Читаем Полночная аллея онлайн бесплатно

Зазвонил телефон, и в то же мгновение внутренний голос подсказал Клер, что это ее мать.

Хотя при чем тут внутренний голос? Скорее это была простая логика. Она обещала позвонить маме еще несколько дней назад, но не сделала этого; спрашивается, кто еще может звонить в самый что ни на есть неподходящий момент?

— Не подходи, — не прерывая поцелуя, пробормотал Шейн, ее бойфренд. До сих пор не верилось, что у нее есть настоящий бойфренд, а не просто знакомый парень или друг. — Майкл ответит.

Очень хотелось понадеяться на Майкла, но вредный голосок в глубине души твердил, что так легко она не отделается. Со вздохом сожаления Клер сползла с колен Шейна, облизнула влажные, горящие губы и ринулась к двери на кухню.

Майкл как раз поднялся из-за стола, чтобы подойти к телефону, но Клер обогнала его, беззвучно извинилась и сняла трубку.

— Алло?

— Клер! О бог мой, дорогая, я так беспокоилась. Мы несколько дней пытались дозвониться на твой мобильник, но…

Дерьмо! Клер огорченно потерла лоб.

— Мама, я же послала вам е-мейл — что потеряла мобильник и еще не купила новый.

Конечно, не стоило рассказывать, как именно она его потеряла, и уж тем более о том, какой опасной стала ее жизнь после переезда в Морганвилль, штат Техас.

— Твой папа забыл рассказать мне об этом — ты же знаешь, он проверяет электронную почту, я не люблю компьютеры.

— Да, мама, знаю.

Мама не то чтобы их не любила — просто компьютеры заставляли ее нервничать, и не без причины: в ее присутствии в них почему-то сплошь и рядом возникало короткое замыкание.

— У тебя все хорошо? — продолжала мама. — Как лекции? Интересно?

Клер открыла холодильник, достала банку колы и принялась потягивать ее, обдумывая ответ. Не могла же она сказать: «Мама, у меня тут были небольшие неприятности. Видишь ли, отец моего бойфренда приехал в город с целой шайкой байкеров, уничтожил множество народу и едва не погубил всех нас. И вампиры ужасно разозлились из-за этого, поэтому, спасая своих друзей, я подписала контракт, согласно которому, по существу, стола рабыней самой главной вампирши в городе».

Да, едва ли все это стоило говорить.

Кроме того, мама не поняла бы ее. Она уже была в Морганвилле, но так и не разобралась, что же здесь происходит, как это обычно и бывает с приезжими. В противном случае они либо навсегда остаются в городе, либо их воспоминания после отъезда полностью стираются. А если по какой-то случайности они начинают вспоминать, это кончается для них плохо, очень плохо.

Поэтому Клер ответила:

— Лекции замечательные, мама. На прошлой неделе я сдала все промежуточные экзамены.

— Ну еще бы!

«Да, вот только, сдавая экзамены, я все время опасалась, как бы кто-нибудь не подобрался ко мне и не вонзил нож в спину, а это не могло не сказаться на моих оценках».

— Все прекрасно. Я сообщу вам, когда обзаведусь новым мобильником. А как ты? Как папа?

— О, у нас все хорошо, дорогая. Мы скучаем по тебе. И папа по-прежнему беспокоится из-за того, что ты живешь не в кампусе, а с этой компанией, где все старше тебя…

В памяти мамы сохранилось только это. И конечно, Клер не могла объяснить ей, почему живет не в кампусе, а в компании восемнадцатилетних, из которых двое к тому же парни. Пока мама об этом обстоятельстве не упомянула, но, без сомнения, это лишь вопрос времени.

— Мама, я же рассказывала вам, как плохо относились ко мне девушки в общежитии. Здесь гораздо лучше, я живу со своими друзьями. Честное слово, они замечательные.

— И все же веди себя осмотрительно. — Судя по тону мамы, Клер не удалось ее убедить. — Я имею в виду, с мальчиками.

Ну вот, чего и следовало ожидать.

— Да, я веду себя осмотрительно с мальчиками, — подтвердила Клер, которая вела себя осмотрительно даже с Шейном.

