Читаем Полет мечты (СИ) онлайн бесплатно
З. Гурыныч.
Полет мечты.
Так... Я сижу верхом на какой-то толстенной ветке, а под ней медленно, но громко проползает трамвай. И еще, самое главное, на мне выходные штаны.
- Стоп! Приехали... - Формируется в моей голове здравая мысль. - Если ма узнает, что я их подверг опасности, то не видать мне телевизора до конца жизни! А если я их вымажу, или, не дай бог, порву? Нет! Об этом лучше пока не думать...
Подымаю голову и смотрю строго перед собой. Метрах в трех от меня, там, где моя ветка соединяется со стволом, сидит девчонка лет двенадцати в желтой футболке и черных шортах. Из-за пояса, прикрывая живот, у нее торчит желтая летающая тарелка. Я себе давно такую хочу, да и в спорттоварах их валом, но, как правило, когда дело доходит до ее приобретения, то денег ни у меня, ни у родителей уже нет. Да и цвет мне не очень нравится. Не то чтобы я не любил желтый, просто, в продаже и у всех моих друзей они именно такие. И я решил подождать, пока их перекрасят. Тем более, если у моих всех знакомых они есть, то мне иметь ее просто не обязательно. Лицо подружки явно знакомое, а вот как её зовут, вылетело напрочь. На губах играет недобрая улыбка, а в глазах горит озорной огонек.
- Если ты сейчас спросишь, как меня зовут, - как-то нехотя, но доходчиво произносит она - то начала станешь ответом на загадку: "с когтями, но не птица, летит и матерится", а затем - неудачной иллюстрацией местного значения к роману "Анна Каренина"!
- Печалька. - Резюмирую я. - То есть, ты меня сначала отсюда скинешь, а затем уж, то, что останется трамваем переедет?
- Занятно. - С улыбкой вещает девчонка. - Похоже, ты первый из сверстников, который читал "Анну Каренину".
- Ну вот! Не успели начать беседу, и тут же такие тяжкие обвинения. - С обидой в голосе, отбиваюсь я. - Ты эту книжку живьем-то видела? Там том, - страниц под восемьсот. По весу, - кирпич легче будет. А внутри все мелким шрифтом и ни одной картинки. Диалогов, не так уж много. Описаний - выше крыши. Фразы длиннющие. Короче, читать просто невозможно. Предложения, - когда доходишь до середины, то забываешь, с чего начиналось. И еще деда говорит, что в собрании сочинений Толстого входит девяносто томов. Если на ночь по страничке читать, то снотворным обеспечишь себя до конца жизни.
- Сколько, сколько томов? - В диалог вступает кто-то третий. И голос звучит откуда-то сверху.
Подымаю голову и смотрю вверх. Выше и левее болтаются две голые ноги, одетые во вьетнамки. А все, что выше колен, скрыто густой листвой. Судя по всему, на владельце тоже были шорты. Неясно, какого лешего я надел выходные брюки, если собирался лазить по деревьям.
- Владельцу последней модели резиновых кошек, никогда не сосчитать этот многотомник. Даже если он использует все доступные ему пальцы. - Съязвил я.
- Я же объяснил, что все сандалии порвались, а в кедах жарко. - С обидой в голосе, поведали сверху.
- Хватит его доставать! - Неожиданно твердым голосом девчонка удерживает меня от очередной колкости. - Босиком залез, босиком спустится. А что ты еще знаешь об Анне Карениной?
- Ага, понятно... - Собираясь с мыслями, пробубнил я. - Итак, Анна Каренина является главной героиней одноименного романа Льва, кажется, Николаевича Толстого. Русского писателя, работающего, наверное, по совместительству графом.
- Короче, Склифасофский. - Останавливает мой местами неудавшийся разбег девчонка фразой из любимой всеми комедии.
