Читаем Путь Стратега 3. Тени Шадда онлайн бесплатно

ВНИМАНИЕ! Это третья книга цикла.

Читать первую: https://author.today/reader/141715/1143764

“Сердцем и душой Шадда всегда была Долина Двух Рассветов, через которую протекают священные реки Айт и Артайт. Именно там по вере шаддинцев на Рахтурмарона, первого царя царей снизошел с небес фарн. Иначе говоря, божественная суть Бессмертного Солнца. По вере шаддинцев эта сила давала царю власть над землей, водой и небом, над людьми, язатами и дэвами. Как зеркало чистого озера отражает луч света, так и царь царей есть отражение божественного Солнца в мире смертных. Живя в постоянном священном ужасе перед чудовищами и разрушительными силами природы, древние шаддинцы почитали простых, очевидных божеств. Главным образом солнце и звезды. Среди обитателей земли поклонения были удостоены так называемые язаты. О сущности этих младших богов шаддинского культа до сих пор ведутся споры. Однако, по некоторым описаниям ясно, что речь идет о неких чудовищах, на которых жрецы жертвами или заклинаниями могли влиять".

Далее автор долго рассуждал на тему невежества древних людей Востока, а также о превосходстве имперских культов и культуры вообще. Мол там в дремучей тьме веков человек был готов ползать на коленях перед любой достаточно могущественной монстрой. Теперь же люди сами стали доминирующей в мире силой.

Я отложил свиток, выбирая следующий. Изучи врага своего. В столице я получил целую кипу всяких бумаг и выслушал уйму советов от разного рода политиков. И встречаясь с очередным убеленным сединами мужем или молодым, перспективным юнцом, старался внимательно слушать. В голове же проскальзывала мысль: не этот ли человек был моим “Анонимным доброжелателем”. Тем самым, что чуть не прикончил меня на Севере, а затем способствовал отправке ранее опального стратега Лимеса Севера на бурлящий Восток.

А Восток, судя по новостям, действительно бурлил так, что клоки кровавой пены долетали аж до Севера.

Находившиеся рядом преторианцы обсуждали очередные слухи об ужасных болезнях, насылаемых дикарскими ритуалами вражеских жрецов. Двое деканов или говоря проще десятников резались в кости на небольшом круглом столике. Их солдаты, уставшие от брони и ожидания, устроились кто как мог. Прислонили бело-золотые щиты к стенам просторной комнаты. Чуть поодаль от двух контуберний преторианцев ждали безмолвные ликторы. Шестеро в белых масках, а седьмым был я. Сидел, частично скрывшись за шкафом и читал о Шадде.

“Конец ложной Империи близок! Солнце восходит! Восходит новая звезда Востока. Ксерион Великий, Ксерион Блистательный ныне обладает фарном. Он обрел его в долине Двух Рассветов. Он царь царей по праву! Владыка равнин, гор и ревущих ветров. Древнее царство возродится! Золотые лучи славы его выжгут гниль, ползущую с запада. Собирайтесь подданные! Вооружайтесь верные! Готовьтесь к бою!

Запись речи фанатика, схваченного на рыночной площади города Пармена, где он смущал народ и призывал к мятежу. За три месяца до начала восстания”.

В комнату вошел гражданский чиновник, суетливо оглядываясь и пытаясь кого-то найти. Эти типчики постоянно сновали туда-сюда, разводя лихорадочную бессмысленную активность. Мне кажется, они сами не понимали что должны делать и какие бумаги подготовить, но продолжали метаться, словно тараканы, напуганные ярким светом. Чиновники передавали бесконечные записки, пытались выяснить какую-то ерунду и всячески имитировали бурную конструктивную деятельность. Причем всего в свите Курия Ностия их прибыло человек двадцать, но они умудрялись разводить такую лихорадочную активность, что возникало ощущение орд чиновников, заполонивших дворец. Я взял следующий лист:

“Сорок тысяч, семьдесят, сто… Мы не можем точно сказать сколько было убито в ту ночь, когда фидаины, фанатичные последователи Ксериона, устроили резню имперского населения в шести крупнейших городах Востока. Тогда же самые безумные из них стали выжигать у себя на лице звезды как символ того, что они более не станут скрываться и будут сражаться до победы или смерти. Проповедники и самозванные пророки подстрекали народ прямо в храмах. К фанатикам присоединились городские толпы. Разгрому подверглись дома чужестранцев, лавки ростовщиков, учреждения имперской власти. Повсеместное предательство знати и ауксилии не позволило подавить…”

— А я знаю кто вы.

От чтения меня отвлек молодой северянин. Невысокий, коренастый, ярко-рыжий, с золотой серьгой в левом ухе, он будто бы воплотился в реальность из какого-то очередного сериальчика про викингов. Там любили такие типажи.

— А вы знаете кто я. — продолжил северянин с заговорщической улыбкой.

