Читаем Семь капель крови онлайн бесплатно

— Я хочу, чтобы вы определили местонахождение, — настойчивым тоном произнес мужчина в темных очках, — Святого Грааля.

Еще не решив, как ответить, Сидней Тейн, известный в Чикаго как «детектив Нового века», откинулся в кресле и внимательно посмотрел на клиента, сидящего по другую сторону стола. Это был невысокий коренастый мужчина в безупречном сером костюме в тонкую полоску, с черным галстуком. Резкие, угловатые черты лица казались высеченными из камня. Густая черная борода скрывала пол-лица.

Над черными очками посетителя срослись воедино густые темные брови, что придавало его чертам зловещее выражение. Широкий нос напоминал острый клюв огромной хищной птицы. Внешность и манера говорить выдавали человека, привыкшего идти намеченным путем, никогда с него не сворачивая.

Посетитель назвал себя Ашмедай,[1] не уточнив, это имя, фамилия или и то и другое вместе. Когда он появился в офисе Теина, его движения отличались спокойствием и уверенностью, значит, глаза за очень темными очками вовсе не были глазами слепца. Какой секрет скрывали очки на самом деле, детективу не очень хотелось знать. В соответствии с древнееврейской традицией Ашмедай являлся главой всех демонов.

— Я вовсе не король Артур, — медленно, взвешивая каждое слово, произнес Тейн. — Также я не являюсь членом Круглого стола.

— Волшебных сказок я не люблю, — промолвил бородач, и на его губах заиграла легкая улыбка. — Тот Грааль, который я разыскиваю, реальный, а не вымышленный. Недавно он затерялся где-то в Чикаго.

— В Чикаго? — переспросил Тейн, вставая из-за стола.

Ему не нравилось смотреть в темные очки вместо глаз. Лицо Ашмедая оставалось загадкой. Тейн твердо верил в то, что глаза — зеркало души, а посетитель прятал их по неизвестной причине. Из окна офиса детектив смотрел на озеро Мичиган. Высокий и мускулистый, он обладал телосложением полузащитника в американском футболе, и каждое движение его ладного тела таило в себе опасную грацию готового к нападению тигра. Его раздражали клиенты, говорящие загадками. Над безмятежной гладью воды собирались темные, грозные тучи. На вечернем небе вспыхивали зубчатые сполохи молний, созвучные чувству тревоги, охватившему Тейна при посещении Ашмедая.

— Слышали теорию, — спросил Тейн, — о том, что Святой Грааль — это вовсе не Чаша Тайной вечери, а, напротив, сосуд, в который поместили погребальные пелены Христа. Некоторые ученые, придерживающиеся данной теории, называют их Туринской плащаницей.

На это Ашмедай пожал плечами и сказал:

— Я читал «Плащаницу и Грааль» Ноэля Каррер-Бриггса. Он поднимает несколько весьма интересных вопросов. Но в книге слишком много праздных рассуждений. Автор излишне вольно манипулирует переводами ранних легенд для подтверждения собственных гипотез. И что еще хуже, он не понимает истинной подоплеки действий Иосифа Аримафейского во время и после распятия Христа на кресте.

— Что вы имеете в виду? — спросил Тейн, когда Ашмедай умолк в нерешительности.

О самом загадочном из всех таинственных преданий незнакомец говорил с убедительностью знатока.

— Каррер-Бриггс отклонил как сущий абсурд легенду о том, что у Голгофы Иосиф собрал в Грааль капли крови Иисуса, вытекавшие из раны в боку, пронзенном Копьем Судьбы, — ответил Ашмедай. — Он позволил современной сентиментальности взять верх над любознательностью ученого. Вместо того чтобы додуматься до мотивов поступков Иосифа, автор вообще полностью игнорировал эпизод как возмутительный и отталкивающий. Пытаясь отыскать другое объяснение легендам о Граале и крови Христовой, Каррер-Бриггс ухватился за запятнанные кровью погребальные пелены, использованные Иосифом и Никодимом. И пришел к заключению, что сосуд с этими холстинами, запятнанными Христовой кровью, и есть истинный Грааль. Развивая данную теорию, он далее называет погребальные пелены Туринской плащаницей. — Ашмедай усмехнулся. — Замечательные умствования, но на самом деле абсолютная ерунда. Иосиф Аримафейский прекрасно отдавал себе отчет в том, что делает, когда собрал в Грааль капли крови Спасителя. Несмотря на все факты, Каррер-Бриггс отказался признать подлинную сущность этой тайны.

Тейн резко втянул в себя воздух, внезапно осознав, к чему клонил Ашмедай.

