Читаем Поколение войны (СИ) онлайн бесплатно

— Они родились. — Произнёс Семангелоф. Затем он обернулся и поглядел на братьев. Сеной и Сансеной переглянулись, но промолчали, никак не отреагировав. Выждав некоторое время, Семангелоф продолжил. — Наше время подходит к концу.

Солнце заходило за далёкий горный хребет, разливая золотой свет по всему видимому миру. Со смотровой площадки замка открывался прекрасный вид. Вокруг были бесконечные леса, далеко на западе виднелись горы, на юге тоже, но совсем другие и гораздо выше, на востоке пейзаж никак не менялся — бесконечный ковёр древесной растительности исчезал в надвигающейся ночи. Север также отличался особой изысканностью ландшафта.

Замок трёх верховных ангелов стоял вдали от всего мира, перешедший им в наследство от их предшественников, а тем от других. Толком и неизвестно, кто его выстроил, вполне возможно, что ныне исчезнувшие в забытьи времён тролли, а быть может, великаны волоты. А может статься, он стоял здесь от сотворения мира и ждал, пока кто-нибудь его найдёт и поселится в нём. Веды же, преподанные ангелам, говорят, что этот замок воздвигли некие высшие силы для них — Хранителей мира.

Страшно представить, сколько успел повидать он. Ведь даже если он здесь среди лесов стоит не от начала начал, то в любом случае он древнее, чем всё вокруг. Сложенный из огромных гранитных блоков замок, словно небольшая гора, высится над равниной, у которой и названия нет. Да и откуда ему быть? Здесь никто, кроме трёх братьев, не живёт. А мир вокруг него так велик и прекрасен.

Огромные просторы. Невообразимые порой места, поражающие глаза своим великолепием. Порой населённые, порой — нет. Каждый из народов, живущих сейчас в этом мире, что подчас называют «Царством равных», занял свою нишу и смиренно живёт в ней. Конечно, так было не всегда, но сейчас это так. Ангелы — тёмные и светлые, парят в небесах и закладывают свои города близ невысоких гор в более южных краях, хотя встречаются и на севере. Так же серафимы, нефилимы, валькирии — всем неба хватает. На земле живут народы берсерков и демонов. В недрах вод тоже кипит жизнь, хотя и не очень любит это показывать, находясь чаще в глубинах и почти не выходя на сушу.

И что, пожалуй, самое главное, никто сейчас ни с кем не воюет. Неизвестно конечно, сколько ещё продержится мир, но три ангела надеются, что долго. Хотя, конечно же, конфликта не избежать, и, рано или поздно, он случится. Те же демоны постоянно между собой разводят делёж места или по иным причинам сталкиваются лбами. Три ветви никак не уживутся. Самая откровенная вражда идёт между Отравными и Воителями. Третья ветвь этого народа — партисипаты, или как ещё их называют «подселенцы», живут отдельно ото всех в местах, где и жизни почти нет. Это мера была продиктована многие века назад. Они своего рода паразиты, которые научились оставлять своё тело, подселять душу в чужое и жить в нём, порой без ведома хозяина. Весьма неприятный народ. Выжав все жизненные соки из одного тела, они переселялись в другое и жили почти вечно. Также порой доставляли хлопоты горячие северные жители — берсерки. Промышляя морских животных, они нередко схватывались с местными жителями, которые не были рады столь нахальному поведению сухопутных. Естественно, вспыхивали раздоры и в небе. Самые драчливые были тёмные и светлые ангелы. Первые жили умиротворённо, вторые не очень. Исключениями были нефилимы и серафимы — эти жили отдельно и ни на кого не нападали, лишь изредка заступаясь за слабейших, но по большому счёту жившие только ради себя.

