Читаем Русский корсар (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Сознание нашего современника во время сеанса регрессивного гипноза перемещается в тело предка - опричника Ивана Грозного. Казалось бы всё путём - живи и развивайся! Увы - Жестокий век! Жестокие сердца! Служить бы рад, прислуживаться тошно! Потому в планах - Карибы и Русская Америка! Остались мелочи - найти соратников, заработать денег и получить титул.

Русский корсар

Пролог.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Интерлюдия 1

Глава 8

Интерлюдия 2

Глава 9

Глава 10

Интерлюдия 3

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Интерлюдия 4

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Эпилог

Русский корсар

Пролог.

Быстро подписав бумаги, я осмотрел обновленный прикид Панкратия Ивановича. Впечатляет. В новом платье, он смотрелся ещё более представительно. Приосанившись под моим одобрительным взглядом, сей господин с места пустил лошадей в карьер. Ни мало не смущаясь, предложив посетить на одной из московских квартир спиритический сеанс. Мотивировав тем, что вживаться в общество можно по-разному.

Уже решив отказаться, я переменил своё мнение, услышав, что на сеансе будет известный литератор Валерий Брюсов.

Ехать было не так далеко, но времени вполне хватило, чтобы быстренько пробежаться в памяти по моим приключениям в этом времени. Погибнув насильственной смертью в далёком 2021 году, моё сознание не растворилось в каком-нибудь слое вселенского эфира, а переместилось в тело молодого парнишки в одном из сёл Томской губернии. При переносе, новая личность приобрела ряд бонусов. Все мои навыки и умения, которые я приобрёл за более чем полвека жизненного пути, получили значительный прирост, выйдя на более качественный уровень. Далее, жизнь занесла меня в Томск, а теперь в Москву. Да, сейчас 1908 год от Рождества Христова. Цели я для себя поставил немалые, а в местных реалиях на бытовом уровне пока ещё плаваю. Один знакомый репортёр познакомил меня с городской достопримечательностью – Панкратием Ивановичем, по прозвищу Данилушка. Данный типус подрабатывал тем, что помогал таким, как я, неопытным провинциалам внедриться в московское общество. Сегодня, мне в первый раз представилась возможность увидеть его таланты в деле.

По дороге на квартиру некой Соколовской, исследовательницы одного из направлений оккультизма – теософии, Панкратий Иванович, дал мне все необходимые пояснения.

Впрочем, и без него я знал, что спиритизм увлечение для императорской России давнее и привычное. Что, ещё с прошлого века «погонять тарелочку» не гнушаются и в царской семье, и в простой крестьянской избе. А в 1906 году в Москве был проведён съезд спиритуалистов. В котором, приняли участие девяносто семь делегатов. Тираж журнала «Спиритуалист» достиг рекордной цифры тридцать тысяч экземпляров, а количество спиритических кружков сто шестьдесят. Через несколько лет их число возрастёт до трёх с половиной тысяч. Правда, научного объяснения в это время уже не искали. Людям требовалось шоу, им оно и было предоставлено в потребном количестве.

Спиритическая зараза оказалась чрезвычайно живучей. Интерес к подобным сеансам не угас и в советское время. Правда, во времена Сталина, за вызов духа Льва Троцкого можно было легко отправиться на нары. Сам же припомнил, что подростком, со старшей двоюродной сестрой, увлекся на пару недель этим явлением.

Нынешний сеанс, по словам моего гида, будет проводить не какой-нибудь шарлатан, а серьёзный оккультист со стажем и репутацией. Прибыв в Москву, для организации местного отделения теософского общества, он просил звать себя коротко – брат Иоанн. Настоящее имя брата было Иван Сергеевич Тульский. Сбежав от родителей ещё подростком, ему удалось устроиться юнгой на один из кораблей торгового флота. После нескольких лет мытарств, он сошёл с корабля в одном из английских портов в Индии. Там он будто бы постиг тайные практики индийских йогов. В Америке познакомился с Блаватской, в Петербурге сдружился с Рерихом. В общем, человек заслуженный и интересный. Ну-ну, посмотрим.

Немного удивило присутствие на сеансе Брюсова. Вроде он разочаровался в спиритизме ещё три года назад. Сейчас его литературная карьера сделала очередной крен, выйдя из редакции журнала «Вехи», Валерий в этом году возглавил Московский литературно-художественный кружок.

Антураж комнаты, где должен был проводиться сеанс, особого внимания не привлекал. Стол, накрытый чёрной скатертью, деревянная тарелка с буквами, свечи в старинных канделябрах по углам, что в этом особенного? А вот, сама личность медиума невольно приковывала внимание. Надменное лицо, с тонкими недовольно поджатыми губами, нос с горбинкой, холодный взгляд, уверенные властные манеры – честно сказать, производили впечатление. Смуглая, загоревшая под южным солнцем кожа, оттенялась белоснежным тюрбаном, с ярким красным камнем чуть выше лба.

