Читаем Человек без оболочки онлайн бесплатно
Роман Равдин. Человек без оболочки
---------------------------------------------------------------
© Copyright 1991 Роман Равдин
OCR: AVP
Date: 16 Feb 2015
---------------------------------------------------------------
Светлой памяти младшего брата Валентина,
кандидата технических наук посвящаю.
ВСЕ-ТАКИ ЭТО МОЖЕТ СЛУЧИТЬСЯ...
В шестидесятых годах все чаще стали появляться сенсационные сообщения о
каких-то таинственных опытах над психикой человека. Те, кто занимался ими,
предпочитали помалкивать, а если удавалось, то и скрывать свое лицо. В числе
первых, кто оценил великое значение этих научных поисков для продления жизни
человека, усиления его могущества над природой, были советские ученые. Вот,
к примеру, как однажды высказался по такому поводу в "Литературной газете"
наш известный хирург Н. М. Амосов:
"Конечно, хорошо, когда мозг живет вместе с телом и получает от него
радости. Но если это невозможно, то лучше один мозг, чем смерть... А то, что
голова без тела выглядит странно, так к любой странности можно привыкнуть. В
конце концов к голове можно приделать протез тела, и даже с управлением от
самого мозга".
Но с другой стороны, эти научные Поиски тотчас же стали объектом
особого интереса заправил военно-промышленного комплекса США, всерьез
вознамерившихся стать властелинами мира. И этот факт не на шутку встревожил
ученых и прогрессивных общественных деятелей, которые увидели в нем
зарождение новой угрозы человечеству, по своим масштабам не уступающей
термоядерной катастрофе, а, может, и превосходящей ее. Одним из них был
видный нейрофизиолог профессор Западного университета США Роберт Уайт.
"Сегодня существует опасность, какой не было лет двадцать назад,-- заявил он
еще в ноябре 1967 года.-- Опасность эта заключалась в том, что сейчас
становится возможным контролирование побуждений и действий человека после
впрыскивания определенных химических веществ или введения электрода в часть
его мозга. Не исключено, что данное научное открытие может попасть в руки
людей, которые воспользуются им, чтобы выращивать человекороботов...
Правда, мы еще очень далеки от того, чтобы подвергать человека риску
быть превращенным в домашнее животное, в робота. И все-таки... все-таки это
может случиться. Вдумайтесь: сейчас стало возможным пересадить голову с
одних плеч на другие, отныне можно изолировать мозг человека и заставить его
функционировать отдельно от тела"...
С тех пор прошло четверть века. Опыты над мозгом человека ныне
засекречены наглухо, из чего следует предположить, что идут они полным ходом
и не так уж далеки от завершения... Попробуем заглянуть в двадцать первый
век, ну, хотя бы в его первую четверть, до которой сегодня, можно сказать,
рукой подать.
Автор.
© Роман Равдин, 1991
ВМЕСТО ПРОЛОГА
Международное товарищество ученых
профессору, доктору медицины.
Многоуважаемый сэр!
Как нам стало известно, в Теритауне при Научном центре "Юнайтед стил"
успешно ведутся сложнейшие эксперименты над живым человеческим мозгом,
отделенным от тела. Имеются серьезные основания опасаться, что результатами
раннего научного поиска воспользуются военные. Тогда еще одно высочайшее
достижение науки будет грозить человечеству катастрофой, действительные
размеры которой сейчас даже трудно представить.
Настоящим Вам поручается ответственное на- блюдение за ходом
экспериментов. Обеспечьте безопасность нового научного открытия. Рассчиты-
вайте на любую помощь Товарищества.
Ждем регулярных сообщений.
По поручению Президиума МТУ --
Шарль Энье, академик
Мацумото Татикава, профессор.
Март 2019 года
Глава первая. ЧУДОВИЩНЫЙ СИМБИОЗ
-- Как пахнет герань
-- Атомная диверсия
-- Излучатель забвения
-- Алтарь сатаны
-- "Отныне ты будешь думать то, что хочу я!"
