Читаем Пусть ему будет стыдно (ЛП) онлайн бесплатно

 — Ваша честь, мой клиент хотел бы…

 Жжжжжжжжжж.

 Вибрация моего мобильного заставляет телефон двигаться по деревянному столу прямо передо мной. Я на мгновение делаю паузы, чтобы взглянуть на экран и вижу, что названивает Пейдж. Она же знает, что я в суде, кроме того она прекрасно знает, что меня не стоит беспокоить, когда я в суде, даже если кто-то умирает. Из-за всего, что произошло за последнее время (наркобарон пытался убить Кеннеди, мафия сидела на хвосте у Пейдж) мое сердце замирает.

 А адвокат противоположной стороны занят формулировкой вопроса суду, судья тем временем смотрит совершенно в другую сторону, поэтому я быстро хватаю телефон, согнувшись над столом и подношу его к уху.

 — Пейдж, что случилось? С Кеннеди все в порядке? — шепотом спрашиваю я, насколько могу.

 Я слышу хихиканье на другом конце провода и визг.

 — Пейдж! — снова шепчутся я, поглядывая на судью Робертсон, который до сих пор занимается с защитой.

 Еще один взрыв хохота слышится в телефоне, затем, наконец, Пейдж произносит:

 — Мэтт, серьезно, щекотно!

 Боже мой.

 — Пейдж, я вешаю трубку. Я в суде.

 — Лорелей! О, боже, прости! Я совершенно забыла. Я звоню, чтобы напомнить тебе, что следует забрать повестку и доставить ее Ричарду Ковингтону.

 — Адвокат, мы вам не мешаем?

 Я поднимаю голову, и рывком убираю телефон от уха, видя взгляд судьи Робертсон, направленный через весь зал прямо на меня.

 — Простите, ваша честь. С моей мамой произошла неприятность, — лгу я. Быстро завершив вызов, положив телефон на стол.

 Я начинаю понимать свою ошибку, как только его раздраженное выражение лица, становится обеспокоенным.

 — Если вам необходим перерыв, адвокат, скажите.

 Как это у меня совершенно выскочило из головы, что судья Робертсон неплохо знает моих родителей? Мой отец играет с судьей Робертсон в гольф раз в неделю. Я никогда не совершала подобных ошибок раньше. Никогда. Единственное объяснение моей безответственности — приходится перелопачивать множество дел и мозг одновременно вынужден работать в ста разных направлениях.

 — Хорошо, ваша честь. Мы можем продолжить.

 Пока защита продолжает выставлять свои аргументы, я записываю, обратите внимание, в верхней части своего желтого блокнота — забрать повестку из суда, и сказать отцу, что когда судья Робертсон спросит, как поживает моя мать, ему следует придерживаться моей лжи.

 Вероятность, что такое может произойти — ноль. Мой отец — судья Верховного Суда Индианы, а моя мать преподает расширенный курс уголовного права в Нотр-Дам. У них нет терпимости к фривольности, и они никогда не поймут, если я скажу, что прервала заседание суда, чтобы поболтать с одной из своих подруг.

 Жжжжжжжж.

 Звук моего сотового телефона, снова подпрыгивающего по столу, выводит меня из угнетающих мыслей.

 «Клянусь Богом, я убью Пейдж».

 Я быстро накрываю телефон рукой, пытаясь успокоить, нервно бросаю взгляд на судью Робертсон, не слышал ли он. К счастью, он призвал защиту подойти к нему и занят оживленной беседой.

 — Пейдж, я клянусь, лучше, чтобы кто-то умер, — я с извиняющейся улыбкой смотрю на своего клиента.

 — Да! Да! О, Боже! О, Мэтт! Сильнее!

 Мои глаза расширяются от ужаса, и я быстро отключаюсь.

 «Она что на самом деле позвонила мне, занимаясь при этом сексом?»

 В этот раз я быстро засовываю свой сотовый в сумку, стоящую на полу. Не удивительно, что я так была смущена. Поскольку у меня есть две подруги, которые влюбились прямо на моих глазах, особенно если учесть, что мы зареклись больше не связываться с мужчинами, по крайней мере, остальную часть нашей жизни.

