Читаем Рубиновое пламя (ЛП) онлайн бесплатно

Оригинал: Ruby Fever

Автор: Илона Эндрюс / Ilona Andrews

Серия: Тайное наследие #6 / Hidden Legacy #6

Переводчики: dias, Jasmine

Редактор: Дианова Светлана

Вычитка: SD

— Здесь водятся привидения?

Ох, да ради…

— Нет, Арабелла.

Внедорожник набирал скорость, мягко поднимаясь по подъездной дороге, когда моя сестра прищурилась, изучая приближающуюся громадину поместья.

— Только взгляните на все эти башни. Смахивает на замок с привидениями.

— Чушь, — возразил Берн.

— Откуда ты знаешь, что там нет призраков? — спросил Леон сзади.

Потому что привидений не существует.

— Потому что Труди — хороший человек, она мне нравится, и она не позволила бы нам купить дом с привидениями.

— Ага, — подхватила Арабелла, — если ты о них спросила.

— Спросила, и Труди ответила: «нет». — Нашей бедной, многострадальной риэлторше пришлось ответить на такое количество чудаковатых вопросов за последние пару месяцев, сколько не приходилось за всю ее карьеру.

Моя младшая сестра выудила телефон и уткнулась в него своей белокурой головкой.

Всё семейство Бейлоров было в машине, за исключением бабули Фриды и моей старшей сестры с мужем. Мы собирались купить дом.

Когда я была маленькой, мы жили в типичном пригородном доме. Нас было всего пятеро: папа, мама, моя старшая сестра Невада и младшая сестра Арабелла. Затем два наших кузена, Берн и Леон, приехали жить с нами, потому что их мать была никудышной, и никто не знал, кем были их отцы. Потом заболел папа. Мы продали дом, чтобы оплатить его лечение и переехали на склад к бабуле Фриде, маминой маме. Папа умер. Невада, которой на тот момент было семнадцать, взяла на себя управление «Детективным агентством Бейлор», нашим семейным бизнесом, и они с бабулей Фридой, занимавшейся танками и мобильной артиллерией, кормили и одевали нас.

В конечном счете, Невада обрела свою магию, и мы стали Домом Бейлор, одним из немногих семейств, способных похвастаться более, чем двумя Превосходными — магами высшего ранга. Невада влюбилась и съехала, я оказалась главой Дома, и одним из моих первых достижений стал взрыв склада, именуемого нами домом. Тот факт, что взрыв был совершенно случайным, не отменял нашей необходимости иметь крышу над головой и не уменьшал моего чувства вины.

Какое-то время мы ютились в старом промышленном здании, которое кое-как превратили в сносное жилище, но все мы его ненавидели. Ведь наши потребности изменились. Все из нас, включая мою младшую сестру, теперь были совершеннолетними. Мы хотели держаться друг друга, потому что любили друг друга, и потому, что Дом Бейлор был новоиспечённым и каждый раз, покидая здание, мы становились прекрасными мишенями. Нам никого нельзя было потерять, наша безопасность заключалась в нашей численности. Но вместе с тем, мы отчаянно нуждались в приватности.

Мы хотели жить вместе, но не друг у друга на головах.

Поиски подходящего дома, да ещё и по карману, заняли целую вечность, но я возлагала свои надежды на этот. Мне он очень понравился.

— Я слышал, что риэлторы обязаны сообщать, если в доме живут привидения, — сказал Леон.

Я посмотрела на маму за рулём. Та ответила мне ехидной улыбкой. Помощи ждать не стоит.

— Оказывается, только четыре штата требуют сообщать о паранормальной активности, — доложила Арабелла. — Девять штатов требуют уведомлять покупателя, если во владении кто-то умер. В Техасе нет ни того, ни другого.

— На участке не было никаких смертей. В доме никто не умер, так что и привидений там быть не может, — сказала я.

— Откуда ты знаешь, что там никто не умер? — спросил Леон.

— Потому что я проверил записи, — пробурчал Берн.

— Это ничего не означает, — отрезала Арабелла.

