Читаем Последний из Мраксов онлайн бесплатно
Последний из Мраксов
Автор:E.Godz
Бета: Sirinit
Пейринг: ГП/ТР (основной), Блейз Забини /ГП, ГП/ОМП
Рейтинг: R
Тип: слэш (косвенно гет)
Жанр: AU, OOC, романс, приключения
Размер: макси (примерно 205 тысяч слов)
Статус: закончен
Дисклаймер: Роулинг принадлежит все, кроме любви и мира в магическом сообществе
Предупреждения: много-много юста, до сих пор не известно считать ли Гарри в этом фике Марти-Сью или нет?
От автора: от первой главы фанфика до последней прошло примерно четыре года. Это заметно отразилось на стиле.
Аннотация: Гарри Поттер отправляется в прошлое, чтобы перевоспитать Тома Реддла и спасти мир. Том взрослеет в компании своего странного опекуна и влюбляется в него.
Коллаж выполнен Наталько!
Пролог.
Сигарета немного кислила, ничего удивительного, ведь эта пачка валялась в шкафчике не меньше года. Поттер устроился на столе, в крохотной грязной кухоньке маленькой квартирки, которую снимал уже около полутора лет, и собирался хорошенько подумать о своем нынешнем, довольно неприглядном положении. Гарри затянулся еще раз, а потом швырнул окурок в раковину. Курить хотелось не настолько сильно, чтобы совать в рот эту отраву. Хотя в квартире сигарет больше не было, так же как и денег на них. Парень вытащил из заднего кармана бумажник и неохотно пересчитал наличку. Хех. Было бы что пересчитывать.
– Авиалайнер упал в нескольких десятках метров от жилых домов, – неожиданно громко сообщил из комнаты телевизор. Гарри неловко подпрыгнул от неожиданности и ударился локтем о холодильник.
– Черт! Забини, ублюдок! Убавь звук! – взревел Поттер, потирая ушибленную конечность. Голос диктора новостей, как ни странно, стал еще громче:
– На борту находилось 80 пассажиров, в том числе шестеро детей и восемнадцать иностранных граждан. Шесть граждан Германии, пять граждан Польши, по одному – Франции, Швейцарии, России, США, Латвии, Турции, Италии. И шесть членов экипажа, все они погибли.
Гарри только фыркнул. Последние два года, с тех пор как они сбежали из магического мира, ребята словно поменялись ролями. Поттер все больше и больше приобретал слизеринских черт, а Блейз как мог, пытался остановить процесс.
– Тем временем, руководитель полетов сообщил журналистам, что в последние минуты экипаж якобы неадекватно реагировал на команды диспетчеров, выполняя их с точностью до наоборот, при этом на вопросы диспетчера отвечал, что на борту все нормально, – с должной долей сочувствия продолжал бубнить ведущий.
– И что ты хочешь мне этим сказать? Что в крушении самолета виновны волшебники? Пожиратели смерти? Мне плевать, Блейз! – взвизгнул Поттер.
Телевизор замолк. За спиной бывшего спасителя магического мира проскрипели подошвы тапочек. Забини облокотился на косяк двери кухни и молчал. Он и в школе-то был не особо разговорчив, а теперь, казалось, и вовсе онемел. Кажется, в этом месяце бывший слизеринец не сказал еще ни слова. Гарри называл это пассивным протестом.
– Что тебе нужно, Забини? – тихо и спокойно, как когда-то.
– Мы должны вернуться, – с еле слышной презрительной ноткой в голосе процедил Блейз.
Они никогда не позволяли себе проявлять друг к другу хоть капельку нежности, приязни или уважения, упорно продолжая делать вид, что ненавидят. Молодые люди почти идеально играли свои роли. Откровенно говоря, Гарри не знал, что на самом деле чувствовал к нему любовник. Может быть, он и в самом деле терпеть его не мог, просто деться Забини было некуда. Насчет себя Поттер был уверен – он ничего не чувствует по отношению к Блейзу. Хотя когда-то… когда-то это была, скорей всего, любовь.
– Зачем?
– Мы не можем больше сидеть здесь. Гибнет все больше магглов. Волдеморт выигрывает.
– Или уже выиграл, – с истерическим смешком заметил Поттер.
– Ты должен убить его.
– Не мели чепухи. Я говорил тебе, и не раз. Я никому ничего не должен.
– Поттер, тогда я ухожу.
– Катись.
За спиной раздался полузадушенный всхлип и шорох. Гарри решил пощадить гордость Забини и не стал поворачиваться и смотреть на него в тот момент, когда бывший слизеринец позволил себе проявить слабость. К чести Блейза следует сказать, что он мгновенно взял себя в руки. Вскоре опять заскрипели тапочки. Их хозяин направлялся в сторону спальни, видимо, хотел собрать вещи. Поттер сполз на пол и вытащил из пачки сигарету. То, что ее вкус оставлял желать лучшего, его больше не волновало. Щелкнула зажигалка, но ничего не произошло – кончился газ. В спальне громыхал чемоданами Блейз.
