Читаем Приручить принца (СИ) онлайн бесплатно

План рискован.

Безрассуден.

Но, как говорится, отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Я поправила рассыпанные по плечам тёмно-каштановые волосы, одёрнула шёлковый халат — хоть и длинный, однако до чего же неудобный! — и потянулась к двери. Но не успела даже дотронуться до створки, как та распахнулась сама, без моего участия.

— Люси?

— Адаани? — опешила я и отступила на шаг. — Не ожидала тебя здесь увидеть.

— Я здесь живу последние полтора месяца.

— Я… — я постаралась скрыть удивление, растерянность и неловкость. — Я не думала, что ты сегодня вернёшься… так рано.

Неужели она не могла побыть на этом своём свидании подольше? Возвращается же обычно позже, но нет, именно сегодня она решила прийти чуть пораньше!

Я огляделась, прикидывая, как и куда ретироваться в случае необходимости, и плотнее запахнулась в растреклятый халатик. Тут сползает, там липнет, здесь, наоборот, распахнуться норовит — сплошное недоразумение, а не орудие соблазнения!

— Похоже, никто меня не ожидал, а я явилась всем назло, — преспокойно констатировала хозяйка спальни и любезно отступила в сторону. — Да ты проходи, не стесняйся, в коридоре сквозняки, а ты легко одета…

Вот же… русалка!

Чувствуя, как предательская краска заливает щёки, я обхватила себя руками и смерила Адаани ледяным взглядом.

— Удивляюсь, как ты не замёрзла поздним вечером в таком… платье.

— На улице тепло, — невозмутимо парировала русалка. — И даже если я начну мёрзнуть, меня есть кому согреть.

— Да-а-ани! Кто-то пришёл, да? Это ведь не бурмен?

Ох ты ж… кажется, дела обстояли ещё хуже, чем я предполагала.

— Нет, это твоя невеста, — ответила Адаани.

— А-а, невестушка! Проходи, дорогая, я хотел с тобой… ик… поговорить.

— А я хотела бы узнать, какого краба она делает так поздно под дверью моей комнаты.

— Я всего лишь проходила мимо, это, насколько мне известно, не запрещено, — заявила я и рискнула-таки заглянуть в спальню.

Мой пьяный в дым жених как раз пытался встать с кровати.

Безуспешно.

— А с вами, Ваше высочество, мы поговорим завтра, когда встретимся за завтраком, и когда вы будете… в более подобающем виде, — добавила я, не удержавшись от презрительной гримасы.

— Что не так с моим видом? — принц Лансель Марийский всё-таки сумел сесть и даже относительно ровно. — Я одет… вроде обут… и почти не пахну… или вашвысочество смущает, что я того… выпил маленько? Так повод есть, я право имею, между прочим.

— Налакаться до состояния… свиньи?

— А что и как я лакаю… смешно звучит — лакаю… так вот, что я лакаю… пью… или ещё что делаю, вас, ваше козье высочество, не касается, — принц погрозил мне пальцем. — Мне всё равно, вот! И вообще… я свинья… или свин, наверное… вы коза, вот и подобралась парочка подданным на радость… или на беду…

— Он назвал меня козой?! — ахнула я. — Да я… да он…

Не собираюсь слушать его оскорбления!

Топнув ногой, подобрала полы халата и развернулась, намереваясь покинуть поскорее эту обитель порока, но русалка внезапно дёрнула меня за рукав. Скользкий шёлк, удерживаемый лишь поясом на талии, мгновенно сполз, обнажив плечо и часть белого полупрозрачного неглиже. Пискнув, я обернулась к Адаани, спешно натянула халат обратно.

— Ты что себе позволяешь?!

Адаани оглянулась на принца, с глупым выражением лица изучающего собственный вытянутый указательный палец, и бесцеремонно вытолкала меня в коридор. Сама вышла следом, прикрыв за собой дверь.

— Это ты что себе позволяешь? — совершенно не по русалочьи зашипела она. — Собралась соблазнить моего брата?

— Даже если и так, тебе-то какая разница? Мы всё равно должны пожениться через три месяца.

