Читаем Презирающие имя (СИ) онлайн бесплатно
Чудеса с обонянием начались через три дня после того случая в лесу. В пятницу утром оно неожиданно обострилось, а к полудню нос приобрёл просто небывалую чувствительность. Теперь Шихов различал вокруг сотни запахов; от этого кружилась голова, но и подмывало снова и снова тянуть ноздрями воздух.
Чем пахло? Свежим цементным раствором, железной окалиной, грунтовкой, ацетиленом (видно, травит редуктор на баллоне); пахло резиной, соляркой и маслом от автокрана, сосновыми досками, раскопанной землёй, окурками, которых полно валяется на стройплощадке. Ржавой водой из бочки и дождевой из луж, прокисшими на жаре остатками йогурта из упаковки, которую кто-то швырнул на землю...
Принюхиваясь, Шихов бродил вокруг металлического каркаса, промежутки в котором уже начали закладывать пеноблоками. Его бригада возводила небольшой консервный цех в деревне Первушево Владимирской области. Под пекущим июльским солнцем парни шевелились нехотя. Шкрябали мастерки, жужжала бетономешалка, чей-то мобильный, положенный на деревянный поддон для кирпичей, проигрывал шансон.
Из-за чахлой берёзовой рощицы порыв ветра разом принёс запахи деревенского жилья, отхожих мест, скотины, силоса, застоявшейся в пруду воды и гнилостной тины, а также мясной аромат готовящейся пищи.
- Прораб! - насмешливо окликнул Шихова сварщик Петя. - Чего жалом водишь? Все сухие!
Петю Шихов не любил за то, что тот на работе умудрялся потихоньку закладывать за воротник, как за ним не следи.
Сейчас их с Петей разделяло не меньше десятка шагов. Ещё вчера Шихов, конечно, не учуял бы ничего такого, а теперь вдруг понял: ему даже не надо подходить к Пете, чтобы убедиться - тот врёт. От Пети легонько веяло алкогольными испарениями, куревом, взопревшим на жаре телом, кирзой и брезентом. По этому запаху теперешний Шихов мог бы выследить и найти Петю, вздумай тот даже убежать и спрятаться где-нибудь.
Шихов открыл было рот, чтобы привычно сказать сварщику пару ласковых насчёт того, какой он, Петя, с утра сухой, но передумал. Неожиданно пробудившийся внутренний сторож велел Шихову не выдавать себя, словно какие-то неприятности могут случиться оттого, что другие узнают о его новых способностях. Всё это вызывало беспокойство и создавало между ним и всеми остальными смутное недоразумение.
- Работай, трепло! - бросил он Пете и отошёл в тень бытовки.
Он опустился на рулон гидроизола и прислонился к стене, делая вид, что наблюдает за работой, а сам прислушивался к себе, гадая, что же всё-таки с ним произошло. Потихоньку, чтобы это не было заметно со стороны, он тянул носом воздух и размышлял о том, что всё новое в нём так или иначе должно быть связано с событиями вторника. В который раз уже он принялся вспоминать тот вечер и тут же подумал о Верке.
Теперь он не хочет иметь с ней ничего общего! Может, позвонить ей, чтобы сразу поставить точку в отношениях? Наверняка она приедет сюда скандалить... Главное, не упоминать при ней слово "лес", да и никому другому об этом не говорить.
Даже гражданский брак накладывает обязательства. Теперь же, выходит, он дал Верке повод. Она хитрая и корыстная, придумает, как всё повернуть в свою сторону. Будет трепать нервы и деньги тянуть. Почему он с ней не расстался сразу, как понял, что у них уже не заладится? Хорошо, детей нет!
А впрочем, пусть делает, что угодно! Сейчас Шихова занимала не Верка, он гадал, когда вновь увидится с той, другой, чьего имени так и не узнал. Она обещала новую встречу, и вчера, глядя в ночное небо, Шихов убедился, что срок подходит. Вот только придёт ли она?
А вдруг, на самом деле, ничего не было, и тот странный вечер ему просто привиделся? Шихов коснулся плеча в том месте, где оно легонько саднило...