Очевидно, в машине оказались две команды: команда «Факты» и команда «К черту факты».

— Что, если они это скрыли? — продолжил Леон.

Берн покосился на младшего брата. Когда дело доходило до раскрытия фактов, Берну не было равных. Если была запись чего-то, и эта запись оказалась в компьютере с доступом в интернет — Берн мог ее найти.

Мы съехали с подъездной дорожки и остановились на вершине невысокого холма. Мама посмотрела на десятифутовую стену, которая окружала поместье. Прямо перед нами ее прорезал небольшой арочный туннель, позволяющий попасть во внутреннюю территорию. Обычно вход был заблокирован тяжелыми металлическими воротами, которые сейчас были убраны в стену с левой стороны. С правой стороны, заключенное в толщу стены, находилось караульное помещение.

— С безопасностью тут нормально, — сказала мама.

— Мне нравится, — одобрил Леон. — Если негодяи решат штурмовать стены, мы можем спустить на них дождь из стрел и кипящую смолу.

Ха-ха.

Мама вырулила наш бронированный «Шевроле Тахо» через въезд на переднюю парковку с правой стороны. На одном из парковочных мест уже ждала серебристая «Альфа Ромео» Алессандро.

Все вывалились из машины. Внутренняя подъездная дорога, широкая мощеная, была окружена большими, старыми дубами. Она разворачивалась прямо перед домом, ведя на юг к главному дому. Справа от нас находился большой павильон из камня и дерева с огромными окнами.

Мама кивнула в его сторону.

— Что это?

— Это свадебный павильон. Балочная работа внутри действительно хороша. Я подумала, что если мы должным образом утеплим его, то сможем использовать в качестве офиса.

Леон нахмурился.

— Ты имеешь в виду как отдельное офисное здание? Там, где мы могли бы работать, а затем уходить оттуда и не быть на работе? Так бывает?

Я вздохнула.

— Леон, — сказала мама. — Они с Алессандро провели последние две недели, пытаясь провести инспекцию этого места. Она почти не спала и почти ничего не ела. Насколько я помню, никто из вас, кроме Берна, не помогал. Как насчет того, чтобы спрятать в кобуру свое острое, как бритва, остроумие и постараться не быть самим собой в течение следующего часа?

— Да, мэм. — Леон выпрямился и, казалось, стал выглядеть серьезнее. Это продлится недолго, но попытка была хороша. Моему младшему двоюродному брату было двадцать лет, и он не проявлял никакого интереса к изменению своего образа жизни. Что меня вполне устраивало. Мне нравился Леон таким, какой он есть.

Мама прищурилась на двухэтажное прямоугольное здание по другую сторону дороги.

— А это что?

— Казарма, — ответила я. — Если верить перечню зданий.

Она подняла брови.

— Казарма?

— Да. На нижнем уровне есть кухня, столовая и оружейная. На верхнем уровне комната на десять коек и ванная с четырьмя туалетными кабинками и тремя душевыми.

— Хмм.

Обычно, интерпретировать мамино «Хмм» не составляло труда, но сейчас я понятия не имела, о чем она думала.

Мы пошли по подъездной дорожке. Плотная стена декоративных кустарников обрамляла дубы с обеих сторон, скрывая остальную территорию. Ветви деревьев тянулись друг к другу над нашими головами, и идти по подъездной дорожке было все равно, что идти в зеленом туннеле.

— Красивая дорожка, — сказал Леон.

— Наслаждайся, пока можешь, — сказала я. — Здесь это единственная прямая дорога.

— Сколько говоришь здесь акров? — спросила мама.

— Двадцать три целых и четыре десятых, — ответил Берн впереди нас. — Шестнадцать за стеной, остальные огорожены сеткой.

— Нам нужно будет продолжить стену, — сказала мама. — Сетка ни о чем.

— Вопрос! — вскинула руку Арабелла. — Если мы его купим, можно мне гольф-кар?

— Можешь купить себе гольф-кар за свои собственные деньги, — отрезала мама.

