Читаем Сен. Возврат. онлайн бесплатно

Будет больно?

«А как сам думаешь?»

Будет ужасно больно?

«Абсолютно верно!»

Гоблин Чахалок уже превысил все разумные возрастные рамки для своей расы. Сказать, что он был стар, это не сказать ничего. Шутка ли, он недавно разменял третью сотню лет, и останавливаться на достигнутом не собирался. Но справедливости ради надо сказать, он держался в этом мире из последних сил — только из-за собственного упрямства, чувства ответственности и веры в свою прекрасную богиню. Ведь именно он шаман племени, без его поддержки племя не протянет и года. Конечно, у него были усердные, хорошо обученные ученики, которым он передал все свои знания. Но всегда есть но. Каждый раз, когда гоблин считал, что наконец-то они и без него справятся, как кто-нибудь из его учеников допускал ошибку в одном из ритуалов. А любая оплошность в условиях противостояния с соседним племенем демонопоклонников фатальна.

Враги жили на соседнем острове, а остров миролюбивого племени Чахалока окружен неприступными рифами. И только в одном месте разрыв позволял причалить лодкам. Правда, не это спасало племя от их враждебных соседей. Расстояние между островами чуть меньше тридцати километров — можно при небольшой толике удаче и ясной погоде переплыть на обычном плоту. Но океан, в буквальном смысле, бурлил различными тварями, которые считали гоблинов изысканным деликатесом. И это истинная причина того, почему племя Чахалока до сих пор жило и даже местами процветало.

Но раз в год земля тряслась, небо застилали черные тучи, а по океану начинали ходить сильные волны. И что самое плохое, все твари исчезали, а враги садились в лодки и плоты и плыли на остров племени Чахалока. Причем, с самыми гнусными намерениями — принести мирных гоблинов в жертву своим проклятым демонам.

Доплывала только треть — остальных поглощала пучина океана, хлипкие плоты не могли выдержать столь сильные волны. Но и оставшихся хватало за глаза, каждый год племя едва выдерживало натиск демонопоклонников. В последнее время наметилась опасная тенденция — раньше, для поддержки натиска, прибывал только один колдун, а в предыдущие шесть лет целых три. Атака в прошлом году унесла жизнь старшего ученика Чахалока, на которого он возлагал огромные надежды. Один из колдунов призвал демона, а ученик замешкался, что привело к закономерному, но печальному итогу. К тому моменту, как Чахалок изгнал тварь обратно в ад, младшему шаману уже было ничем не помочь. Кроме как помолиться Прекраснейшей, дабы та милостиво приняла его душу.

К острову примыкала гора, или наоборот, остров примыкал к горе, но с давних времен существовала тропинка, ведущая к обзорной площадке на вершине. Чьих рук это творение — никто из гоблинов не знал, но это не мешало ею пользоваться. Именно с этой площадки один из шустрых молодых гоблинов разглядел, что враги строят что-то большое из дерева. После этого Чахалок не на шутку разволновался. В старинных преданиях гоблинов жили упоминания об огромных деревянных сооружениях, с легкостью преодолевающих огромные расстояния, если это они, то в этом году демонопоклонников будет в три раза больше и племя не выстоит.

Поэтому старший шаман решился на ритуал воззвания о помощи к своей богине. Его сухие, слегка трясущиеся руки с трудом расставляли подношения на алтаре. Свежие фрукты, только что собранные овощи, кувшинчики с росой, еще пышущий жаром хлеб, испеченный из пшеницы, выращенной на небольшом поле специально для ритуалов. Гоблин отошел от алтаря и внимательно посмотрел на результат, поправил корзиночку с яблоками и удовлетворенно хмыкнул. Затем начал воскурение трав и чтение молитв.

Ученики гоблина, они же младшие шаманы, заинтересовано придвинулись к алтарю — старший крайне редко обращался к богине с просьбами, поэтому они ловили крупицы этого бесценного опыта.

