Читаем Птичка. Маленький страж (СИ) онлайн бесплатно

В кармане глухо позвякивали монетки.

Жалкие двадцать медянок и 1 серебрушка! Месячного заработка не хватит даже заплатить за лекарства для тётки, не говоря уже о еде и дровах. С каждым годом жить становилось все сложнее. Сестра отца, с которой я жила, постоянно нуждалась в лекарствах, а стоили они все дороже и дороже. Найти работу было непросто. В мире, где ценились мужские руки, молодой девушке без особых умений монеты платили неохотно. Вот и теперь, получив свои гроши за месяц сбора клубней нехеса, я шла домой и думала, как нам пережить надвигающиеся дожди. В мокрый сезон заработать становилось практически невозможно.

Прошагав половину захудалого района, в котором я выросла, увидела, наконец, свой дом. Непроизвольно накатило какое-то облегчение. Хотя бы жилище у нас с тёткой имелось свое. Не приходилось ютиться по съёмным лачугам, как некоторым беднякам.

Плотно притворив за собой расхлябанную калитку и накинув на столбик металлическое кольцо, пошла к дому. Между плитками старой дорожки пробивалась трава, разрушая кладку. Эти каменные пластины выкладывал ещё мой отец. А через 5 лет после моего рождения их с матерью изгнали, не позволив забрать меня с собой.

— Мариш? Это ты? — входная дверь дома приоткрылась, бросив на крыльцо полоску жёлтого света.

— Я, тётя. Это я.

— Слава Амадею, дождалась. Ты сегодня задержалась дольше обычного, — голос родственницы и вправду был обеспокоенным.

Я поднялась на крылечко. Из дверного проёма привычно пахнуло запахом каши и травяного чая.

— Так уж вышло, — со вздохом облегчения я сгрузила свой рюкзак на пол. Нехес весил прилично. — Забери клубни, тётя. Завтра вычищу и засушим.

— Вам что, заработок корнями выдали что ли? — тонкие сморщенные пальцы принялись распутывать завязки на горловине переноски.

— Немного, — букнула я, отворачиваясь от женщины. Не буду же я ей признаваться, что я их просто-напросто украла. Вины своей я не чувствовала, нас тоже фактически обокрали при расчёте. Поэтому, можно сказать, взяла честно заработанное.

Каша была не самая вкусная. С готовкой у тётки было не сказать, чтоб благополучно. Аристократок не учили готовить в принципе. А она выросла в эпоху расцвета нашего рода, в богатом доме, в окружении нянек и слуг. В отличие от меня. Мой давно исчезнувший родитель ушёл из дворца, встретив мать. И я родилась в этом самом домишке. Пять лет гордая родня терпела этот позор, а потом, под благовидным предлогом извергнула родственничка из семьи и приказала удалиться. За дитя, то бишь за меня, вступилась старшая сестра отца. И её тоже выгнали. Так мы с ней и жили. Пока была жива бабушка, мать тётки и отца, она поддерживала нас деньгами, а после ее смерти мне пришлось идти работать.

Я с детства отличалась буйным нравом. Лекции дражайшей родственницы пролетали мимо моих ушей как холодный ветерок перед зимой. Какие могут быть манеры и воспитание благородной девицы в стае таких же оборвышей? Я росла. Училась хитрить, воровать и защищать себя. А тётка плакала над моими разбитыми коленями и багровыми синяками, проклиная судьбу и род. Надо отдать ей должное, родителей и меня она никогда ни в чем не обвиняла. Хотя, могла, наверное.

Не слушая её бурчание, я доела свой ужин и запила все тёплым крепким отваром.

— Тётя Руза, я завтра пойду в Школу. Узнаю, может Наставник сможет помочь с работой на время дождей.

Тетка отвлеклась от нехеса и выпрямилась.

— Мариша, снова в эту дурацкую Школу?

— Эта дурацкая Школа научила меня выживать. Или ты хотела бы, чтоб меня записали с детства в уличные шлюхи?

Тётка моментально стала пунцовой. Замужем она никогда не была. Какой родовитый жених возьмёт изгнанную? А городских жителей в качестве супруга она не рассматривала вовсе. Поэтому тема хоть какой-то близости между мужчиной и женщиной вызывала у неё яркий румянец.