Из гостей, после торопливого представления, запомнил только Владимира Павловича Быкова, издателя журнала «Спиритуалист», да удалось перекинуться парой фраз с Брюсовым. Валерий Яковлевич, ещё крепкий мужчина тридцати пяти лет отроду, с обвислыми усами и немного неопрятной чёрной бородкой, быстро потерял ко мне интерес. Узнав, что я не являюсь литератором, он вяло спросил, как я отношусь к спиритизму. Выслушав, что, по моему мнению, в мире ещё много непознанного и необъяснимого, покивав головой, добавил что-то в духе: мол, спиритические силы со временем будут изучены и, может быть, даже найдут себе применение в технике, подобно пару и электричеству. После чего, извинившись, покинул моё общество. Отметив, явно угнетённый вид поэта, подумал, что слухи, что он из-за личных переживаний пристрастился к морфию, не так уж и беспочвенны.

Между тем сеанс набирал силу. Только никакого «столоверчения» сегодняшняя программа не предусматривала. По сути, наблюдаемое действие в моём будущем называлось «регрессивный гипноз». Когда человека вводят в транс, чтобы он вспомнил свои прошлые жизни. Хотя, Брат Иоанн, внёс в процесс свои коррективы, объявив, что помещает на недолгое время сознание пациента в тело одного из предков.

В данный момент, очнувшаяся женщина с придыханием рассказывала о том, как она жила когда-то в средневековой Франции. Смущённо опустив глаза, она тихим голосом поведала, что подверглась сексуальному насилию. Отец, французский граф, сначала нежно утешал, потерявшую невинность дочь, а потом приказал посадить её в бочку, забить крышку и утопить в море. Печально добавив напоследок, что честь рода дороже всего.

Вспомнил, что читал похожую историю в одной из дореволюционных книг. Интересно, она тоже читала или сама всё выдумала?

Заметив скептическую улыбку, брат Иоанн, переключил своё внимание на меня. Не желает ли господин, попробовать сам?

- Господин желает,- неожиданно вырвалось из моего рта. – А что? Проверю себя на внушаемость. Говорят, люди с развитым воображением поддаются гипнозу достаточно легко.

- Смотрите мне прямо в глаза. Вы совершенно спокойны. У вас полностью расслаблены руки и ноги. Вы… неожиданно мне показалось, что камень в тюрбане брата Иоанна начал пульсировать в такт с его обволакивающими сознание фразами. А потом, будто резко выключили свет.

Открыв глаза, я обнаружил себя верхом на низкорослой лошади в странном чёрном одеянии. На левом боку висела тяжёлая сабля. С правой стороны седла, простой верёвкой был привязан собачий череп, с остатками протухшей плоти.

От автора: Не знаю, насколько оригинальным является подобный авторский финт, сделать из главного героя одной книги, ГГ в другой. Так, получилось. Захотелось отдохнуть от политики. На сюжет это никак не повлияет. О предыдущих приключениях основного персонажа можно не читать. Более того, если вы страдаете ностальгией о СССР и являетесь поклонником Иосифа Виссарионовича – туда даже не заглядывайте. Не надо).

Если же кто (после ознакомления с отрывком из данного романа) всё же заинтересуется. То, первая книга называется «Сибирский вояж», вторая «Московские гастроли». Удачи!

Глава 1

Часть 1. Глава 1

Открыв глаза, я обнаружил себя верхом на низкорослой лошади, облачённым в странное чёрное одеяние. На левом боку висела тяжёлая сабля. С правой стороны седла, простой верёвкой был привязан собачий череп, с остатками протухшей плоти.

Опять глюки?- поднял левую руку вверх, чтобы вытереть пот с разгорячённого лица. Ошибкой было, что с непривычки не обратил внимание, именно эта рука крепко держалась за поводья, которые, как известно, служат для управления лошадью. Естественно, последняя, повинуясь команде, непроизвольно отданной хозяином, резко затормозила, и я, дернувшись вперёд, больно прикусил язык.

Но, нет худа без добра, данная оплошность позволила мне более адекватно оценить ситуацию. Огляделся вокруг. Зима. Снег кое-где уже подтаивает, возможно, скоро весна. По времени, поздний вечер или раннее утро. Вокруг деревянные избы, огороженные хлипкой оградой, или вовсе без неё. Узкие, кривые улочки, украшенные многочисленными мусорными кучами с вкраплениями смердящих человеческих экскрементов. Кавалькада верховых, я еду замыкающим. Впереди три всадника на вороных лошадях, все поголовно одетые в тёмное. Через конский круп одного из них, был перекинут длинный свёрток. Судя по тому, что он время от времени шевелился, свёрток содержал в себе нечто живое, скорее всего даже одушевлённое.