-- Разговор с погибшим
В память Притту навсегда врезались слова профессора бионики Миллса,
которые тот произнес на выпускном вечере в Рочестерском университете.
"Человек -- это не что иное, как комочек серого вещества, называемого
мозгом. Все остальное-- оболочка".
В тот год их, биоников, выпустили всего одиннадцать: десять парней и
одна девушка -- рыжая Маргрэт. Сколько он знал Миллса, тот любил напоминать,
что человек -- не более как машина, причем простейшая, самая экономичная,
прекрасно сработанная природой.
На вечере профессор был в ударе -- ему удалось, наконец, разгадать
секрет обонятельного импульса. Он мог теперь на своем биотроне
воспроизводить эти импульсы. И он пригласил всю свою группу прийти к нему
завтра в лабораторию.
Он усадил их за длинный стол, на котором стояли пять вазонов с геранью.
"Нюхайте, нюхайте. Не правда ли, чудесный аромат!.."
-- О, да, профессор,-- первой отозвалась Маргрэт и лукаво добавила: --
Я возьму на память цветочек?
--
Нет,-- весело отрезал профессор.-- Это может помешать нашему фокусу. А
теперь пошли за мной. Халаты -- в том шкафу.
Они прошли по коридору к центру здания, вступили на лифт-площадку,
которая подняла всех на третий этаж, и очутились в центре круглого зала. Ни
стен, ни окон.
Вместо них -- белые шкафы с приборами, электронные блоки и, наконец,
сам биотрон, занявший почти половину периметра зала. Дневной свет свободно
лился сквозь прозрачный купол крыши.
Возле пульта биотрона профессор сел в свое кресло лицом к студентам.
Протянув назад левую руку, он сделал несколько движений пальцами. На пульте
вспыхнули огоньки, и ребята услышали шорох позади себя. Из шкафа не спеша
катилась к ним тележка, превращаясь в кресло.
И точно, это было кресло. Оно мягко катилось на дутых шинах прямо на
Маргрэт. Девушка не успела отскочить, как оно само резко свернуло вправо и,
обогнув ее, замерло возле Миллса. Профессор предложил Маргрэт первой занять
место. Она села, удобно откинулась на легкую спинку.
-- Спокойно, мисс Тойнби, сейчас не двигайте головой. Так.
Позади девушки от блока бнотрона начал выдвигаться блестящий стержень,
несущий полукольцо. Креслр, на котором сидела Маргрэт, вновь ожило -- оно
подалось чуть влево, потом вправо и немного подтянулось к биотрону.
Полукольцо плотно охватило голову Маргрэт, примяв ее пышную прическу. Не
ожидавшая этого прикосновения, девушка тихо ойкнула и скосила глаза на
профессора. Он успокоил ее легким жестом руки.
-- А теперь прошу вас всех понюхать воздух,-- сказал их учитель и
вопросительно оглядел каждого.
-- Ничего особенного...
-- Как всегда в лаборатории.
-- У вас где-то греются провода,-- ответила Маргрэт.-- Чуточку
бакелитом пахнет.
-- Ну, милая, у вас отличнейший нюх! -- воскликнул Миллс.-- Вчера тут
исправляли повреждение и немного паяли. Вы указали мне на несовершенство
вентиляции. Благодарю вас... Но приступим к делу! -- и он повернулся к
пульту.
В руках профессора появилась записная книжка. Заглядывая в нее, он стал
осторожно поворачивать верньеры. На экране осциллографа появилась яркая
точка сигнала. Точка выросла в горошину, затем начала растягиваться в
полоску и, наконец, на экране вспыхнул зеленый протуберанец. О Маргрэт все
забыли, наблюдая это скачущее сияние. Профессор быстро перебирал ручки
верньеров, словно настраивал телевизор.
Только теперь студенты заметили сложный внешний рисунок графической
сетки на трубке осциллографа и поняли, что профессор стремится вогнать в
рамки этой сетки полыхающий сигнал. Вдруг в этой напряженной тишине
прозвучал комариный писк. Очевидно, это был сигнал готовности, потому что
профессор с видимым облегчением откинулся в кресле.
