Читаем Повелитель Големов (СИ) онлайн бесплатно

Лес. Ночь

Взрыв получился просто замечательный. Он превзошёл по мощи алхимический огонь, взрывающуюся огненную фляжку, оказался сильнее, чем огненный шар чародея, и приблизился по мощи к "Удару Метеора", заклинанию высшего круга, которое так любил в своё время применять на поле боя Магнус Девятый, "Разрушитель". Магнус Девятый, один из великих архимагов, запомнился людям и нелюдям тем, что погиб не на войне, а был бесславно отравлен в таверне.

С мощью того самого "Удара Метеора", зелья и реагенты взорвались, раскидали самоходный фургон в разные стороны, повалили толстые лесные деревья, а затем высоко над лесом, выше многолетних деревьев, поднялось бушующее пламя, набирая мощь. Огонь ревел, поднимался в небо, облизывал ближайшие деревья, некоторые из которых вспыхивали, высушивал и сжигал траву. Тут и да манифестации элементалей недалеко, глядишь и начнут из пламени выходить смутно человекоподобные огненные фигуры. Но зрелище всё равно завораживало.

Взрывом Инк забросило на ближайшую ёлку, на высоту пары-тройки этажей над землёй, и лишь каким-то чудом она ничего себе не сломала. Теперь она висела на ёлке вниз головой, и с радостной улыбкой смотрела на полыхающее в ночном лесу пламя. Ей было не больше двадцати лет. Довольно симпатичная мордашка, на голове красовались коротко подстриженные, по-мальчишески, чёрные волосы. А ещё сразу бросалась в глаза тёмно-серая, почти чёрная кожа, жёлтые глаза, что светились в темноте, заострённые уши, и короткие рожки, прорезающиеся через причёску. Чернокровка, что с неё взять — они все такие, каждая со своей особенностью. В богатых землях такую прохожие пугаться будут, если вообще в город пустят, а в городе паладины не прибьют, на всякий случай. Правда, хвоста у неё не оказалось. Может кровь дальних планарных предков — дьяволов или демонов — оказалась не так сильна.

Одежда её — лёгкая куртка и штаны — прилично обгорела и рассыпалась на спине, один сапог был потерян, и босая нога показывала отсутствие копытцев. Второй сапог всё ещё держался на ноге, но горел, что её совершенно не смущало. В руках Инк держала тёмную серебристую коробочку-шкатулку, а в её глазах отражался поднимающийся над лесом огонь.

— Посвящаю! Первородному Пламени! — внезапно объявила она, указала рукой на поднимающийся над лесом столб пламени и дыма, и посвятила пожар Богу Огня. Или попыталась — начертила в воздухе перед собой его эмблему, вверх ногами…

Наверное, зря.

Горящий сапог полыхнул сильнее, ветка дерева, на которой висела Инк, как-то очень неодобрительно хрустнула и внезапно сломалась, и чернокровка шмякнулась с высоты нескольких этажей, головой вниз. Она попыталась извернуться в воздухе, но вместо ловкого приземления, пересчитала ветки спиной и с нездоровым хрустом приземлилась на землю, на правую руку. Сверху на неё упала шкатулка.

Вот теперь стало больно и не так весело. Горящие остатки фургона же полыхнули зелёным пламенем, и по ним пробежали потоки небольших молний. Похоже, пламя добралось до остатков реагентов — самых ценных, самых сильных, и самых опасных и разрушительных.

Инк села на земле, баюкая повреждённую правую руку, и шмыгнула носом. Затем посмотрела на поднимающееся пламя, где теперь пробегали уже фиолетовые всполохи. Проверила шкатулку. Слабо светящийся голубоватый кристалл был на месте и никуда не делся. Он и не поцарапался даже, так и лежал в выемке из чёрного бархата. Да и не поцарапаешь его без инструментов, зелий и ритуалов. Она закрыла шкатулку и задумалась.

Сначала люди в сияющих доспехах разгромили Башню, и перебили Защиту. Без хозяина, Защита не так уж много и могла. Лишь самые старые стражи, некоторые из которых уже покрылись ржавчиной, смогли дать лишь какой-то отпор, натужно скрипя при каждом движении. Но и они пали.

