Читаем Сатанист Иннокентий (СИ) онлайн бесплатно

Сатанист Иннокентий

Проснувшись, я осознал, что мне опять снились два этих сна, один за другим, словно запущенная на бесконечное проигрывание видеозапись. Первый: темно, ночь или поздний вечер, я перехожу дорогу, и вдруг навстречу мне вылетает, слепя светом фар, джип, что-то вроде "лёхи", "крузака" или "гелика". В ужасе я "просыпаюсь", но на самом деле погружаюсь во второй сон. Понемногу отхожу от испуга и обнаруживаю, что стою на окраине леса. На мне какой-то болотного цвета балахон, на голове широкополая шляпа с обвислыми полями, в руках узловатая палка с насаженной на неё немаленькой черепушкой, не то коровьей, не то лошадиной. Я похож на предавшегося злу Снусмумрика. Рядом стоит темноволосая девушка в синем пальто и белом берете. Ах да, это же Лена! В этот момент в очередной раз сон резко выталкивает меня в реальный мир.

Мотаю головой, чтобы выгнать из головы последние клочки увиденного. Когда твоя любимая - ведьма, странно удивляться подобным снам.

- Так, сегодня Лена вернётся из рейса, а завтра у нас свадьба. По их обряду, дубль два.

- Хочешь ли ты этого?

- Да, больше всего в жизни. Я люблю её.

- А если это обратит твою жизнь в хаос?

- Что ж, значит, так тому и быть. В конце концов, не вокруг меня Земля вертится.

***

Лена вернулась где-то в районе восьми часов. Я помогал ей выпростаться из форменного пепельно-серого длинного тренча, одновременно выслушивая недовольное ворчание:

- Дурацкий рейс. Остров, чтоб ему пусто было. Сборная солянка - чароплёты, пикси, брауни, даже одна банши. Чёрный Шак - ладно, хоть в переноске. Пьяные все в уматину, даже собака. Минут через десять после взлёта нам это всё надоело, и мы с напарницей наслали на голубчиков отличнейший морок. В итоге их так вырубило, что из самолёта всех пришлось на руках выносить. Час от часу не легче! Машке один брауни чуть подол не заблевал.

Лена, обычно так трепетно относившаяся к своей униформе, в сердцах швырнула в кресло синий пиджак.

- В Англии успела поболтать с коллегой, Оксана зовут, она с Лысой горы прибыла. Там вообще все с ума посходили. "Полесье" трещит по швам, не знаю, переживут ли этот дурдом. Какие-то повёрнутые под предводительством самозваного мольфара с Карпат пытаются блокировать гору, орут, что заклинания надо читать только на державной мове, требуют разворачивать наши лайнеры восвояси. На Юго - Востоке эпидемия ликантропии и вампиризма, туда даже бывалые уже летать перестали. Ещё бы, столько не упокоенных мертвецов! Куда мир катится? О! Колготки опять порвала! Вот же ж, Карачун их всех разбери!..

Дежурные жалобы на эфемерность данной части дамского туалета сопровождали Лену примерно так же, как и рассуждения об упадке магии. Я обнял любимую, привлекая к себе.

- Ленчик, завтра у нас свадьба.

- Я помню, Ванюша. Как твой свидетель? Сдюжит?

- Надеюсь.

- Смотри, сам тоже не дрейфь. Из профанов вы там единственные будете.

На самом деле обычную, "профанную", как выражается Лена, свадьбу мы сыграли уже почти месяц назад. Без лишнего пафоса скромно расписались в местном ЗАГСе, потом посидели в кафе с Ленкиной роднёй (я-то живу в своём городишке один, как перст), а ночью учинили небольшой трэш и ахуй с нашими профанными приятелями и подружками. Всё как у людей. Для них мы были мужем и женой, но только для них.

