Читаем С/С том 30. Я сам обманываться рад. Стук стук, кто там? Лягушачий король онлайн бесплатно

Кэн Брэндон открыл наружную дверь и вошел в прихожую.

— Это я! — крикнул он. — Где ты?

— Где я могу быть?.. В кухне! — ответила жена. — Ты что-то рано.

Он прошел в хорошо оборудованную кухню, где жена готовила ужин, задержался у двери.

Брэндоны были женаты уже четыре года, и за эти годы чувства, которые Кен испытывал по отношению к жене, не потеряли свежести. Стройная блондинка, скорее соблазнительная, чем красивая, Бетти Брэндон была не только замечательной хозяйкой, но и великолепной сестрой у доктора Хайнца, самого известного гинеколога в Парадиз-Сити. Кен зарабатывал в неделю на 50 долларов меньше, чем Бетти, что ему несколько не нравилось, но он об этом не говорил, так как зарплата Бетти позволяла им вести простую, но приятную жизнь, иметь два автомобиля, домик в пригороде и возможность откладывать немного денег.

Кен работал в страховой компании Парадиз-Сити. У него была твердая зарплата, но чтобы сравняться с женой, он часто работал сверхурочно, тогда как Бетти придерживалась твердого расписания. Она уходила из дому в 9.45 и возвращалась в 18 часов. Такой распорядок дня ее вполне устраивал, так как давал возможность убраться и доме и приготовить ужин Кену, который никогда не приходил в одно и то же время.

Пользуясь разными поваренными книгами, Бетти каждый вечер готовила вкусные блюда.

— Не подходи, Кен, — быстро сказала она, так как заметила в глазах мужа блеск и по опыту знала, что это означает. — Ты появился не вовремя. Я готовлю сложное блюдо.

Кен широко улыбнулся.

— Это не бывает не вовремя. Оставь все, дорогая! Давай сначала проверим, на месте ли наша спальня, а потом я угощу тебя самой лучшей едой. Пошли!

Бетти оттолкнула его.

— Нет, Кен, погоди! Спальня на месте и подождет. Мы никуда не пойдем! Я готовлю суп с ракушками, и, поверь мне, ни в одном ресторане не приготовят его лучше, чем я.

— Суп с ракушками?

Кен подошел к кастрюле и приподнял крышку.

— Кен! Прочь руки!

Он быстро опустил крышку на место.

— Пахнет хорошо.

— Конечно хорошо. Что произошло?

— Сначала выпьем чего-нибудь. — Он вытащил из холодильника бутылку джина и бутылку мартини. — У меня есть новости.

— Подожди пять минут! — попросила Бетти.

Кен унес обе бутылки в салон, приготовил два коктейля, закурил сигарету и комфортабельно устроился в кресле.

Бетти не нужно было подгонять. Через десять минут она появилась. Кен уже выпил часть своей порции.

— Ну, и что же тебя привело в такое состояние? — спросила она, усевшись в соседнее кресло. — Что нового? — продолжила она и взяла бокал.

— Новое, можно сказать, есть. — Кен улыбнулся ей. Он чувствовал себя захмелевшим. Он пил редко и только джин-мартини. — Откровенно говоря, дорогая, я испытал шок. Думал, он меня выгонит. Ты знаешь Стернвуда. Он вызывает людей к себе в кабинет только для разгона. В конце концов я понял. Представляешь! Он открывает новую контору в Секомбе и хочет, чтобы я ее возглавил. Он убежден, что это золотое дно, и хочет, чтобы я его разработал. Что я мог сказать? Со Стернвудом не спорят. И сейчас перед тобой новый директор в Секомбе.

— Секомб? — Бетти широко раскрыла глаза. — Но это негритянский район!

— Не совсем так. Это рабочий район. Там живет много и белых.

— Какого рода страховки?

Кен одобрительно кивнул. Его жена соображала.

— Хороший вопрос. Идея Стернвуда — страховать детей. За умеренную плату мы будем страховать их на все случаи. В Секомбе примерно пятнадцать тысяч потенциальных клиентов.

Бетти задумалась.

— После того как ты занимался только богатыми клиентами, думаешь, тебе, это понравится?

