Читаем Принцесса онлайн бесплатно

Эта рукопись была найдена среди вещей покойного ныне Александра Людвига. Как сообщают знавшие его, она была получена путём автоматического письма на медиумическом сеансе.

_______

Смерть её оказалась такой же загадочной, как и внезапной. Первые несколько дней после её кончины, вплоть до самих похорон, я провёл словно в бреду или тумане. Лишь позднее я задался вопросом: «Почему?» Сперва я не мог поверить, что это случилось, и вторил себе: «Как? Как? Как?..» Нельзя в девятнадцать лет терять любимых. Как нельзя в девятнадцать лет умирать. Это несправедливо. Не пойму до сих пор, то ли вселенная так над нами издевается, то ли это злой рок.

Помню только обрывки. Ясность сознания восстановилась позднее. Помню, как мне позвонила её мать, вся в слезах, говоря что-то невразумительное. Помню, как ответил ей что-то, шокированный услышанным. Помню сочувствующие взгляды и слова друзей, родственников, близких. Помню, как моя мать начала меня жалеть, а отец сказал: «Мужайся». Для меня это всё казалось каким-то нереальным сном, бредом, в который я поневоле погрузился. Шок, растерянность, апатия – так можно было бы описать моё состояние. Впрочем…

Я любил её. Я люблю её и сейчас. И вечно буду любить, ибо, убеждён, сама любовь вечна. Увы, это не вернёт её к жизни, что бы ни говорили.

Пока готовились похороны, за суетой и делами я будто бы отгонял от себя все печальные мысли. Мой ум отрефлексировал всё произошедшее позднее. И тогда хлынули мучительные чувства, едва меня не разорвав. Пока же я слышал, как её и мои родители хлопочут о погребении, видел, как увезли её тело в морг, знал, что уже ничего не будет, как раньше.

Потом настал день погребения. Служба похоронного обряда привезла её тело. Она, как всегда, была прекрасна. Прекрасна и… холодна. Помню её бледное, мертвенное лицо. И помню тот леденящий, жуткий холод, который я ощутил, едва её коснувшись. Как такое могло произойти? Почему с ней? За что? Почему это выпало мне? Что теперь делать?

Я всегда был рассудителен, говорили даже, что не по годам. Однако её преждевременная кончина выбила у меня опору под ногами, переместила меня в мир нечувствительного к окружению безумия и сделала неподвижным, оцепеневшим, парализованным камнем.

Не знаю, что заставило меня сделать это. Я не хотел с ней расставаться. Даже в мыслях. А тем более наяву. Священник прочитал речь. В комнате остались немногие. Царил полумрак, который не мог рассеять тусклый свет свечей. Я нагнулся поцеловать её. Последний раз. И положил ей в гроб… мобильный телефон. Да. «Безумие?» – спросите вы. Возможно. Впрочем, не скажу, что отдавал полностью себе отчёт. Я повиновался импульсу. И мне было уже всё безразлично. Всё, только не она… Но, может, я и правда безумец.

Потом состоялось погребение. Когда её гроб заколотили и опустили в яму, у меня защемило сердце. Едва сдерживаясь, чтобы не разрыдаться, я смотрел, как гроб засыпают землёй, всё смотрел и смотрел, понимая, что никогда больше её не увижу, не почувствую её тепло, не подарю ей ласку. Я всё стоял и смотрел, пока над могилою моей любимой не установили надгробие, ощущая неизгладимую тоску и печаль, жалость к себе и боль утраты. Лети в небо, радость моя! Когда-нибудь мы с тобой встретимся. И я смогу обнять тебя, прижать к своей груди, как и прежде. И тогда уже никто и ничто не разлучит нас.