Мне не хотелось ему отвечать. Наверное, стоило бы… Политика, дипломатия, необходимость располагать к себе важный людей в конце концов. Однако я ощущал по отношению к этому человеку некую брезгливость, с одной стороны, а с другой понимал, что дружелюбие рыжего типчика зависит целиком и полностью от его шкурных интересов. Сейчас мы на одной стороне, вот и ластиться, а измениться расклад, так он укусит сколько его до этого не гладь по шерстке.

— Хотел сказать, что это было смело и продумано. — продолжал рыжий свою речь. — Я о всей компании на Севере. Прогуляться так по лезвию ножа… Дорогого стоит! Непредсказуемость, решимость, скорость и натиск. Когда вы все придумали? Под Либаной или раньше?

Я поднял на него лицо скрытое под маской и приложил палец в район губ, призывая к молчанию.

— А ну конечно… — спохватился рыжий. — Вы тут тайно. Ничего. Недолго осталось. Я прямо сейчас отдаю последние приказы. Вот-вот все закончится…

С этими словами он поспешил прочь из комнаты, а я вернулся к чтению.

Общая ситуация по Востоку мне виделась такой. Шадд был очень древним царством, золотой век которого вспыхнул и угас задолго до становления Империи. Но еще тысячи лет могущество восточного гегемона догорало, а затем дотлевало. Гражданские войны, вторжения, потеря захваченных земель — все как положено. Несколько раз их даже громили и на какое-то время завоевывали соседи помоложе. Однако Шадд все равно оставался крупной фигурой на глобальной доске. И даже после потери многих территорий проглотить, а затем переварить его было некому. Пока не появилась Империя. Начались шаддинские войны, коих случилось аж шесть. Первое время древнее царство отбивалось. Даже наносило захватчикам поражения. На Востоке из-за особенностей природы все очень хорошо с разведением лошадей. Кавалерия всегда была сильной стороной Шадда, но Империя умела адаптироваться, а еще имела огромный запас ресурсов. Создавались свои алы и турмы, годами обучавшиеся кавалерийскому бою на восточный манер, нанимались сэйфы и другие кочевники, вербовали даже северян.

Шадд таки был проглочен, но не совсем… Как мы любим во фруктах съедать лишь мякоть, так и Империя забрала самые плодородные и богатые земли, оставив без контроля степи, пустыни и горы. Там кочевые племена создали множество мелких царств, промышляя набегами на бывшие центры древней цивилизации. Некогда единый народ раскололся. Оседлые жители городов под империей и вольные племена на ее границах. Шли столетия, гремели войны, вспыхивали мятежи, но глобально ничего не менялось. Империя вцепилась в богатые земли Востока и крепко держалась за них.

А затем пришел Ксерион.

Отпрыск одного из десятка царских родов приграничных осколков древнего Шадда. Великий воин и стратег. Самое смешное, что до своих тридцати двух лет он имел в Империи скорее хорошую репутацию. Не то чтобы союзник, но точно не враг. Ксерион бодался с соседями, был наемником в далеких землях где-то за краем имперского мира. Сражался, сражался и так всю жизнь. Ксерион мог стать одним из множества военных царьков пустынных районов Шадда, но в свой тридцать второй день рождения он посетил древнее сердце ушедшей империи. Там случилось нечто, изменившее судьбу Ксериона, а потенциально и всего мира. Обретение этого самого фарна. Или чего-то, что шаддинцы приняли за фарн. Затем пошла цепная реакция по всему Востоку. Семена смуты упали на благодатную почву. Политика Империи разнится от провинции к провинции. Если на Севере государство твой лучший друг, заинтересованный в обживании пустых земель, то богатый Восток всегда был на положении дойной коровы. Налоги, захват земель, ростовщичество, неравноценная торговля — имперцы умели выжимать ресурсы. Столетиями положение Империи было почти незыблемым. Она поглотила или уничтожила всех потенциально опасных соседей. Границы ныне проходили по морям и места настолько ненаселенным, что захватывать их было бессмысленно. Случались набеги кочевников или пиратов, однако настоящего врага не находилось. Не было того, кто грозил отнять территории или сокрушить хребет военной машине легионов.

Затем начинается восстание в Шадде. Многомиллионные города, тысячи и тысячи знатных воинов-всадников, объеденившися с ними кочевой элемент, преметнувшиеся к восставшим ауксиларии. Все это объединяет фигура божественного царя царей. Живой легенды, вернувшейся в мир из минувшего золотого века Востока.

И перед изумленной Империей за считанные месяцы возникло если не древнее царство в ослепительном сиянии могущества, то его разгневанный призрак, желающий поквитаться со всеми, кто топтал священную землю Двух Рассветов, не славя при этом Бессмертное Солнце.

Такая вот предыстория конфликта. Началось все за пару лет до моего переноса сюда. Интересное однако совпадение. Не знаю кто или что закинуло меня сюда, однако это вполне могло быть связано с глобальной войной, грянувшей впервые за сотни лет.

