Читаем Райнхард Гейдрих — паладин Гитлера (сборник) онлайн бесплатно

Райнхард Гейдрих являлся, несомненно, одной из самых одиозных фигур Третьего рейха. Все в его мыслях было подчинено захвату и целевому использованию власти.

Некоторые историки сравнивают его с таким видным деятелем Французской революции, как Антуан Сен-Жюст. Но это сравнение не совсем точно, так как шеф Главного управления имперской безопасности рейха намного превзошел в своих преступлениях этого прототипа Робеспьера и был далек от идеализма французского доктринера и революционного фанатика. Гейдрих не испытывал той ненависти к своим жертвам, которая была присуща Сен-Жюсту, но люто ненавидел своих личных врагов. Не отличался Гейдрих и идеологической неприязнью. К любому мировоззрению, включая «коричневое», он относился с презрением (Можно полагать, что он не прочитал целиком даже гитлеровскую «Майн кампф».)[1].

В качестве его исторического аналога можно, пожалуй, говорить о Цезаре Борджиа. Он также не признавал никаких этических ценностей, обладал холодным интеллектом и холодной душой, был весьма расчетливым и амбициозным, имея «эффектную внешность падшего ангела».

У Гейдриха превалировали наиболее элементарные и инстинктивные чувства. Не государство, а власть — его личная власть была его богом. Вопрос об объекте власти у него не возникал, так как он воспринимал ее как объект.

Он не забивал себе голову моральными ценностями. Истина и добродетель не имели для него никакого значения. Их он рассматривал в качестве инструмента для приобретения еще большей власти. Все, что служило этому делу, было правильным и хорошим. Политика тоже была для него не более чем ступень на пути к власти. Размышлять о правомерности той или иной акции он считал глупым и подобными вопросами даже не задавался.

Вся служба его в рядах СС представляла собой непрерывную цепь убийств. В борьбе за власть он уничтожал людей, которых невзлюбил, соперников, находившихся к нему в оппозиции, и тех, кому не доверял Человеческая жизнь в его глазах не представляла никакой ценности. Он был, по сути дела, нигилистом в самом широком смысле этого слова. Его преступления диктовались точнейшим расчетом, на который не оказывали никакого влияния душевные порывы или угрызения совести. Недаром Гитлер называл Гейдриха «человеком с железным сердцем».

Главное же — его преступления совершались не во имя великого дела, а в личных интересах.

Империя его интересовала мало, в ней ему нужна была только власть. Он не намеревался служить немецкому народу, а стремился лишь укрепить собственный авторитет.

Какую основную цель преследовал Гейдрих? Об этом никто не может сказать с полной достоверностью, так как он не говорил даже с самыми близкими ему людьми. Однако под влиянием излишне выпитого язык его иногда развязывался, и из его рассуждений становилось ясно, что он стремился стать «выдающейся личностью в Третьем рейхе». Однажды он даже высказал мысль о необходимости разъединения должностей фюрера и канцлера, причем фюреру должна быть отведена представительская роль как президенту страны. Канцлером же должен был стать человек, обладавший реальной властью. Именно на этом посту Гейдрих и намеревался потрудиться.

Следует отметить, что он не был бесплодным мечтателем, а шел планомерно от одной задачи к другой, тщательно их разрабатывая. Важнейшим шагом к посту канцлера он считал должность министра внутренних дел при объединении полиции безопасности и общей полиции под своим контролем Не командуя ни полицией, которая будет подчиняться министру внутренних дел, ни войсками СС, которые в военное время войдут в состав вооруженных сил, Гиммлер, по его мнению, мог бы остаться номинально рейхсфюрером СС, но с малозначимой позицией.

У Гейдриха не было безоговорочной веры в Гитлера. Он мог вполне представить себе Германию без Гитлера, но не без себя самого. Целый ряд его бывших сотрудников придерживались мнения, что, будь Гейдрих жив, он вполне мог оказаться в числе заговорщиков против фюрера. Еще в 1941 году в Бад-Кройцнахе Гейдрих высказал мнение, «что СС окажется в числе первых, кто обезвредит Гитлера, если тот станет делать глупости».

Многие историки считают Гейдриха только хорошим исполнителем, но это далеко не так. Ведь все операции, в которых он участвовал, осуществлялись либо с его подачи, либо по его инициативе, а их он тщательно обдумывал и планировал, определяя цели и характер. Так что его исполнительность была лишь маской, которую он наверняка бы сбросил впоследствии.

Американский журналист и публицист Джон Гантер в конце 30-х годов отмечал: «За Гиммлером стоит фигура еще более мрачная — Гейдрих. Поговаривают, что Гиммлер — только „ширма“ для этого во многом более жестокого и опасного человека».

А Вальтер Шелленберг[2], бывший шефом внешней (политической) разведки Главного управления имперской безопасности, характеризовал Гейдриха как «скрытую ось, вокруг которой вращался нацистский режим».