— Черная магия зиждется на крови, — сказал детектив. — Кровь Иисуса Христа…

— …может творить чудеса, — закончил Ашмедай. — Особенно вместе с чашей Сета.

Тейн прищурился. О существовании этой легендарной чаши знали лишь несколько человек. Сам детектив узнал об этом, лишь посвятив немало лет изучению самых темных тайн сверхъестественного. И опять он задался вопросом: кто же такой Ашмедай? И откуда он черпает информацию?

— В соответствии с «Утраченным апокрифом», — промолвил Тейн, — когда Сет, третий сын Адама и Евы, пришел в райский сад, Бог ему дал чашу в знак того, что Он не оставил род человеческий.

— Я рад удостовериться в том, что ваша репутация вполне заслуженна, — сказал Ашмедай. — Вряд ли обычный детектив знает о подобном.

— Я не обычный детектив, — отозвался Тейн.

— В противном случае я бы не обратился к вам, — с мягкой усмешкой произнес Ашмедай. — Чаша — символ неисчислимого могущества, она прошла через века, передаваясь из поколения в поколение, и владели ею лишь самые величайшие мудрецы. Так было до того, как один из апостолов принес ее в дар Иисусу. После чего ее стали называть Святым Граалем.

— Который, как вы утверждаете, сейчас находится в Чикаго? — спросил Тейн, и в голосе его сквозил оттенок скептицизма.

— Я знаю, что это именно так, — ответил Ашмедай.

Бородач потянулся к карману пиджака, достал пачку денег, перетянутую резинкой, и небрежно положил наличность на стол Тейна.

— Я плачу вам пять тысяч долларов, чтобы вы нашли чашу. Она принадлежит мне, и я хочу вернуть ее. Пожалуйста, без вопросов. Если вам надо больше денег, просто скажите об этом.

Тейн посмотрел на деньги, затем перевел взгляд на посетителя. Опять опустил глаза на деньги и вновь молча взглянул на Ашмедая.

— Не беспокойтесь, — сказал Ашмедай. — Деньги честные. На протяжении многих лет я вкладываю капитал в долгосрочные ценные бумаги. Что приносит недурную прибыль. Деньги для меня не более чем средство к достижению цели.

И все же Тейн не пошевельнулся, чтобы взять деньги. Хотя при необходимости он порой слегка обходил закон для клиентов, но сам придерживался строгого морального кодекса, с которым никогда не шел на компромисс. А дело с похищенными религиозными ценностями как раз шло вразрез с его правилами.

— Перед тем как я возьмусь за это, мне необходимо узнать некоторые детали, — сказал Тейн. — Вы утверждаете, что Грааль принадлежит вам. Чем вы можете доказать это? И при каких обстоятельствах он был похищен?

— А вы подозрительны, мистер Тейн. — В голосе Ашмедая слышалось удовлетворение. — Уверяю вас, у меня больше законных прав на чашу, чем у кого бы то ни было. — Бородатый посетитель мгновение колебался, словно обдумывая, что еще сказать детективу, и продолжил: — То, что произошло с чашей после распятия Христа, окутано тайной. Одна из легенд свода преданий о короле Артуре гласит, что Иосиф приехал в Англию и привез Грааль с собой. Некоторые оккультные традиции считают, что чаша оказалась в руках Симона-мага. Я даже читал статью о том, что сосуд обнаружился при дворе Карла Великого. — Ашмедай покачал головой. — Кто знает?.. Но на самом деле я полагаю, что правда вовсе не столь колоритна, как любое из этих преданий.

Грааль вместе с Иосифом Аримафейским исчезли вскоре после погребения Христа. Они растворились во мраке древней истории. И со временем стали легендой. В тысяча девятьсот седьмом году при раскопках неподалеку от Дамаска, в Сирии, археологи обнаружили серебряную чашу изумительной работы, изображения на ней детально передавали события Тайной вечери. Ее сравнили с подобными произведениями искусства и датировали пятым веком нашей эры.

После тщательных финансовых соглашений с определенными государственными чиновниками археологи продали дамасскую чашу лицу, предложившему самую высокую цену. Сирийский антиквар, действовавший как агент американского миллионера, купил ее за семьсот тысяч долларов. И, как сотни других произведений искусства, она исчезла в стенах обширного калифорнийского поместья.

— Неужели дамасская чаша и Святой Грааль?.. — начал Тейн.

