать! Только на той неделе бензонасос менял и стойки. Теперь вот опять, какие-то проблемы» — сипло произнес я. — Вместе лечиться поедем, старичок.

Моя машина выехала со двора на улицу. Дорогу мне преградил ряд из автомобилей. Я увидел красный глаз светофора с цифрой: «50», которая уменьшалась с каждой секундой.

— О, Господи! Да кто придумал эти светофоры?! И почему мы так долго стоим? Создается впечатление, что мы не в маленьком городке, а в центре Токио!

Полностью свободный и замерший перекресток переходила одинокая бабушка с палкой, когда зелёный светофор неожиданно прерывисто замигал, она суетливо засеменила по улице.

— Такая лайф, бабуля! Такая лайф! — Развел я руками и, ощутив комок в горле, прокашлялся. Несмотря на долгие интервалы ожидания каждой из сторон участников движения, всем из них отводилось довольно мало времени, особенно пешеходам.

В зеркале заднего вида показалась машина лазурного цвета. Огромный хромированный ромб красовался между её фар. Несмотря на небольшие лужи и грязь, она была очень чистой и буквально светилась своим ярко-синим цветом.

— Новенькая…синенькая,» — улыбнулся я, — как море…

Перед моими глазами возникло волнующееся море: «Ш-ш-ш-ш-ш, ф-р-р-р, ш-ш-ш-ш-ш, ф-р-р-р». «А! А! А!» — вторили ему чайки. Я ощутил теплый и соленый ветер, солнце ласкающее лицо…

Гудок сзади и мигающие фары «Рено» прервали мое видение. Уже горел зеленый.

— Да еду, еду! — Крикнул я, не узнав своего хриплого голоса, и с пробуксовкой проехал перекресток.

«Морская» легковушка устремилась по пятам и продолжила движение с моей скоростью. Увидев впереди «лежачего полицейского» и широкую, прямую и свободную проезжую часть, я медленно принял вправо и замедлился, чтобы проехать «полицейского» по диагонали. Как мне кажется, такой поочередный режим работы подвески меньше вредит ходовой, чем проезд сразу двумя колесами по прямой. В появившееся слева место внезапно устремилась «Реношка». Мой свободный слева коридор для диагонального хода был блокирован, и наши автомобили натолкнулись парой колес на препятствие, совершив синхронный кивок, как будто отвечая невидимому командиру: «Так точно! Будет сделано!». Лазурная «колесница» обогнала мою машину слева и продолжила путь дальше, впереди меня, не меняя направления.

— Вот дурачок! Вроде взрослый, с правами. Куда так торопится, да ещё и перед «полицейским»? Вместе могли бы проехать по диагонали! Так нет! Ни себе, ни людям! — Сокрушался я сквозь головную боль.

— Хотя чего я его ругаю? Может у него жена рожает,… Или съел что-нибудь не то…

Добравшись до больницы, я взял карточку в регистратуре и направился в «доврачебный» кабинет. Меня встречала очередь из четырех-пяти человек. Вся компания уныло вздыхала, переглядывалась и смотрела с ожиданием на заветную дверь «нашего» кабинета. Боль в горле напомнила о себе. Я занял очередь и стал ждать…

Обслуживание происходило крайне медленно — минут по пятнадцать-двадцать на человека. Сам начал чувствовать, как раздражение и негодование обслуживанием в стиле «торопицанекуда» от окружающих постепенно переходит ко мне. Через полчаса ожидания после нарастающего перешёптывания своих коллег по несчастью о столь медленном врачебном процессе, решился заглянуть за кулисы лекарского штаба.

Я увидел перед собой странную картину. В кабинете сидели две дамы в белых халатах: одна молодая, другая — в возрасте. Женщина постарше, тётя-врач, мерила давление у пациента и о чём-то его спрашивала. Вторая, молоденькая леди в очках, молча и отстраненно смотрела в монитор и гоняла колесико «мышки» взад и вперед. На линзах её очков отражалась картинка монитора. Создавалось такое впечатление, что она просто зашла в этот кабинет на пару минут, проверить почту. Удостоверившись, что виновником очереди уставших и возмущающихся людей является всего один работающий в кабинете врач, закрыл дверь. Не желая портить себе настроение, молча и безропотно стал ждать своей очереди.

