Читаем Серая сестра (ЛП) онлайн бесплатно

Марк Лоуренс

СЕРАЯ СЕСТРА

Книга Предка – 2

Перевод Александра Вироховского

Посвящение

Моей бабушке, Беатрисе «БД» Джорджина,

которая абсолютно точно знала, что я буду капитаном корабля

БЛАГОДАРНОСТИ

Я безмерно благодарен Агнес Месарош, без чьего бета-чтения история Ноны была бы совсем другой и гораздо менее увлекательной для написания. Она работала не покладая рук и не позволяла мне делать ничего, кроме того, что я делал изо всех сил.

Я также должен поблагодарить, как всегда, Джессику Уэйд из ACE за управление этим кораблем и всю ее команду, включая Алексиса Никсона и Миранду Хилл, за их невероятные усилия. И, конечно же, моего агента Яна Дьюри и команду из Шейл-Лэнда.

ПРЕДЫДУЩИЕ СОБЫТИЯ

ДЛЯ ТЕХ ИЗ вас, кому пришлось немного подождать эту книгу, я привожу краткие заметки к Первой книге, чтобы освежить ваши воспоминания и избежать неловкой ситуации, когда персонажи рассказывают друг другу для вас то, что они уже знают.

Здесь я привожу только то, что имеет значение для последующего рассказа.

Вы можете обнаружить, что спрашиваете себя, что такое Кеот, когда до него дойдете. Вы должны спросить себя. Но вы это узнаете. Он не упоминается в Первой книге.

Абет — планета, вращающаяся вокруг умирающего красного солнца. Он покрыт льдом, и подавляющее большинство его жителей живет в огражденным ледяными стенами Коридоре шириной в пятьдесят миль, который идет вокруг экватора.

Искусственная луна, огромное орбитальное зеркало, сохраняет Коридор свободным ото льда, каждую ночь фокусируя на него солнечные лучи.

Когда, тысячи лет назад, четыре первоначальных племени людей пришли в Абет со звезд, они нашли руины исчезнувшего народа, который они называли Пропавшими.

Империя ограничена землями Скифроула на востоке и морем Марн на западе. За морем лежит Дарн. В конце первой книги рейдеры Дарна совершали набеги вглубь страны с побережья.

Герант вырастет очень крупным, хунска — фантастически быстрым, марджал способен освоить все виды малой и средней магии, включая плетение теней, написание сигилов и власть над элементами. Квантал может получить доступ к сырой силе Пути и манипулировать нитями, переплетение которых творит саму реальность.

Имперская знать — это Сис. Суффикс прилагается к названию благородных семейств, например Таксис, Йотсис и так далее.

Первоначальными племенами, пришедшими в Абет, были герант, хунска, марджал и квантал. Их кровь иногда проявляется в нынешнем населении, наделяя уникальными способностями. Герант вырастает очень большим, хунска —фантастически быстрым, марджал может проявлять все виды малой и средней магии, включая плетение теней, написание сигилов и владение элементами. Квантал может получить доступ к сырой силе Пути и манипулировать нитями, чье переплетение создает реальность.

Говорят, суда, доставившие племена со звезд, приводили в движение их корабль-сердца. Малость этих шаров еще присутствует в пределах империи. Они высоко ценятся, так как усиливают магические способности кванталов и марджалов.

Пропавшие оставили после себя сооружения, называемые «Ковчегами». В Коридоре их трое. Императорский дворец построен вокруг одного из них. Нет никаких достоверных записей о том, что кто-то мог открыть Ковчег, но поддельное пророчество предсказывает приход Избранной, которая сможет это сделать.

Нона Грей — крестьянская девочка из безымянной деревни. Она была отдана похитителю детей Гилджону, который продал ее бойцовскому залу, Калтессу. Там обучают ринг-бойцов, которые дерутся на ринге друг против друга.