— У меня не было выбора. Это в некотором роде вызов.

— Значит, ты директор. И сколько тебе прибавили?

Кен скривился.

— Ставка та же самая, но добавляется 15 процентов комиссионных. Стернвуд не делает подарков. Если его предложения верны — а я думаю, что да, — это может быть крупной суммой.

— Сколько?

— У меня не было времени подсчитать. Все будет зависеть от меня.

Бетти вздохнула.

— Когда ты начинаешь?

— Контора готова. Начинаю завтра. Меня смущает одно, но здесь ничего не поделаешь.

Бетти взглянула на него.

— Мне кажется, тебя многое должно смущать. Так что же?

— У Стернвуда есть дочь. Она должна работать вместе со мной. По его словам, в страховом деле она так же компетентна, как и я… По его словам, она должна заниматься делами в конторе, пока я буду ходить от двери к двери. Не очень приятно работать с дочерью Стернвуда.

Это означает, что нужно будет крутиться изо всех сил, и, хотя я и не собираюсь бездельничать, все-таки…

— Как она, Кен?

— Не знаю. Расскажу после того, как завтра увижу.

— Пошли к столу.

Во время еды Бетти сказала:

— Мне кажется, она должна быть соблазнительной.

Кен взглянул на нее и увидел, что Бетти была явно озабочена.

— Если она похожа на отца, то должна быть монстром. Что тебя волнует, дорогая?

Бетти улыбнулась.

— Я спросила, и только.

— Я скажу, что меня волнует, — продолжал Кен. — Это будет шпион в конторе… У меня могут быть неприятности, если она меня невзлюбит или я сам сделаю промашку. Нет нужды говорить, что Стернвуд настоящая сволочь. Если его дочь на меня накапает, я окажусь без работы и Стернвуд внесет меня в черный список. Это неприятно.

— Дорогой… Ты хорошо знаешь, что преуспеешь. — Бетти положила свою руку на его. — Так?

— Такого супа я никогда не ел.

Закончив еду, Бетти сказала:

— Ты предлагал проверить, на месте ли спальня?

Кен сразу же отодвинул стул.

— А посуда? — сказал он, поднимаясь.

— К черту посуду! Пропади она пропадом!

Новая контора страховой компании находилась на Сивью Роуд, в самом центре Секомба.

Легко выбрав место для стоянки, Кен Брэндон вышел из автомобиля и некоторое время постоял на тротуаре, огладывая свою новую контору.

Она выглядела неважно, но Кен уже свыкся с тем, что больше уже не будет работать со сливками Парадиз-Сити. Его нынешние клиенты едва сводят концы с концами. Им и в голову не придет зайти в контору, которая выглядит как общественное здание.

Чувствуя себя под прицелом глаз владельцев соседних магазинчиков, Кен открыл дверь и вошел.

Он оказался перед длинной стойкой, за которой на сравнительно большой площади располагались ящики для картотеки и письменный стол с пишущей машинкой и телефоном. Все имело вид купленного по случаю, что, видимо, так и было.

Здесь, подумал он, будет работать дочь Стернвуда. Подняв стойку, он прошел через комнату к двери с табличкой. На стекле черными буквами было написано его имя: «Кен Брэндон, директор». Он остановился, чтобы лучше рассмотреть табличку. Это не доставило ему никакого удовольствия. На двери его прежнего кабинета его имя было написано золотыми буквами.

Он повернул ручку и вошел в маленькую комнату, обставленную поношенным письменным столом, вращающимся креслом, двумя стульями. На полу лежал убогий ковер. Маленькое окошко выходило на очень шумную главную улицу. На столе стоял телефон, портативная пишущая машинка, пепельница, лежал блокнот.

Он остановился еще раз, чтобы внимательно осмотреть свое новое царство, и почувствовал себя подавленным. Он привык к кондиционированному воздуху. Эта маленькая душная комната пахла затхлостью. Он подошел к окну, раскрыл его настежь — и сразу же в комнату ворвался шум и голоса снаружи.

Он говорил Бетти, что его назначение — это вызов. Он горько улыбнулся. Вызов! Стернвуд сменил ему декорации.

