Читаем Порочная девочка майора (СИ) онлайн бесплатно

«Он у себя. Один. Давай уже. Рано или поздно ты должна это сделать, Алиса», — многократно перечитываю сообщение Веры, но не могу взять себя в руки, решиться и наконец пойти к майору и рассказать о своей маленькой тайне. Попросить помощи. Потому что иначе… Меня убьют. И не только меня…

Сглотнув образовавшийся в горле ком, на ватных ногах направляюсь к входной двери «Максимуса». Тима давно не сидит в участке. Избегает всех знакомых и коллег. И во всем виновата только я!

Одеревеневшими пальцами набираю его номер, но в ответ слышу одно и то же.

«Абонент временно недоступен», — сообщает мне женский голос.

— Добрый день, — натягиваю на лицо улыбку, стараясь выглядеть доброжелательной. Но на самом деле сердце пропускает удары при виде секретарши моего любимого мужчины. Красивая, элегантная, стройная блондинка с карими глазами. — Я к Тимофею.

— Добрый. Простите, но он сегодня занят, — отвечает моментально, но потом, прищуриваясь, всматривается в мои глаза и произносит: — Алиса?

— Да. Пожалуйста, мне нужно с ним поговорить. — Даже думать не хочу, откуда она меня знает. Точно Вера всё подстроила.

— Минуточку, — глубоко вздохнув, нажимает на кнопку селектора. — Тимофей Владимирович. К вам пришли. Говорит, очень срочно. Дело жизни и смерти, — последнее добавляет от себя.

— Кто? — грубый тон любимого доносится до меня через шум в голове. Сердце сжимается от боли, колотится. Будто миллионы игл вонзаются в область груди.

— Тим… Пожалуйста… Нам нужно поговорить… — чуть ли не кричу. Дышу часто-часто. Впиваюсь ногтями в ладони до крови, пытаясь сдержать себя и не разреветься.

— Анна! Я. ЗАНЯТ! — недовольно бросив секретарше, отключается.

— Простите меня, — умоляюще взглянув на девушку, врываюсь в его кабинет без разрешения, слыша за спиной: «Вам туда нельзя!»

Он сидит на кресле. Не отрывает глаз от монитора компьютера. Даже не поднимает голову и не смотрит на меня.

— Выйди, Анна, — приказывает. Девушка молча выходит, закрывая за собой дверь. — Я тебя слушаю.

Стою неподвижно. Замираю. Забываю дышать.

Боже… Как же я соскучилась по нему…

Знакомые глаза цвета меда превратились в холодные осколки. Губы сжаты в тонкую линию. Взгляд устремлен на меня. Яростный. Гневный. Ненавидящий.

Который раз сглатываю, пытаюсь выдавить из себя хоть слово. Получается с огромным трудом.

— Мне нужна твоя помощь, Тим. Пожалуйста… — снова умоляю, готовая на всё. Абсолютно на всё! Лишь бы он стоял за спиной, как в прошлые времена.

Он усмехается. Не воспринимает меня всерьез, а мои слова тем более.

Когда-то, спасая жизнь дочери брата-уголовника, я предала его — своего майора, первого и единственного мужчину. Однако сейчас опасность грозит мне. Мне хочется рассказать ему всё. Про угрозы. Шантаж. Но поверит ли он мне снова? Ведь теперь нас связывают не только вспыхнувшие позабытые чувства…

— Назови хоть одну причину, почему я должен помочь ТЕБЕ?! — слова, как осколки льда, вонзаются в сердце. Прошибают насквозь.

Прикусываю губу. Выдерживаю его гневный и в то же время грустный взгляд. Он выжидающе не моргая смотрит на меня.

— Потому что я беременна, — нервно сглатываю. Голос все-таки срывается. Последние свои слова сама еле слышу. — От тебя.

Секунда. Вторая. Третья.

Он молчит некоторое время, словно бесконечно. А потом уголки его губ поднимаются, изображая ухмылку. А по моему телу растекается надежда. Но…

— Да ну, Лис. Неужели ты думаешь, что я снова наступлю на те же грабли? Неужели думаешь, что я доверюсь тебе, поверю каждому слову? — цокает языком. — Нет, Лисичка. Ты горько ошибаешься. Я тебя просил забыть мое имя. Помнишь? А теперь вон отсюда!

Сломанное сердце.

Ни одна ночная смена не проходит без приключений. Приходится воспитывать загулявших подростков или же не знающих границ в употреблении спиртного алкашей. Вымотался.

