Читаем Поверьте один раз (части 1 и 2) онлайн бесплатно
Суворов Арсений
Поверьте один раз
(части 1 и 2)
Пролог
Яркое солнце разбудило меня. Удивительный факт! Каждый раз в таких случаях настроение становится бодрое, хочется жить! И кажется все невозможное достижимо. И маленькая комнатушка, в которую кроме кровати, табуретки и маленького комода ничего не вмещается, превращается во дворец. И старушенция, у которой я снимаю квартиру, вечно брюзжащая, с глубокими разъедающими лицо морщинами, длинным неестественно большим носом, маленькими косыми глазками и ростом, позволяющим думать, что "мальчик с пальчик" существует, хочется верить, наконец-то, перестанет панически бояться, что когда она уезжает в деревню к сестре (чрезвычайно редко) на день-два, я приведу к себе девушку или выпью с друзьями.
Легко встав и приняв душ, я долго-долго с огромной ненавистью чищу зубы. Вбившие в меня с детства мысль об этой обязательной процедуре, так и не смогли придумать, как ее сделать приятной. Вечная яичница и вчерашний чай на общей кухне не смогли отбить чудесного настроения, подаренного ярким летним утренним солнцем.
Сегодня понедельник, но мне не нужно идти на работу. Уже полгода слоняюсь без дела - кому нужны люди с такой странной профессией. На улице отличная погода. Легкие летние наряды непрерывно поворачивают мою голову совсем не туда, куда разрешила бы поворачивать взгляд моя жена, будь я женат.
В парке за скульптурой, на лавочках, вдоль аккуратных клумб, ухоженных чьей-то заботливой рукой, сидит разноцветное, весьма интересное множество девиц, изображающее страстное несгибаемое (отсутствующим ветром) желание прогрызть гранит науки. Но я уже вышел из того возраста, когда еще верят в этот трюк. Со спокойным отсутствующим взглядом обхожу дозором нестройные ряды прекрасных, а местами кривых, но все равно притягивающих, женских ног, слегка прикрытых разнообразными кусочками материала, именуемого мини-юбками.
- Извините, у вас закурить не найдется? - жесткий настороженный взгляд голубых глаз. Лицо сразу становится серьезным. Такое ощущение, будто золотые локоны на ее голове начинают закручиваться от возмущения.
- Я не курю! - хлестко и зло. "Явно злюка, придется потрудиться овчинка выделки стоит".
- Я и не думал, что вы курите. Просто все скамейки заняты. Если вы не возражаете, я присяду, - произнес я, присаживаясь. - Не люблю курить стоя.
- А зачем вы спрашиваете, если у вас есть?
- Чтобы быть уверенным, что мне не придется угощать!
В ответ раздался легкий иронический смех: "Значит на правильном пути".
- Неужели интересно среди лета сидеть и читать в парке, когда можно, с такой божественной внешностью, лежать на пляже, под ласкающими взглядами окружающих?
- Они совсем не ласкают, а нагло рассматривают. И вообще, молодой человек, я вам не мешаю, не мешайте и мне.
Она, по-видимому, решила так просто отделаться.
- А что, если не секрет, ты так зачарованно читаешь? - спросил я как можно серьезней.
- Американского короля ужасов, - ответила так словно к ней пристала муха и никак не отвяжется.
- Я, правду сказать, писатель, - в жизни не нес подобной чепухи, часто прихожу в парк. Встречаю первого попавшего и рассказываю свою очередную историю, если человек дослушивает до конца, я записываю ее в дневник, если нет, забываю. - На ее лице появляется сомневающийся интерес. Не выдерживает.
- Это правда? А о чем вы пишете?
- Когда хорошее настроение - ужасы, когда плохое - сказки. - И то и другое всегда можно сочинить, все мы помним "страшные" детские истории, а сказку всегда можно сложить из двух ранее слышанных.
- А сейчас вы что написали? - Она уже отошла и стала просто обворожительной.
