Читаем Ремесло древней Руси онлайн бесплатно

Задачей предлагаемой работы является изучение важнейшей части того хозяйственного фундамента, на котором строилась блестящая культура Киевской Руси, а впоследствии создавалось русское национальное государство — изучение промышленности, ее техники, организации и ее удельного веса в общей системе русского исторического процесса.

Количество разнообразных источников по истории русской средневековой промышленности в настоящее время значительно возросло по сравнению с тем их объемом, которым располагал в 60-х годах Н. Аристов, создавая свою работу «Промышленность древней Руси».

Обилие новых, в большинство своем неопубликованных, материалов потребовало новой сводки фактических данных и новой их исторической интерпретации в соответствии с современным уровнем научной мысли, обогащенной марксистско-ленинским мировоззрением.

Основные фазы развития русской докапиталистической промышленности определены В.И. Лениным так:

«Первой формой промышленности, отрываемой от патриархального земледелия, является ремесло, т. е. производство изделий по заказу потребителя… Будучи необходимой составной частью городского быта, ремесло распространено в значительной степени и в деревнях, служа дополнением крестьянского хозяйства…»[1]

Далее В.И. Ленин намечает постепенный переход отдельных мелких товаропроизводителей к производству на рынок:

«Постепенность перехода усиливается еще тем, что рынок для сбыта изделий бывает первоначально крайне узким, так что расстояние между производителем и потребителем увеличивается весьма незначительно… Дальнейшее развитие товарного хозяйства выражается расширением торговли, появлением специалистов торговцев-скупщиков; рынком для сбыта изделий служит не мелкий сельский базар или ярмарка, а целая область, затем вся страна, а иногда даже и другие страны»[2].

Господствовавшей формой русской средневековой промышленности было ремесло. Только некоторые отдельные производства переросли уровень ремесленной промышленности и достигли более высоких ступеней развития, вплоть до сбыта товаров на широкий рынок (в том числе и внешний) при посредстве скупщиков (см. разделы «Производство стекла» и «Овручские камнерезы»). Ремесло как основная форма феодальной промышленности определило название данной работы.

Хронологические рамки требуют некоторых обоснований. Работа распадается на две части:

1) с древнейших времен до середины XIII в.

2) с середины XIII в. до второй половины XV в.

Внутри этих крупных отрезков времени необходима дополнительная более детальная периодизация. Так, прежде всего, необходимо в первой части подробно остановиться на происхождении русского ремесла, на эпохе, предшествующей созданию Киевского государства.

Необходимость эта вызвана прочно укоренившимися в буржуазной исторической литературе норманнистическими воззрениями, принижавшими древнюю славянскую и, в частности, русскую культуру. Нигде не было такого произвола норманнистических фальсификаций, как в области славянских древностей IV–IX вв.

Вся культура восточных славян приписывалась творческой роли готов или варягов, весь яркий археологический материал объявлялся готским, а славянам отводилась роль пассивных дикарей — «вынужденных амфибий», по выражению Я. Пейскера, заставляющего вспомнить известную оценку М.В. Ломоносова, данную им русской грамматике А. Шлецера, в которой последний всяческими фальсификациями пытался приписать всю русскую культуру влиянию германцев: «Из сего заключить должно, каких гнусных пакостей не наколобродит в российских древностях такая допущенная в них скотина»[3].

В еще большей мере эта прямая и беспощадная оценка приложима к фашистским «теоретикам», пытавшимся объявить славянские народы неполноценными в культурном отношении.

Произведенный пересмотр готской проблемы показал, что весь материал, привлекавшийся подобными «теоретиками» для ее решения в пользу «великой германской расы», на самом деле является очень ценным источником для воссоздания истории славянских племен Среднего Приднепровья в венедский (IV–V вв.) и антский (VI–VIII вв.) периоды, связывающим историю Киевщины и Поросья в один непрерывный исторический процесс от первых веков нашей эры до расцвета Киевской Руси.

В качестве хронологического рубежа между первой и второй частью взят наиболее определенный исторический момент — нашествие монголов 1237–1241 гг., приведшее к разгрому и расхищению русских культурных ценностей и задержавшее развитие русской культуры на целых полтора столетия.

