Читаем Предвестник (ЛП) онлайн бесплатно

Ша Форд «Предвестник» («Забытый судьбой» - 1)

Перевод: Kuromiya Ren

Моей маме Брэнди, отцу Терри, сестренке Эмили

Вы всегда знали, что это день придет,

хоть я и не верила.

Спасибо за веру в меня

Пролог:

Девушка-дракон

Граф Хьюберт прижал изящный серебряный кубок к полным губам. Он сделал три

глотка вина без передышки. Звук его глотков донесся до потолка столовой, но слуги,

стоящие у стен, послушно смотрели в пол.

Между пухлыми руками Хьюберта стояла тарелка с большим куском оленины, еще

теплым. Пар поднимался от мяса в холодном горном воздухе. Он вдохнул запах и поджал

губы. А потом он потянулся за ножом.

Первый кусочек почти попал в его рот, когда дверь распахнулась.

- Ваше графство!

Хьюберт развернулся, насколько позволял его большой живот. Он посмотрел на

потного задыхающегося стража, ворвавшегося на порог.

- Что такое? У вас должна быть веская причина прерывать мой…

- Ваше графство, мы нашли ее, - быстро сказал страж. Его глаза были безумными. Он

убрал мокрые волосы со лба и судорожно дышал. – Она ранена, мы сковали ее цепями.

Скорее!

Он говорил бред, задыхаясь. А ужин Хьюберта остывал.

- Кого?

Страж удивленно посмотрел на него. Его взгляд стал безумнее, вена пульсировала на

шее. Его грудь вздымалась в такт пульсированию. Но кровь не достигала его лица. Он не

говорил.

Ему и не требовалось. Хьюберт прочитал его ужас и записанные в спешке и панике

слова придворного писаря. Чувства покинули его тело, они упали в его живот. Нож выпал

из его пальцев и звякнул об пол.

- Ее?

Страж кивнул.

Хьюберт вскочил на ноги, сбил стул спиной, а животом – тарелку с олениной.

- Где?

- Двор, - сказал страж и ушел с дороги, когда Хьюберт промчался мимо него.

Гобелены и мерцающие факелы сливались, пока Хьюберт спешил по коридору.

Впереди возвышались две крепкие деревянные двери, он толкнул их пухлыми руками.

Близился вечер, воровал тепло солнца. Хьюберт плотнее укутался в меховой плащ,

его тяжелое дыхание вырывалось облачками. Лето в горах было не лучше зимы, только без

снега.

Он шел к дальнему углу двора и видел, что стража стояла толпой. Они крепко

держали мечи дрожащими руками. На стенах стояли лучники наготове. Их луки были

направлены на мишень. Все лучники смотрели в бьющееся сердце цели.

Стражи были так заняты присмотром за пленницей, что не услышали приближение

Хьюберта.

- Двигайтесь! – сказал он, пробив первый ряд. – Прочь с дороги!

Они слушались, а те, кто не успел уйти, были сбиты Хьюбертом. Когда стражи

расступились, чтобы он увидел, Хьюберт застыл. Его ноги окоченели, все тепло покинуло

его лицо.

В трех шагах от него на земле сидела на коленях молодая женщина. Она выглядела

не старше семнадцати, ее тело было приковано к стене несколькими цепями, что обвивали

ее конечности. Замки свисали со спутанных цепей, удерживавших ее на месте.

Она не поднимала голову, темные волны ее волос скрывали глаза. Кровь все время

капала из ее носа, собираясь в лужицу на земле. Каждая капля шипела, словно вода

попадала на огонь.

Хьюберт потрясенно выдохнул. Он понимал, что не ожидал найти ее. Он годами не

видел ни обгоревших камней, ни поваленных деревьев. Ни четкого следа. Все патрули,

которые он отправлял за ней, никогда не возвращались. Он не знал, гибли они в горах…

или виной была она.

- Что нам делать, ваше графство?