 Мои родители еще не знают, что я совладелица агентства, которое мы создали все вместе… агентство по расследованию «Единожды солгав». Впервые в своей жизни я на самом деле сама увлеклась чем-то. Я откладываю сообщать им эту новость уже месяцами. Мой идиотский брак с Дугом сошел на нет, и я ощущала себя полностью потерянной. Постоянно возникло такое чувство, будто я барахтаюсь изо дня в день, пытаясь понять, что мне дальше делать со своей жизнью, что может мне доставить удовольствие. Даг, конечно же нашел свое счастье с другим мужчиной.

 Возможно из-за этого я медлила сообщать родителям. Как только они узнают, чем я занимаюсь в свободное время, агентство «Единожды солгав» перестанет быть моим собственным делом. Выбор, который я сделала, работая просто так, они раскритикуют и разобьют в пух и прах.

 Остаток предварительного слушания проходит как по маслу. Судья Робертсон постановляет — нет оснований для претензии к моему клиенту и, к счастью, нам не нужно будет идти с этим делом в суд.

 Выскочив из зала суда, я вытаскиваю свой сотовый телефон из сумочки, и набираю Пейдж.

 Она отвечает на первый же звонок.

 — Пожалуйста, не убивай меня. Прости, что позвонила, когда ты была в суде. Клянусь, это больше не повторится.

 Я вздыхаю, неся тяжелый кожаный портфель и толкая двойные двери главного выхода из здания суда, выходя на солнце.

 — Я бы предпочла, чтобы ты извинилась за звонок, когда ты с Мэттом занималась сексом, — невозмутимо поясняю я.

 Пейдж от шока вздыхает, а потом начинает смеяться.

 — Боже мой! Я случайно нажала на твой номер!

 Она продолжает смеяться, и я слышу, как Мэтт начинает смеяться вместе с ней.

 — Скажи Мэтту, что он должен мне бутылку отбеливателя, чтобы я смогла прочистить свои уши.

 Пейдж и Мэтт познакомились месяц назад, когда представился очередной случай нашему агентству «Единожды солгав» — поймать очередного изменщика жены. Но Пейдж быстро поняла, что муж оказался как не мошенником, по крайней мере, он не обманывал свою жену, а все как раз наоборот, его бывшая пыталась присвоить компанию его отца в момент бракоразводного процесса.

 На самом деле, я рада за них. Несмотря на то, что я сама завязала с любовью, совершенно не означает, что я не могу порадоваться, когда мои самые лучшие подруги нашли ее снова.

 — Я забрала повестку для Ричарда Ковингтона у секретаря суда и направляюсь прямо к нему, — говорю я ей, нажимая на сигнализацию своего Мерседеса, опуская сумку на пассажирское сиденье рядом с водительским креслом.

 Мы до этого нанимали другую юридическую фирму для доставки повестки Ричарду. Поскольку я единственная, кто имеет отношение к суду, мне и поручена эта миссия, если можно так выразиться.

 — Ладно, удачи тебе. Я видела его фотографии в Forbes, он слишком горячий парень, как ад. Не стань жертвой его внешности и обаяния, — поддразнивает меня Пэйдж.

 Как будто это может случить. Прежде всего, Ричард Ковингтон формально еще женат. И не то, чтобы я уж так хотела встать под десятифутовую жердь. Я вышла замуж за обманщика, который как оказалось предпочитал мужчин. И я не собираюсь падать на самого настоящего обманщика в середине кровавого бракоразводного процесса, представляющего из себя настоящее побоище. Его бывшая пытается наложить лапу на все, что есть у мистера Блуждающие глазки Денежного мешка.

 Сейчас однозначно нет такого мужчины, который бы представлял для меня такую ценность и ради которого я готова была бы пожертвовать своей независимостью.

