Читаем Похищение Эми (ЛП) онлайн бесплатно

Переводчик: Оксана Ржевская

Редактор: Марина Мохова

За обложку благодарим Риту Волкову

Переводчик: Группа Dark Eternity of Translations

Бум.

 — Я просто не понимаю этого, Барт. У тебя было все, что пожелаешь...

Бум.

Мой кулак снова соединяется с его телом, и на этот раз он издает приглушенный крик. Это обычно происходит, когда чьи-то почки сильно повреждены. Странно, что тело не спрятало в безопасном месте такие жизненно важные органы.

Крики и вопли стихают, пока я не бью кулаком по другой почке. Если бы я был азартным игроком, а я им не являюсь, то сказал бы, что Барт будет мочиться кровью целую неделю, если бы ему не суждено было скоро умереть.

 — Ты был частью внутреннего круга. Ты держал свой рот на золотом соске! Как, черт возьми, ты мог предать Люцифера? — спрашиваю я.

Стоя перед Бартом, я качаю головой. Его глаза расширены от ужаса, и, если не ошибаюсь, он недавно обоссался.

 — Все, что тебе нужно было сделать, это сказать Люциферу, что к тебе подкатили япошки. Ты мог бы сказать ему, что они пытаются подкупить тебя. Ты знаешь, что он бы все уладил. Люцифер всегда заботится о нас!

Не хотел кричать в конце, но Барт должен был это знать.

В прошлом преданность была проверена с некоторыми парнями, и каждый раз Люцифер был там, чтобы убедиться, что мы следуем за ним. Чтобы убедиться, что мы знаем, что он так же верен нам, как и мы ему.

Звонок моего телефона, раздавшийся из кармана костюма, не дает мне взглянуть ему в глаза. Мой кулак в нескольких сантиметрах от его носа, когда я останавливаю себя.

И ухмыляюсь ему.

Погрозив ему пальцем, говорю:

 — Пока еще нет, я мигом. Никуда не уходи.

Вытаскиваю телефон из пиджака, который оставил висеть на спинке раздолбанного стула. Все в этой убитой комнате видало лучшие дни. С другой стороны заброшенный старый мотель в глуши и должен был быть таким убитым.

 — Это Эндрю.

 — Эндрю, друг мой!

 — Гарольд, я собирался вскоре тебе позвонить… Как дела?

 — Загружен работой, как ты хорошо знаешь. Мистер Люцифер сообщил мне, что тебе сегодня понадобятся мои услуги. Я хотел узнать, есть ли у тебя временные рамки...

Подмигнув испуганному Барту, я отвечаю:

 — Можем встретиться в старом мотеле примерно через час? Я здесь ненадолго.

 — Я буду там.

 — Спасибо.

Завершив разговор, кладу телефон обратно в карман и вытаскиваю из наплечной кобуры пистолет сорок пятого калибра. Барта сейчас трясет, и то мокрое пятно, которое я видел раньше, с каждой секундой становится больше.

В воздухе витает отчетливый запах дерьма, когда я подхожу к Барту и прижимаю дуло пистолета к его животу.

 — Хреново точно знать, сколько времени тебе осталось. Знать, что ты не можешь изменить чувство уверенности в собственной смерти.

Опуская пистолет к его промежности, нажимаю на курок.

Громкий выстрел в этой маленькой облезлой комнате оглушает меня. Прошло несколько секунд, прежде чем я смог услышать его громкие крики через кляп, которым заткнул его рот.

 — Ты отправишься в загробный мир без яиц, ублюдок! — реву я, перекрикивая его.

Я целюсь в его коленные чашечки и дважды быстро нажимаю на курок.

По одному выстрелу на каждую.

Крики продолжаются несколько секунд, прежде чем он отключается и его голова падает на грудь. Боль ломает всех. Он ничем не отличается от любой другой кучи дерьма.

Теперь нет.

Чертова маленькая сучка теперь одна из многих. Одна из гребаных овец в гребаном стаде, которая умирает, когда большие плохие гребаные волки разрывают ей глотку.

В этом мире есть кодекс, это клятва друг другу, которая связывает нас. Она нужна для того, чтобы мы поддерживали друг друга, несмотря ни на что.

То, что сделал он… Так не делается.

Мы все суровые, проверенные в боях мужчины, которые хотят большего от своей роли в жизни. Барт представлял опасность этой роли. Он отделился от нас и залез в грязь, как это делают гребаные свиньи.

Катаются в грязи и дерьме.

На стуле, на котором висит мой пиджак, лежит маленькая черная кожаная сумка, которую я принес с собой в этот дерьмовый мотель. Здесь кругом бардак и я молюсь, чтобы в этой дерьмовой комнате не было жучков.

