Читаем Серый пилигрим онлайн бесплатно

Серый пилигрим

Аннотация

Глава первая

1

2

3

4

5

6

Глава вторая

1

2

3

4

5

6

7

Глава третья

1

2

3

4

5

Глава четвертая

1

2

3

4

5

6

7

8

Глава пятая

1

2

3

4

5

6

7

8

Серый пилигрим

Владимир Василенко

Маги и герои

Аннотация

Барта Твинклдота, племянника мелкого лавочника из портового города Валемир, зря прозвали Счастливчиком. Решив слегка подзаработать в отсутствие дяди, он не только теряет предназначенные для закупки товара деньги, но и становится свидетелем убийства, совершенного черным магом Сандро. С этого момента жизнь Счастливчика Барта покатилась под откос. Оказалось, что черный маг охотится за артефактами нечеловеческой расы, обладателем которых случайно становится Барт. Впрочем, кое в чем Счастливчику все же повезло. Его новым опекуном стал загадочный Серый Пилигрим – бродячий маг и смертельный враг Сандро…

Оглавление

Аннотация

Глава первая

1

2

3

4

5

6

Глава вторая

1

2

3

4

5

6

7

Глава третья

1

2

3

4

5

Глава четвертая

1

2

3

4

5

6

7

8

Глава пятая

1

2

3

4

5

6

7

8

Глава первая

1

Вот всегда так! Можно дрыхнуть хоть до обеда – вскакиваешь чуть свет, нужно встать пораньше – едва получается голову от подушки отодрать…

Барт с мрачным видом разглядывал потрескавшиеся от старости потолочные балки, размышляя – а не послать ли всю эту затею псу под хвост. По утрам, на свежую голову, многие гениальные планы не кажутся такими уж гениальными. К тому же если Индюк обо всем узнает… Тут фантазия юного Твинклдота, обычно не ведающая границ, отказывала. Как видно, щадя и без того потрепанные нервы. А может, сама мысль о том, что у него, Барта Счастливчика, что-то может не получиться, настолько противоестественна, что мозги отказываются принимать ее в расчет.

Зевнув так, что позавидовал бы и бегемот, Барт рывком сбросил с себя одеяло. Ежась от утренней прохлады, приступил к водным процедурам. Начал с омовения лица и шеи, затем тщательно прочистил уши, смочил волосы на затылке, чтобы не торчали непослушными вихрами. С сомнением потрогал волоски над верхней губой. Бриться не стал – время уже не терпит, да и кожа покраснеет и выглядеть будет еще более несолидно, чем с таким вот рыжим пушком. Еще и порежешься, как всегда.

Надел все парадное: старенький, но еще вполне приличный сюртук, доставшийся в наследство от младшего «индюшонка» – Бонацио, после того как тот растолстел настолько, что перестал в него влезать; белую манишку без пятен на видных местах, штаны в узкую полоску, ботинки с медными пряжками. В левый внутренний карман – к самому сердцу – сунул туго набитый кошелек.

Индюк, то есть, простите – почтеннейший Донателло Твинклдот, брат трагически погибшего невесть сколько лет назад папеньки Барта – наконец-таки одарил юного племянника своим доверием. Поскольку сам дядюшка вместе с двумя старшими отпрысками отправился в соседний Тиелат за каким-то важным грузом, Барт остался в славной компании «Твинклдот и сыновья» за главного.

Хотя, конечно, выбор у дядюшки был невелик, коль уж он забрал с собой в плавание старших. Третьему его сыну, уже упомянутому Бонацио, хоть почти и стукнуло девятнадцать, но доверить ему дело ответственнее, чем ковыряние в носу, было бы поступком крайне опрометчивым.

А дядю Донателло опрометчивым человеком не назовешь. Прежде чем оставить лавку на попечение племянника, он провел с ним продолжительный и весьма неприятный разговор, смысл которого можно свести к одной фразе: «Напакостишь – голову оторву». Хотя шансов попасть впросак у Барта немного – от него всего-то и требуется, что постоять за прилавком на пару с Бонацио, да один раз сделать закупку бобов – урожай как раз подоспел, и сейчас можно запастись на всю зиму по минимальной цене.

Под это дело дядя выделил племяннику аж четыреста лир. Денег этих должно было хватить на десять–двенадцать корзин бобов – как сторгуешься.

Четыреста лир – невесть какая сумма для торговых операций, однако для Барта это целое состояние. И было бы глупо упускать возможность заставить этот капиталец немного поработать. Тем более что весь заработок можно со спокойной совестью положить в собственный карман.

Еще раз пригладив пятерней рыжеватые волосы, юноша придирчиво осмотрел себя в зеркало, поворачиваясь то одним, то другим боком. Кивнул, убедившись в своей неотразимости.

