Читаем Прелестная обманщица онлайн бесплатно

Мэри Николс

Прелестная обманщица

Глава первая

1816 год

Эмма стояла, опершись на поручни «Нежной девы». Корабль пробирался по устью реки. Берега

были скрыты в тумане. По воде плавали обломки дерева, капустные листья и даже дохлая собака – в

общем, присутствовали все грязные «украшения» большого города, как в реке Хугли в Калькутте, но

запах был другой – не пряный, а прогорклый. От сырости рыжие волосы Эммы завились в тугие

кудряшки.

Так вот она какая, Англия! И эту серую, мрачную, холодную страну британцы в Индии считали

желанной родиной! Даже отец, проживший в Индии двадцать пять лет, говорил об Англии с

ностальгией. Эмма вместе с братом Тедди родилась в Калькутте и покидала ее только в разгар жары –

их увозили в горы. Им и в голову не могло прийти, что однажды они поплывут в Лондон на грузовом

корабле, а весь их багаж составит старый железный сундук да две холщовые сумки.

Туман немного рассеялся, и они подошли к причалу. Эмма увидела десятки кораблей с флагами

самых разных стран, но больше всего было судов британской Ост-Индской компании, шире известной

под названием Компания.

Везде сновали портовые рабочие, загружая и разгружая суда.

К Эмме подошел брат. Он был хорошо сложен и высок для шестнадцатилетнего юноши, но

выражение лица и голубых глаз было еще по-детски наивным. Он никак не мог свыкнуться с мыслью о

смерти отца, которого, как и Эмма, боготворил.

Она с улыбкой повернулась к нему.

– Немного похоже на Калькутту, правда? Корабли снуют среди тумана, люди работают. – Она

помолчала. – Но, конечно, это не Индия.

– Здесь холоднее. – Он поднял воротник пальто. – Миссис Гудрайт говорила, что в это время

года здесь настоящая английская весна.

– Ее не стоило слушать. Для нее зима в Калькутте слишком жаркая.

Миссис Гудрайт была женой адъютанта и взяла на себя роль опекунши Эммы и Тедди после

смерти их отца.

К девушке и ее брату подошел капитан Гринуэй. У него была большая, почти совсем белая

борода и изборожденное морщинами лицо – результат пребывания на палубе в любую погоду. Но

грубоватый вид смягчали веселые голубые глаза и приветливая улыбка.

– Ну вот мы и добрались, сударыня, целы и невредимы.

В это время по трапу поднимались двое мужчин – на вид чиновники.

– Жаль, что погода не благоприятствует. Здесь это называют апрельскими ливнями. Но едва

появится солнышко, и вы увидите, какая это чудесная страна – не слишком жаркая и не слишком

холодная.

– Да, конечно, вы правы.

1

– Как только таможенники и санитарный инспектор закончат осмотр, вы сможете сойти вниз. Я

распоряжусь, чтобы ваш сундук отнесли на набережную. – Капитан протянул Эмме руку. – Я буду

занят, поэтому попрощаюсь с вами сейчас.

Она пожала ему руку.

– До свидания, капитан. Большое спасибо за все.

– Мне было приятно вам услужить. Должен отметить, мэм, что вы храбрый моряк. – Он

повернулся к Тедди. – И вы тоже, сэр. Желаю вам успеха.

– Благодарю вас. – Тедди пожал ему руку.

Плавание и в самом деле было нелегким. Эмма наблюдала за тем, как команда опускала паруса и

освобождала палубу, чтобы поднять крышки грузовых люков. Ее вдруг охватило странное нежелание

спускаться на землю предков.

Зачем они с Тедди все это затеяли? Страх, испытанный ею во время Шторма на море, был ничто

по сравнению с ужасом, охватившим ее сейчас. А если они совершили непоправимую ошибку? Ведь в

этой незнакомой стране ей не к кому обратиться за советом и они никому не нужны. Не лучше ли им

вернуться обратно?..

И вот она уже снова скачет на лошади через майдан1 в Калькутте, а топот копыт громко отдается

в ушах.