Вопрос вернул Хьюберта в реальность. Говоривший страж смотрел на него

подбитым глазом. Его губа была рассечена, кровь испачкала воротник его серой туники.

Голова золотого волна на его теле была в грязи. У нескольких других стражей были

порезы и синяки. Один человек прижимал окровавленную руку к груди.

Их пленница не сдалась без боя.

- Мы отправим весть королю, - сказал Хьюберт. – Он захочет наказать предательницу

лично. Но нам нужно убедиться, что это точно она, - он кивнул стражу с раненой рукой. –

Ты, убери волосы с ее лица.

Страж скривился.

- Ваше графство, прошу…

- Выполняй, трус! Или я тебя уволю, - однорукий солдат ему не требовался. И если

девушка нападет, Хьюберт хоть не потеряет способного воина.

Страж прикусил губу и шагнул вперед. Он старался держаться как можно дальше от

девушки и протянул к ней здоровую руку. Его пальцы едва коснулись ее волос, когда ее

голова вдруг вскинулась.

Страж вскрикнул и упал назад. Он пополз от нее к товарищам, а те опустили мечи и

отпрянули на шаг. Над ними затрещало дерево, лучники приготовились стрелять.

При виде ее глаз Хьюберту стало не по себе. Он точно знал, что это она. Ярко-

зеленые пылающие глаза смотрели прямо на него. Они смотрели ему в глаза и прожигали

путь к душе. Он знал, что она ощущает все его чувства, все страхи. Она должна была

слышать, как колотиться его сердце, потому что она бросилась к нему. Горячая кровь

полилась из ее раны, она подавила инстинкт нападать. Она могла убить его за секунду, в

этом Хьюберт был уверен. И хотя он знал об опасности… он невольно восхищался ею.

Человеческая слабость заставила его шагнуть ближе. Под засохшей кровью на ее

лице она была невероятно красивой. Темные волосы, пылающие глаза, полные губы и

бледная кожа… ее лицо могло довести до смерти любого мужчину.

- Это она, ваше графство? – спросил один из стражей.

Хьюберт взял себя в руки и тряхнул головой, освобождаясь из ее чар:

- Да. Это Драконша.

При звуке его слов ее глаза вспыхнули. Она отвела взгляд.

- Я не могу остаться, - сказала она. – Я ищу кое-что. Это очень важно.

Сухость ее голоса удивила его. С ней что-то было не так.

- Никаких оскорблений? Никаких клятв убить всех на своем пути? Ты – не

кровожадная преступница, которой тебя считает Его величество.

Она не слушала его.

- Отпустите меня. Мне нужно уходить, это очень важно, - сказала она.

Удар по голове, похоже, навредил ей. Да, так и было. И, потеряв столько крови, она

лишилась сил бороться. Хьюберт запрыгал бы от радости, если бы мог поднять себя над

землей. В кои-то веки у него было преимущество.

- Боюсь, это не обсуждается, - сказал он, его уверенность росла с каждой секундой. –

Ты останешься на ночь в подземелье, а утром мы отдадим тебя королю. Уверен, он захочет

подвесить твое предательское тело с другими.

Она притихла на миг. А потом повторила просьбу, но в этот раз рыча:

- Отпустите меня.

Хьюберт ухмыльнулся.

- Нет. Стража! Ведите ее в подземелье.

Двое мужчин грубо подняли ее и потащили. Хьюберт фыркнул и пошел к замку. Он

думал о том, куда потратит награду, когда услышал шум, от которого его сердце чуть не

остановилось. Скрежет рвущегося железа, цепи разрывались и падали. Он развернулся и в

ужасе увидел, как пылает огонь в глазах Драконши.

Ноги Хьюберта никогда так быстро не двигались. Он помчался по двору, крича

стражам открыть ворота. Он упал в двери, чудовищный рев сотряс землю.

- Закрывайте их, дурачье! – сказал он, ударив сапогом ближайшего мужчину, пытаясь

откатиться дальше.