Значительно труднее определить границы второй части. Эпоха Ивана III, эпоха создания обширного национального государства, сама по себе является хронологическим рубежом, отделяющим раздробленную удельную Русь от нового государства, причем и по характеру источников и по отраженным в них новым отношениям время Ивана III (1462–1505) в большей мере связано с последующим периодом, чем с пройденным. Все это заставило довести исчерпывающее изложение, примерно, до 1462 г., а материалы конца XV в. использовать лишь в той мере, в какой они были необходимы для получения исторической перспективы, для определения результатов предшествующего развития. Считая, что изучение русского ремесла конца XV в. должно быть произведено в связи с историей ремесла XVI в., я пользовался материалами этой переходной эпохи для ретроспективного освещения более раннего времени, источники по которому несравненно скуднее.

Внутри каждой части материал сгруппирован следующим образом: во-первых, везде проведено разделение на городское и деревенское ремесло, а, во-вторых, анализ техники и обзор сохранившейся продукции выделены в особые разделы, а социальная организация ремесла и положение ремесленников — в другие разделы.

Большое внимание уделено технике каждого производства, так как зачастую только внимательный анализ техники позволял определять дату, устанавливать направление развития ремесла, а в некоторых случаях восстановление технологического процесса позволяло определять организацию ремесла.

Для эпохи XI–XIII вв. состояние источников позволило посвятить особую главу формам сбыта и определению районов сбыта ремесленной продукции. Б связи с тем, что ленинская периодизация истории промышленности основана на формах сбыта и связей производителя с потребителем, данная глава представлялась совершенно необходимой, хотя речь в ней идет не столько о ремесле, сколько о торговле.

Во второй части особая глава отведена проблеме ремесленных корпораций в крупных русских городах XIV–XV вв. Таким образом, вся работа подразделяется на следующие главы:

Часть первая

Глава I. История вопроса, источники и методы работы

II. Происхождение русского ремесла (IV–VIII вв.)

III. Деревенское ремесло IX–XIII вв.

IV. Городское ремесло IX–XIII вв.

V. Сбыт продукции в IX–XIII вв.

VI. Ремесленники: а) деревенские, б) вотчинные, в) городские.

Часть вторая

Глава VII. Влияние татаро-монгольского нашествия на развитие русского ремесла

VIII. Деревенское и вотчинное ремесло XIII–XV вв.

IX. Городское ремесло XIII–XV вв.

X. Городские ремесленники XIII–XV вв.

XI. Организация городских ремесленников XIV–XV вв.

XII. Заключение

Автор лучше, чем кто-либо из читателей, сознает недостатки своей работы. Многие из разделов книги требуют дальнейшего тщательного доследования и могут быть расширены до пределов самостоятельных монографий. Это — дело будущего.

Три важнейших раздела средневекового хозяйства — земледелие, ремесло и торговля — очень неравномерно представлены в русской историографии. Больше всего внимания было уделено древнерусской торговле; многочисленные исследования историков, экономистов и юристов позволили создать разработанную историю внешних торговых связей. При создании той или иной исторической концепции обычно принимались во внимание вопросы внешней торговли, интересами которой часто объясняли многие явления политической жизни древней Руси.

Одностороннее изучение торговли нередко приводило к переоценке ее исторической роли и к искаженному изображению всей средневековой экономики. Почти во всех работах русских историков торговля заслоняла собой ремесло, импорт подменял местное производство. История русского ремесла оставалась в тени; специальных исследований написано было мало, а написанное очень незначительно влияло на общеисторические работы. В слабой изученности русского ремесла в значительной мере повинны наши письменные источники XI–XV вв., скупые в отношении фактов производственной жизни.

Впервые ремесла упоминаются в связи с мифами о языческих богах и героях. Древнейшее упоминание мифов, связанных с происхождением ремесел, мы находим в переведенной еще в XI в. хронике Георгия Амартола: «Зевесь бо, глаголють, созданию козни обретатель бысть… Нифест [Гефест] же коузньцю… Афина же ткание, Ира [Гера] же одежею, Димитр же ролью…»[4]

Ипатьевская летопись передает по случайному поводу интересный миф о языческом боге-кузнеце Свароге. Этот бог в представлении киевлянина XII в. смешивался с греческим Гефестом, но место его деятельности перенесено в Египет, очевидно, в связи с тем, что Египет считался колыбелью человеческой культуры. До Сварога люди не платили дани царям, не знали моногамной семьи и вместо оружия «палицами и каменiем бьяхуся».

При Свароге-Гефесте «спадоша клещ? с небес?, нача ковати оружье», затем он установил единобрачие, а при сыне Даждьбоге Солнце «начаша челов?ци дань давати царям»[5].

К сожалению, эту любопытную страницу русской языческой космогонии мы узнали лишь случайно, благодаря тому, что автор летописи, побывавший в Старой Ладоге, решил рассказать о стеклянных бусах, вымываемых Волховом, и для убедительности сообщил несколько других легенд, в том числе и легенду о падении клещей с неба.