 — Уверена, я смогу ему противостоять, Пейдж, — говорю я, закатив глаза, и начиная выруливать с парковки. — Повестка в суд, уведомляет, чтобы он предоставил все свои записи об использовании Интернета. Такие люди, как он слишком самоуверены, чтобы удалять свои истории из Интернета.

 — Спорим, у него имеются слишком извращенные фетиши. О, я хотела бы побыть мухой на стене, когда юристы по разводу начнут рыться в его компьютере, — со вздохом отвечает она.

 — Правда, Пейдж? Только что ты мне говорила, что он дьявольски неотразим, и мне стоит внимательней к нему приглядеться. Приятно узнать, что ты теперь на моей стороне, — отвечаю я.

 — Эй, фетиши с причудами могут быть смешными, если только он не превращается в скабрезного животного.

 Я стараюсь не слова не проронить из-за нарисованного ей образа.

 — Это отвратительно.

 — Чем черт не шутит. Может он просто веселиться, а может он предпочитает садомазо или секс втроем. Он достаточно горяч, чтобы иметь какую-нибудь из этих склонностей, — со смехом говорит Пейдж.

 — Я кладу трубку, Пейдж. Этот разговор прямиком сходит на нет.

 — Могу я помочь тебе познакомиться с кем-то, чтобы ты была так же счастлива, как я? — спрашивает она.

 — Я вполне счастлива сама по себе. Я говорила тебе уже.

 — И это помогает тебе засыпать по ночам, Лорелей. Когда-нибудь ты встретишь мужчину, который изменит все, — предупреждает она.

 Я вздыхаю и мне хотелось бы, чтобы она увидела, как я отрицательно качаю головой на ее слова.

 — Я уже встретила однажды мужчина, который именно это и осуществил. В данный момент он жениться на официанте из моего любимого итальянского ресторана.

 Даже если бы я хотела рискнуть еще раз, не думаю, что на это у меня будет время. Количество дел на фирме достигает невероятных размеров, я пытаюсь взять на себя как можно больше и в нашем агентстве «Единожды солгав», чтобы у Кеннеди и Пейдж осталось побольше свободного времени, которое они могли бы провести с мужчинами своей мечты.

 — Я не теряю веру в тебя, Лорелей. У меня есть надежда. Позвони мне, когда закончишь с повесткой. У Мэтта совещание, и Кеннеди упоминала что-то об обсуждении новых дел за бокальчиком коктейля.

 Я завершаю вызов, обещая перезвонить, и бросаю мобильник на пассажирское сиденье. Я могла бы воспользоваться нашем девичником, поскольку ужинаю с родителями в ближайшие выходные, и мне нужен совет от моих подруг, стоит ли сообщать родителям про «Единожды солгав».

 К счастью, все, что мне необходимо сделать, чтобы вручить повестку Ричарду Ковингтону — это постучаться в его дверь, он должен устно подтвердить свою личность, и вручить ему повестку. И все. И могу спокойно отправиться на встречу с Кеннеди и Пейдж, все это займет у меня меньше часа.

Через двадцать минут я въезжаю в Breakwater Village, охраняемый закрытый коттеджный комплекс в городе Грейнджер, где живет Ричард Ковингтон. После того, как я сообщаю о себе охраннику у ворот, он записывает номер моей машины и машет рукой, чтобы я проезжала.

 В результате карьеры моих родителей я выросла в доме, который некоторые способны назвать особняком, расположенном среди самых богатых семей штата Индиана. Каждые выходные мы посещали что-нибудь одно: или загородные клубы или такие же роскошные дома этих же семей. И за свою юридическую карьеру, я привыкла вращаться среди богатых людей, устраивающих вечеринки в своих огромных домах. Но даже я пребываю немного в шоке, пока еду по дороге к дому Ричарда Ковингтона.

 Дом передо мной выглядит как красивое английское поместье, расположенное в зеленой местности, окруженный большим количеством деревьев, с профессионально выполненным ландшафтным дизайном кустарников и цветников. Хотя дом большой, но он не загораживает вид на озеро и пристань для лодок позади себя. Я выбираюсь из машины и поправляю костюм Шанель, смотрюсь на свое отражение в окне автомобиля в порядке ли мои каштановые волосы длинной до плеч.