Правда, главным образом потому, что сам Шейн никогда не забывал о ее возрасте: ей еще не исполнилось семнадцати, а ему уже почти сравнялось девятнадцать. В житейском отношении не такая уж большая разница, но с юридической точки зрения все обстоит иначе. Родители ужасно расстроились бы, случись что-нибудь.

— Между прочим, все передают тебе привет, — добавила она. — Вон Майкл машет рукой.

Майкл Гласс, второй парень в доме, сидел за кухонным столом и читал газету. Услышав ее слова, он поднял взгляд и отрицательно затряс головой, как бы говоря: «Нет, не надо!» В прошлый раз при встрече с родителями Клер он попал в сложное положение, а сейчас все стало еще хуже. Тогда он хотя бы по ночам оставался обычным парнем, в то время как днем делался бестелесным призраком, запертым в доме, точно в ловушке, и ни при каких обстоятельствах не имеющим возможности покидать его.

Для Морганвилля это считается почти нормальным.

Ради спасения жизни Шейна Майкл принял роковое решение: согласился стать вампиром, чтобы получить свободу покидать дом и возможность постоянно пребывать в физическом теле. Пока последствия вроде бы не сильно на нем сказались и выглядел он как обычно. Пожалуй, даже слишком обыденно для своего нового положения.

Выслушав ответ матери, Клер протянула трубку Майклу:

— Она хочет поговорить с тобой.

— Нет! Я уже ушел! — прошептал он, отмахиваясь, но Клер по-прежнему пыталась всучить ему телефон.

— Ты же у нас самый серьезный и ответственный. Только не заговаривай о… — Она изобразила вонзающиеся в шею клыки.

Майкл бросил на нее сердитый взгляд, взял трубку… и мгновенно преисполнился очарования. Он был щедро наделен этим качеством и нравился не только ее родителям, но, можно сказать, решительно всем. Умный, симпатичный, привлекательный, одаренный, вежливый — как он мог кому-то не нравиться? Если, конечно, исключить его вампирскую составляющую. Он заверил миссис Данверс, что дела обстоят прекрасно, что юная соседка очень хорошо себя ведет — тут он закатил глаза, а Клер фыркнула — и что он усердно за ней присматривает. По крайней мере, последнее соответствовало действительности: Майкл очень серьезно относился к добровольно взятым на себя обязанностям старшего брата и почти не выпускал Клер из поля зрения, за исключением тех случаев, которые требовали уединения, или когда она отправлялась в университет без сопровождения, что делала при малейшей возможности.

— Да, мэм, — продолжал Майкл, и в голосе его появилось некоторое напряжение. — Нет, мэм. Я не позволил бы ей делать этого. Да. Да.

Сжалившись над ним, Клер снова взяла трубку.

— Мамочка, нам пора идти. Люблю вас обоих.

— Клер, ты уверена, что не хочешь вернуться домой? — Голос мамы по-прежнему звучал обеспокоенно. — Может, я напрасно возражала против твоего поступления в МТИ [1]. Ты можешь пропустить годик, позаниматься самостоятельно, а уж как мы были бы рады, если бы ты вернулась домой…

Странно: обычно мама к концу разговора успокаивалась, в особенности пообщавшись с Майклом. Клер стало не по себе. Она вспомнила рассказ Шейна о его матери и о том, что произошло, когда ее воспоминания о Морганвилле начали всплывать на поверхность, — поняв, что ее психический блок разрушается, вампиры просто убили миссис Коллинз.

Сейчас родители самой Клер оказались примерно в том же положении. Они приезжали в город, но оставалось неясным, насколько много они поняли во время этого визита. Может, достаточно, чтобы навлечь на себя смертельную опасность! И теперь Клер должна принять все возможные меры для их защиты. С мечтой о МТИ придется расстаться: если она уедет из Морганвилля — при условии, что такое вообще возможно, — вампиры найдут ее и либо заставят вернуться, либо убьют. И родителей тоже.

А теперь ей и вовсе закрыта отсюда дорога, поскольку она подписала контракт, обязавшись служить Амелии — Основателю города, самой важной, самой ужасающей из вампиров Морганвилля, пусть даже та и старалась держаться в тени. В тот момент Клер казалось, что у нее нет другого способа спасти себя и друзей.