Подъездная дорожка привела нас на большую площадку перед двухэтажным особняком в средиземноморском стиле.

— Главный дом занимает пять тысяч квадратных футов, — сказала я. — Нижний этаж разделен на два крыла. У каждого крыла есть хозяин. Четыре спальни наверху, все с ванными комнатами.

— Четыре спальни? — спросила Арабелла. — Значит, мама и бабуля займут нижний этаж, а мы — верхний?

Сказать, что она казалась не в восторге, стало бы преступно грубым преуменьшением.

— Можем и так сделать, — сказала я, — или мы можем жить в других зданиях.

Арабелла прищурилась.

— Что ещё за другие здания?

Я повернулась спиной к особняку и указала обеими руками в стороны.

Семья повернулась. По обе стороны подъездной дорожки, разделенной живой изгородью, раскинулся лабиринт зданий и зелени. Слева возвышалась круглая башня высотой в три этажа. Справа, наполовину скрытые ландшафтным дизайном, стояли три двухэтажных дома площадью по шестнадцать сотен квадратных футов каждый, соединенные переходом на втором этаже. Между ними и нами располагались сады, скамейки, беседки и водные объекты. Каменные дорожки, спроектированные пьяным моряком, извивались через все это, пытаясь соединить здания и, в основном, терпя неудачу.

Леон заметил башню. Его взгляд стал отсутствующим, что обычно означало, что он думает о летающих кораблях, крылатых китах и космических пиратах.

— Моя.

— Там нужно немного ее подделать, — предупредила я.

— Пофиг.

Берн сделал шаг вперед и пророкотал:

— Мне нравится то место. — Он подождал мгновение, пока слова до нас дойдут, и пошел направо, начиная спускаться по каменной дорожке к домикам.

— Куда ты собрался? — крикнула мама.

— Домой, — ответил он, не оборачиваясь.

Она посмотрела на меня.

— Руне нравятся гостевые домики?

Я кивнула.

Мой старший двоюродный брат и моя лучшая подруга медленно, но верно приближались к браку. Руна с ее родным братом жили с нами, и было все труднее и труднее игнорировать Руну, которая первым делом по утрам выскальзывала из комнаты Берна в ванную через коридор.

Я могла это понять. Мы с Алессандро каждую ночь спали в одной кровати, но по совершенно разным причинам нам обоим было неловко, чтобы он переехал в мою комнату, поэтому мы решили, что он останется в боковом здании, а я буду держать окно открытым. Для него залезать в окно и вылезать обратно было бесконечно предпочтительнее, чем миновать всю мою семью только для того, чтобы добраться до моей двери.

— Где я собираюсь расположиться? — спросила Арабелла. — Я собираюсь расположиться в одном из домиков?

— Я думаю, они определились, — сказала мама, наблюдая, как Берн ускоряет шаг. — Берн и Руна возьмут один, а дети Эттерсонов возьмут другой или другие.

— Позади главного здания есть хижина, — сказала я Арабелле. — Ты можешь жить там.

Она пустилась в обход дома. Мы с мамой пошли за ней следом по узкой дорожке, обрамленной техасскими оливковыми деревьями, текомой с все ещё с последними ярко-желтыми цветами, и зарослями аспидиастров с толстыми зелёными листьями.

— Значит, Берн с Леоном забрали себе самые плюшки, а мне остались одни крошки, — бросила Арабелла через плечо.

— Ага, — кивнула я. — Ты же у нас младшенькая.

Она пробурчала себе что-то под нос. Бесить ее было одно удовольствие.

— Чем, говоришь, было это место? — спросила мама.

— Неудавшимся домом отдыха. Первый владелец построил главный дом, башню Леона и больший гостевой дом. Затем поместье продали человеку, решившему превратить здесь всё в «деревенский» отель для Превосходных и Значительных. На его сайте это называлось «Загородным местом отдыха для хьюстонской элиты».

Арабелла фыркнула.

— Он владел этим место около двенадцати лет и построил все это дополнительное безумие. Его бизнес рухнул, и теперь он пытается избавиться от недвижимости, чтобы рассчитаться с долгами.