 Моя мама была бы в восторге, если бы узнала, что прямо сейчас я иду к входной двери Ричарда Ковингтона. Она пыталась заручиться участием Ричарда в одном из своих благотворительных мероприятий на протяжении уже нескольких лет. Согласно статье журнала Forbes, на которую ссылалась Пейдж, он — самый богатый человеком в штате Индиана. Его состояние сейчас исчисляется в миллиарды, а началось все, когда он учился на последнем курсе в медицинской школе, и изобрел медицинский прибор.

 Сжимая повестку в руке, я звоню в дверь и жду.

 Потом еще жду чуть-чуть.

 Поскольку я припарковалась за новым кадиллаком, предполагаю, что кто-то же должен быть дома.

 Я снова звоню в дверь и, жду еще несколько минут, но все бестолку, я решаю постучать, но дверь тут же немного открывается, как только я дотрагиваюсь до нее.

 Нервно оглянувшись, я аккуратно просовываю голову в открывшейся дверной проем.

 — Мистер Ковингтон?

 Тишина, только тикают часы в прихожей. Что-то здесь не так, говорит мне моя интуиция, предлагая убраться подальше и приехать в другой раз. К сожалению, мой голос разума напоминает мне, что мне следует взять себя в руки, потому что именно это я хотела сделать со своей жизнью. Не доставлять повестки, а работать частным детективом… испытывая захватывающие, более сильные эмоции, которые могут сделать меня счастливой.

 Решив прислушаться к своему голосу разума, собственно так я всегда и поступаю, я осторожно вхожу в дом и снова кричу:

 — Мистер Ковингтон? Здравствуйте! Кто-нибудь есть дома?

 Я оглядываюсь по сторонам и спокойно прослушиваюсь к звукам. Хотя в таком большом доме, кто-нибудь может управлять самосвалом в восточном крыле, а я его даже не услышу.

 Должно быть, у него имеется обслуживающий персонал в таком огромном доме. Трудно поверить, что даже если нет самого хозяина, кто-то же еще должен присутствовать и услышать звонок. Даже в доме моих родителей всегда присутствует экономка миссис Купер.

 — Эй? — я пробую крикнуть по громче.

 Голос эхом отражается от массивного потолка фойе.

 Я, наконец, решаю сдаться и прийти в другой день. Несмотря на то, что дверь была открыта, мне не кажется очень хорошей идеей вламываться в чужой дом без приглашения. Особенно, если учесть, что я нахожусь здесь исключительно, чтобы передать ему повестку суда, скорее всего он будет раздражен. Плюс, тишина этого пустого дома начинает меня слегка нервировать.

 Я поворачиваюсь, чтобы выйти за дверь, но громкий истеричный вой кошки нарушает тишину. Я подскакиваю и ору от неожиданности, стукнувшись спиной об открытую дверь, белый перс несется ко мне, шипя и завывая. Мои глаза расширяются от шока, когда я вижу, что он оставляет за собой кровавый след.

 С трудом сглотнув, я прослеживаю откуда появился это кровавый след — из соседней комнаты слева. Даже не задумываясь, я направляюсь туда, каблуки громко цокают по полу. Я делаю шаг в комнату, пол из дерева сменяется ковром, и каблуки проваливаются в густой ворс.

 Это библиотека, все стены заставлены полками с книгами. Убранство помещения я даже толком и не разглядела, потому что мое внимание привлекает другое — совершенно не сочетающееся с этим безупречным домом. Скользя взглядом по красным отпечаткам лап животного, я подхожу к телу, лежащему в середине комнаты. Телу, распластанному на ковре, с пулевым отверстием во лбу, широко открытыми, безжизненными глазами, с лужей крови, под головой, которая впитывается в ковер.

 Со свистом я выдыхаю, когда понимаю, что передо мной находится никто иной, как Ричард Ковингтон.

 — Еще раз, Лорелей. Скажи мне точно, что ты увидела, когда вошла в библиотеку.