Хронистов и историков XVI–XVII вв. история ремесла не интересовала. Даже специальные работы по экономике русского государства в XVII в. (Г. Котошихин, Ю. Крижанич) не содержат никаких исторических ссылок.

В.Н. Татищев был первым русским историком, обратившим внимание на важность и историческую роль ремесла. В этом сказался и характер всей его эпохи, и деятельность самого Татищева в области русской промышленности.

Разбирая причины возникновения государства, Татищев пишет, что, помимо необходимости совместной защиты, объединение вызывалось разделением труда и возникавшим из него обменом: «для того разных промыслов и ремесл люди совокупились, дабы всяк свободно потребное себе в близости достать… и все обще о пользе и защите всего сообщества обязались, чрез что гражданство начало возъимело»[6].

Если Татищев совершенно правильно связывал происхождение городов с развитием ремесла («ремесла — причина градом»)[7], то Н.М. Карамзин считал ремесла производными от города, говоря, что «… торговля, роскошь, мало-помалу образовали людей особенно искусных в некоторых художествах…»[8]

Ремеслу в карамзинской истории отведено очень скромное место; обычно он ограничивается беглыми упоминаниями[9].

Специальное изучение русского ремесла началось, естественно, с того исторического периода, от которого дошло наибольшее число разнородных источников, т. е. с XVI–XVII вв.[10] Предшествующий период из-за скудности материалов долго не привлекал исследователей.

В 1837 г. вышла в свет первая история русской промышленности, в которой несмотря на краткость изложения и отсутствие аргументации содержится ряд полезных сведений.

Являясь безымянным дополнением к переводной истории промышленности, эта русская статья оказалась значительно серьезней и научней своей французской основы.

Вся история русской промышленности разбита автором на 5 периодов: 1) с древнейших времен до начала XIII в.; 2) с начала XIII в. до половины XVI в.; 3) с половины XVI в. до начала XVIII в.; 4) XVIII в.; 5) 1800–1837 гг.[11]

Этому делению нельзя отказать в известной органичности. Понимая под промышленностью все хозяйство вообще, автор отмечает важную роль земледелия в экономике древних славян и подробно останавливается на выделке оружия и разных хозяйственных предметов русскими ремесленниками. Правильно подмечены положительное влияние Византии на развитие русского ремесла и отрицательная роль монголов[12].

Возрождение ремесла связывается с усилением политического значения Москвы. Не оставлена в тени и социальная сторона[13]. Все это делает данную работу интересной и четкой по своим выводам.

В первой половине XIX в. начал накапливаться археологический материал, познакомивший ученых с подлинными произведениями древнерусских мастеров.

Находка так называемой «черниговской гривны» в 1821 г. и знаменитого старорязанского клада вещей с перегородчатой эмалью в 1822 г. вызвала к жизни обширную литературу и впервые пробудила интерес к русским древностям[14].

В 1824 г. в Киеве был найден второй клад вещей с эмалью, вскоре бесследно исчезнувший[15].

Интересно отметить, что клад, попавший в руки к антикварам, вызвал целый ряд подражаний. Поддельные вещи, изготовленные ювелиром XIX в., своею грубостью подчеркивают тонкость и изящество подлинных произведений древнерусского искусства[16].

В 1822 г. появляется первая сводка известных тогда древнерусских вещей[17].

В сороковые годы XIX в. была предпринята широкая публикация произведений древнерусского ремесла, преимущественно ювелирного. И. Снегирев издает свои «Памятники Московской древности», в которые включены и вещи домонгольской эпохи[18], и вслед за ними — роскошно иллюстрированные «Древности Российского государства», снабжая оба издания разысканиями о технике изготовления, стиле и датировке издаваемых предметов[19]. Изредка в это время появлялись статьи о технике древнего ремесла[20] и публикации отдельных музейных собраний[21]. Собственно археологический материал, добытый путем раскопок, еще очень мало вошел тогда в обиход науки. Раскопки среднерусских курганов, начавшиеся в 1838 г.[22], прошли незамеченными для историков.

Первые работы по специальному исследованию древнерусского ремесла принадлежат И.Е. Забелину[23].

Забелиным использованы все виды исторических источников, известных в его время. Он одинаково включает в свое исследование и выписки из летописи, житий и грамот, и рецепты XVII в., и подлинные древние вещи, анализируя технику их изготовления. К сожалению, древнейшая эпоха истории русского ремесла с X по XV век освещена в обеих статьях крайне сжато.