- А короче, в нашей семье это имя нарицательное. - Выдаю я. - Если вдруг, поставленная мной проблема никак не решается, ну, совсем никак, (ни физически, ни логически, и даже не с помощью денег), то дед показывает мне на трамвайные рельсы под окном и говорит:
- Ну, раз выхода нет, вон тебе рельсы, а в Анну Каренину мы тебя посмертно переименуем.
Тут, как бы в подтверждение моих слов, под веткой, не торопясь, но, очень громко, кряхтя и позванивая, прополз очередной трамвай.
- А еще, недавно был случай. - Продолжаю я, дождавшись, пока трамвай отъехал подальше. - Прихожу я к дедам, а они телек смотрят. Что показывают, - спрашиваю. Экранизацию "Анны Карениной" оказывается.
- А мне можно посмотреть? - С надеждой в голосе интересуюсь я.
- Да, присоединяйся, - разрешают мне.
Сажусь, смотрю. Меня хватило минут на десять. Я отпросился погулять, а уходя, подумал, что выключенный телевизор выглядит более привлекательно, чем эта экранизация. Вечером, когда вернулся, первым делом спросил: "Чем там дело кончилось?"
- Все как всегда, - ответил дед, - она опять бросилась под поезд.
- А причину этого, скажем, не совсем обычного поступка, ты выяснить не пробовал? - С какой-то ехидцей интересуется моя собеседница.
- Что ты ко мне пристала, как банный лист к определенному месту! - Вспылил я. Только ее ироничный взгляд удержал меня от того чтобы высказать то, о чем подумал. - Только не надо мне рассказывать сказку, что ты прочла этот роман.
- Не скрою, поползновения были. - С улыбкой на лице отвечает она. - Но успехом они не увенчались. В нашей библиотеке этот роман почему-то в двух томах.
- Вероятно, другое издание. - Предполагаю я.
- Да, возможно. - Продолжает она. - Экранизацию я тоже попыталась смотреть, но меня хватило минут на пятнадцать. А тут, неделю назад, предки притарабанили новые учебники для меня и старшей сестры. Она в этом году перешла в выпускной класс.
- А не рановато ли для учебников? - Перебиваю я. - Недели не прошло, как мы на летние каникулы ушли.
- Папа говорит, что у мамы в гороно лохматая рука. - Смеется собеседница. - То ли друг детства, то ли любимая учительница, а может быть и тот, и другая. Я так и не разобралась. Поэтому, перед тем, как учебники попадают в городские школы, нужные нам комплекты появляются в нашей домашней библиотеке.
- Если бы мои учебники попадали ко мне так рано, то до начала учебного года они бы не дожили. Факт! - Изрекаю я.
- Ты за что так не любишь школу? - Явно с тревогой спрашивает девчонка.
- Тут ты не права. - Отвечаю я. - Школу я люблю, там всегда весело и интересно. И книжки я тоже люблю. У меня одна из лучших детских библиотек в классе. Но вот с ученибками творится что-то непонятное. Они то сгорают без огня, то тонут без воды. С ними всегда что-то происходит и, как правило, без моего ведома. Например, до конца этого учебного года дожило несколько разрозненных страниц и пару пустых переплетов. Так что я, с большим удовольствием, спустил их в мусоропровод, когда проводил уборку в своих вещах.
- Вандал! - С ужасом в глазах выкрикивает девчонка. И уже несколько спокойней, с напором добавляет. - Пороть тебя некому, а мне некогда.
- Воспитание и насилие несовместимы. - Отбиваюсь я давно выученным тезисом. - Это в любом учебнике по педагогике является основой всего остального. А вот с мамой тебя лучше не знакомить. А то пороть меня будут круглосуточно.
- Тебя что, дома бьют? - Удивляется собеседница.
- Да нет. - Врастяжку отвечаю я. - Просто обещают по несколько раз на день. Давай оставим мою беспросветную домашнюю жизнь и вернемся к Толстому.
- Похоже, твои родители, просто очень терпеливые люди. - Проговорила в задумчивости она. А затем уже другим тоном и намного быстрей продолжила. - Среди учебников моей сестры оказалась хрестоматия по литературе. Там вся "Анна Каренина" поместилась меньше чем на трех страницах. А весь Толстой на пятнадцати.