***

Скажу честно, узнав о необходимости магической свадьбы, я не сильно обрадовался. Нет, за это время я кое-чему научился (конечно, чисто из внешнего аспекта, без практик) - меня уже не коробили управляемые фамильярами автомобили (как-то раз мы с Леной всю дорогу преспокойно миловались на заднем сиденье - интересно что бы подумал тормознувший нас гаишник, подвернись он тогда), я перестал называть снегирём Фёдора Тимофеевича, с улыбкой жал руки или чего у них там было гостям из "наших", спокойно созерцал фляпы, умел отыскивать магические сигилы среди уличного граффити - но всё же перспектива с головой погрузиться как минимум на вечер в тот мир меня несколько напрягала. Да и кто знает, что мне там делать придётся. Козла под хвостом чмокать или что ещё похуже. Нет уж, благодарю покорно.

Лена заявила мне о необходимости пройти данный обряд за завтраком через пару дней после нашего бракосочетания. Я аж обронил хлеб на скатерть.

- Хм, Ленчик, а без этого... ну...никак? Штампы же поставили.

"Ну и чушь же я несу!" Лена покачала головой.

- Неа. Браки с профанами давно уже не запрещают, они признаются, но только если была свадьба по нашему обряду, - отчеканила она голосом заправского бюрократа. - Иначе это не брак, а так, баловство, ни к чему не обязывающее. Повстречались и забыли. У нас же с тобой всё серьёзно, а, Ванюша?

- Конечно, конечно, дорогая.

Я медленно прихлебнул кофе, собираясь с мыслями. Лена, улыбаясь, накрыла мои ладони своими.

- Успокойся. Тебе не придётся там отрекаться от Бога и родителей, насиловать девственниц, пить кровь или целовать под хвостом кого бы то ни было. Обещаю. Даже подписывать ничего не придётся.

Она состроила такую потешно - серьёзную физиономию, что я расхохотался. Лена же быстро чмокнула меня в щёку.

- Ну, быть по-твоему. Вторая свадьба так вторая, по крайней мере не банально. И когда состоится сие высокое торжество?

- Думаю, недели через три. У на как раз отпуск будет. Не бойся, предупрежу заранее.

Уже стоя в прихожей в форме и плаще, Лена сказала:

- Ищи свидетеля, Ваня. У нас без этого никак. На такой свадьбе должны быть два свидетеля, от каждого из миров. Профан приводит профана, ведьма - ведьму.

- Лена! - взмолился я. - Ты меня без ножа режешь. Ну, где я найду того, кого можно будет взять к этим твоим!?..

- Нашим, Ваня, теперь нашим. Не знаю. Давай я завтра прилечу, и вечером вместе подумаем. Ты готов? Ну, поехали, закину тебя на работу, а потом к себе поеду.

- Да, кстати, - добавила она, заводя машину, - свидетель должен хорошо знать того из новобрачных, кто его привёл на свадьбу. Вариант напоить и/или подкупить случайного человека не прокатит.

- Мы не ищем лёгких путей, - хмуро отозвался я.

***

Чем дольше я размышлял над словами Лены, тем больше утверждался в мысли: надо брать с собой Иннокентия. Он - самый отбитый из всех моих знакомых. Больше никто не мне поможет.

Кеша учился на пару курсов младше меня, когда мы с ним познакомились. Он был металлист и сатанист, так что сокурсники на него косились, впрочем, как и на меня, который сатанистом не был. Думаю, на почве общих проблем с социумом мы и сдружились. Уже на ближайших выходных мы сидели вдвоём в его квартире, прослушивая записи местных андеграундных команд.

Кеша носил костюм с галстуком и длинные волосы, держал бумажку с пентаграммой Лавея в бумажнике, увлекался физиологией человека и животных, весьма неплохо играл на гитаре, а из наушников его плеера неслось обычно что-то вроде Deicide или Behemoth. Периодически экспериментировал со всевозможными психостимуляторами. К окружающим, за редкими исключениями (в число коих входил и я) он относился с большим скепсисом.

Пижонистый облик Иннокентия не должен вводить вас в заблуждение: при случае он мог здорово зажечь. Помню, на каких-то посиделках разгоряченный спиртным Кеша взобрался на подоконник и принялся демонстрировать в окно оголённую часть тела, которую предки некогда именовали афедроном. Особую пикантность ситуации придавал тот факт, что приютившая нас квартира располагалась на первом этаже.