- Видишь ли, - вошел я в роль, - писатели делятся на сочинителей - это которые садятся за пишущую машинку и "бьются" головой об стенку, ожидая вдохновения, и тех, кто перерабатывает кучу материала, прежде чем выйти к читателю. Я долго изучал народный фольклор. И пришел к выводу, что не все народные сказки и предания являются вымыслом. Некоторые на больших расстояниях в точности воспроизводят описания отдельных явлений. Так я столкнулся с лунатизмом. В народе давно это не подвергается сомнению. Но как ты знаешь - это всегда называлось "бабьими сказками". Сейчас это общеизвестно. Я подумал, а может есть что-то подобное? Спустя некоторое время, а точнее почти одновременно, передо мной вызрела проблема упырей.
- Что такое "упырь"? - перебила она меня. "Значит "наживка" заглочена, осталось лишь надеяться на прочность лески!"
- Упыри - это люди, подобные лунатикам, только сосущие кровь, - ответил я.
- Но ведь их называют вампирами.
- Вампиры это иностранное слово, а упыри - русское. И потом, вампиры выдуманные персонажи для развлечения людей. Упыри же - заболевание, вызванное до сих пор не известными причинами. Я много ездил, выявляя наиболее сходные детали, и пришел к выводу: невозможно, чтобы в каждой деревне было столько совпадающих фактов и все это - выдумки? Но изложить все это документально, а не художественным путем, естественно, представляется невозможным. Не желая, чтобы мракобесы прозвали меня сумасшедшим, я написал повесть. А поверят или нет - каждому свое.
- Меня зовут Наталья Монкуро. Я учусь на филологическом факультете и подрабатываю рецензентом. И могла бы дать даже профессиональную критику. Выражение ее лица приняло героическо напыщенный вид.
- Ну что ж, давай, попробуем. - Она мне нравилась все больше и больше, и я был уже готов на самом деле стать писателем.
Часть 1.
НОЧЬ.
I.
- Весь день работал. Начальство взгрело. Прошлой ночью спал мало. Лег и упал в сон, как обычно. И вдруг какое-то непонятное вращение в ушах, переходящее в затылок. Голова начинает крутиться по спирали со все возрастающей скоростью. Появляется изматывающий, непередаваемо гнетущий звон. Сквозь сон чувствую, как будто неизвестной природы поле тянет куда-то. Тело охватывает ни с чем не сравнимый ужас. Хочу проснуться - не получается. Я все вижу, пытаюсь кричать. Крик остается в груди. Всей силой души напрягаю мышцы - бесполезно. Обессиленно открываю глаза и резко просыпаюсь. Но страх еще стоит. Разум отказывается верить, что все прошло. И темнота давит неопределенностью. Несколько минут лежу с открытыми глазами. Страх уходит, но, прикрывая веки, физически чувствую, что мозги погружаются в кошмарную вращающуюся бездну. Через некоторое время незаметно засыпаю, и больше уже ничего не чувствую.
- И как давно это началось?
- Доктор, мне трудно объяснить, раньше бывало что-то подобное, но не это. А в последнее время происходит чуть ли не каждый день. Я думаю, все началось недели две назад. После похода.
- Успокойтесь, такое бывает. Вы перетрудились, возник стресс. Организм не может расслабиться и посылает тревожные сигналы. Возьмите отпуск. Отдохните. Старайтесь почаще бывать на свежем воздухе. Совершенно не употребляйте спиртного. Постарайтесь меньше курить. Желательно завести роман. И через некоторое время все встанет на свои места.
- Вы уверены, доктор?
- Конечно. Вы не первый. В последнее время участились подобные случаи.
Длинный узкий коридор привел к лестнице. Больница внушала отвращение. Обшарпанная снаружи, она была еще хуже внутри. "Непонятно, как они поддерживают чистоту при таких условиях .Хорошо хоть сумасшедшим не признали. А то бы без вины за решетку. Да, много работаю, надо взять отпуск. Поехать в деревню. Отдохнуть. Рыбку поудить. Дров поколоть. Молочко парное вспомнить. Свежий воздух - вот что главное! А то ведь так можно и докатиться ненароком. В одно прекрасное утро просыпаешься - "Привет! Я белая горячка".