Обширное открытое пространство вокруг форта было расчищено Робертом Клайвом2 пятьдесят

лет назад, исходя из военных целей. Теперь майдан использовался англичанами и калькуттской знатью

для развлечений, утренней верховой езды и прогулок прохладными вечерами. Заклинатели змей и

фокусники развлекали прохожих, здесь же проводились праздники и играли в крикет, а обезьянки

карабкались по банановым деревьям. Но в то незабываемое раннее утро народу на майдане было мало.

Сезон дождей еще не закончился.

Эмма натянула поводья и остановилась, поджидая брата. Солнце уже припекало, и тонкая

струйка пота потекла у нее между лопаток. Позже, как обычно в это время года, температура понизится

и начнется ливень. По высохшим дорогам потекут ручьи, образуя лужи. С деревьев будет капать,

канавы переполнятся, а обычно медленная река Хугли выйдет из берегов, как уже бывало много раз.

Но Эмма и Тедди привыкли к этому. Их волновала не погода, которая была предсказуема, а

долгое отсутствие отца. Майор Эдуард Монтфорест участвовал в боевой операции против гурков3,

нападавших на индийские земли с холмов Непала.

– В том месте невозможно развернуть военные действия. – Тедди, как и многие из тех, с кем он

учился в колледже, живо обсуждал военную операцию. – Там одни голые скалы, ущелья и бурлящие

потоки. Туда практически невозможно подтянуть боеприпасы и орудия, зная, что за каждым камнем

наверняка укрылся меткий стрелок.

– Хорошо, что тебя не слышит полковник. Твои слова равноценны измене, – усмехнулась Эмма.

– Он находится рядом с папой, так что ничего не услышит. А папа думает точно так же, за что

получил выговор и упрек в трусости. Папа – трус! Да он храбрейший человек на свете. Он ни за что не

уклонится от сражения, если сочтет, что оно необходимо.

– Я согласна с тобой, Тедди, – сказала Эмма. Она знала, что брат преклоняется перед отцом и

очень по нему скучает, так же как и она сама. – Вернемся домой. Может быть, сегодня поступят вести

от него.

Они развернулись в сторону форта, остановились возле конюшен и передали лошадей груму

расседлать и почистить. Затем прошли мимо правительственного здания к жилому району, где стояло

их бунгало4. Служанка Сита наверняка уже готовила завтрак. Тедди был, как всегда, голодный, но он

забыл о еде, увидав, что на веранде стоит военный, явно поджидая их.

– Это капитан Гудрайт! – воскликнул Тедди. – Они вернулись. – Он побежал вперед. – Где мой

отец? Они одержали победу? Когда полк вернется? – набросился на капитана с вопросами Тедди.

Но тот, не ответив ему, повернулся к Эмме.

– Доброе утро, мисс Монтфорест. Я прибыл по поручению сэра Эдуарда...

У Эммы упало сердце. По скорбному выражению лица этого обычно жизнерадостного человека

она поняла, что случилось несчастье.

– Пожалуйста, пройдем в дом – там прохладнее, – стараясь говорить спокойно, пригласила всех

Эмма. – У вас есть новости?

1 Майдан – площадь в городе, используемая для базаров либо парадов. – Здесь и далее примечания переводчика.

2 Клайв, Роберт (1725–1774) – английский генерал и государственный деятель, служивший в Индии.

3 Гурки – народность, живущая в Непале.

4 Бунгало – дом с верандой.

2

– Да. – Он тяжело вздохнул. – И боюсь, что плохие. Мой печальный долг сообщить вам, что ваш

отец, майор Монтфорест, пал в бою.

– Пал? – переспросила Эмма, сжав ладони, чтобы не дрожали. – Вы хотите сказать... – у нее

перехватило дыхание, – что он умер?

– Да. Мне очень жаль. Они попали в засаду к северу от Горакпура. Погибли все – сто отличных

солдат.

Эмма упала в кресло.

Наступила тишина – все молчали и думали о человеке, доблестном воине и любимом отце. Они

знали, что больше никогда его не увидят, так как из-за жары погребения в Индии происходили очень

быстро и нечего было и помышлять о том, что тела убитых привезут и похоронят в присутствии

родственников.

– Вы в этом уверены? – спросил Тедди. – А вдруг он выжил и еще вернется? Вдруг его задержали

дожди? Ведь дороги размыло, а мосты снесло, так что у него уйдет не один месяц, чтобы добраться

сюда.