Поттер решил, что сразу после того, как Забини аппарирует, ему нужно будет собираться самому. Если даже парень и не захочет никому рассказывать о местонахождении Гарри, почти наверняка правительство допросит его насильно с сывороткой правды. Бывший Избранный не был уверен, кто именно сейчас стоит во главе Британского министерства магии и есть ли оно еще вообще, но ему не хотелось бы попасть в руки ни одной из сторон.
Ему было ничуть не жаль, что Блейз уходит. От слизеринца с самого начала не было никакого проку. Все два года Забини провалялся на диване перед телевизором, периодически закатывая истерики и пытаясь направить сожителя на путь истинный, пока Поттер зарабатывал им на жизнь. Не используя магию, Гарри, конечно, не мог достать много денег, ведь никакого маггловского образования у него не было. Поэтому они и жили в третьесортной съемной квартире в бедном районе Манчестера. Блейза Поттер держал при себе больше по привычке, к тому же это была последняя ниточка, связывающая его с магическим миром.
Сегодня эта связь окончательно прервется. Осталось только сломать свою волшебную палочку, ведь карту Мародеров и мантию невидимку (когда-то самые дорогие для него вещи) Гарри давно сжег.
Стоило подумать, где ему теперь подыскивать жилье. Очевидно, придется сменить город, где-то достать новые документы. В прошлый раз у него было хотя бы немного денег. Теперь, даже если потрясти заначку на черный день, наберется не больше двадцати фунтов.
«Как же все это не вовремя», – подумал Поттер.
Забини медленно прошел по маленькому коридорчику, надеясь, что Поттер окликнет его, сказав, что передумал. На самом деле Блейз знал, что этого не будет: слишком уж изменился Гарри за последние годы.
– До встречи, – крикнул парень в тишину квартиры, прежде чем захлопнуть дверь.
– Прощай, – фыркнул Поттер, опять пытаясь оживить зажигалку.
Юноша поднялся с пола и проковылял в комнату, надеясь оценить ущерб, нанесенный хозяйству уходом слизеринца. Он не успел как следует рассмотреть то, что осталось в шкафу, когда в дверь вежливо постучали. Логика подсказывала, что это вернулся, что-то забыв, Забини, интуиция говорила другое. Но Гарри все равно открыл дверь.
***
Они впервые переспали, когда учились на пятом курсе. Не то чтобы они неожиданно влюбились друг в друга, обнаружив однажды за завтраком, насколько партнер красив. И, конечно, ни один из них не любил другого с первого дня учебы в Хогвартсе. Просто ситуация в Англии была отнюдь не простая, становилось все меньше людей, которым можно доверить свой зад. Да и геев в школе было не так уж и много. Забини знал, что Поттеру болтать об их связи так же невыгодно, как и самому Блейзу. И не ошибся в однокурснике. Умница Гордость Гриффиндора даже нашел себе девушку для прикрытия. Хотя даже своему любовнику он всегда говорил, что влюблен в Чанг с третьего курса, игнорируя тот факт, что спит с парнем.
Они встречались обычно в одном из старых классов в заброшенном крыле. Не слишком уютное место, зато достаточно безопасное, а быстрый трах на шатающейся парте их вполне удовлетворял. Никакой нежности и медлительности. Они делали это довольно грубо. Обсуждений, кто топ, кто боттом тоже не было. С первого же дня Забини стал активом, и это никогда не менялось. А Гарри никогда не делал Блейзу минет – принципы.
Черт, если вы спросите, когда Забини вдруг осознал, что Поттер значит для него больше, чем просто мальчик-которого-можно-трахнуть-без-последствий, он не сможет ответить. Может быть, когда слизеринца начали бесить влюбленные взгляды Гарри на Чжоу? Или в тот день, когда он поймал себя на мысли, что не прочь посидеть с Поттером рядом в библиотеке, соприкасаясь коленями и локтями. А может в тот момент, когда Блейз, давясь, жадно сглатывал сперму Золотого мальчика Гриффиндора? Так или иначе, но однажды Забини понял, что любит Гарри.
Этот факт призывал его к каким-то действиям. Идея показать свои чувства нежностью или ухаживаниями показалась слизеринцу неприемлемой. И он решил сделать для Поттера что-то действительно полезное. Например, раскопать больше информации о родословной директорского любимчика.
Работа оказалась действительно интересной. Если с предками Джеймса Поттера все было понятно, то с Лили Эванс оказалось не так уж и просто. Забини разматывал ниточку за ниточкой, постепенно понимая, что вся эта потрясающая информация давно лежит на поверхности, словно ожидая, когда же кто-нибудь придет и прочитает ее. Кое-кто хитрый и изворотливый хотел, чтобы вся эта грязь о добропорядочном семействе выплыла наружу.К сожалению, Блейз не стал задумываться о том, кто и почему.