Нона оказалась в монастыре Сладкое Милосердие, где послушниц обучают служению Предку. Послушницы принимают обеты и становятся монахинями одного из четырех видов. Святая Сестра (исключительно религиозные обязанности), Серая Сестра/Сестра Благоразумия (обученная убийству и скрытности), Красная Сестра/Боевая Сестра (обученная сражаться), Святая Ведьма/Мистическая Сестра (обученная ходить по Пути).

Нона оказалась три-кровкой. Невероятно редкое явление. Она хунска, марджал и квантал. У Ноны совершенно черные глаза, побочный эффект от приема опасного противоядия. У нее нет тени, она отрезала ее, сражаясь с Йишт.

Йишт — женщина из лед-племен и служит Шерзал, сестре императора. Йишт украла корабль-сердце Сладкого Милосердия и убила подругу Ноны Гессу.

Лорд Туран Таксис ненавидит Нону, потому что она сначала ранила, а потом убила его сына Раймела, ринг-бойца, геранта. Ее также ненавидит оставшийся в живых сын Турана, Лано. Таксисы послали ассасинов, известных как ной-гуин, за Ноной. Взявшись за работу, ной-гуин редко прекращают свои усилия до тех пор, пока цель не будет мертва, даже если для этого требуются годы терпения.

Во время кражи корабль-сердца Нона была предана ее подругой и коллегой-послушницей, Клерой Гомал. Среди оставшихся друзей Ноны — послушницы Ара, Дарла, Рули и Джула. Арабелла Йотсис происходит из могущественной семьи и является редкой два-кровкой, она — хунска и квантал. Дарла — дочь важного офицера императорской армии, и в ее жилах течет кровь герантов. Рули имеет незначительный талант марджал. Джула очень прилежна и надеется стать Святой Сестрой.

Зоул — важная послушница. Она из лед-племен и пришла в монастырь по настоянию Шерзал, чтобы отвлечь внимание на себя и помочь похитить корабль-сердце. Она — единственная известная четыре-кровка, имеющая все таланты изначальных племен. Многие считают ее Избранной из пророчества. Согласно пророчеству, Зоул — это Аргата, а Нона — ее Щит.

Монастырь Сладкое Милосердие возглавляет Настоятельница Стекло, женщина, чьи связи в Церкви и за ее пределами простираются дальше, чем кажется.

Самые главные среди остальных монахинь — старшие сестры, Колесо и Роза. Сестра Колесо преподает Дух. Сестра Роза управляет санаторием. Другие важные фигуры: Сестра Сало, которая учит Мечу; Сестра Сковородка, которая учит Пути; и Сестра Яблоко, которая учит Тени. Сестра Чайник — Серая Сестра, живущая в монастыре. Она и Яблоко — любовницы.

Есть четыре класса/стадии, через которые проходят послушницы, когда они готовятся принять священный сан в качестве монахинь. Красный Класс, Серый Класс, Мистический Класс и Святой Класс. Первая книга заканчивалась тем, что Нона находится в Сером Классе, где обычно учатся девочки одиннадцати-двенадцати лет.

Становясь монахинями, послушницы принимают новые имена. Нона станет Сестрой Клетка. Ара будет Сестрой Шип.

Первая книга заканчивалась тем, как Нона убила Раймела Таксиса в дикой местности. Сестры Чайник и Яблоко тайно наблюдали за послушницами, но Чайник была отравлена ассасином ной-гуин, выслеживающим Нону, и Яблоко пошла ей на помощь.

УНИЧТОЖЕНИЕ ЛЮБОГО МОНАСТЫРЯ или обители — это не то, что можно легко предпринять. Даже могущества дома Таксисов, чей род происходил от императоров, может оказаться недостаточно.

Лано Таксис пришел к Скале Веры, одетый для войны, его доспехи из ковчег-стали были окровавлены светом тысячи алых звезд. Перед ним — сомкнутые ряды его личной гвардии, железное ядро армии Таксисов, выкованное его отцом. Солдаты, закаленные в битвах на восточных границах империи и на западных берегах Марна.

Но уверенность Лано опиралась не только на копья его армии. Ной-гуин шли рядом с ним, приведенные из темных залов Тетрагода.