Стражи был потрясен.

- Но, ваше графство, как же остальные? Их убьют…!

- Всех убьют, если вы не запрете дверь! – завопил Хьюберт.

Страх одолел смелость. Стражи закрыли двери и заперли большим железным

засовом. Хьюберт слышал снаружи панические крики мужчин, пытающихся попасть в

замок. Он закрыл уши, чтобы не слышать.

- Она убьет всех нас, - простонал страж рядом с Хьюбертом. – Нам нужно написать

королю…

- И что мы ему скажем? Что в наших руках была разыскиваемая преступника, и мы

дали ей сбежать? Нет! – закричал Хьюберт. – Король и слушать не захочет.

Они сжались, что-то тяжелое врезалось в дверь с хрустом. Через миг под дверью

появилась темная жидкость. Хьюберт подтянул ноги к себе, чтобы кровь не коснулась его

сапог.

- Она хотела свободу. Она уйдет, когда двор будет чист, - сказал он, чтобы успокоить

себя. – Но она ранена, так что не уйдет далеко. Беспощадные горы добьют ее… а королю

знать это не обязательно.

Глава 1:

Последняя стрела

Каэл глубоко вдохнул. И медленно выдохнул.

- Сегодня все решится, - сказал он уже в сотый раз за утро. Он надеялся, что, если

повторять это часто, он поверит в это.

Порыв ветра заставил сосны над ним затрещать. Он поднял голову и посмотрел на их

ветви, попытался разглядеть, где их вершины соединяются с небом. Деревья Беспощадных

гор были самыми высокими в Королевстве, они были даже выше деревьев в Великом лесу,

как он читал.

Он был убежден, что никогда сам и не узнает.

Грубая поверхность ветки, на которой он сидел, впивалась в ноги. Его кости от коры

отделял лишь тонкий слой кожи, каждые несколько минут ему приходилось менять позы,

чтобы тело не немело. Но, если его план сработает, все будет не зря.

Он крепче схватил изогнутый лук из красного дерева. Оружие было во многом

похоже на хозяина: простое и тонкое. У всех мужчин в Тиннарке был такой лук. Он всегда

носил лук с собой, а когда постареет и перестанет ловко двигаться, он гордо повесит лук

над камином.

В основном, лук был символом свободы. Но для Каэла он был бременем, постоянным

напоминанием о том, что его дед Амос называл упрямством. И если что-то пойдет не

так…

Нет, нельзя так думать. Не сейчас. Не сегодня. Вместо этого он старался

сосредоточиться на другом.

На его колене лежала маленькая книжка. Потрепанная обложка лежала на ноге,

потрепанные страницы открылись на первой. На корешке были раньше золотые буквы,

складывающиеся в «Атлас путника», но после многих лет в кармане Каэла они стерлись.

«Атлас» начинался с краткой истории шести регионов Королевства. Он читал ее так

много раз, что мог читать наизусть, не подглядывая. И в тишине леса он невольно начал

читать вслух, обращая внимание на узор слов, слетающих с языка:

- Сядьте за стол, - сказала Судьба. –

Посмотрим, что кости подарят вам.

Леса царица вышла к Судьбе,

Землю деревьев взяла себе.

- Быть тебе лесом Великим теперь,

Фрукты деревьев накормят детей.

Кости Пустыне землю отдали

Сухую, ее не приручишь годами.

- Не бойся, дитя, Белокостью зовись,

И хитрости требуй, тебя чтобы пройти.

Вот очередь Моря, вскричала Судьба:

- О, как от неба ты далека!

Пусть вознаградятся дети твои,

И для того Высоким зовись.

Долина пришла, ей досталась земля,

Которую очень любит луна.

- Сильных детей ты, посевы родишь,

Имя долин Бесконечных носи.

Идет важно Холм, сияя, горя,

Ему достается средины земля.

- Властными будут дети твои,

И воевать будут здесь короли.

Пришли Горы поздно, их доля ясна.