— Ладно, хотя бы один врач принимает…Ещё чуть-чуть осталось потерпеть, и всё свершится! — Успокаивал я себя.

Положение усугубляется постоянно лезущими без очереди «простоспрашивателями», которых приходилось отгонять от заветной двери, как пчёл от крынки с мёдом. Время шло, моя очередь медленно, но верно подходила… Я уверенно и стойко нес свой караул возле врат «вспомогательного» кабинета, несмотря на нарастающую температуру и ломоту в теле, и ждал заветного часа… Внезапно я увидел боковым зрением, как по направлению к «доврачебному» кабинету уверенной и стремительной поступью в верхней одежде, не обращая ни на кого внимания, двигается высокая немолодая женщина. Как тихо гудящий и стрекочущий танк, пробиралась она по холлу больницы быстрым ходом, готовая раздавить любого, кто встанет у неё пути. Молча, шелестя «гусеницами», она подкатила к двери кабинета. Мгновение, и её руки коснулась дверной ручки… Тут я ощутил, как замедлилось время … Я почувствовал свое дыхание, по спине пробежал холодок, сердце быстро затрепетало, разгоняя кровь по телу, давая ему энергию для возможного столкновения с противником.

— Жалко, гранотомёт дома оставил… — подбодрил я себя. Сглотнув слюну и взяв волю в кулак, я рванул вперед:

— Здесь очередь! Вы куда? — Робким и дрожащим голосом воскликнул я.

— Я — врач! Я к себе в кабинет!» — проревела «бронированная» дама с яростно налившимися кровью глазами.

Я опешил: «Вот те на, вот это врач! Полдень на носу — а у неё рабочий день начинается! Да ещё и с такой агрессией, без бахил и в верхней одежде!».

— А это Ваша коллега? — Спрашиваю я, по-идиотски просунув голову в кабинет.

— Ага! — Выглянула тётя-врач из — за спины очередного пациента.

— Так, — пронеслось в голове, — их сейчас трое, одна пусть себе «занимается» компьютером, а вторая будет помогать принимать пациентов, работа пойдет быстрее. Хотя это может быть и сменщица — тогда попасть к ней не очень желательно.

Дождавшись своей очереди — зашёл в кабинет. Картина в кабинете стала походить на творения Сальвадора Дали: теперь молоденькая дама в очках переместилась от компьютера к ширме и стала водить пальцами по экрану мобильного телефона, видимо, ставя очередные рекорды со «Злыми Птичками», а мадам-панцер, заняла освободившееся место и стала делать то, что делала до неё молодая фройляйн, а именно, мучить электронного «грызуна».

— Вот это работнички, — подумал я, — совсем себя не жалеют!

— На что жалуетесь? — Мягко спросила тётя-врач и отвлекла мой взор от сюрреалистического пейзажа.

Она расспросила меня о моей хвори, измерила температуру, пульс, давление, от руки написала традиционный рецепт о теплом питье, аспирине, покое, молча внесла что-то в карточку, медленно заполнила больничный, дала номерок на повторный приём и отпустила с Богом.

Переступив порог медицинского учреждения, я не стал особо переживать о произошедшей ситуации, да и мое недомогание давало о себе знать. «Ничего, всякое бывает, тем более кабинет «вспомогательный»… Мгм… «доврачебный». Уж такого произвола у моего участкового врача не будет» — пробубнил я себе под нос, доковылял до дома и рухнул в кровать….

Ворочаясь в кровати с температурой, я думал о своей работе: за мой «больничный» я получу в награду ворох незавершенных задач, которые в моё отсутствие делать некому. Тем не менее, выходные в постельном режиме прошли незаметно.

«Дилинь-дилинь…

ДИЛИНЬ-ДИЛИНЬ!..

ТРРРРРРРРРР!

БРРРРРРРР!»

— Чертов будильник, да угомонись ты уже! — Говорю я вслух сквозь сон, как будто мой телефон живой и прекратит звенеть, если я его попрошу.