* * *

Несколько дней я почти не ел и не пил. Горе, вызвавшее поначалу тоску, окончательно перешло в апатию. Ежедневно я посещал могилу моей любимой, мысленно с ней разговаривал. Почти всегда мысли увлекались внутренним потоком, и я погружался в воспоминания. Я вспоминал те дни и месяцы, которые мы были вместе, те мгновения, когда нам было хорошо вдвоём, ту теплоту, что пронизывала нас всё это время.  Я хотел её вернуть. Но не мог. Не знаю, как переживают эту утрату другие в мои годы. Быть может, я слишком зациклился на своих чувствах. Однако мне было тяжело без неё. Порой просто невыносимо больно.

Признаться, я совсем забыл, что положил мобильник ей в гроб. Как гром средь бела дня поразило меня это воспоминание. Не могу передать словами, какая гамма эмоций захлестнула меня в этот момент. Но главенствовала безотчётная надежда. Надежда на что? На воскрешение? Вздор. На общение, диалог? Безумие.

Ещё сколько-то дней я ходил на её могилу, вынашивая мысль о звонке ей. Почему-то меня очень волновала сама эта идея. Какая-то часть моего разума понимала всю абсурдность моей затеи. В конце концов аккумулятор телефона давно уже должен был сесть. Так зачем тогда всё это? Бред безумца. Впрочем, почему я не должен им быть, учитывая то, через что мне пришлось пройти и что пришлось пережить, я ровным счётом не понимаю.

Я лежал в темноте на диване в своей комнате. Последнее время я часто так делал. Мысли были пусты, я лишь смотрел в точку на неосвещённом потолке, пребывая в прострации. Но воспоминание о телефоне, который я оставил в гробу, вернуло меня к жизни. Я поглядел на экран своего телефона, какое-то время держа его неподвижно. Затем быстрым движением пальца по экрану нашёл её контакт. Она. Возлюбленная моя.

Несколько минут я ещё лежал в нерешительности. Сердце учащённо забилось, в один миг мне показалось, что оно вот-вот выпрыгнет из груди. Такой сильный трепет вызвала сама мысль о предстоящем звонке, словно я первый раз шёл на свидание. Наконец я решился. Нажал. Пошёл гудок. Я прислонил трубку к уху и с трепетом в груди стал ждать. Один гудок. Второй. Третий. Четвёртый. Пятый. Шестой. Седьмой. Внезапно поняв всю нелепость и бессмысленность ситуации, я оборвал звонок. Мне было стыдно. За ребячество, за глупость, за святотатство. Так нельзя, нет. Не нужно. Я выключил телефон. Повернувшись на бок, заснул в своей постели.

* * *

На утро я проснулся с тем же давешним намерением. Этот телефон, этот звонок всё не выходили у меня из головы. На душе было чувство чего-то неоконченного, недоделанного.  Поев на скорую руку, отправился бесцельно бродить по городу. Вид набережной и монументальных высоток из стекла и стали не помогли отвлечься от мыслей об очередном звонке. «Зачем мне это надо? – спрашивал я себя. – Чего я добьюсь этим? Не сумасшедший ли я?»

Вернувшись домой, я заперся в своей комнате. Сев на диван, достал мобильник. Ещё раз подумал, нужно ли мне это. Нужно. Нашёл её в списке контактов. Нажал вызов. Немедленно прислонил трубку к уху, будто боясь пропустить ответ. Гудок. Другой. Третий… Десятый… Двадцатый. Попытка связи оборвалась, оператор разъединил неудавшееся соединение.

Ну и идиот же я! Дурак! Я бросил телефон в угол комнаты, досадуя не то на свою собственную глупость, не то на то, что мне не ответили. Это уже начинало походить на помешательство.

День пролетел незаметно. Учёба, мелкие домашние дела. К вечеру поймал себя на мысли, что уже третий день не ходил на кладбище. Не разговаривал с ней хотя бы через надгробие. Пообещал себе завтра отправиться к могиле. Попросить у неё прощения за дурацкие попытки связаться с ней.