— Что ты говоришь, Мариш?

— То и говорю. Наставник научил меня драться. Научил не сдаваться. Если б не он, мы бы с тобой уже умерли с голоду. И только благодаря ему, я имею хоть какой-то вес на этих улицах.

Руза ничего не ответила, только опустила голову. Она все это тоже понимала и ворчала скорее просто по привычке.

— Ты сегодня лекарство принимала?

— Да.

— Насколько ещё хватит?

— На неделю точно.

— Хорошо. За неделю я уж точно что-нибудь придумаю.

— Иди спать, Мариш. Я нехес сама почищу. Ты устаёшь сильнее, чем я.

Я внимательно посмотрела на неё и, кивнув, отправилась к себе. Заглянула по пути в умывальню. Да, она у нас имелась. Заслуга отца, аристократы не приучены хлюпаться в тазах посреди кухни. Домик он строил для себя, чтобы было удобно жить. Вымывшись, просто упала на кровать и закрыла глаза.

Завтра нужно будет очень постараться.

Я поднялась рано. Спать до обеда могут те, кому не нужно беспокоиться о еде на сегодняшний день. А мне приходилось. Тетка была еще в постели. Это к лучшему, не придется выслушивать очередную порцию причитаний. Я забросила в рот остатки холодной вчерашней каши, выпила кружку воды и вышла на улицу.

Уже прилично подмораживало по утрам. Наступление дождей не за горами. Вот-вот хлынет с небес вода, сначала размягчая, а потом сковывая землю на долгих четыре месяца. Я поежилась. Встающее солнце тепла пока не давало, а куртка моя была тонкой и достаточно потрепанной. Шагая по улице, разглядывала окна домов. Вот здесь уже проснулись и затопили печь. Из трубы тянулся тонкий дымок, а за занавеской суетился темный силуэт. Большинство же спали. Но я упрямо шла в Школу. Наставник Драргак всегда встречал солнце на заднем дворе. Это было время его медитации и тренировки.

Вот и нужный дом. Тронула ручку — дверь открылась. Сколько себя помню, она никогда не была запертой. Наставник говорил, что вору здесь брать нечего, а получить помощь вдруг да и получится. И верно, комнаты и главный зал здания были пусты. Только солома на полу. Что здесь можно украсть?

Пройдя насквозь, я вышла на заднее крыльцо. В центре двора, на утоптанной земле сидел мужчина. Только нательная рубаха и штаны, даже обуви нет. Всегда удивлялась, как он не мерзнет.

— Здравствуй, дитя мое. Зачем ты пришла?

Снова он почуял меня, не открывая глаз. Я спустилась по ступенькам и села перед ним, так же скрестив ноги.

— Здравствуй, Наставник. Мне нужен твой совет.

— Говори, — ни один мускул не дрогнул на его лице. Глаза были закрыты и даже ресницы не трепетали.

— Наставник Драргак. У меня сложные времена. Если я не найду работу, мы не переживем эту зиму. Тетка точно. Я хочу устроиться в Стражу. Как думаешь, возьмут меня?

— Почему именно в Стражу?

— Больше некуда. В городе работу я не найду сейчас. А туда берут ловких и метких. Без оглядки, что там у человека между ног.

Кристально синие глаза распахнулись:

— Почему ты не хочешь обратиться к своей родне?

— Тетка — вся моя родня, — отрезала я.

— Ты поступаешь неразумно, Марианна, — с легкостью поднявшись, как будто не сидел больше часа на холодной земле, Наставник внимательно смотрел на меня. — Ты берешь на себя ответственность за себя и свою тетю. Но при этом отказываешься использовать все доступные варианты.

— Пойти к ним это недоступный вариант!

— А подвергать свою жизнь опасности и оставлять тетку зимой одну — доступный вариант? — голос его был тих и размерен. Мне иногда казалось, что этот спокойный человек вообще не умел сердиться. Ответить ему мне было нечего, поэтому я молчала. — Ты уже взрослая девушка, Марианна. Тебе решать. Но раз уж ты пришла за советом, то вот тебе он. Прежде чем нападать, просчитай ВСЕ доступные варианты. ВСЕ! У тебя с ними одна кровь.