II.
- Леночка! Кошма-ар, это просто ужас какой-то. Что мне сегодня снилось!? Ты не поверишь! Еще раз приснится, не проснусь. - Прелестная, милая, слегка заспанная улыбка во все лицо превращала всю фразу в призыв поиграть
- Татьяна, ну что тебе опять приснилось? - вопрос с укоризной. Лена была старше сестры всего на шесть минут, но всегда и везде опекала сестру, давая понять, что она старшая. Хотя им стукнуло уже по двадцать, детская привычка осталась.
- Представляешь, сплю, и мне кажется, что не сплю. И не могу открыть Глаза. А кто-то рядом стоит. Хочу от страха закричать, открыть глаза, но своего голоса не слышу. Это продолжается так долго, что чуть с ума не схожу от страха. Наконец, просыпаюсь. И еще страшней. Думаю, до твоей комнаты не дойду Зарываюсь под одеяло. Просыпаюсь - солнце, - у нее на лице вспыхивает искреннее недоумение. - Сейчас мне кажется, что это и не сон. Я точно помню, под одеяло пряталась! - Татьяна села на кровать, прижала двумя руками одеяло к груди и задумалась.
- Врушка ты у меня! Приснилось это тебе все. Не бери в голову.
- Ничего не приснилось. Я уверена, что-то было, -она немного рассердилась.
- Ладно, вставай, а то к завтраку как всегда опоздаешь. А потом, не поев толком, в университет понесешься.
- А все равно что-то было, - упрямо произнесла Татьяна.
На кухню Татьяна пришла как всегда последней. Немного свободная блузка скрывала красивую грудь. Длинные прекрасные ноги в обтягивающих брюках, черные, спадающие до пояса волосы делали ее бесподобной. Большие глаза и правильные черты лица не оставляли сомнений - она явно не страдала от отсутствия поклонников. За столом сидели отец, мать и сестра. Сестры мало чем отличались друг от друга. Лена смотрелась более серьезно. Взрослое лицо Строгая одежда. Волосы до плеч. Однако они не были близнецами.
Святослав Николаевич - солидный черноволосый мужчина, без единого седого волоса. Антонина Владимировна - стройная светловолосая женщина, сохранившая былую красоту.
- Пороть тебя надо было в свое время! Чай уже остывает, - почти строго произнес отец.
- Надо было, - в тон ему ответила Татьяна. - А то теперь приходится холодный чай по утрам пить.
III.
- Татьяна! - молодой высокий парень, с чисто студенческой внешностью и в аналогичной одежде, окликнул девушку. Она заулыбалась, увидев его.
- Здравствуй, Александр! - она всегда называла его полным именем. Про себя решив, что когда выйдет за него замуж (Дело твердо решенное, пусть даже он о том не догадывается), будет звать его Сашенькой, а на людях - Александр Артурович.
- Слушай, Танюш! Сегодня, кроме лекций, ничего нет. А завтра суббота. Мы с ребятами хотим днем дернуть к Хомуту. У него в деревне "дворец" пустует. Устроим уик-энд. Три дня на природе - сказка! Мясо для шашлыков уже маринуется.
- А что я скажу родителям? Дочь на две ночи исчезла, ни слуху ни духу!
- Скажешь, у подруги родители уехали. Одна сидеть боится. Телефона нет.
- Они скажут, возьми с собой сестру. Она вам такую подругу устроит про шашлыки забудете!
- Ну что, отболтаться не сумеешь? - обиженно.
- Сам ничего придумать не можешь, а я опять виновата?
- Скажи, это твоя дальняя подруга, сестра ее не знает. И вообще, поговори с сестрой. Она сама откажется.
- Жди, дожидайся - откажется! Она еще расскажет, что на лекциях в университете не была. Тогда не то, что подруга, всю субботу и воскресенье лекции читать заставят.