Другое совместное распитие алкоголя, проходившее в парке, закончилось Кешиным падением на землю под героические выклики: "Я вам покажу, как пьют металлисты!" Увиденное нас особо не впечатлило, тем более что в итоге демонстратора пришлось почти волоком доставлять домой, лёгкими тумаками по рёбрам пресекая его попытки поднять бунт.

- Ведут меня и пиздят, ведут и пиздят! - возмущался он через пару дней.

С биологией Кеша, как и я, свою судьбу не связал. Зарабатывать на жизнь ему позволяли недюжинные таланты в области информационных технологий.

Он ничего не знал о ведьмовстве моей супруги, как и все, кто был в числе приглашённых на нашу профанную свадьбу. В ближайшую пятницу, последовавшую за разговором с Леной о предстоящем обряде, я зашёл к приятелю, дабы посвятить его в некоторые аспекты своей семейной жизни и уговорить его быть моим свидетелем. Иннокентий выслушал меня, почти не прерывая, потом прихлебнул коньяку, бутылочку которого я захватил с собою, и сказал:

- Хм, мужик, если бы подобное рассказал мне кто-то другой, я бы попросил его не лезть ко мне с этим ванильным бредом. Но ты - это другое дело. В конце концов, ты, как и я, заканчивал биофак, а не какую-нибудь шарагу. Жаль, в аспирантуру не пошёл.

На заднем фоне негромко играло то, что Кеша называл трухой. Я обежал глазами стены его крохотной комнатушки: гитара "ласточкин хвост", выцветший от времени постер Глена Бентона, распечатанные на принтере портреты Ницше, Клода Бернара, Уотсона и Крика, полочка книг: научная литература, Пелевин, "Заратустра" и "Утренняя звезда".

- Я сам курсе на первом, начитавшись Кастанеды и Лавея, пытался колдовать, но быстро понял, что шляпа всё это. Слушай, а может быть она тебе в чай что-то подмешивает?

- Уже год? Исключено. Ну что, - ухватил я быка за рога, - пойдёшь свидетелем?

- Пойду, - отозвался Кеша. - Из чистого любопытства пойду. А то уснуть не смогу, размышляя, дуришь ты меня или нет.

Решение это мы обмыли хорошей дозой коньяка.

***

Знаменательный день достал. Мы с Кешей стояли на остановке, ожидая Лену, которая должна была подхватить нас и отвезти к месту церемонии. Наконец, показался знакомый жигулёнок.

- Привет! Залезайте, мальчики. Набираемся терпения, дорога неблизкая.

В простеньких джинсах, кроссовках и каком-то полосатом джемперочке Лена не слишком напоминала идущую под венец невесту. Кеша не преминул съехидничать:

- Свадьба в стиле кэжуал? Ломка стереотипов?

- Там всё приготовлено, не боись. Чёрные очки взял? Ослепнешь ещё, - отбрила моя ведьмовская жёнушка.

Она отпустила руль, доверив машину фамильяру, погрузилась на пару минут в телефон, а потом опустила голову мне на плечо; я же не без удовольствия наблюдал в зеркальце, как округлялись глаза Кеши. В голове промелькнула мысль, что мир угасающей магии нравится мне. Нравится своей демисезонной красотой, подобной красоте клонящейся к упадку империи, нравится смешением чудесного и повседневного. Он напоминает мне чудаковатого аристократа, прикуривающего от газовой конфорки дорогущую гаванскую сигару. Я поймал и тихонько сжал Леночкину ладонь, украдкой глазами показал на зеркальце, девушка в ответ кивнула и довольно улыбнулась. Мы выезжали из города.

- Кеша, ты слыхал когда-нибудь про фамильяров? - наконец сжалился я.

Ехать пришлось долго, уже начало смеркаться. The Cure сменили суровые Primordial.