И этот порядок стал таковым не без нынешних Хранителей мира — трёх братьев ангелов: Семангелофа, Сеноя и Сансеноя. Они были на этом посту уже давно. Ровно с того момента, как его освободили их предшественники, обучив всему, что знали сами, молодых тогда ангелов. Видимо, так устроен этот мир, что ангелины никогда не приносят потомство более двух детей. Никогда! Исключением являются только будущие Хранители. Их всегда трое, и они всегда братья. Их судьба предопределена с первого крика, с первых трепыханий ещё крошечных крыл. За ними прилетают Хранители ровно в тот день, когда их мать родит вновь — это Закон. Ангелина, родившая тройню, обязана родить вновь, так как три будущих Хранителя будут отняты в любом случае. Торопить, конечно, её никто не будет, но ведь чем раньше начнётся обучение будущего Хранителя, тем лучше. Нынешние Хранители попали в этот замок, когда уже летали. Те, что были до них — ещё опериться не успели. Каждая мать сама решает, сколько продержит рядом с собой своих детей, прежде чем отдаст их на вековое обучение.

И вот настал день, когда вновь родилась тройня.

Трое. Извечное правило этого бытия. Всегда их трое, от одной матери и одного отца. И всегда они разные. В истории Хранителей ни разу не было трёх близнецов. Каждый из них был непохож на другого. Вот и на этот раз тот, что первым появился на этот свет, был с едва наметившимися белыми волосами, второй — с золотыми, а третий видимо станет русым. Всё правильно. Даже взгляды, в которых пока ничего особенного, говорящего о будущих характерах нет — разные.

Семангелоф смотрел на младенцев, его взгляд переходил от одного к другому. Он улыбался — иначе не мог. Дети у ангелов рождались не так часто, как могли бы. Век ангелов весьма долог — те же демоны или берсерки живут меньше. Каждый новорождённый ангел — это событие, а когда рождаются будущие хранители — это и вовсе событие всемирного масштаба.

Позади Семангелофа стояла мать новорождённых, рядом с ней их отец, а ещё чуть поодаль находились Сеной и Сансеной. На лицах родителей были смешанные чувства — оно понятно. Тем не менее, под вуалью грусти в глазах матери читалась гордость, что именно она принесла в мир будущее.

Ангел отвёл взгляд от младенцев и повернулся к родителям.

— Они прекрасны. — Он поклонился матери. — Вы дали жизнь будущим хранителям — это дорогого стоит. Как вы назвали их? — Мать и отец переглянулись в замешательстве — по их лицам было ясно, что имя было только у одного. Тройни они не ожидали.

— Мы давно придумали имя нашему сыну. Мы почему-то были уверены, что родится именно мальчик. И так мы назвали того, кто появился на свет первым — Люцифер.

— Несущий свет. — Перевёл, улыбнувшись, Семангелоф. — Прекрасное имя.

— Когда вы их заберёте? — Чуть нервно спросил отец.

— Как только у вас будет, или будут те, что останутся с вами. Тогда мы заберём Хранителей. Мы не торопим вас. Но просим не затягивать.

— Понимаю. — Кивнул в ответ отец. — Вы ведь узнаете сами, когда это случится?

— Разумеется. Мы знаем обо всём, что происходит под этими небесами — потому мы и Хранители.

Семангелоф снова поклонился. Родители ответили тем же. Затем, распрощавшись до следующей и последней встречи, три ангела покинули жилище. Выйдя, они воспарили в небо и некоторое время летели молча. Солнце садилось — Семангелоф свернул к одному из наиболее возвышающихся горных пиков. Хотя они не были столь велики, как горы на юге, но, тем не менее, с вершины открывался прекрасный вид на закат.

Спланировав на вершину, трое повернулись лицами на запад и, чуть прищурив глаза, смотрели на заходящий диск светила. На вершине дул несильный ветер. По небу спокойно шествовали редкие облака.

— Наша эпоха подходит к концу. Закатывается, подобно Яри. Завтра она взойдёт снова, но всё уже не будет тем, что сейчас. Как знать, что принесут новые Хранители. Одно мне точно известно — всё изменится.