Покидал он каморку в приподнятом настроении. По дороге заскочил на кухню, где в этот ранний час уже хлопотали толстуха Мэм со своей румяной дочуркой Донной. Оно и немудрено. Здесь, в потрепанном двухэтажном домишке у торговой площади, проживает все семейство Твинклдотов – дон Донателло с тремя сыновьями, двое из которых уже обзавелись женами, а старший, Марио – еще и потомством. Вдобавок милостью сердобольного главы семейства тут расположились и нахлебники – потихоньку сходящая с ума сестра покойной тетушки Сильвии, Марта, со своей феноменально конопатой дочерью Милой, ну и сам Барт. В общем, готовить кухаркам каждый день на добрую дюжину человек. Судя по запаху, нынче на завтрак ожидается нечто, в основе своей имеющее копченые колбаски.

Барт грациозно обогнул необъятную фигуру Мэм, проскользнул между двумя столами, мимоходом стянув обрезок колбасы.

— Что за таскотня до завтрака?! – прогудела Мэм ему вслед.

Ответ получила невнятный – юноша уже успел отправить закуску в рот. На пути к дверям попытался ухватить еще кусочек, но путь преградила Мэм–младшая – этакая уменьшенная копия мамаши.

К Донне Барт всегда питал слабость.

— Приветствую, о прекраснейшая! – церемонно поклонился он, прижимая правую руку к груди. – Вы сегодня как никогда очаровательны!

Толстушка хихикнула, отмахнулась пухлой ладошкой. Барт же, выходя из реверанса, неуловимым движением ухватил еще один кусок колбасы прямо с разделочной доски.

— А ну, положи! – не очень-то надеясь на успех, потянулась к нему Донна, но Барт без труда увернулся и, поднырнув ей под руку, оказался у нее за спиной. По ходу маневра, не удержавшись, ущипнул девицу за аппетитно выглядывающую из декольте выпуклость. Донна, опять-таки только для вида, взвизгнула и замахнулась на него полотенцем, но юного Твинклдота уже и след простыл.

Уже на улице, щелкая каблуками по булыжникам мостовой и дожевывая колбасу, Барт в очередной раз прикидывал в уме все детали предстоящего дела.

Портовый район Валемира приютил в своих недрах десятки, если не сотни разномастных магазинчиков, лавок, трактиров. Некоторые из этих заведений, к примеру, «Твинклдот и сыновья», несмотря на более чем скромный доход, пользуются известным уважением. И все благодаря главному принципу дядюшки Дона – «лучше меньше, да лучше». Старый Твинклдот как огня боится сомнительных сделок и готов мотаться вдоль всего побережья в погоне за мизерной, но честной прибылью. Заработанного, конечно, хватает на то, чтобы прокормиться, но Барт на месте дяди уже давно бы занялся чем-нибудь более выгодным.

Но для этого нужен хоть какой-то капитал. Те двести с небольшим лир, что скопил Барт за последние пару лет, не в счет. Для того чтобы открыть свое дело, нужен корабль – личный или зафрахтованный. И не жалкое корыто, вроде того что у дядюшки, пригодное только для хождения вдоль берега, а настоящая плавучая крепость, на которой не страшно было бы отправиться к Архипелагу. Лучше всего, конечно, каравелла или флейт, но для начала сгодился бы и небольшой, но быстроходный баркас.

Архипелаг… Таинственный, неизведанный, населенный кровожадными дикарями и полный древних сокровищ… Если, конечно, верить той книге, что Барт как-то купил на все сбережения, а теперь хранил у себя на чердаке, время от времени перечитывая самые интересные моменты.

Мечты, мечты… Чтобы снарядить экспедицию к Архипелагу, понадобится продать с потрохами десяток лавок, подобных дядюшкиной. Уж лучше попробовать скопить хотя бы тысчонку лир – на разные непредвиденные расходы, и напроситься на корабль к какому-нибудь удачливому торговцу. Но такой подход сулит многие месяцы нелегкой работы за жалкие гроши, а то и вовсе за еду. А не для того боги наградили Бартоломью Твинклдота столь светлой головой, чтобы он от зари до зари драил палубу.

Но как заработать – и, желательно, как можно больше, – имея на руках шесть сотен лир и всего два–три дня времени? Решение созрело само собой. Как уже было сказано, торговцы бывают разные. Честные и добропорядочные, вроде дядюшки Дона, или же такие, как Хорек Дабер, лавка которого похожа скорее на заброшенный сарай, жмущийся к самой кромке воды. У Дабера можно найти все что угодно – от пуговиц до двуручных мечей, иногда по подозрительно низким ценам. Причем скупка краденого, похоже, еще самое безобидное из его занятий.

Тем не менее именно в его лавку с утра пораньше направил свои стопы юный Твинклдот. Накупить у старого пройдохи всякой всячины и затем сбыть все в дядюшкиной лавке, уже по нормальным ценам. План прост, как все гениальное. Никому и в голову не придет, что в лавке почтенного Донателло может продаваться краденое, так что если пустить товары по цене чуть ниже обычной – все расхватают за день–два. То, что надо.