Он вспомнил, что во вторник, когда всё случилось, было ещё жарче, чем сегодня, но все работали, как заведённые. Ребята знали: закончат каркас - будет два дня отдыха, и Шихов специально днём на своей машине катался в райцентр, чтобы, пока открыт банк, снять с карточки "транш" - так в бригаде именовалась составленная из суточных сумма, которую он выдавал парням на отдых в конце этапа.
К шести приварили последнюю балку, мигом убрали оборудование. Пассажирская "Газель", на которой приезжали из райцентра, где было арендовано общежитие, завелась с пол-оборота.
- Начальник, ты с нами? - позвали Шихова. - Скорей, а то магазин закроется!
Он представил, что весь вечер будет сидеть в душной общаге и смотреть, как парни глушат водку, а кончится всё тем, что сам напьётся, хоть сейчас и не желает этого. Смыться бы от них! Авось, по пьяному делу не натворят бед.
- Давайте без меня, я купаться! Потом приеду на своей.
- В душе искупаешься, поехали!
- Держите деньги...
- До реки лесом три кэмэ! И обратно... Сил много у тебя осталось! Сразу видно, кто по-настоящему работал, а кто командовал... Ладно, оставим тебе.
Газель укатила, сразу стало тихо.
До реки можно было добраться на машине, но это большой крюк, да и у моста всё загажено, а на дне - стёкла. Лучше прогуляться по тропинке, как ходят иногда деревенские. Тогда Шихов подумал, что вечером буднего дня никого не встретит, но ошибся.
Он увидел её у заводи - там, где сосны обступают пологий, усыпанный хвоей сход к реке, и что-то в её облике сразу показалось необычным. Она поднялась ему навстречу с травяной кочки, на которой сидела.
"Красивая!" - подумал Шихов. Он решил, что помешал ей, и она сейчас уйдёт, но нет, она просто стояла и смотрела. На миг подумалось, что она ждала тут его, хотя с чего бы?
Не юная, но ещё молодая, пожалуй, ровесница Шихову. Простой серый сарафан чуть прикрывал колени; недлинные пепельные волосы - влажные, наверное, только что искупалась. Он представил, как она снимает с себя одежду, заходит в реку...
Разговор завязался сам собой. Она держала себя свободно, её живые, светло-карие, почти жёлтые глаза с интересом и долей лукавства смотрели на Шихова. Она не стеснялась и, видно, не опасалась незнакомого мужчины. Пожалуй, Шихов заинтересовал её, а может, и понравился. Он же почти сразу испытал к ней сильное расположение. Такая не будет ловить на слове, упрекать и придираться, как Верка. Эта - прямая и смелая, она скорее уж способна удивить каким-нибудь неожиданным, решительным поступком. Общаться с ней было легко, а первое же "ты" сделало их ощутимо ближе.
- Не боишься одна гулять? - спросил он. - Тут водятся волки.
- Ты и в самом деле похож на волка, - широко улыбнулась она в ответ. - Я давно это заметила! Хочешь меня слопать?
Тогда Шихов рассказал, что не шутит, и по дороге сюда он действительно видел настоящего, живого волка.
Волк смотрел на него из зарослей лещины, а когда понял, что его видят, подорвался и мигом скрылся в кустах, только ветви качнулись. Оказывается, волки бегают очень быстро! На всякий случай он выломал крепкую палку, но через некоторое время выкинул её, потому что, на самом деле, волки избегают людей и не нападают на них, особенно летом.
- Кто тебе сказал? - спросила она.
- Читал где-то, а что?
- Тебе не показалось, что это была волчица?
- Пусть волчица, какая разница?
Она хитро усмехнулась:
- А я знаю: ты на стройке работаешь.
- Откуда?
- Вдруг ты мне приглянулся, и я слежу за тобой?
- Разыгрываешь? Не верю я тебе!
- Не веришь, что приглянулся, или - что слежу?
- Брось! Я бы тебя заметил.
- Как будто ты всё замечаешь. Волчицы от волка не можешь отличить!
Она рассмеялась, откинувшись назад, отчего грудь явственно обозначилась под сарафаном:
- А тебя жена отпускает одного в лес? Я бы не отпустила...