Стемнело. Решил не включать свет. Последние дни электрическое освещение меня прямо-таки раздражало. Вспомнил о своём телефоне, который я зашвырнул в угол комнаты. Отыскал его. Он на радость мне оказался цел: даже царапин на экране не появилось, и корпус тоже не повредился. Выключился разве что. Включил его. Полез в мессенджеры, полистал ленты подписок, перекинулся несколькими сообщениями с друзьями. Уже собираясь убрать телефон и ложиться спать, решил ни с того ни с сего найти… её. Прокрутив список контактов, отыскал мою дорогую.

Сперва я не понял, что увидел. Застыл в удивлении. Оторопел. Статус. Её статус отображался как «Был(а) недавно». Была недавно??? У меня снова учащённо забилось сердце, адреналин хлынул в мозг. Я думал, меня уже отпустило, однако… Мысли опять завертелись вокруг желания сделать звонок. Звонок? А может… может, написать ей сообщение? Прямо сейчас, прямо через этот мессенджер. Я быстро набрал текст. Стёр его. Он показался мне бессмысленным и дурацким. Задумался. Наконец, не торопясь стал набирать сообщение: «Люблю тебя». Руки мои дрожали. Сердце колотилось как бешеное. Мой палец завис над клавишей ввода… Я отправил сообщение. И впился глазами в экран. Статус отправки отобразился как «Доставлено». Доставлено. Доставлено… Доставлено… Но не прочитано. На что я, чёрт возьми, надеялся? Я отложил телефон, в этот раз решив не кидать его. Всё равно это бессмысленно. Эх. А я так надеялся. Надеялся на что? На то, что прочитает? Бред. У меня точно поехала крыша.

Вновь поразившись своему нелепому поведению, я машинально взял телефон, бросив взгляд на экран, и… оторопел. Статус сообщения изменился. Да, именно. Сообщение было прочитано. Хотите верьте, хотите нет, но я отчётливо помню всё происходившее. Не доверять своим глазам у меня не было причины. Шокированный увиденным, я не знал, что делать, не знал даже, что и думать. Снова отложил мобильник.

Идиотизм какой-то. Этого же не может быть. Или это глюк программы? Такое возможно вообще? Но ведь должно же быть всему разумное объяснение. Или мои глаза меня всё-таки обманывают, и я уже поехал? Я размял лицо, сходил умылся. Да нет же, мне всё почудилось. Сейчас вернусь в комнату, и никаких странных статусов там не будет. Усевшись на диван, снова взглянул на экран телефона. Нет, чёрт возьми. Ничего не поменялось: «Прочитано».

В этот момент я впервые почувствовал грань, за которой идёт безумие. Вроде бы ничего не поменялось. Вот он я, так же мыслю, так же чувствую, так же осознаю реальность, как и прежде. И одновременно уже не так, а как-то иначе. Что со мной происходит?

Решил, что разуму нужен отдых. Мне нужно поспать. А утром решу, что делать. Может, проснусь, и окажется, что всё это был дурной сон, навеянный каким-нибудь недомоганием тела или недавними волнениями. Может, окажется, что возлюбленная моя… жива.

Я не заметил, как отошёл ко сну. Проснулся я среди ночи, словно какая-то сила выдернула меня из забвения. И снова мысли потянулись к мобильнику. Нащупав его руками, поднёс экран к лицу. Когда глаза попривыкли к свету, несколько секунд смотрел на телефон, ни о чём не думая. Неосознанный импульс побудил меня позвонить ей…

Пошли гудки. Один, второй, третий. Четвёртый. Пятый. Шестой. На седьмом гудке сняли трубку. Сердце моё остановилось. Я замер, словно парализованный. Тишина на другом конце. Мертвенная, гробовая тишина. Я сглотнул. Весь напрягся, будто натянутая струна. Попытался разомкнуть губы, чтобы произнести хоть одно слово. Не смог. Связь оборвалась. Положили трубку. Часа полтора я пребывал в ошеломлении. Как и когда я заснул, я не запомнил.