- Ну, объясни, мол, кружок открылся - по гипнотическому обучению разговорному английскому, за три дня. Тебя по знакомству берут. Ты всю жизнь мечтала.
- Ладно, ты у нас, конечно, гений. Но придется снова самой выкручиваться, - она обняла его за талию. - За мной заходить не надо. А то можно все испортить. Где встречаемся?
- У пристани в двенадцать.
- Я еще успею в университете посидеть. Они попрощались.
IV.
На пристани матросы проверяли билеты. Немногочисленный народ неторопливо рассаживался по салону. Метеор плавно повторял движение миролюбивых волн. За окнами чайки вели обычную перекличку. Четыре парня и две эффектные молодые девушки, перегруженные пакетами и сумками, громко разговаривали, привлекая внимание. Но никто не возмущался. И когда метеор тихо отчалил и, лениво выйдя на фарватер, встал на подводные крылья, всем почему-то стало жаль удаляющийся берег. Легкая грусть быстро прошла, она не способна долго задерживаться в таком возрасте.
- Смотрите, какой огромный пес, - воскликнула Татьяна. Добродушный меланхоличный сенбернар прошествовал мимо, даже не взглянув на компанию.
- Хомут! - окликнул Дима.
- Сам ты Хомут, - огрызнулся Олег, маленький, пухленький, вечно улыбающийся, с короткими рыжими волосами в защитном костюме. Прозванный так за то, что вечно отставал от остальных. - А я Вещий Олег. Лада, скажи ему, кто он есть, укосина несчастная.
Дима - полная противоположность ему, худой и длинный голубоглазый блондин в протертых джинсах и спортивной куртке, никак не среагировал на выпад и продолжал:
- Хомут, расскажи-ка лучше анекдот, а то твоя пустая болтовня уже начинает надоедать.
- Не люблю анекдотов, - заметила Лада. Жгучая блондинка, в обтягивающих брюках и кофточке с расстегнутой пуговицей, словно случайно приоткрывающей кое-что. Как будто только что сошедшая с обложки западного журнала. Разбудите лучше Славу, а то он словно спать сюда приехал?!
Слава, красивый бугай с задумчивым взором, был из тех, кто обычно нравится девушкам.
- Саш, что они ко мне пристают?! Едем на природу. Шашлыки. Шампанское. Ночь при кострах, с ведьмами в обнимку. А она, разбудите, - с деланной укоризной. - Ну, разве так можно? Может быть ты, Лада, разбила мою лучшую грезу? И теперь я всю оставшуюся жизнь буду страдать. Коварная звезда моих очей! - добавил он жеманно.
- Я? Коварная? - смеясь. - Город еще виден с корабля, а он - коварная! И с ним я поехала. Уж лучше мне было умереть, не родившись или провести оставшиеся дни в монастыре. Не подходи ко мне больше. И вообще отодвинься! Она капризно отвернулась.
- Ребята, давайте лучше выпьем бутылочку за отъезд, - Александр всегда знал, когда и как разрядить атмосферу. - Кто за? Кто против? - обежав всех глазами и не получив никакого ответа: - Единогласно!
Они выпили чуть-чуть. Дамы, естественно, поломались для приличия. Но пили как все. Одной бутылки показалось мало за отъезд. Открыли еще. Второй было тоже мало, но приближался берег.
V.
Дом представлял собой двухэтажный, солидный, с элементами роскоши особняк, что по местным понятиям свидетельствовало о зажиточности. Окруженный массивной, кое-где сгнившей оградой из заостренных сверху стволов, он напоминал древний острог. Сходство еще более усиливалось отдаленностью от деревни.
- Да у тебя не дом. Хомут, а хоромы! - воскликнул Слава. - Мы сюда на пикник приехали или на постоянное место жительства?
- Нужны вы мне здесь на постоянке, - довольно произнес Олег. - Лада, бросай его, будем сюда каждый день ездить, - продолжил он шутя.