Я склонила голову, благодаря его за совет.

— Иди, дитя. И помни, иногда слабая рыжая птичка может обмануть сильного могучего орла.

Закрывала я за собой дверь Школы ошарашенная. Никто не знал, откуда и когда появился в городе Наставник. Однажды он пришел на эту улицу с документами на этот дом. И открыл Школу. Здесь занимались все, кто пожелает. С бедных он не брал ни копейки. Он учил защищать себя в бою, учил сохранять спокойствие. Много чему учил. И он знал абсолютно все про каждого из своих учеников. Вот и про меня знал. Род моего отца — сильный и могущественный клан оборотней-орлов. Всегда, во все времена он был приближен к Государям Ислотона. Были и другие, конечно. Но орлы ценились особо за мужество и преданность. Мой отец был орлом, но военная служба его не привлекала. Поэтому род так легко отказался от него. Он был для них не ценен. Я же орлом не была. Нет, крылья у меня имелись, только видели их всего два человека на этой земле: я и тетка. И они были не орлиными. Они были ярко-оранжевого цвета. И пользоваться я ими не умела. Так, в комнате после помывки помашу, пыль разгоню по комнате и все. На этих улицах было опасно отличаться от остальных. Поэтому мы с теткой скрывали то, что я оборотень. Но откуда это мог знать Драргак? Он же практически прямым текстом сказал мне о моей природе. А главное, следовать ли его совету?

Я почти дошла до дома и развернулась. Я уважала его, своего Наставника. Он был мудр. Если он говорит, вдруг что да и получится? Мерзнуть в горах так себе занятие.

Стоя у ворот особняка своего рода, я никак не решалась нажать на звонок. Закоченев окончательно, подняла руку. Тонкий замерзший палец с розовым обломанным ногтем надавил пуговку оповещения. Минули несколько минут и калитка открылась:

— Вам что-то угодно, юная леди? — вышколенный слуга, одетый в добротную дубленку поеживался от ветерка.

— Я желаю видеть леди Розу Аунгер.

— Леди завтракает. Как вас представить?

— Я ее племянница, Марианна Аунгер. Дочь Иви Аунгера.

Лицо лакея вытянулось от удивления:

— Прошу вас подождать минуту, леди. Я доложу, — калитка вновь захлопнулась, оставив меня на морозной улице. Ничего удивительного, орлы при всей своей силе были подозрительны и осторожны.

Довольно быстро парень вернулся и распахнул передо мной дверь:

— Леди Роза приглашает вас к завтраку. Прошу!

И мы пошли. Одна я бы, наверное, заблудилась в этом огромном доме. Столько комнат и коридоров! Красивые резные лестницы, зеркала и портреты каких-то людей. В человеческом обличье и в ипостаси птицы. Наверняка, это какие-то мои родственники. Только я абсолютно ничего о них не знала. Ни родители, ни тетка не распространялись особо на эту тему.

Наконец, остановившись у высоких белых дверей, слуга распахнул их и объявил:

— Леди Марианна Аунгер. Дочь Иви Аунгера.

Поборов желание сорваться и убежать обратно на улицу, я сделала шаг внутрь. Створки бесшумно закрылись за моей спиной. В центре довольно большой комнаты стоял накрытый к трапезе овальный стол. А за ним сидела только одна женщина. Младшая сестра моего брата, Роза Элеонора Аунгер. После изгнания своих старших брата и сестры и после смерти деда, во главе рода встала она. Я мало хорошего слышала о ней. Хитрая, мстительная, сильная оборотница. Говорили, долгое время была любовницей нашего Государя. Что ж, вполне может быть. Она была хищно красива: узкое, точеное лицо. Немного заостренный нос совсем не портил ее, а добавлял какого-то шарма. Туго стянутые белые волосы вкупе с черным платьем давали резкий контраст.

— Марианна? — голос младшей тетки был резким и немного скрипучим.

— Да. Марианна Вандерия Аунгер, — подняла я голову.