Снимаю с блокировки двери внедорожника, сажусь. Слегка запрокидывая голову, смеживаю веки. Устал до жути.

Семь утра. Дико хочется спать. Но сначала получить порцию крышесносного завтрака от своей Лисички. Интересно, она спит?

В квартире абсолютная тишина. Лишь свет из кухни льется на полквартиры.

По привычке бросаю ключи на тумбочку, но они с грохотом падают на пол.

— Тим? — тихий голосок Алисы раздается совсем рядом. Девочка моя приближается, сокращает между нами расстояние.

— Ты не спала, Лис? — голос моментально становится хриплым.

Алиска моя. Застенчивая. Скромная. Естественная такая. В моей рубашке с расстегнутыми до середины пуговицами, да так, что грудь едва ли не видна. Соблазнить решила? Только глаза ее зеленые блестят влагой. Грустные они.

— Нет. Ты же знаешь, я не могу без тебя уснуть, — совсем тихо, как всегда, произносит.

Приближаюсь вплотную. Обнимаю за талию, впечатываю в свою грудь. Тело моментально напрягается, меня бросает в жар от одного ее запаха. Прижимаю ее к себе как самое дорогое сокровище, поглаживаю спину. Осторожно так, словно пытаюсь уберечь от всего мира. Маленькая моя, бесценная.

— А почему настроения нет? — ловлю ее губы своими, оставляя легкий поцелуй лишь для того, чтобы почувствовать их вкус. Но разве можно остановить голодного мужчину, который сходит с ума от своей маленькой женщины? Нет, конечно. И я терзаю ее пухлые, розовые губы своими.

Схватив за ягодицы, приподнимаю. Она моментально обвивает ногами мою талию, обнимая за шею, отвечает с таким же напором на мои поцелуи. Будто это наша последняя встреча…

Крышу буквально сносит от одного ее прикосновения. Вся сдержанность летит к чертовой матери, остается лишь дикий голод и безумное желание взять ее прямо у двери.

— Всё хорошо, — шепчет, отрываясь от моих губ. — Хочу тебя. Хочу так, как любишь ты, Тимофей.

Вот же ж… Что с ней происходит? Она, постоянно прячущая взгляд, теперь говорит вот так вот?

— Поверь, тебе так не понравится, малыш, — опускаю ее на кровать, в спешке вытаскиваю подол рубашки из-под пояса и расстегиваю пуговицы.

Она не отводит от меня взгляда. Сглатывает, рассматривая мой обнаженный торс. Кусая нижнюю губу, поднимает на меня глаза и сама, точно так же как я, стягивает с себя рубашку и бросает прочь, открывая моему взору стройное тело. Маленькую сочную грудь с розовыми сосками, плоский живот. Черт! Даже белье не надела…

Сняв с себя брюки вместе с боксерами, нависаю над ней. Утыкаясь носом в шею, вдыхаю ее такой любимый, сладкий аромат. Провожу языком по лихорадочно бьющейся венке. Алиска вздрагивает. Обхватывая мою голову руками, притягивает к себе, целует, прижимаясь к моему телу плотнее.

— Тим… Я безумно хочу тебя. Только тебя…

Меня просто накрывает от ее слов. Словно обезумевший вгрызаюсь в ее рот жестким, глубоким поцелуем. Знаю, щетина царапает ее кожу, но она сама захотела «так, как люблю я».

— Лис… Что же ты со мной творишь, малыш?!..

Она снова обвивает мою талию ногами. Гладит лицо маленькими пальчиками, опускается ниже к шее.

Каждое ее прикосновение словно наркотик. Попробовал — значит, всё, затягивает. Не отпускает.

— Свожу с ума. Я сошла. Теперь твоя очередь, — кусает мою губу до крови, затем всасывает в рот, снося крышу окончательно.

— Ли-и-ис, — со стоном вхожу в нее. Мощная вспышка возбуждения ударяет в голову. Хочу унять эмоции, но хрен там. Пульс бешено бьет по вискам. Дыхание учащается. — Какая же ты тугая. Че-е-е-р-р-рт!

Алиса еще сильнее притягивает меня к себе, обвивает шею руками и сплетает их в замок. Смотрит прямо в глаза с чуть приоткрытым ртом. Губы слегка дрожат, а зрачки блестят.

— Лис? — останавливаюсь на секунду, на что девчонка глубоко вдыхает и выдыхает.

