Читаем Последний ветер (СИ) онлайн бесплатно

Посвящаю эту книгу моему другу, у которого живет девять котов.

И который понял её лучше, чем я сам.

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Самое начало истории мне приснилось. Вернее, не начало истории, а начало повествования. И я был настолько впечатлен и настолько озадачен, что решил непременно записать всё, что увидел. Я считал, что это может вырасти в неплохую повесть. О большой полноценной книге я тогда даже не думал.

Когда через пару дней я постарался максимально точно записать увиденное (имена, кстати, большей частью, тоже из сна), у меня осталось больше вопросов, чем ответов. И я решил узнать, что же будет (или было) дальше. Пока часть повествования "созревала", обрастая множеством подробностей и второстепенных историй, прошел почти год.

Несколько фактов о книге, которыми я хотел бы поделится с читателем.

1. Книга целиком и полностью написана и сверстана в текстовом редакторе на сотовом телефоне.

2. Помимо самого начала, ещё несколько частей этой истории также приснились автору.

3. Всего один персонаж из книги имеет реальный прототип. Правда, на момент написания, эта личность умерла, проиграв борьбу с раком. Её образ используется здесь сознательно, с данью уважения этому человеку.

4. Первая глава была написана осенью 2015 года. Вторая - зимой 2016. Название книги появилось только весной 2018.

5. Автор выражает огромную благодарность Мире, Анами, Сене и моей Ю. Без вас бы ничего не было.

ЧАСТЬ 1

Там, где есть солнце,

Всегда есть тень.

ПРОЛОГ

Песок был повсюду. Он витал в воздухе, и пустынный ветер старался принести его как можно больше. Он противно скрипел на щербатом бетонном полу, таился в щелях и сыпался сквозь трещины в потолке.

Человек провел здесь несколько тысяч лет, и большую часть времени он провёл в анабиозе. Когда он не спал, он маялся бездельем, пока не наступало апатичное отупение. Он спал с открытыми глазами, пытаясь одновременно бодрствовать. Расставлял силки на пустынных крыс - мерзких упитанных тварей, практически лишенных шерсти, и оттого казавшихся особенно отвратительными. Последнюю пойманную крысу он за лапу подвесил на крюк. Это оказалось достаточно увлекательным зрелищем для человека. Крыса, вереща от боли с остервенением пыталась перегрызть толстый металл. Несколько часов спустя крыса осознала тщетность своих усилий. Она принялась за лапу. Она кричала и вопила, но инстинкт самосохранения брал верх над чувством боли. Когда твердые острые зубы начали со скрипом вгрызаться в кость, человек улыбнулся.

Он улыбался от уха до уха. Он улыбался, когда лилась кровь и трещали сухожилия.

Крыса с громким стуком шлепнулась на пол, и тут же вскочила на лапы, но отсутствие конечности заставило ее неуклюже заковылять. Человек молниеносно вскочил и схватил безногую крысу за шкирку. Она снова начала извиваться, пытаясь укусить человека за руку.

Человек пристально посмотрел в ее глаза. Он видел в них злобу. Первобытную ненависть к существу, которое убивает и калечит ради собственного развлечения. Человек подошел к узкому выходу из пещеры и вышвырнул крысу под палящее солнце.

Он обладал белоснежной кожей и бесцветными белыми волосами. Он давно перестал следить за растительностью на голове и лице, и теперь стал похож на старого монаха. Впрочем, его это нисколько не волновало. Здесь, в этой части бывшего бункера, служившей ему убежищем, он мог чувствовать себя настоящим. Таким, каков он есть. Нормальным. Если конечно, можно назвать его перманентную злобу нормальным состоянием.

Он ждал. Он мог прождать в сердце этой пустыни еще десятилетие, если потребуется. Очень сомнительно, что сюда решит забрести кто-то в здравом уме.

Единственными свидетелями пребывания его в этой пещере были скорпионы и тарантулы. По крайней мере, они были очень похожи на скорпионов и тарантулов. Всего один раз, перед рассветом он увидел цепь следов, уходящих за пустынную дюну. Возможно, это был шакал. Возможно, кто-то еще. Через несколько часов началась буря, и следы замело.

Он лег на пол, положив под голову плотную кожаную сумку. Он улыбался. Скоро его брат и сестричка начнут действовать, и тогда он отыщет их и закончит то, что начал когда-то давно. Проклятый рассказал ему, что что-то изменилось. Некие волнения, отобразившиеся в потоке.

Интересно, что они там такое задумали? Человек улыбнулся.

ГЛАВА 1

Все здесь было совершенно иначе. И климат, и деревья, и даже животные попадались такие, каких он никогда ранее не встречал. Кхаа сидел в хижине и грел свои ноги у костра. Костер сильно дымил, из-за чего в хижине становилось очень душно. Кхаа надеялся, что скоро огонь разгорится как надо, и дым уйдет. Еще от матери он слышал, что чем больше пламя, тем меньше дыма. Но, в этом суровом зимнем краю дрова всегда были сырыми. Сколько он не грел их у огня, чтобы из них ушла влага, они страшно дымили.