— О, Прекраснейшая, молю тебя о милости, не оставить детей своих в беде, ибо проклятые демонопоклонники скопили слишком много сил и я не знаю, что делать со своими скудными возможностями. Помоги нам.

За свою долгую жизнь Чахалок уже не раз обращался к своей богине с просьбами, и всегда в ответ приходила волна любви и нежности. А с небес спускался её божественный аватар и чудом или советом помогал разрешить сложившиеся проблемы. Но сегодня всё пошло не так. Воззвание к богине кануло в пустоту.

Гоблин хорошо обучил своих учеников, они знали, что должно произойти, и сейчас Чахалок спиной буквально чувствовал недоумение и их растерянные переглядывания. Прошла долгая минута ожидания, но ничего не изменилось.

— Прекраснейшая? — гоблин надеялся, что его возглас был не слишком растерянным и испуганным.

Но ответа так и не пришло!

— Богиня оставила нас! — донеся до гоблина панический возглас младшего ученика.

— Нет! — в ярости вскочил Чахалок, — Прекраснейшая не могла так поступить! Надо верить! Только вера способна нам помочь!

Ученики испуганно сделали шаг назад, они никогда не видели своего учителя в таком бешенстве.

Чахалок постарался смирить ярость, не зная, что сказать после такого приступа гнева, младшие шаманы тоже не могли подобрать слов. Прошла пара длительных минут и гоблин решил, что пора успокоить учеников и остановить зарождающуюся панику, как, вдруг, раздался звук, скрежет, словно тяжеленные валуны столкнулись друг с другом и сцепились в схватке. Чахалок обернулся к алтарю и успел увидеть, как из ниоткуда появился человек. Об этой расе также сохранились воспоминания в старинных преданиях.

Выглядел он просто отвратительно: с него была содрана почти вся кожа, отсутствовала правая рука, мясо с левой стороны тела было тщательно срезано и ребра пугающе белели на фоне едва работающих внутренних органов, вместо лица каша из осколков костей и обрывков мышц.

Гоблин сделал несколько аккуратных шагов по направлению к незнакомцу. Тот с трудом повернул голову в сторону Чахалока.

— Чичалок? Ты что ли? — прошептал человек, — хотя… ты не Чичалок, тот явно бодрее выглядит. Где я?

— У алтаря Прекраснейшей.

— Ахуенно Очень информативно, — каша на лице незнакомца пришла в движение, похоже он попробовал улыбнуться, — но с этим потом разберемся. Сейчас к насущному: ты меня хочешь добить?

— Нет! — гоблин, несмотря на свой возраст, находился в шоке, он никак не мог понять, почему человек еще жив с такими ранами.

— Значит, тебе придется мне помогать, — констатировал прибывший.

Чахалок не нашелся с ответом на это наглое заявление.

— Как тебя зовут?

— Чахалок, — растерянно буркнул гоблин.

— Вождь, — скорее утвердительно, чем вопросительно сказал человек, после чего немного повернул голову и увидел учеников, — твои помощники?

— Да.

— Пусть метнутся за чистой водой и как можно больше!

— Но…

— Что но? — спросил человек.

— Всё выглядит слишком необычно. Я даже не знаю, кто вы, — с трудом подобрал слова гоблин.

— Ах, да. Где же мои манеры. Меня зовут Сен. Теперь ты доволен и можешь помочь мне?

— Я не знаю…

— Слушай сюда, гоблин! — от человека откровенно повеяло яростью и злобой, — я могу попросить по-хорошему, либо взять нужное мне силой! В первом случае я буду вам крайне благодарен, во втором же я стану очень злым, а значит, появятся ненужные жертвы!

Гоблин хотел уже резко ответить, но в его ушах зазвучали слова священного писания, что добрый гоблин должен излечить раненого и помочь страждущему. Поэтому Чахалок развернулся и отдал своим ученикам распоряжение принести много пресной воды, перевязочный материал и нарвать целебные листья.