Вместе с тем стоит отметить, пожалуй, и то, что ни в Германии, ни в какой-либо другой стране не было сооружений, призванных увековечить память Гейдриха. Единственная стела, возведенная в Праге, и та была разрушена в 1945 году, после окончания войны. Правда, осталась все же его посмертная маска, но и к ней коллекционеры никакого внимания не проявляют. Нет у него и последователей.

Гейдрих родился 7 марта 1904 года в Галле-на-Заале (Саксония) в семье директора консерватории, бывшего оперного певца Бруно Гейдриха. Мать его — бывшая актриса. В семье он был вторым сыном и получил имя Райнхард Тристан (в честь героя оперы Вагнера «Тристан и Изольда»). Братьев его звали Томас и Хайнц. (Оба в своей жизни никаких высот не достигли.)

В школе Райнхард отличался упрямством и стремлением как-то выделиться среди остальных учеников. Так, однажды во время школьной перемены он залез на крышу трехэтажного здания и на виду у всех прошел по ее краю (в случае падения он мог бы разбиться чуть ли не насмерть). Поехав в Швейцарию в порядке обмена школьниками, он ночью забрался на крышу здания гостиницы, в которой они были размещены, и вывесил немецкий флаг со свастикой.

В школе (как, впрочем, и вообще в жизни) друзей у него практически не было, так как он предпочитал быть в одиночестве.

За необычно высокий голос Райнхард Гейдрих получил в школе прозвище «Коза», в старших же классах гимназии его звали «Изя» (еврейское имя). Отца его, Бруно, горожане почему-то считали евреем. Масла в огонь подлило и то обстоятельство, что его мать после смерти мужа вышла вторично замуж за некоего Зюсса. (Фамилия-то было явно еврейской.)

В школе у Райнхарда проявились музыкальные способности, и он научился весьма неплохо играть на скрипке.

Его жизнь проходила в республиканской послевоенной Германии. Окончив в шестнадцать лет гимназию, преследуемый послевоенной нуждой и инфляцией Райнхард вступил в добровольческий корпус (фрайкор) генерала Меркера. Возвратившись домой, он уже знал, кем станет — офицером. Гейдрих избрал морскую службу, считая, что только она сможет удовлетворить его тягу к приключениям и обеспечить безбедное существование.

В 1922 году он оказался в Киле, где и надел форму морского кадета На борту учебного крейсера «Берлин» Гейдрих отличался математическими и навигаторскими способностями.

Амбициозность и стремление быть во всем первым привели к тому, что он стал заниматься фехтованием, скоро превратившись в серьезного конкурента даже мастерам этого вида спорта. В последующем он занялся еще и конным спортом, в котором также вышел на передовые позиции.

К 24—25-летнему возрасту внешность его вполне отвечала арийским стандартам (в конце 30-х годов он стал чуть ли не эталоном арийца): блондин («белокурая бестия»), высокого роста, узкое продолговатое лицо, очень высокий лоб и голубые глаза (правда, маленькие и монголовидного типа, с неким звериным прищуром), атлетического сложения. Определенную угловатость его фигуре, однако, придавали слишком широкие женственные бедра.

Служба его шла довольно успешно: в 1926 году он получил звание лейтенанта, в 1928 году — обер-лейтенанта, так как считался перспективным офицером Окончив курсы, он был назначен офицером связи на флагманский корабль «Шлезвиг-Голштиния».

У сослуживцев, однако, любовью и уважением он не пользовался. Матросы же его попросту ненавидели за высокомерие.

Гейдриху казалось, что его офицерская карьера уже обеспечена. Но было одно «но». К тому времени он становится патологическим коллекционером женщин, имеет связи с гулящими девицами, девушками из простых семей и даже высоких слоев общества. На этом он, как говорится, и погорел.

Как-то вечером летом 1930 года с одним из товарищей он вышел на прогулку в море на байдарке. Вскоре они увидели опрокинувшуюся лодку и двух тонущих девушек. Парни, конечно же, попрыгали в воду и спасли их.

Одной из девушек оказалась красавица Лина фон Остен, дочь школьного учителя с острова Фемарн. Знакомство с нею перешло в связь, закончившуюся помолвкой в декабре того же года.

И вот тут-то появилась одна из его старых знакомых (по одним сведениям, дочь директора «ИГ Фарбен», по другим — дочь местного архитектора), которая предъявила к нему свои требования. Когда разговоры ничего не дали, ее отец нашел возможность обратиться к командующему флотом адмиралу Рёдеру[3]. Командование рекомендовало Гейдриху порвать с Линой и жениться на девице, ждавшей от него ребенка. Поскольку Райнхард отказался, вопрос был передан на рассмотрение офицерского суда чести.

В суд чести вошли четыре адмирала, начальник военно-морской базы и бывший преподаватель Гейдриха на курсах связи.