Усевшись на траве, они беседовали ещё долго. Шихову хотелось узнать больше о той, что так пришлась ему по душе, но она избегала говорить о себе много, а на прямые вопросы отвечала уклончиво. Эта загадочность раззадоривала Шихова и привлекала не меньше, чем её чувственный, грудной голос и непринуждённая женственность движений.
Суждения её были прямы, а круг интересов - необычен. Скажем, её мало занимало всё связанное с материальным достатком, накопительством и карьерой. У Шихова даже создалось впечатление, что она не слишком хорошо представляет себе, что сколько стоит. Зато о растениях и животных она знала не меньше какого-нибудь заядлого натуралиста.
Неполная, растущая луна проступила на вечернем небе, а слова всё не кончались. Что-то важное происходило в душе Шихова. Он вдруг понял: чем бы ни завершилась его сегодняшняя встреча, с Веркой покончено. За один вечер новая подруга стала ему ближе, чем та за два года. Тревожило одно - она так и не сказала, как её зовут. Несмотря на видимую симпатию с её стороны, закрадывалась мысль: "А вдруг она скрывает имя, потому что не хочет продолжить знакомство?"
- Не было у меня никогда имени, что я, собака? - неразборчиво проворчала она куда-то в сторону, когда он в третий раз за вечер повторил тот же вопрос.
Шихов скорее угадал, чем расслышал её слова, но по тону понял - своим настойчивым интересом к такой простой вещи, как её имя, он нанес подруге непонятную обиду. Впрочем, она тут же повернулась к Шихову и, словно желая загладить свою несдержанность, положила мягкую тёплую ладонь ему на грудь, прогибаясь и заглядывая в глаза снизу вверх:
- Зачем ты пришёл сюда?
- Купаться... - прошептал он внезапно охрипшим голосом, чувствуя, как от её прикосновений встают дыбом волоски на руках.
- Давай, я помогу тебе, - тихонько сказала она ему на ухо, коснувшись мочки сухими, тёплыми губами, и стала расстёгивать пуговицы на его рубашке.
Шихов хотел обнять её, но она увернулась, продолжая освобождать его от одежды, и он подчинился её правилам. Скоро на нём совсем ничего не осталось.
- Иди! - легонько шлёпнула она его по голой спине, подталкивая в сторону воды.
Перед тем, как зайти в реку, он всё-таки привлёк её к себе и поцеловал в губы, почувствовав нежный ответ. Теперь и самому хотелось скорей окунуться в воду, чтобы остыть и не расплескать слишком быстро всего удовольствия.
- Пойдёшь со мной?
- Иди, я подожду здесь!
Он нырнул и, сколько хватило воздуха, скользил под водой, чувствуя её приятную лёгкую прохладу, а затем открыл глаза и медленно всплыл из глубины прямо к лунному свету. Густой туман ластился к серебрящейся сонной реке. Плеск от сильных гребков Шихова разносился над поверхностью.
- Ты будешь со мной всегда? - донеслось из темноты.
- Ага! - крикнул Шихов, довольно отфыркиваясь, и поплыл обратно.
Две дюжины взмахов, и он ощутил под ногами илистое дно. А где же подруга? Её нигде не было видно.
- Ты где? - громко позвал он. - Эй!
Только эхо ответило ему. Шихов повторил свой призыв, потом ещё раз, уже тише, а потом вдруг разом понял, что всё кончилось. Он напрягал зрение, пытаясь различить хоть что-то в лесном мраке. Ещё не соображая, что же пошло не так, он отчётливо понял, что стоит голышом посреди леса, вдали от деревни. Озираясь, он быстро подошёл к своей одежде - слава богу, цела! - и нашарил в карманах брюк бумажник, ключи и мобильный телефон; других ценностей у него с собой не было. Через мгновенье ему уже было стыдно.