* * *

На следующее утро я пребывал в неопределённости. Я всё ещё был шокирован инцидентом прошлого вечера. Но одновременно другая часть меня начала сомневаться в действительности случившегося. Не приснилось ли мне всё это? Не почудилось ли? Но зачем я гадаю? Я взял телефон, посмотрел историю звонков. Последний звонок и вправду был на сотовый моей возлюбленной. Продолжительность разговора: 1 минута 13 секунд. Нет сомнения, что контакт состоялся. Но как это возможно? И с кем? Быть может, такой эффект вызвали какие-то электромагнитные волны? Или я и вправду дозвонился ей? Вопросы, вопросы, вопросы. Мой мозг бомбардировался ими, словно Земля астероидами в доисторические времена.

Тут я вспомнил о друге, который всю сознательную жизнь занимался оккультизмом. В прошлом про себя я нередко посмеивался над его увлечением, правда, вида не подавал. Теперь мне было не до шуток. Быть может, он сумеет прояснить происходящее? Недолго думая, я собрался, предупредил друга в мессенджере, что скоро приду, и выдвинулся.

Поздоровавшись, мы прошли в его комнату. Она была ничем не примечательной, за исключением нескольких статуэток, олицетворяющих каких-то божеств, в которых я не разбирался, и пары изображений, явно что-то означающих для сведущих в оккультизме.

Я рассказал ему всё как есть. Он внимательно выслушал меня, по ходу рассказа иногда кивая, явно узнавая что-то знакомое ему.

– Вот что я тебе скажу, – начал он, когда я закончил свой рассказ. – В мире оккультизма известны феномены общения с духами умерших. Особое распространение это получило ещё во второй половине XIX века, в кругах спиритистов. Освещению таких феноменов мадам Блаватская посвятила ряд книг. Не обошёл эту тему даже знаменитый граф Толстой. Суть общения с духами умерших кратко состоит в том, что, во-первых, желающий войти в контакт с развоплощённой душой настраивается своим астральным телом на потусторонний мир. В твоём случае это была усиленная концентрация на образе твоей покойной девушки. А во-вторых, сами духи, находясь в эфирном теле, порой могут соприкасаться с физической материей, вызывая изменения земного вещества. Подозреваю, это именно твой случай, друг мой. Дух твоей возлюбленной отозвался в ответ на твои попытки взаимодействия с ней. Скажи, на какой день после её смерти состоялся тот звонок, когда она ответила?

– На… дай подумать… – начал припоминать я. – На девятый. Да, точно, вчера был девятый день.

– Так я и думал, – загадочно произнёс он. – Третий, девятый и сороковой дни после смерти особые. Первые два дня душа скитается вблизи тела; с третьего по восьмой день ей показывают райские обители; а с девятого по сороковой показывают ад. На девятый день душа твоей подруги, очевидно, как раз переходила от лицезрения рая до лицезрения ада и попутно могла прикоснуться к промежуточной материи нашего мира. В подтверждение этой теории позволь поинтересоваться: ты пробовал звонить ей раньше девятого дня? Дай угадаю: контакта не было.

– Верно, – ответил я, слегка ошеломлённый откровениями моего приятеля. На душе у меня было невесело.

– Ну вот, – задорно отозвался он. – А если бы ты попробовал набрать её номер в первые три дня, то контакт непременно бы состоялся! Гарантирую тебе это.

Я покивал угрюмо и добавил:

– Как-то не подумал об этом.

– Единственное, что меня смущает, – продолжил он, – так это то, как батарея телефона в гробу сохранила заряд до девятого дня. Всё-таки под землёй холодно. Впрочем, возможно, она активировала батарею эфирной энергией.

– Да, как-то подозрительно, – согласился я.

Наскоро поблагодарив за помощь и попрощавшись, я пошёл прогуляться. Благо погода была ясная и солнечная, хоть и прохладная, и я надеялся прочистить мозги свежим воздухом. Посещение друга-оккультиста не успокоило меня. Скорее даже, наоборот, расстроило. Он совсем не проникся моей утратой и болью, и слишком отрешённо, прямо анатомично, разложил всё по своим оккультным полочкам. Возможно, в его словах есть доля истины, но подана была она явно неудачно. Как-то безнравственно.