От полированных серебристых фанатиков пришлось бежать. Убежать удалось в самоходный фургон, и даже прихватить с собой свитки, инструменты и любимый стул. Но вот при побеге в кристалл портальной арки ещё один сияющий умник кинул целым боевым молотом, попал и разбил кристалл вдребезги, прямо в тот момент когда фургон через эту арку проходил. Переход прервался, пошёл наперекосяк и Инк забросило куда-то не туда, в неизвестное место, на приличной высоте над землёй, над лесом, откуда фургон, естественно, упал. Упал и сдетонировал, всем своим запасом реагентов и взрывоопасных веществ. Хорошо, что Инк успела из него ещё в полёте выпрыгнуть, хотя полетать до ёлки на взрывной волне всё равно пришлось.

А теперь нет ни свитков, ни инструментов, любимый стул куда-то выбросило, а остатки реагентов и зелий догорают в пламени. А ещё почему-то захотелось есть. В кустах зашуршало. Из кустов выглянул заяц, почему-то подкравшийся к поляне вместо того, чтобы удирать от шума и огня подальше. Еда! Инк взмахнула в воздухе левой рукой, вычертила полукруг, выкрикнула

— Фаэль!, — и из руки её вырвался тонкий пурпурный луч и попал в то место, где заяц только что был. Именно был. Испугавшись резкого движения заяц дал стрекача, подло избежал встречи с пурпурным лучом и правильно поступил.

Инк скорчила серьёзную рожицу и важно произнесла:

— "Придерживайся своих планов и достигни своей цели"

Затем добавила, по-звериному оскалившись:

— "Или просто стань сильнее, чтобы планы больше не требовались"

Первое прозвучало на инфернальном, а второе на языке бездны — языке дьяволов и языке демонов, как будто бы она изображала кого-то. Затем она встала, отряхнулась, подняла серебристую шкатулку, хромая, поковыляла в сторону кустов. Она что-то бормотала под нос, на рваном общем языке про "серебристых", и оглядывалась на кусты. Интересно, это вот растение — это Волкобой, который ядовитый, или же съедобная лесная ягода? Они так друг на друга похожи, вроде бы.

???

Вокруг клубится непроницаемый серый туман, плотный, непроницаемый. Будто одно большое облако, что движется куда-то по своим делам. Неясные образы проступают сквозь туман, появляются и исчезают, тени возникают на клубящихся облаках, неясные и непонятные. Но вот образы собираются, образуют картину, и туман отступает.

Ночь. Сквозь тёмный лес крадётся фигура, со свёртком в руках. Парень, молодой, он дышит тяжело, и держится за свой бок. Во тьме рыщут лесные звери, изредка шелестят листвой кустов. Иногда хрустит треснувшая под чьей-то лапой ветка. Волки? В темноте светятся глаза. Принюхиваются. Окружают спутника, смотрят, сначала издали, потом смелеют, подходят ближе, и нападают, сворой тёмных теней. Путник отбивается палкой, одной рукой, в другой руке держит свёрток из ткани. Волк бросается вперёд, пытаясь схватить руку…

Туман сгущается, и образ исчезает. И вокруг снова клубятся непроницаемые облака.

***

Лес. Ночь

Прошедшая ночь была полна событий и приключений. Ягоды действительно оказались ядовитым Волкобоем, за что Инк поплатилась болью в животе. Пару часов она отлёживалась под высоким деревом, скорчившись и держась за живот. К счастью, ягоды оказались неспелыми, яд был не слишком сильным и не убил её.

Очухавшись, чернокровка отправилась на поиск нагло удравшей в кусты еды — того самого зайца. Заяц был успешно найден, вместе с ним же был успешно найден Хозяин Леса — огромный медведь, который немедленно встал на дыбы и заявил права на территорию грозным рёвом. После чего Инк вместе с зайцем пришлось от медведя улепётывать.

— "Амбиция не стоит ничего без порядка и дисциплины", Фаэль!", — вещала на инфернальном Инк, сидя на знакомой ёлке. Инк пыталась попасть Пурпурным Лучом по медведю. Медведь же пытался залезть на ёлку, познакомиться с Инк поближе и попробовать её на вкус. Как Инк умудрилась забраться так высоко с повреждённый рукой было загадкой.

— Грааа! — поддерживал дискуссию медведь, пытаясь тяпнуть вертлявую чернокровку за ногу.

— "Или же используй право сильного! Фаэль!", — аргументировала Инк медведю на демоническом языке бездны. Она пустила в медведя ещё один луч, промахнулась, а потом бросила в зверя подгоревшим ботинком.

