Читаем Ренегат.UA онлайн бесплатно

Иногда кажется, что дождливая осень и затянувшаяся зима стремятся уничтожить украинскую провинцию. Но приходит весна, и все недостатки местного самоуправления скрываются свежей зеленью, прячась в тени благоухающих садов и цветущих растений. Коммунальщики приступают к сбору мусорного урожая, вылезшего из-под растаявших снегов. Перепрыгивая через громадные лужи на тротуарах, слышишь, как из открытых окон проезжающих машин оживленные солнечным теплом водители выкрикивают многоэтажные маты в адрес ремонтников дорожного полотна. Ближе к маю в воздухе растет плотность многоголосого шума разнообразных пернатых и человеческой суеты районного масштаба. Прогуливаясь неизменными за десятки лет улочками, так надышишься ароматными свечками каштанов, что резкий амбр вьетнамской «звездочки» для самого требовательного носа покажется чушью.

В один из таких майских дней начала третьего тысячелетия шел центральной улицей районного городка Александр навстречу компании таких, как он сам, — любителей собраться вечерком в одном из уличных кафе. Они даже название своему неформальному объединению придумали — клуб голых. Почему голых? А потому, что после употреблений разнообразных сортов пива, всяких «отверток» и «штопоров», игривая компашка продолжала свои развлечения в ночных купаниях на местных озерах в том самом виде, как это делали языческие предки на Ивана Купала.

Сексуальная революция в это время на всем постсоветском пространстве была в самом разгаре. Даже усатый Вальдемар, далеко не молодой человек, пытался произвести впечатление на присутствующих девиц, сигая в воду, как бешеный гиппопотам, хватая одну из них себе на плечи и устраивая гонки под хохот и визг женских сопрано. Тут даже сам Чапаев должен был ему позавидовать и за красивые природные усы, и за плавучесть его огромного тела с изящными пассажирками на «борту».

В провинции, где с культурным досугом всегда были большие проблемы, питейные заведения посещают представители всех слоев молодежи. К примеру, Владимир и Андрей, работающие в местном отделении Инвестбанка, любили завершать трудовой день полированием своих финансовых душ в тени пластиковых стен малобюджетного кафе. В таких небольших городках, где каждый прохожий или родственник, или кум, или знакомый друзей, жители спят как бы в одной общей постели, укрываясь единым одеялом, сотканным из местных слухов, сплетен и других провинциальных разговоров. Александр несколько лет был владельцем фирмы «Слинг», и его любые знакомства с банковскими служащими было вполне закономерны и объяснимы.

— Где бы мы еще встретились?! — послышался голос Володи, собиравшегося подсесть к уже хмельному от пива Александру. — Ты надумал уже или как? Сколько еще ждать? Да что я — люди ждут. Или тебе не нужны деньги?

Глядя на обычную физиономию Володьки, никогда не скажешь о его жидовской породе. И водку он трескал, как настоящий мексиканский мачо. Может это и есть тот самый случай, когда украинский климат оказался сильнее вековых генов Авраамовых предков. Видимо, именно эти гены и старались втянуть Саньку в весьма авантюрный проект, а проще говоря, самую обыкновенную финансовую аферу.

— Я не понимаю, что может тебя сдерживать? — продолжил Вовчик, рассматривая собеседника сквозь матовое стекло пивного бокала. — Фирма, которая будет регулярно перечислять деньги на твой счет, обеспечит стабильность финансового потока на сумму от ста до двухсот тысяч гривен в месяц. Твоя задача только снимать деньги и через меня передавать их хозяину, естественно, за вычетом процентов от выполненной работы.

— Привет, пацаны! — перебил банкира усатый Вальдемар. Его руки держали бутылку коньяку и огромный желтый лимон. — Едем сегодня как всегда на ближний карьер? Девчонки уже собрались, ждут фейерверков. Посмотрите, как они стреляют глазками, как отражается вечернее солнце на их обнаженных спинках. Давайте же что-то делать! Свои дела будете решать, когда все желания отсохнут. Не дай Бог, тьфу, тьфу, тьфу.

«Клуб голых» разместился в трех поношенных иномарках и с веселым гиканьем отправился к одному из озер неподалеку от центра.

Солнце уже село за горизонт, когда Вальдемар остановил свой седан возле самой воды. В это время на противоположном берегу озера завершали свою вечернюю «ванну» местные ребята. Торопливо натягивая шорты на еще влажные плавки, они с открытыми ртами разглядывали прелести обнаженных статисток, с визгом выскочивших из машин и мгновенно сбросивших с себя тонкие платьица, лифчики и трусики.

— Вальдемар, спасай нас! — прыгнули в воду две неразлучные лесбиянки, и «крейсер» Вальдемар медленно отчалил от берега, напуская волну на этих русалок. Он протиснул свои руки между их бедрами и подхватил обоих на буксир в большой поход к середине карьера.