Когда ребенка отдают ной-гуин, его приносят в жертву тьме. Немногие переживут обучение, но люди, которые больше чем через десять лет, в безлунную ночь спустятся со стен крепости, будут особыми. Они будут отрезаны от любой преданности родителям или родственникам, отрезаны от древа Предка. Они будут ной-гуин — орудиями смерти, стоящими выше религии, ниже морали, посвятившие себя только той задаче, которая им дана. Самые богатые из Сис могут покупать их услуги, но лишь немногие миссии требуют более одного ребенка Тетрагода. Никто из живущих не помнит, чтобы больше трех действовали вместе. Даже самые древние истории никогда не говорят о более чем пяти. Восемь шли с Лано Таксисом в тот день, когда он пришел к монастырю, стоящему на Скале Веры.

— Нона Грей? Ты уверена? — Лано поднял забрало и прищурился, глядя на темную фигуру, одиноко стоящую на пути его армии, крошку перед огромным отрядом колонн. — Сестра Клетка... вернулась в Сладкое Милосердия. — Кулак ударил по ладони, перчатки лязгнули. — О, это прекрасно! Я боялся, что она ушла, несмотря на мои инструкции. — Взгляд налево. — Ты уверена, что это она?

Клера Гомал подняла на него свои темные глаза:

— Конечно. Кто другой отпустил бы меня?

• • •

СЕСТРА КЛЕТКА ЖДАЛА среди теней колонн, сама не отбрасывая тени. Старые монахини и молодые послушницы наблюдали за ней из каменного леса позади нее. Когда придет Таксис и начнет течь кровь, сестра Роза все еще будет сражаться где-то там, пытаясь спасти Сестру Шип, несмотря на полученные той раны. Клера оставила Шип истекать кровью. Она могла убить ее в одно мгновение. Но не убила. Хотя бы это, по крайней мере.

Меч, который держала Клетка, предлагал миру свою остроту, и ветер Коридора, разделенный его кромкой, шипел от боли. Сестра Клетка ждала своей битвы, охотясь за ее центром, ища тишины и покоя, пока пеларти уходили. Мало кто из Красных Сестер, когда-либо покинувших монастырь Сладкого Милосердия, был способен лучше Сестры Шип практиковать то, чему их научили Госпожи Меч и Путь.

Сестра Клетка шла в другом ритме.

Святые считают гневаться ниже своего достоинства, ибо какая вера не является, по сути, принятием того, что ты не можешь изменить? Мудрецы называют гнев неразумным, ибо там можно найти лишь несколько истин. Те, кто правит нами, топчут гнев, ибо они ясно видят его, зная, что это за огонь. Кто же пригласит такое голодное пламя туда, где находятся его владения?

Но для Сестры Клетка ярость была оружием. Она открылась ярости, которую до сих пор сдерживала. Ее подруга лежала при смерти. Ее подруга. В ярости есть чистота. Она выжжет печаль. На время. Выжжет страх. Даже жестокость и ненависть будут искать убежища, ярость не хочет никого из них, она хочет только разрушать. Ярость — это дар, который дает нам наша природа, сформированный бесчисленными годами развития. Зачем ее отбрасывать?

Каждый закон церкви или государства стремится отделить вас от вашего гнева. Каждое правило служит для того, чтобы укротить вас — взять из ваших рук то, чем вы должны владеть. Каждая строгость направлена на то, чтобы поместить месть, которая принадлежит вам, в руки судов, присяжных, правосудия и судей. Книги законов стремятся заменить чернильными линиями то, что вы считаете правильным. Тюрьмы и палачи стоят только для того, чтобы уберечь ваши руки от крови тех, кто причинил вам зло. Каждая часть закона существует для того, чтобы увеличить время и расстояние между преступлением и последствием. Чтобы освободить нас от нашей животной природы, посадить в клетку и приручить зверя.

Сестра Клетка посмотрела на своего врага, на блеск стали на Скале.