– Это невозможно, – ответил офицер. – Косцы травы, которых отправили собирать корм для

скота, услыхали стрельбу и убежали. Кроме них, в живых не осталось никого. – Капитан повернулся к

Эмме. – Мисс Монтфорест, пожалуйста, скажите, чем я могу быть вам полезен. Моя жена зайдет к вам

попозже, и вы обсудите, что делать дальше. Полагаю, сейчас вы захотите побыть одни.

– Да. Благодарю вас, капитан.

Он ушел. Эмме вдруг стало тяжело дышать. Тедди сдавил руками голову и уставился в пол. В

соседней комнате выла Сита, другой слуга читал молитву на хинди. Тедди вдруг вскочил и выбежал из

комнаты.

Эмма решила не удерживать его – он не хотел, чтобы она видела, как он плачет. Эмма смотрела

на тигровую шкуру, лежащую на полу у ее ног. Отец застрелил людоеда несколько лет назад, когда тигр

стал нападать на жителей деревни. Вместе с индийским слугой Чинкарой они привезли его домой в

тележке, и оба веселились, как два школьника. Никогда больше она не услышит его смеха.

Боль потери охватила ее, и она разрыдалась под шум начавшегося дождя. Звук падающих капель

нарастал, дождь стучал по циновке и полу на веранде, по дороге за домом и рассекал со свистом воздух.

Казалось, вместе с ней плачет вся земля.

Эмма смогла встать лишь спустя час. Она вытерла глаза носовым платком. Рядом оказалась

Сита.

– Он перешел в следующую жизнь, – заявила индианка. – И эта жизнь будет лучше, потому что

он хороший человек, и Чинкара тоже с ним – он заботится о нем. Теперь наш хозяин – Тедди-сагиб.

– Да-да, конечно. – Эмма вымученно улыбнулась при мысли о школьнике Тедди,

распоряжающемся их жизнями. Совершенно очевидно, кто возьмет бразды правления в свои руки и

станет принимать решения. Ей надо быть сильной, разумно мыслить и не поддаваться горю,

съедающему душу и ум.

Голова кружилась от тысячи вопросов. Самое главное: как они станут жить без отца? Эмму

волновало не ведение хозяйства – она занималась этим не один год. Разрешат ли им остаться в бунгало,

которое принадлежало Ост-Индской компании? А если нет, то куда им деваться? Она предполагала, что

у отца имелись какие-то деньги, но достаточно ли их, чтобы Тедди продолжал учиться в колледже?

К тому же пойдут разговоры. Молодой девушке не пристало жить одной. Эмма подозревала, что

офицерские жены налетят как назойливые мухи и станут давать советы о том, как ей следует жить.

Ей было двадцать два года, и она давно вышла из возраста, когда нуждалась в компаньонке. Она

одевалась так, как хотела, и вела себя по собственному разумению. В дни испытаний она могла

рассчитывать на своих верных слуг, от которых было больше пользы, чем от ограниченных

европейских дам, которые, дай им волю, тут же выдали бы ее замуж за первого новоприбывшего

офицера.

Опасения Эммы оказались не лишены основания, когда, как только кончился дождь, прибыла

миссис Гудрайт. Похолодало, и маленький сад был полон испарений: деревья, кусты и служебные

строения виднелись как в дымке. С листьев пальмы около двери налило целую лужу – по ступени

веранды.

– Ты должна переехать к нам, – деловито заявила миссис Гудрайт, стягивая перчатки и поднимая

вуаль. Эмме всегда было непонятно, почему эта дама наряжается так, словно живет в Европе. – Мы

должны найти тебе мужа. Не сомневаюсь, что скоро появится подходящая партия – сюда приедут

военные – заменить тех, кого мы потеряли.

3

– Вы очень добры, мэм, – ответила Эмма, – но я пока не думала о подобных вещах.

– Ох, дитя, ты все еще тоскуешь по Джону? Это глупо! Прошло уже четыре года.

Джон... Эмма познакомилась с ним, когда ей было восемнадцать, а он только что приехал из

Англии. Он вскружил ей голову, и они тут же обручились. Ей казалось, что она безумно влюблена в

него. Однако вскоре Эмма поняла, что он придерживается широко распространенного взгляда на

миссию британцев в Индии, считая, что англичане для индийцев благодетели.