Пламя занялось сильнее и в хижине заплясали тени от огней. Жена Кхаа, босая сидела на соломенной кровати и чистила рыбину. Рыбина была очень жирная, и от неё шел специфический дух. Рыбьи потроха она клала просто на землю, а жир аккуратно собирала в старую деревянную плошку. Жир очень ценен, чтобы давать ему стекать впустую. Над огнем на веревке сушилось мясо. Оно было подвешено под самый потолок, рядом с пучками собранных трав.

Кхаа сам толком не понимал, что заставило его идти в столь отдаленные места. Он вспоминал, с каким пылом он доказывал всем, что на севере наверняка есть что-то такое, ради чего стоит там обосноваться. Не может быть, чтобы там был только снег и ничего более. Наверняка природа там хранила нечто такое, ради чего стоит бороться со стихией. Прежнее место было уже не такое как раньше. Климат менялся, и огромный континент, богатый на леса и бизонов становился другим. Никто не мог сказать, в чем конкретно это заключалось – слишком незначительны были перемены. Но, что-то определенно происходило. Бизоны, прежде бесстрашно бродившие здесь огромными стадами, стали отстраняться от людей. Деревья становились не такими великими. Этот маленький мир, облюбованный небольшой группой людей становился каким-то тусклым. Природа начала скрывать свои богатства от них. И все это прошло почти незаметно всего за несколько десятков лет.

Последний год до прихода зимы племя активно спорило, что происходит с миром, и нужно ли уходить из этих мест. И, если уходить, то куда? Практически все решили двинуться на юг, где по слухам, было такое количество воды, что ею смогли бы напиться даже Боги. И когда весной сошел снег, племя начало активно запасаться провизией, и готовиться к переселению.

И тут появился молодой Кхаа с его смелой идеей перейти через сломанную гору, и осесть на севере. Большинство считало его безумцем, потому, что все знали, что за сломанной горой ничего нет. Не того всепоглощающего ничего, не пустоты, а есть только бескрайняя ледяная пустошь с холодным пробирающим ветром и завываниями диких и опасных зверей. Сначала Кхаа поддерживала лишь его жена – Маат. Но, со временем некоторые его соплеменники все-таки решились испытать удачу. Ко времени отхода, группа Кхаа насчитывала всего сотню человек. В том числе женщин и детей. Совершив переход через сломанную гору, они оказались в невиданном ранее мире, где лето наступало всего на несколько недель, дабы показать, что оно есть, и оно помнит про людей, которые решили тут жить. Где-то далеко, за горизонтом, были ещё земли. И Кхаа с удивлением понял, что до края мира им ещё далеко.

Они долго и упорно продвигались вглубь континента. Климат здесь был очень суровым и холодным, но не таким, как про него все рассказывали. Дичи здесь было мало, но она была на порядок крупнее и жирнее, чем ранее. Лисья шерсть была гуще, и из неё делали отличные теплые шапки и рукавицы. Волчьи шкуры шли на шубы и штаны. А обувь делалась из плотной бизоньей кожи. К концу года Кхаа и его племя остановились на краю огромного плато, разрезаемого широкой рекой, где с одной стороны были высокие горы (имя им ещё пока никто не дал), а с другой – густой лес.

Начиналась зима. Суровая и темная. Снег ещё не шел, но в воздухе был слышен его свежий запах. Облака с каждым днем опускались всё ниже, и цвет их становился все темнее.

Кхаа пытался согреться в своей хижине и вспоминал, как он встретил последнего бизона в этом краю.

Его племя верило, что Бизоны после смерти попадают в другой мир, где всегда солнечно, вволю травы и много чистых озер. Но если Бизон умирает не своей смертью, то он сможет и не найти дорогу к миру мёртвых. Поэтому охотники собирались в круг и пели песни бизоньим богам, чтобы те пустили его в своё царство. Охотники на бизонов никогда не убивали молодых и взрослых особей, а так же самок. Даже старая бизониха могла родить теленка. Убивали обычно старых особей. Бизоны никогда не боялись человека в этих краях, поэтому охотники подходили к бизону и гладили его, разговаривали с ним. Когда все было готово и молитвы прочтены, бизону давали выпить кадку воды, настоянную на определённых травах. После выпитого бизон начинал активно опорожнять свой кишечник. Затем ему давали вторую кадку, и когда из него выходила только вода, один из охотников длинной заостренной полой костью пробивал кожу меж ребер и доставал до сердца. Бизон, не успев ничего почувствовать, закрывал глаза и падал на бок. Кровь, которая из него выходила, начинали собирать в бурдюки. Когда бурдюки были полны, бизона начинали свежевать. Племя Кхаа всегда с умом распоряжалась добычей. Все что можно было употреблять в пищу – съедали. Особо ценился мясистый язык и богатый жиром горб.