Our knees were cracked and broken

Genuflect in dirt and broken glass

Grinds the teeth as black as the demons

Of the cloth that come at night

Мы жевали прихваченные Леной сушёные бананы, запивая водой из бутылки, когда свет фар выхватил одинокую автобусную остановку и стоявшую на ней симпатичную хрупкую девушку в красном платье. Незнакомка, улыбаясь, делала жесты рукой, явно призывая нас остановиться.

- Давай подвезём! - сказал Иннокентий.

- Не надо, - отрезала сквозь зубы Лена и скомандовала, - быстрее.

Машина набирала скорость, оставляя позади стройную фигурку в красной материи.

- Но почему? - недоумевал мой приятель. - Уже темнеет, девчонка тут совсем одна. А если какие придурки? Вы что, боитесь?

- Нет. Просто это не девчонка, - коротко бросила Лена.

- А кто???

- Уводна. Затащила бы нас туда, откуда и я... да что я - и Фёдор Тимофеевич бы не вывел.

- А это кто такой?

Я неохотно пояснил:

- Куратор Лены. Внешне похож на снегиря, но он не снегирь.

Жена добавила:

- Он будет на свадьбе, познакомитесь.

Кеша проворчал что-то вроде "всегда рад интересным знакомствам" и замкнулся в горделивом молчании, явно не удовлетворённый Ленкиными объяснениями. Я, в принципе, понимал беднягу: он уже почти два года как расстался со своей девушкой. Сейчас мы явно были для Кеши счастливыми самодовольными скотами, лишившими его шанса наладить личную жизнь.

- Не дуйся, - неожиданно мягким тоном вдруг проговорила Лена. - Ты действительно не знаешь, насколько они опасны. Хуже только лембои. Отнять у уводны добычу не сможет ни один человек, даже ведьма. Пойми, в магическом мире принцип "если кто-либо выглядит, как утка, и крякает, как утка, то это утка", не работает. Тут свои законы.

- Если б я не видел, что руль этого драндулета вращается сам по себе, то попросил бы вас не морочить мне голову, - немного успокоившись, буркнул Кеша.

- Мы с Ваней тебя позвали, мы несём за тебя ответственность, и мы должны доставить тебя домой в целости и сохранности, - безапелляционно отчеканила Лена. - Так что в покое мы тебя не оставим, уж будь готов.

***

Ехать пришлось и вправду долго, так что дремоту от меня не могла отогнать даже музыка. Уже в полусне я почувствовал, как машина остановилась, а Лена слегка тряхнула меня.

- Ваня, Кеша, приехали. Выходим.

Увидев это небольшое бревенчатое здание, окружённое высоким забором, я понял, что мы сильно углубились на юг. В своё время я не единожды гонял в этом направлении по работе, и всякий раз проезжая мимо видневшегося строения, в котором чаще всего не горело ни одного окна, задавался вопросом: интересно, что это за дом.

Сейчас же он весь светился тем самым прозрачным холодным сиянием, которое я видел во время фляпов. Вокруг не было ни души, только стояло несколько автомобилей. Мы подошли к воротам, над которыми висел лошадиный череп, и Лена костяшкой указательного пальца постучалась в них каким-то условным стуком, причём в глазницах в такт ударам вспыхивало красное свечение. Отворил нам человек в старомодном костюме, напомнившем мне фильм "Стиляги", и с коком а ля Элвис Пресли.

- Бааа! Женя! - расхохоталась Лена. - Ты уже здесь?

Незнакомец молча церемонно поцеловал ей ручку, потом обменялся рукопожатиями со мной и с Кешей.

- Рад приветствовать новобрачных и их друзей, - проговорил он хрипловатым голосом. - Евгений.

- Иван... Иннокентий... - представились мы, несколько озадаченные, во-первых, старозаветными манерами неизвестного, не очень вязавшимися с его образом, а во-вторых, ледяным холодом его ладоней.

- Ваня, это тот самый ревенант, про которого я тебе говорила, когда мы только познакомились. Ну, которого застала у меня Ксюха.

- Ксения - женщина ботичеллиевской красоты, достойная самого Петрарки. Передайте ей мой привет и мои пожелания счастья.