Ее — гнев океанской волны, катящейся по глубоким водам, чтобы излить свою белую ярость на берег; волны катятся одна за другой, безжалостные, срывающие высокие утесы, дробящие камни, перемалывающие получившуюся гальку в песок, смывающие горы. Ее — гнев бури, потрясающей громом, пронзающей молниями, несущей ветер, который вырывает самые старые деревья из твердости земли. Ее — вызов камня, поднятый в гневе против холодных небес. Ее — гнев, который сидит, как разбитое стекло в груди, гнев, который не позволяет ни спать, ни отступать, ни идти на компромисс.

• • •

НОНА ГРЕЙ ПОДНИМАЕТ голову и смотрит на своего врага полуночными глазами. Возможно, это просто отражение света факелов, но где-то в их темноте, кажется, горит красное пламя.

— Я сама себе клетка. — Она поднимает меч. — И я открыла дверь.

ЕСТЬ МНОГО ЯДОВ, вызывающих безумие, но ни один из них не может быть столь действенным, как любовь. Сестра Яблоко несла с собой сотню противоядий, но она по собственной воле выпила именно этот напиток, зная, что лекарства нет.

Терновник и шиповник рвали ее, ледяной ветер выл на нее, даже земля противостояла ей своей крутизной, долгими милями и землей, твердой, как железо. Отравительница шла вперед, измученная, чувствуя каждый из своих тридцати лет, ее поход-пальто было разорвано в клочья, лохмотья плясали по милости ветра.

Когда оленья тропа вырвалась на открытое место, пересекая изрытую колеями широкую дорогу, Яблоко без колебаний проследовала по ней, не отводя глаз от рядов деревьев, возобновлявших свой марш вдали на той стороне.

— Стой! — Резкий крик совсем рядом.

Яблоко проигнорировала его. Чайник призвала ее. Она знала направление, расстояние и даже боль. Чайник позвала ее. Чайник никогда бы не позвала ее с наблюдения, даже если бы ее жизнь была в опасности. Но она позвала.

— Стой! — закричало уже несколько голосов, диалект был резким и трудно понимаемым.

Линия деревьев стояла в десяти ярдах по другую сторону канавы. Как только она доберется до тени под ветвями, она будет в безопасности. Мимо нее пронеслась стрела. Яблоко посмотрела вдоль дороги.

Пять дарнишцев растянулись по всей ширине, их простеганные доспехи были в пятнах от соли и грязи, железные пластины на плечах и предплечьях были коричневыми от ржавчины. Яблоко могла добраться до деревьев прежде, чем мужчины поймают ее — но не раньше, чем это сделает следующая стрела или копье.

Выругавшись, она сунула обе руки в карманы пальто. Некоторые из непристойностей, которые она произнесла, вероятно, никогда раньше не произносились монахиней. Даже дарнишцы казались удивленными.

— Не убивайте меня. Живая я для вас дороже. — Яблоко старалась, чтобы ее голос не звучал так, будто она читает лекцию классу. Она вытянула руки: в одной — восковая капсула бескостного, в другой — упаковка серой горчицы, а между большим и указательным пальцами — маленькая белая таблетка. Она сунула таблетку в рот, надеясь, что это горьковилл. Все противоядия были разложены в строгом порядке по множеству внутренних кармашков рясы, но, потянувшись туда, она напросилась бы на стрелу, так что приходилось пытать счастья с внезапно вспомненным, нащупанным и выуженным из наружного кармана поход-пальто.

— Ты... монахиня? — Самый высокий из них сделал шаг вперед, подняв копье. Он был старше остальных четверых. Тертый калач.

— Да. Святая Сестра. — Она проглотила таблетку, поморщившись. На вкус она напоминала горьковилл. Четверо молодых рейдеров, все с одинаковыми темными и лохматыми волосами, крепче сжали оружие, бормоча что-то языческим богам. Возможно, одна монахиня из сотни не была Святой Сестрой, но с историями, которые рассказывали в Дарне, их нельзя было винить за то, что, по их мнению, каждая женщина в рясе была Красной Сестрой или Святой Ведьмой, просто жаждущей взорвать их и поплясать на дымящихся останках. — Монахиня. Из монастыря.