— Грооо! — не соглашался медведь, отбивая лапой ботинок на лету в сторону. Его можно было понять, ведь именно ему и принадлежало право сильного…

Шкура медведя прекрасно поглощала слабенький Пурпурный Луч, и после каждого попадания луча по шкуре пробегала подозрительная мерцающая рябь, что наводило на неприятные мысли. В конце концов Инк просто повезло. Очередной Пурпурный Луч, наконец, попал медведю точно в нос, да так, что тот свалился с дерева. Возмущённый зверь с рёвом удрал в чащу леса, и, похоже, обещал вернуться.

Сейчас Инк сидела под ёлкой и грызла задавленного упавшим медведем сырого и необработанного зайца — всё-таки "еда" не смогла убежать. Инк разговаривая сама с собой на два, а иногда и три голоса, переключаясь между Общим, Демоническим и Инфернальным языками. Вдали догорали остатки самоходного вагона. Зелёные всполохи давно прекратились, прекратили бить молнии от сработавших амулетов, всплывшее над пожарищем облако зелёного яда развеяло ветром, а растёкшаяся из разорванных баков кислота, проев небольшую яму в лесной почве, в конце концов тоже потеряла силу. Температура же медленно снижалась ниже точки плавления стали, затем олова, затем кипения воды… скоро можно будет подойти к вагону и разобраться, осталось ли что-то полезное.

***

???

Туман клубится, в нём возникают неясные тени. Вот в них возникает образ, и туман, на время, отступает

Фигура в изодранных кожаных доспехах крадётся через лес, со свёртком в руках, спотыкаясь, держась за бок. На боку кровавое пятно, которое медленно растекается, пропитывая когда-то белую рубашку. Но путник торопится, спешит, из последних сил ковыляя к опушке. Там мерцает свет, холодный и зеленоватый

Образ исчезает и туман сгущается вновь

***

Лес

Наступило утро, и, наконец, пожар закончился. Некогда густой участок леса превратился в безжизненную поляну пожарища, довольно большую.

Над пожарищем поднимался дымок, а в центре его сама земля оплавилась, превратившись в нечто похожее на стекло. Инк попыталась пройти к центру, но больно наступила босой ногой на острый обломок оплавленной почвы и передумала идти туда босиком. Поиски бревна с хорошей корой не увенчались успехом, поэтому Инк оторвала, кое-как, кусок ткани от подгоревших штанин, превратив свои штаны в какое-то подобие шорт. Оборванные "шорты" заканчивались чуть выше колен, и абсолютно не подходили для встреч в высшем свете, на которые Инк, правда, всё равно никто и никогда бы в здравом уме не пригласил. Из кусков оторванных штанин Инк скрутила верёвки, верёвками к ногам Инк кое-как примотала к ступням обломки дерева, найденные неподалёку. Затем, спотыкаясь, поковыляла к центру пожарища. Правая рука всё ещё болела, и не хватало ещё подвернуть ногу. Особенно, если учесть, что где-то рядом всё ещё блуждает тот самый Медведь.

В центре оплавленной воронки она нашла грубый и уродливый слиток. Все металлы, что были в самоходном вагоне, расплавились в алхимическом огне, и слились в этот металлический булыжник, который ещё и оказался очень тяжёлым. Инк потыкала его палкой, и присела на корточки рядом с ним, вглядываясь. Похоже, тут перемешалось серебро, золото, железо и немного олова. Мифрила или Адаманта в фургоне не было, а жаль — эти смогли бы пережить температуру и магический огонь.

Инк вздохнула.

— Лучший план учитывает все возможные неприятности! — заявила она на инфернальном оплавленной железяке.

— Или же можно просто действовать по ситуации! — возразила она сама себе на демоническом.

Затем она вздохнула, оглянулась вокруг. Пурпурный луч сможет только подогреть металлическое безобразие до обжигающих температур, но не оплавить. Нужна была печь. И инструмент. С грустью Инк вспомнила свой набор из Башни. Отвёртки, нож, ковырялки, тыкалки, тесалки и кусалки. Кусачки, то есть. Мифриловые. Уже, наверное, реквизированные "Сияющими", во имя какой-нибудь великой цели. А запасной набор, который хранился в самоходном вагоне, стал частью вот этого вот металлического недоразумения. Теперь же надо хотя бы большой камень. И глину. И кусок дерева. И кору….

Задумавшись, Инк пошла в сторону леса, споткнулась, и, с воплем, упала, всё-таки умудрившись подвернуть себе ногу.

***

???