— А-а, то есть ты совершенно случайно решила соблазнить Ланса именно тогда, когда стало ясно, что свадьбы вам не избежать. И к брату моему отправилась, прекрасно зная, что он уже пьян в стельку, — Адаани вдруг умолкла на секунду-другую и в зелёных глазах отразилась вспышка понимания. — Ты не собиралась его соблазнять. Ты решила сымитировать попытку изнасилования, так? Ты случайно мимо проходила, а Ланс, будучи в невменяемом состоянии, на тебя набросился… или ты зашла его утешить, посочувствовать вашей общей беде, а он начал приставать… ты еле вырвалась и убежала. Ланс, когда протрезвеет, ничего не сможет вспомнить, то ли было, то ли не было, а ты постараешься быть убедительной, не правда ли? В крайнем случае пригрозишь оглаской, благо что ситуация не из тех, о которых говорят во всеуслышание, тем более в королевских семьях. И, поскольку Террена отнюдь не так жестока и несправедлива к тебе, как ты любишь расписывать, она, конечно, не выдаст за насильника бедную сиротинушку и наследницу престола к тому же, не посадит такую сомнительную личность на трон Лазурного королевства и не позволит разойтись сплетням и слухам, порочащим как имя и семью Ланса, так и ваши. В конечном итоге Террене придётся замять дело, под благовидным предлогом отослать Ланса домой и разорвать договорённости с Приморским королевством.

Она всерьёз ожидает, что я прямо здесь и сейчас во всём признаюсь, повинюсь и раскаюсь?

— Что за глупости, леди Адаани? Как вам только в голову пришёл подобный вздор? Доброй ночи, леди Адаани. Надеюсь, утром вы забудете о своих возмутительных, недопустимых и абсолютно беспочвенных инсинуациях, — я скрестила руки на груди, глянула на русалку так строго и надменно, как только смогла, и степенно покинула место несостоявшегося преступления.

Утром моя тётушка, вдовствующая королева Террена, собрала нас за завтраком в беседке и объявила о помолвке и свадьбе через три месяца. Нас — это меня, неразлучных Ланселя с Адаани, лорда Брука, старшего в свите принца и его наставника, и мою фрейлину леди Дюран. И не сказать, чтобы новость стала большим сюрпризом, но… Я не хочу замуж! Только не за этого… похмельного типа!

Однако тётушка была неумолима.

— Знаю, о чём ты думаешь, — заговорила она, едва все покинули беседку по окончанию завтрака, оставив нас с королевой вдвоём. — Замуж ты не хочешь…

— Я помню о своём долге, тётушка, — перебила я. — Но Лансель…

— Ничем не хуже любого другого кандидата, — возразила Террена. — Он молод, его не готовили для роли правящего монарха… впрочем, будем откровенны, как и тебя, как и меня, когда я вышла замуж за твоего покойного дядю… однако вы вместе научитесь всему необходимому, как научилась со временем я. К числу достоинств Ланса стоит отнести отсутствие у него чрезмерных амбиций и желания пробиться к власти любым способом. Его отца устраивает союз между нашими странами, он не стремится к объединению двух королевств в одно или, не дай то богиня, превращению Лазурного в вассала Приморского. И я устала, Люси, быть регентом в королевстве, которое мне не нужно, и опекуном взбалмошной девицы, которой пора повзрослеть. Маркус навсегда останется в моём сердце, но это не значит, что однажды я не полюблю другого мужчину, не выйду замуж повторно и не захочу детей. Однако пока я занимаю твой трон, я связана по рукам и ногам.

Это воззвание к моей совести?

— Пожалуйста, тётушка, кто угодно, только не Лансель, — взмолилась я.

— Почему? — в голубых глазах отразилось искреннее удивление и непонимание причин моего упорства.

— Он… — начала я и умолкла.

Не могу же я сказать, что мне, мол, рожа принца не нравится? Это грубо, некрасиво и недостойно принцессы.

Принцессы так не выражаются.