— Ты посмотри, как взял?! И не вырвешься, — как бы возмутилась одна дрогнувшим от эротического сюрприза голосом. — Вальдемар, бери нас обоих в жены — не пожалеешь. Будем развлекать тебя с двойным эффектом, а по вечерам делать даблмассаж.

Подобная трескотня разносилась по всему берегу. Саня вышел из воды, накинул на себя рубашку и прилег на прохладную траву. Ночное небо было картинно укрыто мириадами далеких звезд, и дождь метеоров, хорошо видимых в это время года, как и тысячи лет назад, напоминал людям о быстроте и бренности человеческого существования. Рядом за кустами доносился сладкий стон какой-то парочки. Александр невольно присмотрелся. Нет, это была не парочка. Это был целый квартет, который двигался и хлюпал своими телами, будто принимал участие в соревнованиях за звание лучшего в сладкой эстафете. Все именно так и есть, как утверждал Кант, рассуждая о двух поразительных вещах — звездном небе над головой и моральном законе внутри нас.

Кто-то из четверки решил закончить. Квартет без замедления трансформировался в трио. Фигура из темноты приблизилась, и Александр увидел банкира. Обессиленный и взмокший Владимир подошел к машине, достал сигареты и, не обращая внимания на явную несвоевременность, продолжил свой недавний разговор, прерываясь глубокими затяжками табачного дыма.

— Бухгалтерские бумаги будешь выписывать согласно назначением платежей. Счет откроешь в нашем банке. Так я смогу беспрепятственно обеспечить наличкой весь процесс. Документацию подгонишь к правильному балансу. И все мы будем при «бабках». Главное, не забывать оставлять немного на налоги и процент банку за обнал. Решайся!

— Нужно думать, — вырвался из своих метафизических мыслей Александр. — Это не простое дело, как может показаться на первый взгляд. Ты же сам знаешь, что руководители банков по существующей инструкции обязаны сообщать в органы о фактах снятия со счетов больших сумм нала. Мне нужно время, чтобы придумать, как списывать средства с баланса, выстраивая четкую картинку в бухгалтерии на случай проверки. Нужны «левые» печати, договора, накладные, доверенности.

— Думай, но не затягивай. Клиент уйдет. Это же суперлегкие деньги. Поверь, Сань, все будет нормально, — подмигнул Вовчик и пошел к воде смывать запахи прошедшей вакханалии.

Но не тот был настрой у Александра. В его голове все еще доминировали времена, когда он гонял эшелонами по всей стране поваренную соль из Артемовска, подписывал выгодные договора, проводил тройные бартерные операции, разводил лохов, а иногда разводился по глупости и наивности сам. Даже успел создать небольшое производство по упаковке соли в полиэтилен. Помнил он и «черный» август 98-го, когда доллар неожиданно подскочил втрое. Должники не торопились рассчитаться и скупали валюту, в ожидании дальнейшего роста курса, а кредиторы угрожали вендеттой за любую просрочку. Так все с молотка и ушло. Как поет Пугачева: «Было все и ничего нету, и наши лица — лишь отраженье в воде». Тут Саня очень хорошо прочувствовал, какая на вкус водочка и в чем разница между ее названиями. Так прочувствовал, что даже самогон пошел в дело, как рижский бальзам.

Может так «беленькой» все бы и кончилось, если бы не встретилась на его хмельном пути Алена. Красивая, неглупая и, главное, понимающая. Но если есть желание, чтобы такая девушка хоть одним глазком обратила на тебя внимание, нужно не только сопли вытереть, но и на ноги встать, как в прямом, так и в переносном смысле. И Александр понимал, что реальный выход был только один — принять предложение Володи.

Счет в отделении Инвестбанка был открыт с утра, и уже к обеду от фирмы «Инжсервис», партнера по финансовой афере, поступили первые деньги. Согласно договоренности три процента Саша оставлял себе, один законно забирал банк, а остальные деньги Владимир возвращал клиенту, имея с него свой посреднический процент. Такая процедура проходила два-три раза в неделю, а раз в месяц Александр получал бумагу с раскладом материалов до последнего гвоздя и кирпича, которые «Слинг» якобы отпускал клиенту за перечисленные ему для обычного обнала деньги.

— Сегодня на ужин спагетти c токайским соусом и шампиньонами.

— Обожаю грибы, — отрываясь от хитросплетений в накладных, улыбнулся Саня. Очередной месяц подходил к концу, поэтому весь день был посвящен созданию бутафорной бухгалтерии.

— У меня все на столе. Ты скоро? — поинтересовалась Алена, глядя на разбросанные по комнате бланки и договора. — Тебе не тяжело это делать самому?

— Сложного в этом ничего нет. Нужно лишь правильно совместить количество как бы проданного товара с якобы купленным. Затем верно расставить даты в накладных, выписать необходимые доверенности и расписать весь баланс по книгам. Это только занимает время.

— А в налоговой разве не поймут?

— Ты ошибаешься, как и большинство людей. Налоговики занимаются налогами. Им по большому счету плевать, что и где покупается или продается. Главное, чтобы налог с доходной части совпадал с заявленным в декларации и был оплачен без опозданий. И не важно одна это гривна или миллион.