-- Пока это чертовски трудно,-- смущенно улыбаясь, сказал он, опять
повернувшись к студентам.-- Надо еще подумать о системе настройки. Она
отняла у нас почти четыре минуты. Ну, так чем пахнет наша лаборатория, мисс
Тойнби?
-- Да уже, кажется, ничем,-- скучным голосом отозвалась девушка.
-- Внимание... А сейчас? -- профессор щелкнул тумблером и повел
какой-то рычажок на себя.
-- М-м-м... Ведь это ваши цветы, профессор. Ну да, герань! Только они
гораздо сильней пахнут. Прямо одеколон! Ну их! Противно даже,-- Маргрэт
стала фыркать и махать рукой перед носом, словно отгоняла воздух.
-- ВсЈ,-- профессор отвел на место рычажок и снова щелкнул тумблером.--
Давайте вы, Притт..
С тех пор минуло много лет. Где они, его сокурсники? Разбрелись по
свету, устроились по разным фирмам, вы- пускающим кибернетические
устройства, самообучающихся роботов, которые могут поговорить с вами о
погоде и даже посоветовать, как следует одеться завтра с утра, после
полудня... Маргрэт удалось построить "Красавицу Лиззи", наделавшую много
шума во всем мире. Этот робот, отделанный под элегантную женщину, был
установлен в модном салоне братьев Салливэн и встречал своих живых знатных
сестер примерно такими словами: "Вы пришли сюда затем, чтобы выйти еще
прекраснее. Но как это сделать -- не знаете. Я постараюсь помочь вам".
После этого "Лиззи" приглашала женщину пройти с ней по залам, где
демонстрировались ткани и рекомендуемые модели одежды. У каждого стенда
"Лиззи" информировала заказчицу о качестве, прочности, практическом
применении этого вида ткани, времени исполнения заказа и цене его. И даже
отвечала на некоторые вопросы. На вопросы, не предусмотренные его
программой, робот отвечал: "Простите, мэм, на это лучше ответит вам мой шеф
мистер Кларк".
Если заказчица останавливала на чем-то свой выбор, "Лиззи" вручала ей
маленький блокнотик, просила записать пока индекс выбранной ткани и модели и
приглашала следовать дальше вдоль демонстрационных стендов. В конце осмотра
она заводила посетительницу в "Комнату окончательного выбора".
Здесь "Лиззи" просила клиентку повторить все записи в блокноте, после
чего предлагала женщине снять все одежды и встать на круглую площадку,
выделявшуюся в центре комнаты. Затем гас свет и включалось специальное
контрастирующее освещение. Круг, на котором стояла женщина, начинал медленно
вращаться, а "Лиззи", отойдя в сторону, внимательно наблюдала за линиями
обнаженного тела всеми своими двадцатью четырьмя электронно-оптическими
зрачками, скрытыми в ее одежде. Од- ного оборота было достаточно. Снова
включался нормальный свет, и, пока женщина одевалась, "Лиззи" обдумывала
ответ. Он был краток, но поразительно точен. В нем содержался трезвый учет
конституции тела, настроения и темперамента человека и, в какой-то степени,
ранее высказанного клиентом пожелания.
"Одеваться у "Лиззи" -- стало показателем хорошего тона и
благополучного состояния дел. Потому что стоимость заказанного по ее выбору
платья соперничала со стоимостью лучших марок машин.
Братья Салливэн процветали, и Маргрэт вскоре смогла построить себе
замечательный научный комплекс в родном штате Юта, на берегу Колорадо. Она
прислала Притту приглашение посетить ее лабораторию и помочь кое в чем. Он
обещал это сделать при первой возможности. Но не успел еще отправить письма
(конверт несколько дней валялся незапечатанным на столе), как пришло ужасное
известие: колоссальный взрыв поднял на воздух весь научный городок. Маргрэт
и несколько ее сотрудников погибли -- даже останков их не нашли...