– Мы здесь не завоеватели, – говорил он. – Мы прибыли торговать, но как можно вести торговлю

должным образом, если короли и принцы постоянно воюют друг с другом из-за прав наследования и из-

за того, кто кому должен платить дань? Необходимо охранять закон и поддерживать порядок, а это

подразумевает военное присутствие. Ты – дочь солдата и должна это понимать.

Она надеялась, что со временем Джон полюбит эту страну и ее жителей, как любила она сама, ее

отец и брат. Но в первое же лето Джон умер от лихорадки. Из Англии на похороны приехали его

родители. Эмма им не понравилась – из-за ее независимого нрава.

Эмма сознавала, что у нее с Джоном не было бы согласия в браке. Она искренне скорбела о нем,

но дала себе слово, что если снова влюбится, то в человека, который разделит с ней ее привязанность к

Индии.

Такого человека она не встретила. Она была по-прежнему стройна, здорова, хороша собой, но...

считалась почти старой девой.

– Нет, – ответила Эмма миссис Гудрайт, – я не хочу выходить замуж только потому, что этого

требуют приличия.

– Тогда я настоятельно советую тебе уехать домой, в Англию. При тяжелой утрате семья –

большая поддержка. Я уверена, что виконт Монтфорест с радостью примет вас.

Вот в этом Эмма сомневалась. Между отцом и его старшим братом были плохие отношения. Они

не переписывались все те годы, что отец провел в Индии. Возможно, дядя и не подозревает о

существовании племянницы и племянника.

Однажды она спросила отца, что произошло. Она очень ясно помнила этот разговор, который

случился сразу после маминой смерти. Отец участвовал в военной кампании 1802 года в Пуне5 и

вернулся, когда мамы уже не было в живых. Он был в ужасном состоянии, винил климат, винил

военный поход, который был продиктован исключительно британской экспансией и не имел ни

малейшего отношения к защите интересов Компании. Но более всего он винил себя.

– Мне следовало отправить ее домой, невзирая ни на что. Доктор сказал, что этот климат убьет

ее...

Восьмилетняя Эмма была слишком мала, чтобы утешить его. Она только спросила:

– А почему ты этого не сделал? Не отвез маму в Англию?

Он со вздохом посмотрел на дочь.

– Это не так просто, дорогая. Я ведь здесь в изгнании, и мама это понимала.

– Что значит «изгнание»?

– Это значит, что я не могу вернуться назад.

– Никогда?

– Не думаю, но, во всяком случае, не вернусь до тех пор, пока кое-какие люди публично не

признают свою неправоту в отношении меня, а они едва ли это сделают.

– Почему?

Он улыбнулся и посадил ее себе на колени.

– Почему ты об этом спрашиваешь? Ты хочешь поехать в Англию?

– Только с тобой. Просто посмотреть, что это за страна.

– Возможно, когда ты подрастешь и станешь очень богатой, мы и поедем туда. Тогда сплетни

уже не будут иметь значения.

– А что говорят сплетники?

Он помолчал, затем очень тихо произнес:

– А говорят они о том, что я запятнал благородную фамилию, что я виновен в смерти человека,

что я трус и у меня нет чести. – Снова помолчав, он добавил: – Но именно честь связывает меня

надежнее цепей.

Маленькая Эмма почти ничего не поняла. Да и теперь многое ей было непонятно. Тогда она по-

детски ответила:

– Папа, ты – самый смелый человек на свете...

5 Пуна – город в Западной Индии.

4

* * *

– Прикажи служанке уложить вещи, и поедем ко мне, – сказала миссис Гудрайт. – Поживешь у

нас до отъезда.

– Благодарю вас, мэм, но я предпочитаю остаться здесь. У меня очень много дел.

– Конечно. Но если ты передумаешь, то мы тебя ждем.

Эмма не собиралась уезжать из Калькутты, но безвыходная ситуация заставила ее подумать об

этом. Она сходила к мистеру Чапмену, который вел юридические и финансовые дела отца. О деньгах в

семье не говорилось, жили они достаточно безбедно, так что Эмма полагала, что они вполне

обеспечены.