— А если проверка?

— Вопрос в десятку! Но комплексная проверка случается не сразу, а только после определенного срока деятельности. «Слинг» только начал эту работу. А через пол года я сменю фирму.

— Ты будешь регистрировать новое предприятие?

— Оно уже существует и ждет своего часа, — Александр собрал бумаги и довольно посмотрел на Алену. — Идем ужинать. Холодные спагетти теряют свой вкус, даже если они с грибами. Кстати, ты помнишь, что в следующую субботу выполняется ровно два месяца со дня нашего знакомства.

— Мы будем отмечать это ежемесячно?

— Даже чаще. Например, как тебе такая дата: три года, три месяца и три дня?

— И три часа.

— И даже три минуты. Я каждое мгновение ликую, что ты рядом. Поэтому предлагаю в субботу отметиться в кабачке с мексиканской кухней.

— А театр?

— Выбирай: Ивана Франка, «Драмы и комедии», «Браво» или «Русская драма».

— Ловлю на слове.

— Ты меня уже давно поймала… целиком.

Субботнее утро было настолько жарким, что Александр предложил сначала двинуться на пляж, а ближе к вечеру отправиться в столичный ресторан и, конечно же, в театр. Но Алена обещала заскочить к подруге, поэтому пришлось брать с собой и ее.

— Сейчас едем на рынок, потом забираем двух пассажирок и рвем на карьер. Часа через три возвращаемся в город, приводим себя в порядок и отправляемся в Киев, — сообщил водителю о маршруте Александр, и синий Ford рванул с привокзалки по узким улицам районного центра.

Август 2000-го выдался чрезвычайно жарким. В городке днем было безлюдно, а торговля арбузами на рынке проходила крайне вяло. Даже мухам было тяжело летать. Спастись от безжалостного солнца можно было только на пляже или в нескольких прудах, расположенных по периметру живописного холма, на котором уже больше шестисот лет располагался флегматичный райцентр.

Александр любил примерять на города человеческие обличия. Киев в его представлении создавал образ доброго и приветливого деда, характер которого по своему темпераменту напоминает оптимистичного сангвиника. Тетка Москва, наоборот, деловой и циничный холерик, а Питер — не иначе, как романтичный меланхолик. Впрочем, любой город, позволяющий создавать о себе впечатление характером архитектурного стиля и нравом его жителей, всегда сможет рассчитывать на личностную характеристику. Поэтому темперамент большинства провинциальных украинских городков можно сравнить с душевными настроениями странных, загадочных и «мутных» флегматиков. А большинство их жителей, желали бы работать и жить в столице, или хотя бы в областных центрах. Некоторые ясновидящие утверждают, что в украинской провинции немало городов располагаются на перекрестках негативных энергетических полей, создающих его обитателям весьма противоречивые настроения.

Но что-то особенное есть в этой провинции. В ее обычных квадратных метрах был какой-то изюм, понятный только тем, кто блуждал улицами этих городков на протяжении многих лет. Исчезали старые дома, появлялись новые сооружения, вырастали дети, менялась эпоха, но что-то навсегда оставалось неизменным, вековым.

Гора херсонских арбузов, размеры которых больше напоминали ядра царь пушки, чем сладкие ягоды таврийских степей, была хорошо видна уже при подъезде к рынку. Загрузив всего двумя «полосатиками» весь багажник, отправились за Аленой и Наташей. Уже через пол часа машина неслась по главной улице села, приближаясь к долгожданной водной прохладе.

А на пруду не то, что яблоку негде было упасть, но даже семечкам рассыпаться. По периметру берега семейные пары чередовались с компаниями молодежи. Чей-то малыш бегал с полным ртом и, споткнувшись, чуть не подавился едой. Крошечная девчонка никак не хотела вылезать из воды, а бабка пробовала ее пугать ремнем, бормоча о недостатках в воспитании. Пузатые мужички хлебали холодное пиво и бросали картами в одеяло. Зрелые женщины в соломенных шляпах рассказывали о своих болячках, а девушки жадно принимали халявный природный солярий. Это — городские провинциалы. И только в дальнем углу пляжей можно было заметить местных сельских ребят, сбежавших на велосипедах от несладкого домашнего хозяйства.

— В такую жару лучше быть ихтиандром, — сделал вывод Саня, срывая на ходу одежду. Девушки не спешили. Не зря ученые говорят, что женский организм выносливее, а их родная планета — Венера, где среднегодовая температура намного выше Земной. К тому же, женщины в трудных жизненных ситуациях изобретательнее мужчин. И этому существует много примеров как исторических, так и современных.

Они купались, разговаривали, ели арбузы, кидали друг на друга многозначительные взгляды. Алена позволила Саше собрать арбузные зерна, упавшие на ее горячее от солнечных лучей тело. Он едва сдерживал себя, ведь вокруг были люди. Но все страстные прикосновения позволила скрыть вода, давая парню и девушке понять, что они созданы друг для друга.