— Ланс вполне привлекателен, не имеет физических недостатков и все зубы у него на месте, — тётушка позволила себе скупую улыбку. — Разумеется, вам потребуется время, чтобы привыкнуть друг к другу и смириться с теми чертами, которые вам не нравятся, но уверяю тебя, этот период неизбежен даже для браков по любви.

— Он смеётся надо мной, — процедила я сквозь стиснутые зубы.

— А ты его презираешь, — философски пожала плечами королева.

— Вовсе нет! — я да презираю какого-то там третьего сына?! Больно надо!

— Да, Люси. И в конечном итоге вы оба ведёте себя как дети, — Террена подалась ко мне через стол, посмотрела пристально, серьёзно. — Вы поженитесь, Люсинда, хотите вы оба того или нет. Согласно последней воле Маркуса, ты сможешь взойти на престол не раньше своего двадцатипятилетия и лишь при наличии супруга. Надеюсь, ты понимаешь, что это решение твоего дядюшки было продиктовано прежде всего стремлением защитить тебя и нежеланием сажать на трон наивную девчонку, которой будут управлять все, кому не лень, кроме неё самой. Он хотел, чтобы рядом с тобой был надёжный, верный человек, способный уберечь тебя и поддержать. Марк отдавал себе отчёт, что я не смогу быть регентом вечно, я чужая здесь, мерзкая колдунья, получившая корону исключительно по недоразумению и наверняка благодаря привороту. Поэтому к моменту, когда тебя и Ланса коронуют, вы должны быть готовы стать правителями, что до меня, то я с чистой совестью соберу вещи и уеду.

— Куда… уедешь? — уточнила я настороженно.

— В тихое место подальше от столицы, где смогу посвятить себя колдовским практикам, — тётушка откинулась на спинку стула. — В ближайшее время контракт будет подписан, официальное объявление о вашей помолвке и бал в честь неё состоятся через две недели, свадьба — через три месяца, как я уже говорила.

Вот так. Никого не волнует моё мнение, главное — поскорее сдать меня замуж.

— Ваше величество, я могу идти? — спросила, едва сдерживая злость.

— Да, конечно, — и милостивый кивок ответом.

— Ваше величество, — я встала из-за стола, присела в реверансе.

— Ваше высочество.

Я выскочила из беседки и бегом бросилась по дорожке, ведущей к замку. Лансель, Адаани и лорд Брук не успели уйти далеко. Шли себе неспешным шагом и даже остановились прежде, чем я нагнала честную компанию. Правда, не ради моей персоны — судя по выражению лица русалки, обернувшейся к Ланселю, тема беседы оказалась не менее вдохновляющей, нежели у нас с тётушкой. Лорд Брук держался немного поодаль, загораживая часть обзора, но и из-за его спины я увидела, как принц всплеснул руками, не иначе бурно возражая собеседнице.

— Ты ревнуешь! — долетел до меня звонкий голос Адаани.

— Я всего лишь беспокоюсь о тебе, Дани. И ради сердца океана, давай пока не будем кричать друг на друга… я к этому ещё не готов.

Не готов? Тем хуже для него!

Я обошла лорда Брука, и русалка, смерив меня оценивающим взглядом, развернулась и горделиво удалилась.

— Ваше высочество! — окликнула я Ланселя.

Он вздрогнул и медленно, недоверчиво обернулся, будто до последнего надеясь, что за его спиной не я, а легендарный морской дракон.

— Заноза… то есть Ваше высочество, — пробормотал принц, и не думая выказывать положенные знаки почтения.

Я остановилась перед ним и — знаю-знаю, принцессы так не делают, — скрестила руки на груди.

— Она вам рассказала?

— Кто и что мне должен рассказать? — Лансель тоскливо посмотрел на лорда Брука за моей спиной.

— Ваша драгоценная морская сестра. О том, что произошло накануне вечером.

— И что произошло?

— Вы напились.

— Трудно винить меня за это.

— Вы назвали меня козой.

— Да? — принц нахмурился в явной попытке припомнить все события прошедшего вечера. — Мы разве разговаривали вчера? Хотя…

Значит, не рассказала.

Я оглянулась на лорда Брука, деликатно повернувшегося к нам спиной и старательно делавшего вид, будто он не прислушивается к нашей беседе, и понизила голос:

— Я вас не люблю и никогда не полюблю.