— Ты же понимаешь, Семангелоф — это тот круг жизни, по которому всё движется. Наш «день» завершился с рождением новых Хранителей. До «ночи» мы должны воспитать их и обучить, чтобы уйти на века, дав дорогу молодым.

— Ты прав, Сеной. Всё идёт по кругу. Мне остаётся надеяться лишь на то, что они не станут теми, кто порвёт этот круговорот бытия.

— Сколько поколений Хранителей уже видел этот мир? — Подал голос Сансеной.

— Помнится, наши учителя не смогли на этот вопрос ответить. — Усмехнулся Сеной. — Не думаю, что кто-либо вообще ответит на этот вопрос. Разве что те, кто поставил первых Хранителей, которые оберегали этот мир от населявших его. А населявших мир — от самих себя.

Сансеной, улыбнувшись, покачал головой. Извечно молчаливый, он чаще слушал, чем что-либо говорил.

— Что бы там не случилось в будущем, братья, запомните этот закат — завтра Ярь осветит совсем иной мир. И пусть всё останется на своих местах, но он прежним уже не будет.

— Я запомню. — С некоторой долей горечи в голосе ответил Сансеной. — Теперь осталось дождаться дня, когда троица коснётся пола замка Хранителей — потом дороги назад не будет ни для кого.

— Летим домой. — Заключил Сеной и, развернувшись, забил крыльями, взлетая. Братья проводили его взглядами и спустя некоторое время последовали за ним. Взлетев выше, Семангелоф развернулся и несколько мгновений смотрел, как Ярь скрылась за горизонтом. Улыбнувшись, он полетел вдогонку за братьями.

Ближе к утру они прибыли в замок.

— Что скажешь насчёт младенцев?

— Первые ощущения?

— Да. Чистое отношение, ещё незапятнанное ничем.

— Я немного испугался, когда посмотрел им в глаза. — Сеной вопросительно посмотрел на брата. — Они едва сделали первые вздохи, а словно уже делят между собой воздух. Не знаю, но у меня сложилось впечатление, как будто они с рождения ненавидят друг друга.

— Надеюсь, тебе это показалось. Я такого не заметил. Да, взгляды у них определённо не младенческие. Тот, который младший, будет тем ещё задирой — вот это факт.

— А тот, что средний, тихоней. — Подхватил Сансеной.

— Верно. А вот первого Я, каюсь, не прочёл.

— Он меня больше всех ввёл в сомнения. — Вошёл в залу Семангелоф. Братья раскланялись, приветствуя друг друга.

— Какие сомнения он вызвал в тебе? Как по мне, так беспокоиться больше стоит за младшего. Его обуздать будет сложно.

— Нет, бунтарём будет Люцифер, помяни моё слово. Жаль, у остальных имён ещё нет.

— Ах, Семангелоф, кто рано встаёт, тому всё уже известно. — Улыбнулся Сеной. Его брат понимающие кивнул и на несколько мгновений как бы задумался, закрыв глаза и опустив голову.

— Гавриил и Михаил. — Улыбнулся Семангелоф. — Сильные имена.

— Это верно. — Кивнул Сансеной.

— Ну что ж, нам остаётся только ждать, когда их мать подарит миру новое дитя — тогда мы сможем проверить на практике ваши подозрения и опасения.

— Наши? А сам что думаешь? — Чуть понизив голос, спросил Сеной. Его брат потупил взор на миг, затем улыбнулся и развёл руки в стороны.

— Как знать! Будущее ещё не стало настоящим. А мы хоть и Хранители, но не ведаем будущего.

— Семангелоф? — Подозрительно обратился к нему Сансеной. — Что случится?

Тот молчал, по-прежнему делая вид, что всё в полном порядке.

— Мне не нравится твоё молчание, брат — ты ведь определённо что-то увидел в их душах. Не томи же! — Наседал Сеной. Его брат, который хоть и не ведал будущего, но прекрасно читал судьбу души и мог хотя бы намекнуть, что ждёт будущих Хранителей. С минуту помолчав, он поднял глаза на братьев и ответил:

— Война…

Повисло молчание.