— Ах-да! Сегодня же понедельник, мне идти на повторный приём. С завтрашнего дня надо выписываться. — Я взял телефон в руки, прошёл на кухню и нажал на кнопку чайника. Чайник медленно зашипел. По телефону я решил посмотреть музыкальный клип, чтобы взбодрить себя. Перед клипом пошла какая-то реклама с участием молодой бегущей мулатки в бикини на фоне золотистого пляжа. Что там рекламируют я так и не понял: то ли духи, то ли газировку. Для меня не важен был объект рекламы. Я стоял неподвижно и глядел на голубое море и светлый песок. Чувствовал, как приятно утопают ноги в теплом песке, как приятно море ласкает слух… «Ш-ш-ш-ш-ш, ф-р-р-р». Прозвучал щелчок, бурлящий чайник замер. Я налил кружку чая и быстренько выпил её. Захватив больничный, ключи и бахилы, я направился в больницу.

Во дворе мой «американец» покрылся легким покрывалом снега. Казалось ещё чуть-чуть, и я услышу храп из-под этой импровизированной простыни. На боку виднелась выгоревшая наклейка в виде бабочки с красно-зелеными крыльями, закрывающая очередную вмятину. Краска на кузове также выгорела и местами отслаивалась, обнажая рыжих «жучков», пожирающих металл. На лобовом стекле зияла трещина.

По лицу бегал пронизывающий холодный ветер. Нос и губы быстро замерзали. Я открыл скрипучую дверь, сел в ветхий салон и попытался запустить мотор… Стартер лениво вжикнул и казалось остановился на пол-оборота…Ещё попытка… Тишина. Я начал грешить на аккумулятор. Потратив время на подключение дополнительной батареи и танцы с «бубном» вокруг капота своего мертвого «питомца», я совсем отчаялся.

— Хоть бы кто-нибудь попался рядом с заведенной машиной!

В этот момент зазвонил телефон. На экране высветилась фамилия моего руководителя.

— Я сегодня на прием и на выписку, Игорь Александрович! Мне было очень плохо, пришлось взять больничный на пару дней…» — начал я тараторить.

— Во-первых, здравствуйте! — Нравоучительным тоном заявил руководитель.

— Да…Добрый день… — недоумение сорвалось с моих губ.

— Во-вторых, комиссия из Департамента провела проверку на выходных… И знаете, что?

— Что?

— Что?! Что?! В акте по вашему отделу, и по Вам в том числе, очень много замечаний. Готовьтесь давать пояснения. В Департаменте намекнули, что у Вас подозрительно мало работы. Так что будем думать, чем ещё Вас догрузить. Когда Вы сказали, Вас выписывают?

— Завтра на работу… Могу сегодня, подъехать, Игорь Александрович… — Уныло ответил я.

— Вот и отлично! — Радостно сказал «ИА» и опять бросил трубку.

Одним дисциплинарным взысканием мне не отделаться, — передо мной находился мой старый занесенный снегом «пепелац»…

— Да заводись ты уже, зараза! — Раздосадовано крикнул я и ударил колесо ногой. Послышался глухой звук, я почувствовал внезапную боль в ступне и схватился за ногу.

— Ай…! — Выругался я нецензурно. Проходящая рядом девушка с коляской, укутанная в теплый шарф, в недоумении остановилась и уставилась на меня. Не отрывая рук от больной ноги, я также замер. В одной руке у меня был телефон, в другой — нога. Как два суслика, выглядывающие из нор, мы смотрели друг на друга.

— Не… Не… Заводится… — Вполголоса произнес я.

Девушка молча отвернулась и пошла дальше быстрым шагом, толкая впереди коляску.

Боль в ноге быстро прошла, мне пришлось выпрямиться и, не выпуская из рук телефона, вызвать такси. Экран телефона очень плохо отзывался на нажатие ледяных пальцев. Опять созерцая привычную очередь, похожую на живую гигантскую гусеницу, в мрачном освещаемом тусклыми лампами больничном коридоре, я особо не удивился.

— В это время много людей болеют. Благо визит мой запланирован, врач участковый с помощником, да и люди на выписку. Сейчас эта гусеница быстро в бабочку превратится, и глазом моргнуть не успею, — размышлял я про себя.

Мои благоприятные прогнозы на сегодняшнюю очередь постепенно таяли, когда время на обслуживания пациентов стабильно держалась на уровне 15–20 минут на человека.