Накинув на мокрые плечи рубашку, с телефоном в руке, он топтался на месте и не знал, что делать. Ночь окружала его запахами лесных растений и близкой воды. Вокруг - ни шороха травы, ни треска сухой ветки под ногой. Разочарование всё сильнее охватывало Шихова. Та, кого он так желал сейчас видеть, не могла уйти далеко, но Шихов почему-то был уверен: она с лёгкостью ускользнёт от него в лесу, даже если сейчас же броситься на поиски.
Теперь он уже злился: на себя, на неё, на безмолвные стволы деревьев вокруг, на ребят, которые сейчас пьют без него. Искупался? Теперь можешь идти! Думал, обокрасть тебя хотела? Да пропади оно пропадом, было бы, что красть! Он размахнулся и швырнул мобильник в ночь.
Он не был мальчишкой и прекрасно знал - в любви бывают и победы, и неудачи. Ладно бы его отшила какая-нибудь стерва: не дала, и не дала, велика важность! Но почему именно сейчас, когда он встретил ту, что действительно пришлась ему по сердцу, идиллия обернулось не то розыгрышем, не то ещё чёрт-те чем, а он стоит тут без трусов и удивляется?
Лёгкий шорох привлёк внимание Шихова, он повернулся на звук и обомлел: возлюбленная была в двух шагах от него - уже без сарафана, совсем без всего. В свете луны её белая кожа казалась матовой, и Шихов только сейчас понял, что именно показалось ему необычным с первого взгляда: она совсем не загорела, несмотря на то, что миновала середина лета.
- Возьми, - протянула она ему что-то на ладони, и Шихов машинально принял из её рук телефон, потом машинально поднял с земли брюки и сунул телефон в карман.
Мог бы хоть один человек найти его в темноте так быстро и бесшумно? Кто мог бы это сделать?
Ответа на последний вопрос Шихов не знал, но чувствовал - надо сейчас же забирать своё барахло и топать в деревню, потом ехать в общагу и там накатить хорошенько водки, чтобы не думать ни о чём. Со временем всё войдёт в свою колею, цех сдадут, и тогда он уедет из этих мест навсегда.
"И вернусь к Верке...", - подумал Шихов с внутренней усмешкой. Страха не было, он видел, что возлюбленная, кем бы она ни была, стоит и ждёт его решения.
- Значит, быть с тобой всегда? - спросил он, глядя ей в глаза, и она не отвела взгляда. - А вдруг я не вынесу такого счастья?
- Вынесешь! - Она подступила к нему и прильнула грудью, поглаживая плечи, спину.
"Так тому и быть", - подумал Шихов, и ему стало легко. Он приник к губам, искавшим его губы, и обнял возлюбленную. Затем она оказалась лежащей на траве, а он чувствовал под собой её страстное тело.
- Ты не передумаешь? - пристанывала она, легонько покусывая его плечо, отчего становилось ещё слаще. - Не передумаешь?
Он хотел вжаться в неё крепче и крепче, а она подавалась навстречу его движениям всё яростнее, и когда их сплетённые тела содрогнулись, она на мгновенье с силой сжала зубы на его плече, а затем откинула голову и замерла, тяжело дыша.
- Полегче! - попросил Шихов, перекатываясь на спину и трогая плечо. Некоторое время они лежали рядом.
- Больше не буду! - ответила она наконец, а затем приподнялась на локте и, склонившись над Шиховым, стала щекотать волосами ему грудь и лицо.
- Послушай, - сказала она, - сейчас я уйду, но скоро мы снова встретимся.
- Когда?
- Скоро! Видишь луну? Как она станет круглой, ты меня найдёшь.
- Найду где?
- Здесь, или поблизости, - она повела рукой вокруг. - От тебя я не стану прятаться!
Поцеловав его в щёку, она поднялась и пошла туда, где, как сейчас заметил Шихов, лежала её одежда. Стянув всё в тугой узел, она махнула Шихову рукой и, забежав в реку, поплыла к другому берегу, держа узел над головой.
- Подожди! - позвал Шихов. - А вдруг я тебя не найду?
Он смотрел, как возлюбленная выбралась на противоположный берег и пару раз передёрнулась, отряхиваясь от воды.
- Найдёшь! - крикнула она и, не одеваясь, нырнула в кусты ивняка, словно хотела кувырнуться через голову.