Сняв рукавицу, ощупал свое новое лицо. На этот раз, предусмотрительно сделал это левой рукой. Ощутил под пальцами усы и бороду. Что ж, ожидаемо. На голове была надета мохнатая шапка с длинным суконным верхом. Тело от холода прикрывал овчинный тулуп, сверху покрытый грубой чёрной материей. Подпоясан он был широким длинным кушаком. Под тулупом нащупал, что-то вроде кафтана. Просторные суконные порты, доходящие до середины голенищ. На ногах, в стремена упирались сафьяновые сапоги с высокими каблуками.

В голове стал складываться какой-то знакомый образ. Собачья голова на седле, ошметки прутьев на верхушке плётки, засунутой за пояс. Чёрное одеяние, средневековый антураж вокруг – в совокупности это показывало, что у гребаного экстрасенса, всё же что-то получилось. И, как бы, вокруг, вполне возможно Москва времён Ивана Грозного. Вспомнив, что какой-то из моих далёких предков по материнской линии, был одним из опричников этого сурового правителя, недовольно скривился. Вот же, блин угораздило!

Тут, моё средство передвижения неожиданно дёрнулось, и я, задумавшись, едва не сверзился с лошади. В голове щёлкнуло, память реципиента стала более доступной, и, я, наконец, в полной мере ощутил всю глубину ж… ситуации, в которой оказался.

Захар Боков, плотного телосложения мужчина 37 годов отроду, мой далёкий пращур, действительно был царским опричником. Входил в ближний круг Ивана 4, так как был сподручником его фаворитов, отца и сына Басмановых. Будучи «из детей боярских», Захар, ещё «вьюношей» отличившись при осаде Казани, был замечен и приближен к себе Алексеем Басмановым. Позже была битва при Судбищах, Ливонская война и участие в нескончаемых стычках с татарами. Боков заматерел, фанатично стремясь достичь мастерства во всех видах воинских умений. Сабельный бой, палочные и кулачные потехи, новомодное искусство пальбы из огнестрела – везде он входил в первую десятку из числа лучших умельцев. Всё это, а также богатый опыт практических схваток, сделало из него опасного для любого врага противника. Но, не только за воинские умения ценили его покровители.

Будучи, может быть, человеком и недалёкого ума, но хитрым и расчётливым, Захар стал прекрасным исполнителем, участником всех тайных дел царских любимцев – братьев и отца Басмановых. Не рассуждая, он выполнял любые распоряжения, причём использовал малейшую возможность получить от этого свой маленький гешефт.

Вот и сейчас, со своими старыми подельниками, он проворачивал одну хитрую комбинацию, целью которой было пополнить собственный кошелёк на энную сумму нынешних дензнаков.

Святых среди опричной братии не было. Как не было их и среди ущемляемых оными представителей земщины. Просто первые были на коне, имея за собой поддержку царя, а значит и нехилые ресурсы государства. В такой ситуации, надо было быть глупцом или юродивым, чтобы не половить рыбку в мутной воде, в целях повышения личного благосостояния.

Братья и отец Басмановы, например, как сказали бы в моём времени, «крышевали» несколько знатных земских семейств. На земли этих предусмотрительных людей не совершались лихие рейды новых царёвых слуг, с целью проверки благонадёжности. Набеги «разбойников» обычно обходили их стороной, кляузы и доносы от завистников не доходили до царского уха. За это семья Басмановых регулярно получала щедрые «подарки». Следить за этим процессом, как раз и входило в обязанности Захара. Также он, с несколькими дружками по царской службе, занимался охраной подопечных от нападок различных конкурентов. Нередко ему поручали и наказание строптивых. Для этой цели, он имел связь со сборным отрядом отчаянных людишек, из своих бывших сослуживцев, опытных воинов, набранных из отъявленных отморозков. Под видом разбойников, они опустошали земли строптивого боярина, не щадя ни слабого, ни малого.

Иметь подобного человека в недоброжелателях было опасно, поэтому ему часто накидывали небольшой бакшиш сверх оговорённой суммы, прекрасно понимая, в чей карман, попадёт этот излишек.

Но предку хотелось большего, поэтому его изворотливый ум придумал хитроумный и циничный план по набиванию своего кошелька.

Московский царь Иван 4, не зря носил прозвище Грозного. Много разных дел натворил этот суровый товарищ, беспощадно выжигая крамолу, сурово «зажимая» своевольную боярскую оппозицию. Ущемил он интересы и соседних государств, русская экспансия вызывало у них нешуточную тревогу.

Посему, о Грозном ходило много нехороших слухов. Откровенное враньё чередовалось с правдой, но поданной под самым неприглядным соусом и значительными преувеличениями.

Недоброжелатели не обошли стороной и царскую личную жизнь. Сплетни на эту тему распускались самые витиеватые.