Хотя, чем ближе Барт подходил к месту предполагаемой сделки, тем медленнее становились его шаги. Внутри шевелилось какое-то смутное беспокойство, словно он забыл о чем-то важном.

А может, ему просто немного боязно? Час ранний, еще темно, а после того как Барт покинул мощеную площадь и углубился в окружающий ее лабиринт мостков и понтонов, вокруг стало еще тише – только плеск волн где-то внизу и слабое поскрипывание досок под ногами.

Бухта, у которой располагается Валемир, пожалуй, единственное сносное место для причала крупных кораблей на всем юго–восточном побережье. Собственно, поэтому-то здесь и образовался один из крупнейших торговых городов континента. А единственный недостаток бухты – ее мелководность – сказался на планировке портового района. Во время прилива глубина у побережья – не больше человеческого роста, а в отлив и вовсе даже на шлюпках к берегу пристать невозможно. Так что вырос здесь постепенно целый город на воде. Началось все, наверное, с длинных, уходящих на добрых три–четыре сотни шагов в море, пирсов и причальных стенок. Потом на отмели, обнажающиеся во время отлива, натаскали побольше земли, укрепили края каменной кладкой и превратили в островки. Некоторые здания и вовсе высились над водой на толстых каменных или деревянных сваях. И между всем этим – паутина понтонов и навесных мостков.

На самом большом острове располагается торговая площадь и часовня Девы Ветров, увенчанная статуей длинноволосой девушки, с надеждой и тоской вглядывающейся в горизонт. Дева – воплощение всех жен, сестер, матерей, дочерей, что ждут на берегу тех, кто отправился в море. Не столько богиня, сколько просто символ. Богов в Валемире и без того хватает – здесь сходятся воедино десятки торговых путей, и те, кто прибывает сюда, привозят своих богов с собой.

Несмотря на ранний час, в торговых палатках уже началась возня, а с первыми лучами солнца, когда в часовне ударит колокол, площадь враз оживет, будто и не спал никто, и воцарится обычная толчея, так что плюнуть некуда будет.

Но Дабер наверняка уже сейчас на ногах. Точнее, еще. Режим у него особый – лавка закрыта большую часть дня, и первые посетители подтягиваются туда ближе к закату. В общем, Барт вполне мог рассчитывать на то, что хозяин будет на месте. Да и бояться вроде бы нечего. Хорек, конечно, тип неприятный, но пару сделок с ним юноше уже доводилось проворачивать. Позавчера он уже присмотрел пару вещичек, которые нужно будет выкупить в первую очередь. Например, кинжал с рукояткой, украшенной почти настоящими самоцветами. На него у Барта и покупатель имеется – Матео, сын торговца сладостями. Договорились, что кинжал тот купит за сорок пять лир, в то время как Хорек продает его за тридцать. Пятнадцать лир с одной сделки – это совсем даже неплохо. А если еще и попробовать поторговаться…

Занявшись подсчетом будущих прибылей, Барт понемногу отвлекся, так что сам не заметил, как оказался возле магазинчика. Вывески на заведении Хорька не имеется. Кому надо – и сами найдут, а лишние посетители Даберу ни к чему. Да и вообще, это кособокое строение на высоких сваях, с входом, расположенным под самой крышей, будто в скворечнике каком, напоминает что угодно, но не магазин. Даже шаткую лестницу, ведущую наверх, к дверям, Дабер не удосуживается починить для удобства клиентов – на половину ступенек ступить страшно, того и гляди – развалятся под ногами.

Барт, снова немного оробев – дело все-таки серьезное, не то что обычные шалости, – медленно поднялся по лестнице и потянул за ручку. Старая скособоченная дверь открылась плавно и на удивление бесшумно – видно, петли совсем недавно смазали.

Дверной проем зиял непроницаемой тьмой, и соваться туда совсем не хотелось. Юноша шагнул через порог, поежившись, будто ступая в холодную воду.

— Не дрейфь, парень, – подбодрил он сам себя шепотом. Имелось у него такое обыкновение – разговаривать с самим собой, а иногда даже спорить. Много раз он пытался искоренить в себе эту привычку, пока не понял, что это бесполезно.

С устройством внутренних помещений он уже был знаком, так что не растерялся. Сразу за порогом начинается короткий и узкий – едва ли шире самой двери – коридорчик, через несколько шагов заканчивающийся тупиком. В конце коридора, по правую руку – неприметная дверка с такой низкой притолокой, что входить в нее, не скрючившись в три погибели, похоже, только сам Дабер и может.

В коридоре всегда темно, как в погребе, так что пробираться приходится едва ли не на ощупь. Правда, в этот раз можно ориентироваться по слабому отсвету лампы, пробивающемуся в щель приоткрытой двери.