— Одна и та же чаша, — закончил Ашмедай. — Некий умелец, чеканщик по металлу, скрыл чашу Сета под металлическим футляром тончайшей работы, который и предохранял, и скрывал реликвию. После тщательнейшего научного изучения, проводившегося в поместье миллионера, правда стала очевидна: под серебряным чехлом обнаружилась чаша Тайной вечери. На протяжении десятилетий я безрезультатно пытался купить Грааль. Но ее новый владелец отказывался. Причем чем больше денег я предлагал, тем упрямее он становился. После его смерти наследники придерживались той же линии поведения. И вот в этом году, столкнувшись с существенным повышением налогов и вместе с тем со снижением доходов в связи с неразумными инвестициями, они наконец уступили. Грааль стал принадлежать мне, хоть и обошелся в целое состояние.

— Только для того, чтобы его украли, — заметил Тейн.

— Я даже не успел увидеть чашу, — с горечью продолжал Ашмедай. — Прошлой ночью двое охранников, сопровождавшие Грааль, прилетели в аэропорт О’Хара. Около девяти вечера они выехали из аэропорта во взятом напрокат лимузине и направились в мое поместье в Северном Иллинойсе. После этого никто их не видел.

— А что же полиция? — поинтересовался Тейн.

— Они ждут вексель выкупной суммы. Эти идиоты расценивают пропажу как кражу произведения искусства.

— А вы расцениваете по-другому?

— Грааль — самый желанный магический талисман в мире, — ответил Ашмедай. — Я думал, что никто, кроме меня, не знает, где он находится. Очевидно, я ошибайся. Кто-то похитил чашу и хочет использовать в собственных целях. Не знаю, каковы могут быть намерения вора. Но я содрогаюсь от одной мысли об этом, зная присущую Граалю мощь.

Тейн кивнул. В голосе Ашмедая отчетливо слышалась тревога. Однако сомнения детектива по поводу посетителя все еще не развеялись, и он спросил:

— А каковы ваши намерения относительно Грааля?

— Если бы они были дурными, то я бы давно выкрал Грааль, — ответил Ашмедай. — Но вместо этого я ждал, предлагал огромные суммы денег и в конце концов честно приобрел сокровище. Мои намерения никогда не были преступными. — Он сделал паузу. — Я обладаю самой большой в мире коллекцией оккультных редкостей, зачем я ее собираю — вас не касается. И место Грааля именно там, под присмотром и надежной охраной, где ему не станут угрожать происки ничтожеств. — Голос мужчины сделался ледяным. — Мистер Тейн, мне нельзя просто взять и перейти дорогу. Кто бы ни украл Грааль, он поплатится за это. Жестоко поплатится.

Тейн заметил, что Ашмедая вовсе не волновала судьба двоих охранников. Ему нужен только Грааль. Все остальное не имело значения.

Детектив произнес, опускаясь в кресло:

— У меня есть несколько соображений по этому поводу. Я сделаю пару звонков. — Через стол он передал посетителю блокнот вместе с ручкой. — Будьте добры, оставьте телефон, по которому я могу связаться с вами.

— Звоните мне в любое время дня и ночи. — Ашмедай быстро написал номер и отдал блокнот Тейну. — Как только определите местонахождение чаши, сразу же дайте мне знать. Я приеду немедленно.

— Если Грааль можно найти — я найду его.

— Именно так мне вас и рекомендовали, — кивнул бородач. — Поэтому я и обратился к вам. Желаю удачи.

Тейн подумал, что в этом деле ему без удачи действительно придется туго.

Семь часов спустя детектив устало толкнул дверь Паучьего логова на северо-западе Чикаго. Ни один из его обычных источников не дал ключа к разгадке исчезновения реликвии. Поиски хоть сколько-нибудь полезной информации в аэропорту также ни к чему не привели. Тейну оставалось лишь посетить логово Паука, хоть это ему было не по душе. Но надо было поговорить с хозяином этого места, Салом Албанезе, по прозвищу Паук.

Как поговаривали криминалы, эту кличку Албанезе получил из-за своего участия абсолютно но всех нелегальных предприятиях Чикаго. Кражи, махинации с оружием, проституция, наркотики, убийства — все это составляло его каждодневный бизнес. Криминальный босс, словно гигантский паук, оплел своей смертоносной сетью весь Город Ветров.

Другие полагали, что прозвище породила внешность Албанезе. Немолодой гангстер действительно ужасно походил на гигантского паукообразного: был чрезвычайно толст и предпочитал темную одежду. Твердый пристальный взгляд черных как смоль глаз лишь добавлял сходства.

Когда Албанезе был молод, у него произошла схватка с темными силами, но об этом знали только избранные. Кое-кто даже видел ужасные шрамы, изуродовавшие заплывшую жиром спину, и оценил значение прозвища Паук. Одним из этих людей был Сидней Тейн, следователь в области сверхъестественных происшествий.