Кен услышал шаги в другой комнате и подошел к двери. Высокая, лет двадцати пяти девушка только что вошла. Кен с интересом осмотрел ее.

Первой мыслью его было, что это первая клиентка. По одежде такое можно было предал ожить: кофточка, украшенная красным сердцем в том месте, где должно было находиться ее собственное, застиранные джинсы в обтяжку.

Брэндон смотрел на нее, раскрыв рот, и чувствовал, как кровь его застывает. О-ля-ля! Вот это девочка! Длинные светлые волосы, падающие на плечи, похоже, мылись очень редко, что только добавляло ей чувственности. Глаза у нее были большие и зеленые, как море. Структура лица потрясающая. Блестящие щеки, маленький короткий нос и большой рот с пухлыми губами. Продолжая осмотр, Кен опустил глаза на тело. Груди в форме половины ананаса тесно обтягивали кофточку. Длинные стройные ноги делали ее похожей на великолепное чувственное молодое животное.

— Привет, — сказала она. Подняв стойку, она подошла к нему. — Вы, должно быть, Кен Брэндон?

«Черт возьми! — подумал Кен. — Это, похоже, дочь Стернвуда!»

— Да, — ответил он. — Вы мисс Стернвуд?

Она кивнула головой и улыбнулась, продемонстрировав зубы, которые могли бы свести с ума шефа отдела рекламы фирмы, производящей зубную пасту.

— Что за крысиная нора! — Она осмотрелась вокруг, потом подошла к письменному столу и взглянула на пишущую машинку. — Вы посмотрите на эту рухлядь!

Кен начал неуверенно:

— Ваш отец…

Потом замолк.

— Мой отец… — Она произнесла эти слова с явным пренебрежением, уселась за письменный стол, сняла трубку и набрала номер. Когда ее соединили, она сказала: — Это мисс Стернвуд. — После паузы она воскликнула: — Папа! Я уже пришла. Если ты думаешь, что я намереваюсь ломать себе ногти, печатая на этом антиквариате, ты попадешь пальцем в небо! — Когда она выслушала ответ, ее лицо стало мраморным. — Не рассказывай сказок, папа. Я тебе ясно сказала. Ты мне ее поставишь, или я смоюсь.

Она положила трубку. У Кена глаза вылезали из орбит. Он не мог себе даже представить, что кто-то, пусть даже дочь, может так разговаривать с Джефферсоном Стернвудом.

— Одно дело сделано, — сказала она. — А на что похож ваш письменный стол?

— Ничего… Нормально…

Она поднялась, прошла пред ним и заглянула в соседнюю комнату.

— Вы не сможете работать в такой дыре! Это настоящая духовка!

— Ничего… Это…

Она вернулась к своему столу и снова набрала номер.

— Дайте мне мистера Стернвуда, — сказала она. Снова пауза, затем она воскликнула: — Папа, я не буду работать в этой гнусной дыре без кондиционера. Мне нужны два маленьких кондиционера, и все! Ты… Что? Папа, ты не понимаешь, что говоришь! Если ты этого не сделаешь, я пошлю все к черту! — Она положила трубку и подмигнула Кену. — Он все сделает.

Кен глубоко вздохнул.

— Мистер Стернвуд явно питает к вам слабость, мисс Стернвуд.

Она засмеялась.

— Он выполняет мои желания с детства. Много ругается, но выполняет.

Она поднялась.

— Зовите меня Карин.

У него было такое ощущение, что она изучает его, и от ее проникновенного взгляда он почувствовал себя неловко.

— Не думаете ли вы заниматься делами в Секомбе в таком виде? — сказала она.

Кен круглыми глазами посмотрел на нее, потом опустил глаза на свой костюм из тонкой ткани темно-серого цвета, темный галстук, белую рубашку и сверкающие туфли. Еще утром, одеваясь, он внимательно осмотрел себя в зеркале в ванной и пришел к выводу, что вполне соответствует требованиям, предъявляемым молодым перспективным руководящим кадрам страховой компании.

— А что? — спросил он, не понимая.

— Если вы будете в таком виде ходить по негритянским домам, вам даже никто не откроет дверь! Оденьтесь как я. Вам лучше вернуться домой и переодеться. Это мое мнение. Патрон вы, но в этой норе вы не добьетесь успеха, если не будет похожи на моего дорого папу. Согласны?