Это событие сильно потрясло его. И не только потому, что он немного
любил эту взбалмошную девчонку. Притт понимал, что причиной взрыва не могла
явиться оплошность экспериментаторов: у них просто не было таких опасных
реагентов. И специалисты ФБР, обследовавшие место катастрофы, определили
четыре очага взрыва. Несомненно, кто-то разместил в научном городке
миниатюрные атомные радиомины, начиненные калифорнием. По сигналу, поданному
в эфир, они были взорваны в момент, когда Маргрэт и все ее сотрудники
собрались в лабораторном корпусе.
Что-либо другое трудно предположить. Ведь тот, кому вздумалось бы
убрать с дороги Маргрэт, мог бы сделать это куда проще: встретить ее ночью в
долине реки. Многим была известна ее привычка перед сном совершать прогулку
верхом на лошади.
Нет, это широко задуманная операция на уничтожение всего творения
ученого. И выполнена она каким-то конкурентом братьев Салливэн. В этом Притт
не сомневался, хотя ФБР объявило диверсию делом рук красных профсоюзов,
выступающих против замены людей роботами.
А не придется ли ему разделить участь Маргрэт?.. Правда, о его работе
должен знать весьма узкий круг лиц, в том числе, конечно, сам Главный босс
корпорации. Даже компаньоны пока не требуют от Главного отчета о ходе
экспериментов ради все той же конспирации.
Он решил, что завтра попросит аудиенции у Босса. На следующий день
сигнал "тета" застал его еще в постели. Он поднял голову. На столике
светился голубой аппарат. Вызывал директор Научного центра. В наушнике
прозвучал приятный голос мистера Майкла.
-- Доброе утро, мистер Притт. Извините за такую рань. Боялся вас не
застать. В 11.00 шеф ждет вас в Малом кабинете. Не знаю, по какому поводу.
Без доклада. Вас что-нибудь еще интересует?
-- Нет.
-- Тогда до свидания.
Голубое свечение померкло. Корпус аппарата снова стал белым, как и два
других, стоящих рядом.
Хитрая эта штука, "тет". Его совсем недавно придумал кто-то из Научного
центра. Патент на изобретение выкупила корпорация, так что о "тете" еще
никто не знал, кроме руководителей корпорации и главных специалистов. Во
всем это обычный радиотелефон, с той лишь "небольшой" разницей, что никто не
мог подслушать разговора двух абонентов. Сам радиосигнал мог поймать и
радиолюбитель, но расшифровать его не сумел бы ни один аппарат. В двух
аппаратах стояли детекторы -- половинки одного монокристалла. Кристалл был
получен из вещества, привезенного космической экспедицией. Повторить
монокристалл в таком же варианте атомной решетки было невозможно -- каждый
раз получалась другая решетка, хотя по всем основным физическим данным один
кристалл был совершенно похож на другой.
Полученный монокристалл разрезали лучом лазера на две части и заряжали
ими два аппарата. Изобретатель справедливо назвал свой радиотелефон
"тет-а-тет".
-- Нет ли у вас подозрений, Притт,-- без обиняков начал Босс, что,
впрочем, было его обычной манерой на деловых встречах с сотрудниками,-- нет
ли у вас подозрений, что кто-то хочет сунуть нос в ваши дела?
-- До сих пор не было,-- неуверенно сказал Притт.-- Парни из вашей
службы безопасности, вероятно, не зря едят свой хлеб.
-- Я тоже так думаю. И все же это дело,-- он показал на ворох газет с
заголовками, кричащими о таинственном взрыве на Колорадо,-- это дело не
выходит из головы. Я прикажу усилить охрану вашей лаборатории, но это может
дать обратный эффект: интерес к объекту пропорционален его охране. Если было
бы иначе, я не стал и отрывать вас от дела -- просто усилил бы стражу и все.
Сейчас я хочу знать, нет ли у науки более надежного способа защиты от
любопытных.