Кстати, мне предстоит гоняться по пустыне за очень избранным парнем, которому фанатично преданы воинственные кочевые племена. Там рядом стратегические запасы спайсухи часом не завалились? Ладно. Надо не забывать мой давний тезис, что в реальной жизни чаще всего побеждают сардаукары. Чаще всего, но исключения никто не отменял...

— Все готовы!? Пора! — грянул знакомый голос.

Я впервые увидел Доктония в броне. На нем блестела мускульная кираса, на которой был выбит сюжет противостояния какого-то героя с огромным львом. Все это обрамлял затейливый узор из дубовых и лавровых листьев. Впрочем, красота не делала его броню менее мощной.

— Давайте, давайте! Нас уже ждут.

Вообще, как венатор он не имел права командовать военными, но Доктонию было плевать на такие формальности. Преторианцы и ликторы начали собираться. Вместе с Доктонием пришел странного вида воин. Слишком крупные черты лица, абсолютно квадратная челюсть и красноватый оттенок кожи. Гибрид. Результат смешения человека и минотавра. Причем тип результативности: совершенная гармония. То есть ему повезло взять от родителей только достоинства обеих рас.

Вместе с преторианцами и ликторами я покинул комнату, где мы просидели часа два. Железо грохотало по полупустым коридорам дворца, разгоняя гнетущую тишину. Вскоре отряд вышел в просторный зал, где нас уже ожидало множество важных и не очень людей.

Невольно улыбнулся под маской. Вот я снова здесь.

Зал украшали две статуи. Бородатый мужчина в царственном венце и с молнией в руках, а напротив него дева с копьем. Теус и Клепсида. Они же Дейс и Сида, как их зовут здесь на Севере. Варварская версия моей божественной покровительницы имела косу на местный манер и в отличие от имперских статуй выделялась изрядной крепостью тела. Вздымалась полная грудь, а руки явно могли применить копье по назначению с немалой силой.

Вместе с другими ликторами мы образовали небольшой коридор вдоль красного ковра. Я замер, беря пример со статуй. Молчаливый и недвижимый. Живое воплощение неотвратимого имперского правосудия. Но сердце мое смеялось. Используя взгляд от третьего лица я мог видеть зал целиком. Там были почти все, кто так долго и упорно пытались уничтожить меня.

Вождь Бьоров Геор сильно сдал с последней нашей встречей тет-а-тет. Окончательно облысел, сильно осунулся. Поражения плохо влияют на здоровье. Я это уже мог наблюдать на примере проклятого Аргета, бывшего стратега Кринтар. Брат Геора Данар, занимавший должность выборного правителя Геларда, унывал не сильно. Поражение старшего родственника для него не конец света. Интересно, в курсе ли Геор, что это именно наемница Данара похитила Орину? Неважно. Рядом стоял Сидониус. Вот уж кто вообще почти не изменился. Разве что какая-то едва заметная тень тревоги накрыла лицо мастера-венатора. Или мне кажется? Ну у Сидониуса сейчас проблем полный Север. Судя по новостям Сердце продолжало биться в глухих леса, распростораняя свое губительное влияние дальше с каждым днем. Кроме Сидониуса здесь был Иратион — один из стратегов федератов. Старик, некогда покинувший Империю, чтобы попасть на службу варварскому царьку. И последним в списке важных персон был тот невысокий рыжий, что еще недавно пытался завязать со мной разговор.

Зал был разделен на две части. Воинов тоже поровну. Около пятидесяти имперцев и столько же северян. Между нами появился гражданский чиновник, чтобы объявить:

— Приветствуйте и славьте Курия Ностия. Почтенный заседатель коллегии фециалов, один из сорока, голос Императора, Сената и Народа.

Фециалы — жреческая коллегия, игравшая тут роль МИДа. И Курий Ностий был одним из них. Седой полноватый мужчина лет пятидесяти с невыразительным мелким подбородком. Я наблюдал за ним последние дни, пытаясь понять суть и роль этой политической фигуры. Думаю, он был просто исполнителем. Тем, кто едет в далекий край, чтобы зачитать чужое решение. Ну или он мастерски маскирует свои властные амбиции под маской безразличной скуки.

Курий Ностий прошел меж ликторами, сопровождаемый еще двумя.

Геор обратился к нему. Не расслышал точно, но вроде предлагал сесть за стол. Ответ Курия был таким:

— Обязательно, но сначала нужно озвучить решение Сената.

Фециал продемонстрировал свиток в дорогой оправе. Воцарилась тишина. А Курий Ностий вроде как замялся под гнетом всеобщего внимания. Все же не акула большой политики он. Не в каждом имперском аристократе живет бестия, помешанная на власти и богатстве. Есть просто исполнители.

— Да встретят тишиной волю Империи. — Ностий произнес формальное начало перед зачитыванием бумаг, одобренных высшей властью. — Внимая просьбам союзных племен… — Ностий быстро перечислил всех федератов. — …и учитывая важность выдвинутых обвинений, Сенат инициировал расследование, которое было поручено… — Ностий назвал имена нескольких сенаторов и квесторов.