Кен посмотрел на нее, подумал и пришел к мысли, что она права. Высший свет Парадиз-Сити остался в прошлом. Нужно приспосабливаться к новым условиям.

— Вы правы. Через час я вернусь.

Он покинул контору и поехал домой. Всю дорогу он думал о девушке. Что за девчонка! Как она разговаривает со своим отцом! Потом он подумал про себя: «Будь осторожен, Брэндон! Ты женат на лучшей девушке в мире! За четыре года, как ты женат, ты никогда не смотрел на другую женщину. Согласен, дочь Стернвуда великолепна, и именно поэтому нужно быть осторожным».

Бетти уже ушла на работу, когда он вернулся домой. Кен прошел в спальню, достал из шкафа старые джинсы, майку и спортивные туфли и переоделся. В этой одежде он обычно работал в саду. Он посмотрел на себя в зеркало. Это больше в духе Секомба, подумал он, но безукоризненная прическа не соответствует костюму. Он взъерошил волосы. Это было все, что он мог сделать.

Усаживаясь в автомобиль, он размышлял. «Эта девчонка умна. Мне следует задуматься, как показать себя в лучшем свете. Ну, а теперь за работу». Он не доехал до конторы, а припарковал машину на Трумен-стрит. На обоих сторонах этой шумной улицы располагались жалкие хибары, в которых жили черные. Он пошел от двери к двери, рассказывая женам черных о будущем их детей. Большинство женщин после первых минут недоверия приглашали его войти и выслушивали. Разговаривая с ними, он понял, что идея Стернвуда не просто ценная идея. Это великолепная идея. Эти женщины сразу заинтересовались. Дети были для них самым дорогим в жизни.

— Приходите еще раз вечером. Я поговорю с мужем.

Трое женщин, которые явно были не глупы, сразу же подписали полисы и заплатили по десять долларов. Таким образом, к обеду у Кена было заключено три договора и еще десять вероятных. Полный оптимизма, он вернулся в контору, где его еще на пороге встретил поток прохладного воздуха.

Карин печатала на ИБМ. Увидев его, она прекратила работу и широко улыбнулась.

— У меня два контракта, — объявила она. — А у вас?

— Три и десять в перспективе. Значит, вы получили машинку и у нас кондиционированный воздух. Вы совершили чудо!

— Это чудо сделал папа. Весь секрет в том, как к нему подступиться. А я это умею.

Протянув ей три контракта, он взглянул на Карин и почувствовал, как его снова охватывает желание. Такого с ним не случалось с того времени, как он женился на Бетти. Он был смущен.

— Ваш отец очень мудрый, — сказал он. — Его идея замечательная.

— Да, в этом плане он умен. — Она просмотрела контракты и положила из на стол. — Я умираю от голода. А вы?

— Я останусь. По-моему, лучше не закрывать контору на перерыв. Кто-нибудь может зайти по делу. Я хочу попросить вас принести мне что-нибудь перекусить.

— Хорошо. Я скоро вернусь.

Она прошла под стойкой и вышла из конторы.

Кен проводил ее взглядом. Чувственное покачивание обтянутых джинсами бедер еще больше возбудило его. После ухода девушки контора показалась ему совершенно пустой.

Он оставил дверь кабинета полуоткрытой и сел за свой рабочий стол. Некоторое время Кен смотрел в пустоту, потом позвонил Бетти в клинику доктора Хаймса.

— Ты можешь поговорить? — спросил он.

— Покороче, дорогой, — живо ответила Бетти. — Как дела?

— Все хорошо, но появилось непредвиденное обстоятельство. Сегодня вечером мне нужно повидаться с десятью потенциальными клиентами. Дело в том, что мужчины на работе и жены не могут подписать контракты. Я вернусь поздно. Не жди меня раньше десяти.

— Я приготовлю тебе что-нибудь холодное. — Вопросы питания никогда не были проблемой для Бетти. — Значит, все хорошо?

— Да, нормально. А у тебя?

— Как всегда. — После паузы она спросила: — Ну а как дочь Стернвуда?