Пока он раздавал приказы, незнакомец умудрился встать на ноги. Но вертикальное положение человек сохранял недолго — правая нога со страшным звуком подломилась в колене и Сен снова упал. Гоблин дернулся на помощь, но незнакомец его остановил.

— Не надо, поползаю пока на карачках! — человек принял более-менее ровное положение в пространстве, огляделся и увидел алтарь с приношениями, — Еда! Вода!

Сен на удивление быстро перебрался к алтарю и начал спешно есть и пить. Гоблин с ужасом наблюдал за святотатством, в бездонной глотке пришельца исчезала роса из кувшинов, которую, в буквальном смысле, по капле собирало все племя в рассветных сумерках.

— Божественно! — прочавкал человек.

— Это же наш дар Прекраснейшей! — с болью вскрикнул шаман.

— Ваша богиня? — уточнил человек, отвлекаясь от еды.

— Да!

— Добрая? — продолжил расспросы Сен.

— Конечно.

— Значит, простит, — вынес вердикт пришелец и набросился на еду с еще большей жадностью.

Гоблин стоял перед сложнейшей теологической дилеммой: если он попробует отобрать еду, то нарушит священные сказания, а если оставит все как есть, то станет соучастником осквернения алтаря.

— Вас не кормили там, откуда вы прибыли? — гоблин попробовал разговором отвлечь пришельца.

— Знаешь ли, в аду ни хуячерта не санаторий. Со жратвой там откровенно плохо, вечно то младенцами пытаются накормить, то кровью вместо воды напоить!

— Вы демон? — испуганно уточнил шаман.

Реакция незнакомца была предельно быстрой и жесткой — он мгновенно развернулся к Чахалоку, вокруг него разлилась аура ярости, гоблина вздернула в воздух неизвестная сила и стала неумолимо его трясти.

— Никогда не называй меня демоном! — слова незнакомца с болью впивались в мозг шамана, — я не демон! Я НЕ ДЕМОН! ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛ?

— Да, да, простите, не хотел вас обидеть! — в эту секунду гоблин каким-то чувством осознал, что к нему на остров прибыл чудовищно сильный гость. Который в любой момент может убить их всех. И что самое плохое, где-то в глубине себя пришелец этого страстно хочет.

— Ладно, — незнакомец медленно успокаивался, — я что-то несколько погорячился. Меня зовут Сен, я обычный человек.

Неизвестная сила аккуратно опустила гоблина обратно на землю. После чего пришелец вернулся к трапезе, только теперь он ел медленно и вдумчиво.

Прошло несколько минут тишины, которую нарушал только размеренных хруст, которые издавали поглощаемые фрукты. В это время начали возвращаться младшие шаманы, которые тащили затребованные Чахалоком предметы.

— Воду принесли? — спросил гость, — отлично! Несите сюда!

Ученики испуганно посмотрели на своего учителя, но тот в ответ просто кивнул, поэтому они подошли и застыли в нерешительности.

— Где же оно? — незнакомец начал искать что-то в траве, около места своего падения, — вот оно!

Его левая рука достала комок черной слизи из высокой травы, которая окружала алтарь. Гость понюхал этот предмет и удовлетворенно произнес:

— Еще не испортилось! А то я боялся.

А старший шаман боялся, что пришелец начнет сейчас есть эту слизь!

— Лей на него воду, — приказал Сен одному из учеников.

Ученик вначале плеснул слишком много воды и от слизи поднялся вонючий серый пар.

— Да тонкой струйкой лей! Не испорть мне заготовку!

Слизь начала шипеть и медленно истлевать, гоблин почувствовал, что пришелец делает нечто с этим предметом.

Вода в кувшине первого ученика закончилась, его сменил второй, потом третий, а за ним четвертый. Но пятый ученик не успел опорожнить свой кувшин, незнакомец сказал «хватит» и подбросил в руке черный камень в виде неправильной формы многогранника.

Старший шаман против воли заинтересовался предметом — от того исходила некая сила, злая, но могущественная.

— Что это? — рискнул спросить Чахалок.