- Беспощадных детей породила там я,

Всегда будут в красном дети твои,

И все же при этом будут сильны.

Хотя она обещала им силу, насколько Каэл знал, Судьба дала детям гор только одно.

Он провел рукой по диким вихрам волос, сияющих темно-красным в тусклом свете

солнца. Старейшины называли это короной Судьбы, но Каэл считал, что это гнилая

неудача.

У других регионов процветала торговля, а вот горам не везло. У них был камень, да,

можно было поймать дичь, если сильно покопать, можно было найти руду. Но здесь было

слишком опасно, чтобы сознательный торговец открыл здесь магазин. И пока все

Королевство разрасталось, деревни, как Тиннарк, были забыты.

Забыты, но не затеряны. Все знали, что из гор не приходит ничего хорошего, но

редкие знали, сколько зла приходит к ним.

Воры, убийцы, предатели и бандиты скрывались среди утесов. Худшие преступники,

которых не рискнули бы преследовать даже армии Средин в горах. Маленькие

потрепанные деревушки стояли на камнях и были последним укрытием отчаявшихся. Они

могли быть раньше ворами или изгнанными рыцарями, но, если они оставались, погода и

опасности меняли их. Их руки становились грубыми от камня, а кожа – обветренной от

холода.

В обмен на убежище земля влияла на их детей. Не было важно, были ли волосы отца

черными или белыми, любой ребенок в горах рождался с пылающими рыжими волосами.

Старейшины думали, что в этом часть проблемы Каэла. Они думали, что его волосы

могут быть причиной, по которой он часто спотыкался, не мог хорошо управляться с

луком. Его отец и дед были истинными сыновьями гор, а Каэл – нет.

Его принес в Тиннарк отец, вскоре после этого умерев, и Каэл вырос, ничего не зная

о прошлом, потому что Амос отказывался говорить об этом. Насколько он смог узнать,

какая-то вражда разбила их давным-давно, а раны так не залечились. Даже теперь Амос

отказывался называть сына по имени, говоря о нем «этот человек».

Каэл был уверен, что он родился где-то в Королевстве, в низинах, как говорили

местные жители. Он знал это, потому что его волосы были рыже-каштановыми.

Жители не давали ему забыть, что он другой. Его звали полукровкой, скалились,

когда он проходил мимо. Он знал, что они говорят, когда он отворачивается спиной:

- А это полукровка Каэл, проклятие Тиннарка.

Он очень хотел доказать им, что они ошибаются, заткнуть их шепот. И потому ему

пришлось принять худшее решение в жизни. Его сердце забилось быстрее от одной мысли

об этом, рука, державшая лук, стала мокрой из-за воспоминания.

В Тиннарке двенадцатый день рождения мальчиков праздновали особенно, ведь в

этот день мальчик получал лук и свое место среди мужчин деревни. Но для Каэла этот

день был ужасным, как и все остальные.

Его день рождения засыпало первым зимним снегом, день проклинали, о нем ходили

легенды, и семьи старались делать так, чтобы их дети и близко к нему не рождались. И он

шел к Залу один, все из Тиннарка смотрели на него. Многие – с жалостью. Старушки

качали морщинистыми головами, когда он проходил, и шептали:

- Бедное, забытое судьбой дитя.

Это не успокаивало. Когда он дошел до стола старейшины, он едва дышал. Он стоял,

прижав руки к бокам, и ждал.

Брокк, старейшина, склонил седую голову и обратился к нему слабым голосом:

- Настал этот день, мальчик, - его рука подрагивала, когда он прижался пальцами к

столу перед собой. – Ты получил свой лук и место в деревне. Но теперь тебе нужно

выбрать: ты возьмешь полный колчан и место, что мы тебе уготовали? Или ты пройдешь

Испытание пяти стрел?

Каэл тогда думал, что выбор сложный.

Мальчики, выбиравшие полный колчан, учились у кузнецов или рыбаков, зависело