Пока подписание контракта не повлекло за собой серьезных последствий: об этом не выходило сообщений в местной газете и Амелия не покушалась на ее душу. Может, и в дальнейшем все обойдется?

Мама продолжала рассуждать о МТИ, но Клер не хотелось думать об этом. Всю свою жизнь она мечтала учиться в подобном университете и знала, что ее способностей для этого хватит. Ей не отказали в приеме, даже несмотря на юный возраст. И надо же было такому случиться — она застряла здесь, в Морганвилле, словно муха в паутине! Ужасная несправедливость! Подумав об этом, она мигом преисполнилась чувства горечи и злости.

«Все очень мило, — насмешливо произнес жестокий, но честный голос в глубине души. — Может быть, и не стоило жертвовать своей мечтой ради Шейна, ведь он все равно обречен: рано или поздно вампиры найдут повод устранить его. Но тогда чем ты была бы лучше вампиров, если бы не постаралась помешать этому всеми возможными средствами?»

Нет, она ни о чем не жалела. Ей бы только хотелось, чтобы Шейн никогда не узнал о таящихся в глубине души чувствах.

— Мама, извини, но мне пора на занятия. Я люблю тебя… и папу тоже, передай ему, ладно?

И положила трубку, не слушая протестов матери. Потом испустила вздох и посмотрела на Майкла.

— Разговаривать с родными — та еще забота, — сочувственно сказал он.

— Ты когда-нибудь общаешься со своими родителями? — спросила Клер, садясь в кресло напротив.

Майкл с чашкой в руке расположился за столом, где они обычно завтракали. В первое мгновение она испугалась, что в его чашке кровь, но потом ощутила запах кофе. Вот тупица — знает же, что вампиры способны получать удовольствие от обычной еды, просто в ней отсутствуют необходимые им питательные вещества.

Этим утром Майкл выглядел подозрительно хорошо — лицо слегка разрумянилось, движения стали энергичными, чего вчера вечером не наблюдалось.

Похоже, что одним кофе он нынешним утром не ограничился. Интересно, как именно это произошло? Может, он успел незаметно сбегать в банк крови? Или у них существует служба доставки?

Клер поставила в уме галочку: разобраться в этом. По-тихому.

— Да, иногда я звоню им. — Майкл отбросил газету — местную, издаваемую вампирами — и взял другую, сложенную до размера почтового конверта и перехваченную резиновой лентой. — Их же выслали из Морганвилля, поэтому они мало что помнят. Пусть так все и остается. Чем меньше я буду контактировать с ними, тем меньше возникнет осложнений. Главным образом мы переписываемся. Ты, между прочим, знаешь, что письма просматриваются перед отправкой — как электронные, так и обычные? И большинство телефонных звонков отслеживаются — в особенности междугородних.

Он стянул резиновую ленту со второй газеты и развернул ее. Клер прочла название в верхней части страницы: «Вампирские слухи». Логотипом служили два перекрещенных под прямым углом кола — дикость какая-то.

— Что это?

— Это? — Майкл зашелестел газетой. — Капитан Откровенный.

— Кто?

— Он называет себя Капитан Откровенный. Кто-то уже примерно два года нелегально выпускает эту газету, по номеру в неделю.

— Это вампир?

— Нет, если только не имеет серьезных проблем с самоидентификацией. Наоборот, Капитан Откровенный ненавидит вампиров. Стоит кому-то из нас выйти за установленные рамки, он тут же информирует об этом…

Не договорив, Майкл замер, когда увидел заголовок; его лицо окаменело, в голубых глазах появилось выражение боли.

Клер взяла у него лист и прочла следующее:

«В ГОРОДЕ ПОЯВИЛСЯ НОВЫЙ КРОВОПИЙЦА

Майкл Гласс, в прошлом восходящая музыкальная звезда, слишком талантливый для этого извращенного города, перешел на Темную Сторону. Точные детали неизвестны, но Гласс, на протяжении последнего года нигде не появлявшийся, определенно стал членом Банды Клыка.