То, от чего братья оберегали это мир, было в душах будущих Хранителей. А если оно там, то никакое воспитание не спасёт. И хорошо, если в этой войне они будут на одной стороне, но быть может и иначе. История Хранителей мира насчитывала несколько неприятных примеров, когда братья, перестав хранить мир, начинали его уничтожать, воюя между собой. К счастью, не было такого, чтобы война меж ними оказалась фатальной для этого мира. На этот случай тоже есть Закон — старые Хранители всегда должны встать на пути у сошедших с верной дороги молодых и привести их к истине. Или убить.

По легенде Сон Богов, в который впадут наставники, отошедшие от дел, нарушится, дав понять бывшим Хранителям, что что-то пошло не так. Однако история не сохранила сведений, случалось ли, когда новых Хранителей пришлось уничтожить. А также нет никаких пунктов в Законе на случай того, что делать, если Хранители не смогут уничтожить своих же учеников по тем или иным обстоятельствам.

Спустя несколько лет три Хранителя вновь покинули свою неприступную крепость, дабы забрать юных наследников. Они уже летали и вполне членораздельно могли говорить. Родители готовили их с детства к иной цели, более высокой, нежели та, что ждёт их сестру, рождённую несколько дней назад. Братья удивлённо смотрели на крохотное тельце, скрытое в пелёнках, что на первых порах исключали свободу действий новорождённой. Для них было необычно видеть подобное себе существо крохотным, с маленькими крыльями, на которых нет и намёка на перья.

В ещё большее удивление и восторг их привёл момент, когда на горизонте замаячили три крылатых фигуры. Конечно, родители всегда им говорили, что как только у них появится братик или сестрёнка, за ними прилетят три ангела и заберут их в свой замок в лесной стране. Нельзя сказать, что эта перспектива пугала юнцов, они с радостью ждали этого момента. Часто спрашивали, скоро ли случится событие, которое изменит их жизнь.

И вот они стоят с открытыми ртами и глядят вдаль. Хранители приближаются, но явно не спешат. Мерно облетая плотные скопления облаков, спускаясь или понижаясь, лавируя в более спокойных воздушных потоках. Подлетев к поселению, на краю которого на них восторженно смотрели три маленьких ангела, они сделали круг и, наконец, сели на небольшой площадке, где и стояли юнцы, которые молчали, переглядываясь между собой, но ничего не говоря. Появились их родители, мать держала на руках новорождённую. Отец, преклонив колено, что-то проговорил детям, и те пошли навстречу Хранителям. Лишь один оглянулся на родителей — светловолосый. Отец одобрительно кивнул ему, и он пошёл дальше.

Так положено — не прощаться, не останавливаться — просто отпустить детей, передать их в руки Хранителей и, возможно, больше никогда их не увидеть. Сначала их ожидает обучение, в среднем оно длится около века, хотя учиться Хранители не перестанут никогда — мир меняется и надо соответствовать. Всё изменяется — это тоже закон. Ничто не стоит на месте.

Семангелоф легко, но с чувством, поклонился родителям. А затем они воспарили. Не прошло и пары минут, как они поднялись ввысь и их скрыли облака. Ещё несколько раз они промелькивали в разрывах туч. Родители провожали детей, которые хоть и были по рождению и крови им родными, но по своей сути совершенно чуждыми. Они хоть и ангелы, но есть в них что-то совершенно иное. Более высокое.

Переглянувшись, родители обратили взоры на новорождённую ангелину. Мать чуть качнула её — та открыла глаза и словно улыбнулась, увидев мать.

— Ну, вот и всё, Лилит — теперь ты одна. — Мать снова посмотрела на горизонт. — Как знать. Быть может, и встретишь ещё когда-нибудь своих братьев.