Ничто в этом поместье не соответствовало какой-либо планировке. В довершении ко всему, второй владелец счел себя достаточно умелым, и самостоятельно сделал большую часть ремонта и инженерных систем, вместо того, чтобы нанять профессионалов. По словам нашего строительного инспектора, его умелость вызывает большие сомнения.

— Сколько он за него хочет? — спросила Арабелла.

— Двадцать миллионов.

— Это превышает наш бюджет, — заметила мама.

— Не совсем, если мы получим доп. финансирование, — сказала я. Мы уже подали заявку в ипотечную компанию, которой владел Коннор, и она была одобрена в рекордно короткие сроки.

— Мы можем позволить себе оплатить половину, — сказала Арабелла. — Но это место не стоит и двадцати миллионов. Я имею в виду, что у меня даже нет дома. Я буду жить в хижине…

Мы повернули за угол, и вступили на тропинку, оставив зелень позади. Перед нами раскинулся огромный каменный внутренний дворик с гигантским бассейном в римском стиле. За роскошно большим бассейном внутренний дворик сужался в длинную каменную дорожку, которая спускалась к озеру площадью четыре акра. Между бассейном и озером, с правой стороны, стояла еще одна трехэтажная башня.

Там, где башня Леона выглядела как нечто позаимствованное из нормандского замка, эта башня могла бы вписаться на морском побережье Палм-Бич. Аккуратная, белая, с крытыми балконами на двух верхних уровнях и солнечной террасой на крыше, она создавала явную атмосферу отдыха. Узкий проход соединял ее балкон на третьем этаже с главным домом. Из всех здешних домиков это было самое новое место и требовало наименьшего количества работы, чтобы стать пригодным для жилья.

— Твоя хижина, — объявила я.

Арабелла побежала через внутренний дворик.

Мы с мамой прошли мимо бассейна к берегу озера. Вдоль воды тянулась спортивная дорожка, а крыши трех других домов торчали из зелени в случайных местах по ее периметру.

— Южный вход находится там. — Я указала на другой конец озера. — Мы можем организовать бабулин гараж на том месте, лицом к дороге. — Нам придется купить ей гольф-кар, чтобы добираться до него. Бабуля Фрида была энергичной женщиной, но ей было далеко за семьдесят.

— Мы действительно можем позволить себе это место? — спросила мама.

— Да. Если мы отложим двадцать пять процентов, у нас будет достаточно на годовые деловые расходы и останется полмиллиона на ремонт. Нам придется отложить ремонт, и нам нужно будет вложить средства в поголовье скота для получения сельскохозяйственной льготы. В доме уже есть солнечные батареи, так что мы сэкономим на этом немного денег, но нам понадобится помощники по хозяйству и, возможно, какая-нибудь горничная.

Мама ощетинилась.

— Мне никогда в жизни не были нужны горничные. Если ты достаточно взрослая, чтобы иметь свое собственное пространство, ты обязана содержать его в чистоте.

— Я не спорю, но главный дом огромен, и у нас есть еще казармы и офисы. Мы все будем очень заняты. Будет целая армия людей, которых нужно будет контролировать, принимать решения о ремонте, а у нас все еще остается наша обычная нагрузка, а также другие дела…

Мое время больше не принадлежало мне полностью. Часть его принадлежала моей семье и управлению нашим Домом, но другая, значительно большая часть, принадлежала штату Техас и сложным переплетениям, в которых были замешаны магические семьи.

Арабелла вылетела на балкон третьего этажа.

— Нравится ли мне это место? Нет. Я его обожаю!

Мама усмехнулась.

— Что ж, ты получила ее голос. Где вы с Алессандро остановились?

— Вон там. — Я указала налево, где на берегу озера стоял двухэтажный дом. — Он, наверное, сейчас там. Тебе нужно, чтобы я провела экскурсию тебе по главному дому?

Мама отмахнулась.

— Я сама разберусь. Иди к нему.