— Продолжай, пожалуйста… — шепчет, целуя в подбородок.

— Я подумал… Тебе не больно, Лис? Прости, я потерял контроль над собой.

— Нет, Тим… Всё отлично. Не останавливайся…

— Ты уверена? — голос хрипит, еле слышен.

— Да.

Схватив ее за волосы на затылке, тяну назад, открывая шею для поцелуя. Моя Лисичка стонет и с каждым толчком подается мне навстречу. Слегка прикусываю венку на изгибе шеи, где больше всего чувствительнее, на что малышка вскрикивает.

— Ти-и-им… Боже… Да-а-а… — рваный вздох слетает ее губ. Чувствую, как ее лоно сжимается вокруг моего члена. Она на грани. И я тоже.

Еще несколько толчков, и я с диким рыком кончаю в нее, при этом поедая ее рот до последнего момента. Сладкие губы. Они только мои…

Падаю рядом и укутываю нас одеялом. Некоторое время мы просто молчим. Алиска кладет голову на мое плечо и задумчиво смотрит в потолок.

— Лис…

— М-м-м… — поднимает на меня взгляд, и я тону в зелени ее глаз. — Я завтрак приготовила. Ты в душ беги, а я всё подготовлю. Покушаем, потом отдохнешь. Выспишься. Хорошо?

Я лишь киваю, улыбаясь. Заботливая. Моя маленькая женщина.

Приняв горячую ванну, натягиваю на себя домашние шорты и направляюсь на кухню. Пахнет ароматно. Вкусно.

— Сядь, — не поворачиваясь произносит, почувствовав мое присутствие. — Нам нужно поговорить.

— Конечно, — тяну на себя тарелку с едой. — Только сначала поем.

— Однозначно, — улыбаясь, присаживается рядом.

Молчит. Не говорит ни слова, пока я не опустошаю тарелку.

— Тим… Я… — аж съеживается на стуле.

— Минуточку. Телефон вибрирует. — Не медля ни секунды, отвечаю на звонок, замечая на экране номер подполковника.

— Майор Гордин?! — грубо произносит он, не давая шанса даже поздороваться. Что за неуважение? Что происходит? — Надеюсь, ты сейчас не занят с сестрой уголовника?

Говорит так громко, что я уверен — Алиса всё слышит. Ее глаза моментально увлажняются, и она закрывает рот рукой. Сжимаю ее кисть в знак поддержки, взглядом обещая: всё будет хорошо.

— Могу поинтересоваться, что происходит? — бросаю, дав понять, что этот разговор мне неприятен и ему не должно быть никакого дела, с кем я и чем занимаюсь. — К делу, пожалуйста.

— К делу, значит, — недовольно огрызается. — Тимофей… Больше пятнадцати лет ты честно служишь государству. Ни единого косяка. Ни единой ошибки. Но…

Он делает короткую паузу, явно испытывая мое терпение. Ждет от меня чего-то, но я молчу, прислушиваясь к каждому шороху, раздающемуся с той стороны трубки.

— Тебя отстранили от дела Воронова, — как гром гремит над головой. Алиса замирает, я бы сказал, даже не дышит. — Ты теперь главный подозреваемый. Ты знаешь, мы уже несколько месяцев готовились к важной операции. Их банда была у нас как на ладони! Но… Ты, идиот, всё испортил!

Сжимаю челюсти до боли в зубах. Какого хрена? Какого, сука, хрена? Он охренел? Сам слышит, что говорит?

— Поподробнее… — рычу в трубку, прикрывая на секунду глаза. — Что значит, отстранен? Что значит, главный подозреваемый?

— Вот так вот! — моментально отвечает, повышая тон. — В день операции с твоего телефона поступил звонок Воронову! Ты сообщил им об операции, и весь план провалился!

— Да вы сами слышите, какую чушь несете? — ору в трубку, всматриваясь в испуганные глаза Алисы.

— А ты у шлюшки своей спроси, Тимофей. Думаю… Она сама всё расскажет. И… Лучше пока ты в участке не появляйся. — Отключается, вгоняя меня в замешательство.

Встаю со стула, неверяще всматриваясь в зеленые глаза.

Нет, ну это нереально. Я помню тот день. Нашу страстную ночь… Я не звонил…

Нет, это неправда. Это, сука, не может быть правдой! Но… Дрожащие губы и подбородок девчонки говорят иначе…

— Алис… — голос хрипит. Больно. Будто сердце из груди вместе с мясом вырвали и разорвали в клочья.