— Взаимно, — выражение этой рожи мерзкой, страдальческое, недовольное, только злило сильнее.

— Вы мне даже не нравитесь.

— От нас этого никто и не требует — ни любить друг друга, ни элементарно испытывать симпатию. Нам надо пожениться, наплодить наследников и постараться сберечь для них королевство в целости и сохранности. А учитывая, что я всего лишь консорт, то моё дело маленькое — регулярно навещать вас в спальне, — и при этом перекривился так, что сразу стало ясно, каким трудом тяжким обернётся для принца сия обязанность.

— Да я скорее выброшусь с балкона, чем позволю вам дотронуться до меня! Или нет, лучше отрекусь от трона и в монастырь уйду!

— Иди-иди, а я хоть с чистой совестью домой вернусь. Думаешь, кого-то тут интересуют твои сомнительные девичьи прелести?

— Я взрослая свободная женщина и сама решу, кого к ним допустить, а вот тебе, — я вслед за Ланселем перешла на фамильярное «ты», впрочем, лорд Брук и не такое от нас слышал, — однозначно следует вернуться в свою рабовладельческую страну и дальше портить там де…

Закончить пламенную речь я не успела, поскольку этот… нехороший королевский сын вдруг совершенно непочтительным образом сгрёб меня в охапку и… поцеловал!

Поцеловал!

Меня!

Да как он смеет?!

От неожиданности я не сразу начала сопротивляться, безвольной куклой застыв в объятиях, больше похожих на тиски. И сам поцелуй противный и вообще какой-то не такой — прижимается шершавыми губами к моими губам, и только. Да мой первый неловкий поцелуй в пятнадцать лет с юным пажом и то приятнее был! И в семнадцать с молодым придворным, решившимся поцеловать принцессу. Правда, он был не против и дальше пойти, посему пришлось остудить его пыл и объяснить, что наследницу трона нельзя так запросто соблазнить без особых последствий. Того случая хватило, чтобы понять — целоваться с приглянувшимся парнем я не могу, и с той поры я никому не позволяла столь нагло вторгаться в моё личное пространство.

Правда, с одной стороны, здесь и сейчас меня целует мой же жених. Вроде как ему можно.

С другой, не слишком ли много он себе позволяет?

Опомнившись, я протестующе замычала, упёрлась обеими руками в грудь Ланселя в попытке освободиться. Принц тут же отпустил меня и я, отпрянув, с размаху залепила ему пощечину. Сзади раздалось изумлённое оханье — наверное, лорд Брук обернулся на звук удара.

— С ума сошла? — Лансель потёр пострадавшую щёку и посмотрел на меня обиженным ребёнком.

— Не смей ко мне прикасаться! — прошипела я.

— Больно надо!

— Вот и прекрасно!

— Да, замечательно!

— Ваше высочество, — примирительно произнёс приблизившийся лорд Брук, мягкой интонацией и предостерегающим взглядом призывая к соблюдению приличий.

— Я всего лишь поцеловал свою невесту, — вызывающе сообщил Лансель наставнику. — Между прочим, право имею. А Её высочество ведёт себя как истеричка и нецелованная старая дева.

— Ваше высочество, не уверен, что подобные вольности уместны до… — заметно побледнел лорд.

— А ты… ты, — перебила я Брука, обличающе указав пальцем на принца, — ты кобель, хам и эгоист, каких поискать. Не мудрено, что даже твоя морская сестра сбежала от тебя, — я обошла Ланселя и быстрым шагом направилась к королевскому замку.

Нет, я не ретировалась.

Я предприняла стратегическое отступление.

Оно же лучше звучит, правда?

Я, принцесса Люсинда Лилиана Каландра де Верея, единственная полноправная наследница престола Лазурного королевства, должна выйти замуж по велению вдовствующей королевы Террены. И за кого? За Ланселя Марийского, принца Приморского королевства и всего-навсего третьего сына.

Более унизительной партии тётушка найти не могла. Хуже только какой-нибудь самопровозглашённый пиратский король.