Этот бизон был крупнее всех виденных им ранее. Почти в полтора раза крупнее обычного здорового самца, да и рога его были куда больше. Кхаа подумал, что в один такой огромный рог должно вмещаться два бурдюка воды. Но, самым необычным было то, что он был белого цвета. Кхаа еще ни разу в жизни такого не видел. Сначала он даже было решил, что это всего лишь снег так плотно налип на бизонью шкуру. Но, подойдя поближе, он с удивлением отметил, что шерсть действительно белоснежная. Бизон посмотрел на Кхаа своими большими мутными глазами, и Кхаа понял, что тот очень стар. Возможно, он пережил уже более сотни зим. Возможно, он уже жил здесь, когда на юге еще не появилось первое племя. За долгую и холодную зиму он тощал, подъедая скудные остатки растительности. Пил воду из чистых источников, разбивая толстый лед массивным копытом. А за короткое лето вновь набирал массу, и сбрасывал старую грязную шерсть. И никого не боялся. Вряд ли в этих краях нашлось бы существо, осмелившееся напасть на столь великого зверя. В какой-то момент Кхаа решил, что перед ним сейчас стоит великий Бизоний Бог, который много лет назад породил все живое. И теперь его жизненные силы иссякли, и он медленно умирал среди этой бескрайней ледяной пустоши.

Бизон нашел немного тусклой зеленой поросли и принялся ее жевать. Кхаа свесил с плеча большие бурдюки и сел на них. Он наблюдал за зверем и тщательно обдумывал, что ему сейчас делать. Упускать такого зверя не хотелось, но и один он с ним не справился бы. В конечном счете, Кхаа решил, что раз уж Течение было благосклонно к нему настолько, чтобы он встретил этого бизона, то они обязательно столкнуться друг с другом снова. Течение сделает виток, и вот тогда Кхаа будет готов. И если Древние услышат их песни, то Кхаа убьет этого зверя.

Этим вечером Кхаа что-то предчувствовал. Маат, разделавшись с рыбиной, завернула ее в лед и солому. Кхаа обулся и вышел на улицу. Небольшой поселок уже готовился отойти ко сну. Лишь изредка между хижин сновали женщины с ведрами или дровами в руках. Небо постепенно затягивало тучами, и блеклый лунный диск медленно растворялся на небе. Звезд не было видно и вовсе. Кхаа плотнее закутался в шкуру и подумал о том, что, возможно, сегодня пойдет снег. Когда свинцовые облака окончательно съедят луну, на землю очень тихо начнут падать первые снежинки, постепенно набирая силу, и к утру полностью покроют белым все плато.

Сначала он и вовсе подумал, что ему это мерещится. Но, покуда темный силуэт приближался, Кхаа все больше убеждался, что это не дикий зверь и не призрак, а человек. Очень большой человек. Когда он подошел меньше, чем на пару шагов, Кхаа немного опешил и сделал шаг назад. Незнакомец был почти на две головы выше его, и невероятно мускулист. Кожа его была настолько бледной, что казалось почти белоснежной. Волосы были белыми, или правильнее сказать бесцветными. Они были собраны в толстый хвост, ниспадавший почти до лопаток. Незнакомец был одет в длинную белую одежду. Кхаа удивило то, что одежда была очень тонкой и совершенно без меха. А еще он был бос и, судя по всему, не испытывал совершенно никаких неудобств по этому поводу. Кисти рук его были спрятаны в рукава, как в муфту. Незнакомец остановился, вытащил руки, и поднял ладони вверх, демонстрируя, что он безоружен и пришел с добрыми намерениями. Кхаа заметил, что пальцы человека были худыми и длинными, а на одном из них было кольцо. Понять, из какого материала оно сделано, Кхаа не смог. Он просто удивился такой тонкой работе. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, и Кхаа заговорил первым.

- Кто ты? - спросил он.

- Меня зовут Тотль. - сказал человек низким, но достаточно приятным голосом.

- Зачем ты пришел?

- Думаю, этот вопрос мы еще обсудим. Лучше спроси себя, зачем ТЫ сюда пришел?

- Если ты собрался угрожать нам, то, уверяю тебя, мужчин, способных дать тебе отпор здесь достаточно. - Сказал Кхаа.

- Совсем наоборот. Я пришел помочь вам.

- Нам не нужна твоя помощь! Убирайся!

- Ошибаешься, мой дорогой Кхаа. Совсем скоро начнутся большие перемены, и вы должны быть готовы к ним. - Сказал Тотль с улыбкой.

Кхаа и Тотль сидели в душной хижине. Маат отправилась к своей матери. Когда она увидела своего мужа в компании белого незнакомца, она схватилась за нож и замахнулась на чужака. Кхаа осадил ее, и сказал, чтобы та оставила их наедине. Сначала она долго сопротивлялась, но Кхаа убедил ее, что все будет в порядке. Но сначала он убедил в этом самого себя. Он смотрел на этого необычного человека (человека ли?) и чувствовал в нем что-то такое родственное. Человек, решивший жить здесь, в суровой зимней природе явно знал, на что идет.

Тотль сидел на шкуре, сложив ноги крест-накрест. Создавалось впечатление, что этот человек вообще не мерзнет. Кхаа сомневался, что он мог так просто приспособится к здешнему климату. Проживи он здесь даже сто лет, все равно он должен ощущать холод. Словно прочтя его мысли, Тотль заговорил:

- Да, я чувствую холод. И, кстати жару тоже чувствую. Просто я могу контролировать температуру своего тела.