Своим высокомерным поведением, попытками свалить всю вину на пожаловавшуюся девицу и заявлением, что он сам лучше знает, как следует поступить офицеру, Гейдрих настроил суд против себя. За «недостойное поведение и нарушение кодекса офицерской чести» адмирал Рёдер без промедления уволил его.

Карьера кадрового офицера и морская карьера были на этом для Гейдриха закончены. С высот ультраконсервативного флота он был выброшен в самые низы — шестимиллионную армию безработных.

Оставшись без средств к существованию, Гейдрих решил, что возвращаться в родительский дом в Галле смысла нет, и стал серьезно подумывать о службе в торговом флоте. Однако жена его Лина, бывшая без ума от фюрера, считала, что Райнхард должен найти свое призвание в национал-социализме, и предложила ему вступить в СС[4], члены которой носили форму, о которой всегда мечтал Гейдрих. Сын его крестной тетки, барон Фридрих Карл фон Эберштайн (друг детства Гейдриха), бывший в то время одним из руководителей мюнхенской СА[5], помог в этом плане Райни (уменьшительно-ласкательное от Райнхард), познакомив его с Гиммлером[6].

Тот как раз искал человека для планировавшейся службы безопасности. В июне 1931 года Гейдрих появился у него на квартире. Объяснив свое намерение, Гиммлер предложил Райнхарду изложить в письменной форме соображения по структуре СД[7]. Предложения Гейдриха рейхсфюреру СС понравились. Кроме того, ему импонировало то, что молодой офицер был «выброшен за борт реакционным адмиралитетом за его симпатии к национал-социалистам» (так интерпретировал свой уход с флота Райнхард), а его должность офицера связи Гиммлер воспринял вообще как разведывательную.

В Гамбург, где тогда находился Гейдрих, в начале октября 1931 года поступило указание из Мюнхена: «Партайгеноссе[8] Райнхард Гейдрих, членский номер 544916, вводится незамедлительно в состав штаба рейхсфюрера СС».

Через несколько дней, прибыв в Мюнхен и подучив звание штурмфюрера СС (что соответствовало армейскому лейтенанту), Гейдрих приступил к работе После этого по служебной лестнице он шел легко и быстро, перепрыгивая через ступени:

— 1931 год — хауптштурмфюрер (капитан);

— 1932 год — оберштурмбаннфюрер (подполковник);

— 1933 год — оберфюрер (полковник);

— 1938 год — группенфюрер (генерал-майор);

— 1941 год — обергруппенфюрер (генерал-лейтенант).

Да это и неудивительно, так как Гиммлер поощрял все его начинания, инстинктивно чувствуя, что случай привел к нему «прирожденного контрразведчика», обладавшего здравым умом, знавшего все нити и понимавшего, за какие из них следовало дернуть.

Он был подобен дикому зверю, «бывшему постоянно настороже, чувствовавшему опасность и относившемуся подозрительно ко всему и всем». Обладая неким шестым чувством, Гейдрих был способен разгадывать самые тонкие ходы противников. Сам Гиммлер дал ему следующую характеристику: «Он обладал необычайным даром оценки людей и мог предсказать с поразительной точностью поступки не только врагов, но и друзей».

Гейдрих принял участие в разработке символики СС, а затем предложил план, по которому СС с приходом нацистов к власти должна была установить в качестве первого своего шага контроль за всей полицейской системой государства, в результате чего получить реальную власть. Ему же принадлежала идея трансформировать СС в элиту Третьего рейха и осуществить прогрессивное развитие СС. Далее он подготовил и стал успешно внедрять в практику не только схему двойного подчинения (высшие офицеры СС занимали важнейшие позиции во всех отраслях промышленности, в административном аппарате и в партийной иерархии, оставаясь в подчинении Гиммлера), но и план превращения СС в «государство внутри государства».

Гейдрих же раскрыл Гиммлеру те возможности, которые заключала в себе должность рейхсфюрера СС.

Да, собственно, на вершину власти Гиммлера вознес Гейдрих, сделав из него того, кем он стал Вскоре после начала их сотрудничества, как потом выяснилось, хотя и без соответствующих на то доказательств, Гейдрих стал вынашивать мысль выдвинуть этого неприметного, робкого и застенчивого человека с посредственным интеллектом на самый верх, чтобы потом, выждав удобный момент, спихнуть его и занять его место.

До Гитлера[9] не доходило, что за Гиммлером все время стоял Гейдрих и что ставшая впоследствии ходовой фраза «Ничто не может быть невозможным» принадлежала не Гиммлеру.

Гейдриха раздражала постоянная трескучая болтовня Гиммлера, так как его бредовые расистские и иные фантазии будоражили аппарат СС. Подвыпивши, Райнхард неоднократно говорил своей жене: «Посмотри на его (Гиммлера) лицо, на его нос — типично еврейский, настоящий жидовский паяльник».