— Это? — кивнул гость на камень, — душа и сердце высшего демона. Хранитель сокровищницы одной могущественной суки и моей тюрьмы по совместительству. А теперь он сам займет достойное место в моей сокровищнице. Между прочим, когда я вырывал левой рукой ему сердце, эта тварь умудрилась откусить мне другую руку.

Гость сжал камень в руке, а потом показал голую ладонь. Гоблины как зачарованные смотрели на этот простенький фокус с пространственным карманом.

— А куда он делся? — осмелев, спросил один из младших шаманов, за что получил незаметный подзатыльник от Чахалока.

— Убрал. Он теперь мне не нужен. А нужна мне она! — в руке человека появилась извивающая трехметровая змея, или что-то на неё сильно похожее.

— Ползи, погуляй, — Сен отпустил её на землю, — засиделась, наверно. Только никого не убивай — здесь вроде как все свои.

Змея тихо скользнула в траву и мгновенно скрылась в неизвестном направлении.

— Ты предупреди своих соплеменников, — обратился Сен к старшему гоблину, — зла она не причинит. Бояться не стоит. А вот лапать её не надо — она этого не любит.

Гоблин на секунду представил панику, которая наступит в селениях, если там увидят что-то подобное без подготовки и раздал освободившемся ученикам наказ предупредить всех членов племени.

— А теперь мне надо подлечиться, — произнес гость, убедившись, что гоблин освободился.

— Мы принесли целебные травы, — произнес старший шаман.

— Не надо. Мне этим не поможешь. У вас есть какой-нибудь ручей или другая проточная вода, откуда вы не пьете и не берете воду?

Гоблин задумался прежде чем ответить — племя жило на острове и все источники чистой проточной пресной воды были наперечет.

— Есть, но там вода не пресная.

— Откуда она течет?

— Падает из трещины в горе. Её отсюда не видно — деревья загораживают.

— Интересно! Веди!

— Но как вы пойдете? — гоблин задумался, как быстро сделать носилки для такого здоровяка.

— За меня не беспокойся. Главное сам не тормози!

Чахалок решил не задаваться лишними вопросами и пошел в сторону соленого родника, человек немного приподнялся над землей и полетел следом. Дорога была недлинной, и через полчаса ходьбы гоблин с учениками представил гостю «испорченный» родник.

С высоты в сто метров с высокого пика изливался водопад и падал в каменную чашу, которую за много веков выточила вода. Из чащи вода тонким ручейком уходила куда-то в лес, который окружал водопад довольно плотным кольцом.

Пришелец переместился к чаше, зачерпнул воду пригоршней и попробовал на вкус.

— Минералка! — довольно произнес гость, и выпил еще одну пригоршню, — на вкус как Ессентуки. Здесь и останусь!

После этих слов он плюхнулся в воду и аккуратно улегся у края чаши.

— Чахалок, попроси своих учеников принести, как можно больше еды. Всякой разной, а сам приходи через два дня. Пообщаемся.

Прозвучало это как приказ, а гоблин не привык к тому, чтобы ему кто-то приказывал, кроме его обожаемой богини, естественно. Но шаман смог подавить возмущение и никак не выказал своего раздражения.

— Чахалок, не волнуйся ты так. Ничего страшного не произошло! И не пробуй ничего сделать нехорошего. Это закончится крайне плохо и весьма болезненно. Причем не для меня.

Старший шаман пришел ровно через два дня, как ему было велено. За это время произошли некоторые явные изменения: во-первых, вода из кристально чистой превратилась в темно-красную, почти черную, во-вторых деревья, прилегавшие вплотную к чаше, как будто потускнели и поникли, в-третьих, легкую атмосферу уголка девственной природы сменило нечто тревожное и страшное. Гостя с повадками захватчика нигде не было видно.

— Сен? Где вы? — шамана оплел яд страха, причем даже не за себя, а за своих соплеменников, о которых он столько лет заботился.

— Я здесь, — донеслось откуда-то сбоку.