Она молчит. Она, сука, молчит! Так умоляюще смотрит мне в глаза… Будто не она предала меня. Будто не она подставила. Не она унизила и растоптала.

Ну, круто же ты лоханулся, Тимоха!

— Ты спала со мной, чтобы отвлечь, пока твой брат травил мальчишек той дрянью? Отвечай!

— Тим, пожалуйста, выслушай меня… — Алиса делает шаг ко мне.

— Стоять! — вскидываю руку вперед. — Не смей. Ко мне. Приближаться!

— Я ничего не знала, клянусь. Умоляю, дай мне шан…

— Вон!

— Ч-что? Куда? Тим, не делай…

— Забудь меня и мой адрес! И чтобы тени твоей не было рядом со мной! Имя забудь! Пошла ВОН!

Ложное показание. Как все началось.

5 недель назад…

— Это кабинет майора Гордина. Сиди смирно и жди. Дашь повторно свои показания ему, ясно? — парень в полицейской форме старается всё говорить спокойно, но по его тону я понимаю, как его раздражает мое присутствие. Ну и я сама, в принципе, тоже.

— Да, конечно, — шепчу, съеживаясь на кресле.

Понятия не имею, зачем меня сюда притащили. Нет, я, конечно, знаю, что из-за брата. Снова он дом разгромил. С кем-то подрался. И соседи пожаловались, набрав номер 112. Но, блин, при чем тут я?!

Парень лет двадцати пяти выходит из помещения и не успевает закрыть за собой дверь, как раздается его голос:

— Товарищ майор. Там сестра Воронова. Говорит, ничего не знает. Непохоже, что прикидывается.

— Понятно. У тебя отбой, Таранов. Иди отдохни.

Огромная фигура заслоняет собой проход. Мужчина не спеша заходит в кабинет. В одной руке рация, во второй мобильник. Кладет всё по очереди на стол, в том числе и оружие, которое вынимает из-за пояса. Портмоне из заднего кармана и ключи от автомобиля.

Я внимательно слежу, как он садится и откидывается на спинку кресла. Скрещивая руки на груди, не отрываясь смотрит.

Медовые глаза сканируют меня своим проницательным взглядом. А я мысленно молю бога, чтобы он меня не узнал. Но…

— Ну здравствуй, — делает короткую паузу и слегка усмехается, — Алиса.

Боже… Ну нет же… Нет! Не забыл, значит… Не забыл, как я давала ложные показания тут же, в его кабинете, несколько лет назад. Но я была вынуждена!

— Здравствуйте, — шепчу, пряча глаза. Потому что невыносимо смотреть, как уголки его губ дергаются в презрительной усмешке.

— Я тебя слушаю. Начинай всё с самого начала, но без лжи, Алиса. Иначе… Я не смогу, да и не захочу прикрывать тебя, закрывать глаза, зная, что ты врешь не моргнув глазом, как пару лет назад.

Я ошеломленно смотрю на майора и никак не могу понять, что он имеет в виду. Я ослышалась? Он сказал «прикрывать»?

— Я всё рассказала ему, — киваю на дверь. — То есть… вашему коллеге.

— Тебе сложно повторить?

— Нет. — В горле пересохло. Еле выдавливаю из себя слова. Если они будут всю ночь брать у меня показания, то я помру здесь от голода. Не помню, когда ела в последний раз.

— Тогда давай. Только запомни… — Он тянется к шкафу, достает оттуда пачку сигарет. Вынув одну, зажимает ее между губ. Чиркает зажигалкой и так… соблазнительно, что ли… делает затяжку. При этом не отрывает от меня медового взгляда. — Ты не маленькая девочка. Теперь ты — взрослая девушка. И, поверь, иногда за ложные показания можно схлопотать больше срока, чем за ранение человека.

Нет, я, конечно, понимаю, что он пытается напугать меня, дабы я снова не врала. Но, блин, я тогда была в безвыходном положении! Вынуждена была лгать, дабы маму спасти. Но мой брат, который обещал помочь ей, не сдержал свое слово. И да! Я пожалела сразу же, но у меня не было ни единого шанса поменять те чертовы показания!

— Я приехала с работы, — начинаю повторять снова, лишь бы скорее выбраться отсюда. — А когда пришла домой, меня привезли сюда ваши…

— На работе? Где же ты работаешь?

— В отеле. На ресепшен.