— И зачем же ты пришла, Марианна? — она не пригласила меня сесть. Наверное, это дурной знак. И так отвратительное настроение испортилось еще больше. Похоже, зря я это все затеяла.

— Я… — голос предательски дрогнул, — я хотела попросить о помощи.

— И что же ты хочешь? — насмешливо отозвалась она, сложив руки под подбородком. — Денег?

— Их я заработаю сама. Мне просто нужна работа. Найти ее в городе в зимой сложно.

— Работа, говоришь? — она поднялась из-за стола, бросила на него салфетку и подошла ко мне. — А привет от старшей сестрицы ты мне не принесла? Она тебя подослала? Я же знаю, что вы так и живете вместе в этой халупе Иви.

Ее тон был полон презрения к своей сестре и брату.

— Нет. Тетя Руза даже не знает, что я пошла к вам, — внезапно стало очень обидно за отца и тетку. Никто не давал права этой женщине оскорблять их.

— Ну, а что ты умеешь? — она взяла мою руку и подняла ее, разглядывая пальцы. — Ты неухожена, выглядишь как оборванка из трущоб. Хотя о чем это я? Ты же в них и живешь! — она рассмеялась, довольная своей шуткой.

— Я много чего умею и не боюсь никакой работы, — резко вырвалось у меня.

— Да что ты? Танцевать умеешь? Вести светскую беседу? Может быть, музицировать?

— Если бы это приносило заработок — умела бы.

— Это приносит отличный заработок, если знать, где его взять, — промурлыкала она в ответ, обходя меня сзади. Едва уловимым движением коснулась моей спины своим плечом.

— Таким образом зарабатывают девки в домах терпимости, а я не такая, — отрезала я.

— Какая похвальная гордость! — притворно восхитилась интриганка. — Только кому она нужна, девочка? Ты орлица? — закончила она резко.

— Нет. Крыльев у меня нет, — я постаралась ответить твердо, без тени сомнения. И у меня получилось.

— Пф. Тем более! Мордашка у тебя смазливая, фигурка вроде бы тоже ничего. Я могу пристроить тебя к какому-нибудь господину в услужение. По доброте родственной, — на лице женщины были написаны понимание и участие. Вот только правды в них не было ни капли. — Но нужно привести себя в порядок. Кому нужна оборванка с обломанными ногтями?

— То есть работать постельной грелкой? — зло спросила я.

— Больше, боюсь, ничем помочь не могу, — скорбно пожала она плечами.

— Спасибо. Думаю, я откажусь. Не буду вас больше задерживать, — я развернулась и толкнула двери руками, распахивая их.

За спиной у меня раздался веселый смех и долетел выкрик:

— Передавай привет Рузалинде!

Найдя глазами слугу, я попросила проводить меня на выход. Кидая заинтересованные взгляды, он показал мне дорогу.

Весь путь до дома я корила себя на все лады. Не стоило ходить туда! Выставила себя попрошайкой, да еще и шлюхой предложили стать. Просто прекрасно! Сгоряча, я сразу же отправилась в городское управление Стражи. Попытаю счастья еще там. Вдруг возьмут? Чего тянуть?

Пройдя почти полгорода, я почти не замерзла. Солнце уже поднялось повыше, да и злость так и бурлила во мне. Поэтому к дежурному стражнику я подошла полная решимости.

— День добрый, офицер. Где можно узнать о приеме на службу?

Лохматая голова медленно поднялась и мужчина изрек:

— Кому? Тебе?

— Да, — торопливо подтвердила я. — Вы же девушек на службу берете?

— Берем, но сейчас штабных вакансий нет.

— Мне и не нужна штабная. Я согласна на любую, — снова подкатило раздражение.

— Пятый кабинет, — ткнул он пальцем в сторону коридора. — Попробуй узнать там.

— Спасибо, — быстро поблагодарила я его и пошла к нужной двери.

Здесь толклись несколько крепких парней, начавших тут же разглядывать меня и даже отпускать сальные шуточки. Я не стала обращать на них внимания. Жизнь на улицах приучила к этому, просто им скучно. Постучав в грубоватое деревянное полотно и получив приглашение войти, толкнула дверь.

Внутри за столами, заваленными папками, сидели два офицера.