- Два тома на двух страницах! - удивляюсь я. - Великолепная экономия бумаги...
- Нет! - С каким-то невероятным упорством, прервала меня девчонка. - Скорее, это сделано для таких обалдуев, как ты, которые не в состоянии прочесть книжку, но обязаны знать, то, о чем в ней написано.
- Я не верю хрестоматиям. - Задорно и с вызовом говорю я.
- Интересно! - Удивляется подруга. - Такое впечатление, что для тебя это название учебника не в новинку. А я, чтобы понять, что это за книга передо мной, в толковый словарь заглянула.
- В библиотеке у деда их, этих самых хрестоматий, несколько. - Продолжил я. - И, как мне объяснили, это сборник кратких описаний документов, посвященных одной теме. Честно говоря, я и не пытался их читать. Там внутри, на одно понятное слово с десяток непонятных. Однако, засандалить два тома убористого и не всегда понятного текста в три страницы! Это меня немножко пугает.
- От кого я это слышу? - Удивилась девчонка. - От, сидящего на ветке дерева на уровне четвертого этажа над трамвайной линией, чурбана?
- "Безумству храбрых, поем мы песню". - Вяло продекламировал я. - Не помню чье. Мы это год назад учили.
- Горький, "Песнь о буревестнике"! - Четко и звонко, как на уроке, выдает подруга. - Как только таких грамотеев, как ты, земля носит? Будь моя воля, я бы тебя на второй год оставила.
- Слава богу, что мои учителя с тобой не советуются. - Обрадовался я. - Хотя, класс у нас, вроде бы, экспериментальный. Мы, похоже, идем по новой программе. Возможно, по ней достаточно показывать знания, ну а грамотность, уходит на второй план.
После этих слов моя собеседница просто расхохоталась. Причем, она смеялась, настолько заразительно, что я бы сам ее поддержал, если бы не понимал, что она смеется с моих слов. Однако, что в них смешного я пока не понял.
- Извини, не бери в голову. - Сквозь смех и слезы выдавила из себя девчонка. Одной рукой она пыталась вытереть глаза, а другой делала отмашку мне. - Ты бы видел, с каким умным выражением лица ты выложил эту, с позволения сказать, глупость. Сейчас я глаза вытру, и все тебе объясню.
Тут она залезла в карман шорт и достала платок и маленькое зеркальце. Смотрясь в этот миниатюрный кусок стекла, она стала протирать платком глаза и нос. Интересно, а в ночнушке у нее тоже карман есть, - подумал я, - или она ночью зеркало под подушкой держит? Нет, об этом лучше не спрашивать, - немного подумав, решил я, - а то она опять захочет проверить, не научился ли я летать.
- Понимаешь? - Еще немного посмеиваясь, начинает она. - Знания и грамотность, как-то очень тесно связаны. Приобрести новые знания ты сможешь только тогда, когда тебе позволит твоя грамотность. И наоборот, получая новые знания, ты, так или иначе, повышаешь свою грамотность. Только непонятно. Почему "сильно грамотный", - это упрек, а "много знающий" - это похвала.
- Ну, ты даешь! - Восхищенно воскликнул я. - Меня прямо распирает от гордости, что я сижу на одной ветке с такой умной собеседницей! А повторить, слабо?
- Да все ты понял с первого раза. - Она смотрит на меня, из-под полуопущенных век, и улыбка играет на ее губах. - Не думай, что я - сильно умная ворона. Просто, у нас на эту тему классный час был. Мы проговорили всю переменку и половину следующего урока. А когда расходились, то классная выдала, что границы темы пока не определены, и обсуждать ее можно очень долго.
- И ты, на радостях, рванула домой. Там откопала хрестоматию старшей сестры. Прочла в ней про Анну Каренину. Естественно, все поняла. А теперь стремишься поделиться знаниями со всей голубятней. - Завершил я за нее так, что улыбка мигом слетела куда-то вниз, а на меня уставилась пара распахнутых злых глаз.