Неизвестно почему пренебрегший аппарацией, бывший слизеринец на третьем пролете лестницы встретил старого знакомого.
– Малфой? Ты что здесь…
Глава 1.
Почему-то осознание того, что жизнь – дерьмо, пришло к Тому не в нежном возрасте шести лет, когда мистер Карстерз – один из попечителей приюта – однажды ночью зажал его рот потной мягкой ладонью, придавил огромной тушей к постели и сделал кое-что нехорошее. Откровенно говоря, Том тогда даже не совсем понял, что с ним сделали. А мистер Карстерз был таким хорошим человеком. После болезненной и неприятной экзекуции он угостил маленького Реддла шоколадом и объяснил ему, что сделанное ими сегодня пойдет на благо приюту. Этот боров действительно делал большие пожертвования, хотя мог бы обойтись и без этого. Много лет спустя Темного Лорда стал просто забавлять факт, что с ним расплатились шоколадом.И еще он благодарил Бога за то, что не получил никаких серьезных физических повреждений.
Тому было семь, когда мисс Бетси – нянечка – избила его мокрым полотенцем, сломав мальчику правую руку за то, что он разбил ее любимую чашку. И даже тогда юный Реддл, обиженный на весь мир и ревущий от боли не считал, что жизнь такая уж плохая штука, потому что маленькая Эми Бенсон пришла в кабинет медсестры утешить его и даже чмокнула в нос. Это заставило его чувствовать себя рыцарем, раненым в сражении с драконом и получившим в награду поцелуй дамы сердца. В том же году умер мистер Карстерз. Его наследники отказались спонсировать приют, и жизнь сирот стала на порядок хуже. Они почти перестали видеть сладости, а уж о новых игрушках и одежде и речь не шла. Вскоре пришлось экономить даже на дровах, так что Новый год и восьмое день рождение Тома дети встречали полуголодные, закутавшись в одеяла. Впрочем, малыши не отчаивались. Они закрылись в одной из спаленок и, сидя в темноте, рассказывали друг другу страшные истории.
Зато в начале января в их жизни появился мистер Фэйр, а с ним и деньги, благодаря которым им быстро удалось восстановить уровень жизни до привычного. Всем, кроме Тома, разумеется. От старших ребят восьмилетний Реддл успел узнать – то, чем занимался с ним мистер Карстрз не только «нехорошо» и «неправильно», но и незаконно. Поэтому, когда холодным вечером в начале февраля мальчику так знакомо зажали рот ладонью, он сопротивлялся. Том бился с яростью дикой кошки: кусался, выкручивался, царапался и брыкался. Все это, конечно, ему не помогло, ибо Фэйр был куда сильнее его самого. Пальцы нового попечителя приюта оставляли царапины на нежной коже плеч и бедер. Реддл не вскрикнул ни разу за всю процедуру. В комнате стояла полная тишина, не считая шороха и учащенного дыхания: за тонкой перегородкой, спала Эми, и Тому не хотелось, чтобы она узнала об этом. Даже закусивший губу от боли и унижения ребенок, свернувшийся калачиком на развороченной постели, еще верил в то, что жизнь, в общем-то, достойная вещь, просто надо уметь ею распорядится.
И только на следующий день, когда старая ведьма Коул в своем кабине строго объясняла ему, почему он не должен был сопротивляться, у него, наконец, открылись глаза. Люди – хуже стаи зверей. Они думают только о себе и своей выгоде. И сколько невинных жертв будет на их пути к цели, никого не волнует. Мысль была смутной и запутанной, но она заняла надежное место в его голове. Она постепенно развивалась и совершенствовалась. Колеблясь от обычного – «отомстить тем, кто сделал мне больно» до зловещего – «человечество не достойно существования».
С этого дня жизнь мальчика действительно превратилась в ад. Он и раньше не ладил со взрослыми, но теперь стал отстраняться и от других детей. Ему казалось, что каждый из них знает, что с ним делают для их процветания. Знают и молчат об этом. На самом деле, дети, конечно, не имели об этом не малейшего понятия, разве что некоторые старшие, да еще Джереми Стронг, который когда-то терпел то, что приходилось делать Тому сейчас. Ребята очень жестоки, особенно приютские, поэтому ничего удивительного, что не прошло и года, как они стали воспринимать Реддла, как своего злейшего врага. Мальчишки частенько устраивали охоту на него, били, когда он имел неосторожность попасться. Бывало, мальчик оставался голодным, потому что ему не оставляли еды. Ему приходилось прятать от посторонних свои личные вещи. Хорошо еще, что у него была отдельная комнатушка, которую при должном старании можно было запереть!