- Во-первых, классный час был еще до нового года. - Как-то недобро начала она. - Во-вторых, хотя я и прочла то, что написано в хрестоматии, не факт что мне вдруг, стало все понятно. Я просто хотела рассказать, о чем там написано, и может мы, все вместе, разобрались бы, как все это понимать. Но ты, оказывается, уже знаком с хрестоматиями и почему-то не веришь в то, о чем там пишут.
- Ну хорошо, убедила, что в хрестоматии все правда. - Соглашаюсь с девчонкой я. - Но прежде чем ты мне расскажешь о романе, давай вместе подготовим текст для хрестоматии чего-нибудь менее объемного, например, повести или рассказа.
- Не думаю, что мы читаем одно и тоже. - Улыбается девчонка. - Я вообще удивлена, что ты умеешь читать!
- Я и сам в шоке. - Улыбаюсь в ответ. - Есть одна тема, которая должна быть знакома нам обоим. Это школьная программа.
- А кто-то раньше рассказывал, что спустил учебники в унитаз? - Смеется она.
- Не учебники, а обложку, и не в унитаз, а в мусоропровод. - Уточнил я. - А сам учебник я зачитал до дыр, и что делать с дырами пока не решил.
- Свежо предание, но верится с трудом. - Парирует мой выпад девчонка. - А дыры пока я вижу в твоем образовании. И такие, в которые даже трамвай проедет, не напрягаясь.
Как бы в подтверждение ее слов, под нами, не торопясь, прополз очередной трамвай.
- Ну, насчет дыр в моем образовании, мы говорить пока не будем. - Продолжил беседу я. - Ведь меня все-таки перевели в следующий класс, а это значит, - либо дыры не такие заметные, либо учителя решили закрыть на них глаза. Так вот, перед окончанием учебного года нашему классу устроили экзамен по чтению. И вот об этом я сейчас и собираюсь рассказать.
- С этим, наверное, у вас опоздали, лет этак на несколько. - Язвит девчонка - У нас проверка на скорость чтения была, я уж не помню когда.
- Я про скорость, вроде, не говорил. Это был экзамен по литературному чтению. - Вижу, не перебивает, значит интересно. - Что занятно, о нем никого не предупредили. После звонка училка перевела нас в другую классную комнату и приказала занять свои места. А позади уже сидела толпа взрослых. Как потом выяснилось, это были учителя из других школ, пришедшие полюбоваться, как над нами издеваются. Затем русачка представила нам по имени, отчеству какую-то девчонку. Сказала, что это практикантка из университета, и она будет вести урок, а сама присоединилась к учителям в конце класса. Нет, если на эту практикантку надеть школьную форму, то она бы слилась с учениками на переменке. Причем, старшеклассницы выглядели бы, намного старше, чем она.
- "Ее ребенком все зовут". - Выдает метафору моя собеседница.
- Слова классика, как нельзя кстати. - Продолжаю я, с надеждой, что она не спросит, кого я имею ввиду. Фраза настолько расхожая в нашей семье, что упоминание автора считается моветоном, а я как назло, то ли забыл, то ли вообще, не знал. - Девочка говорит, что сейчас у нас будет особый экзамен по литературному чтению, прошедшие который, будут переведены в следующий класс сейчас, а остальные будут проходить его вторично в конце лета.
- Ты-то сдал? - Звучит ехидный вопрос.
- С трудом. - Признаюсь я. - Она мне посоветовала перед зеркалом на каникулах почитать. Только я так и не понял, как это, одновременно читать и в зеркало смотреться. Так как я сижу на первой парте, кроме нее мою физиономию, никто так и не смог оценить. Она мне об этом потом на перемене баш на баш сообщила.
- А за что это тебя на первой парте держат? - Интересуется девчонка. - Ты что в отличниках числишься.