Вытаскиваю из сумки шприц и ампулу с адреналином. Наполнив шприц, подхожу к Барту.

Когда я служил в «морских котиках», то был медиком. В обычной ситуации я бы никогда не вытащил кого-то из такой отключки... Это представляет опасность для тела и, вероятно, сильно повредит его сердцу и мозгу.

Но ему не нужно беспокоиться о таких вещах.

Я делаю инъекцию прямо в сердце. Его голова с широко распахнутыми от ужаса глазами резко поднимается, когда он возвращается к реальности.

Вернувшись к сумке, достаю небольшой флакон морфина.

Его руки вытянуты высоко над головой, он свисает с потолочных опор. Это немного затрудняет возможность инъекции обезболивающего.

Пожав плечами, ввожу препарат в быстро пульсирующую вену на левой стороне его шеи.

Наркотик работает чертовски хорошо, потому что из его глаз начинает уходить болезненная дымка и его взгляд медленно сосредотачивается на мне. Но я дал ему немного – ровно столько, чтобы притупить боль, но не затуманить разум.

 — Барт, за то, что ты был одним из нас, я не пущу тебя на корм свиньям. Пока ты остаешься живым. Я многое для тебя приготовил. Люцифер имеет репутацию, которую нужно защищать, и я это сделаю. Я собираюсь использовать тебя как послание япошкам. Ты не выживешь, чтобы отдать его им, но уверен, что они все равно поймут.

Вытащив из сумки скальпель, я сначала отрезаю ему правое ухо, затем левое.

Крики снова слышны через кляп, и я испытываю искушение сделать это после его смерти, но не думаю, что это было бы правильно. Он предал Люцифера и подверг его жену и детей опасности, которая никогда не должна быть допущена.

Но что еще более важно, он предал меня и людей, которые служат нашему боссу.

Снова почувствовав гнев, я бью его кулаком в рот и вздрагиваю. Бл*ть, кажется, я поранил сустав зубами.

Черт, пора с этим кончать. После такого дерьма мне нужно холодное пиво и очень горячая киска.

Через некоторое время после того, как я выколол ему глаза, он теряет сознание.

Ни слуха, ни зрения, ни речи. Он будет хорошим сообщением о том, что произойдет с тем, кто осмелится на нас напасть. Осмелится напасть на нашего босса.

Перерезав веревку, удерживающую его, позволяю его телу обессилено упасть на пол. Барт сейчас в стране сумерек, не мертв, но почти.

Я никогда раньше не отрезал язык, и это заставляет мой живот немного напрягаться.

Когда я расстегиваю молнию на штанах и достаю свой толстый вялый член из боксеров, звонит мой телефон.

 — Бл*ть.

Подойдя к своему пиджаку и вытащив телефон, возвращаюсь к все еще дышащему телу и  одновременно с нажатием кнопки приема вызова изливаю поток мочи на лицо ублюдка.

 — Да?

 — Мы на месте, Эндрю.

 — А, хорошо. Заходите, я здесь.

Струя моей мочи иссякает, когда я, наконец, полностью опорожняю свой мочевой пузырь. Барт поворачивает ко мне лицо, издав громкий жалобный стон.

Встав на колени рядом с ним,  говорю:

 — Надеюсь, в аду ты найдешь еще больше мучений.

Приставив пистолет к его лбу, нажимаю на курок, и грохот выстрела снова оглушает меня.

Год спустя

Взгляд светло-голубых глаз Ивана, полный извинения, обращается ко мне, в то время как большая часть его внимания сосредотачивается на телефоне, прижатом к уху.

Мой взгляд встречается с его, и я все еще ожидаю почувствовать что-то. Почувствовать нечто большее, чем тот холод, который царит внутри меня.

Тот, кого он слушает, говорит что-то такое, что сердит его, и поэтому он больше не смотрит на меня. Его глаза сужаются, и он резко что-то говорит по-русски.

Честно говоря, меня не волнует, что ему звонят. Все, что отвлекает от меня его внимание, является долгожданным облегчением.

Я просто хочу, чтобы это глупое свидание закончилось.

Взглянув на свою тарелку, я протыкаю листок салата ромен чуть сильнее, чем требуется, и отправляю его в рот, задумчиво пережевывая.

Иван продолжает быстро говорить по-русски, а я не понимаю ни слова, кроме имени Люцифер.

Никогда не считал Ивана религиозным человеком. На самом деле, почти уверена, что этот парень – безжалостный, бессердечный преступник, который продал бы свою мать при малейшей возможности, но в последнее время я все чаще и чаще слышу это имя.

Иван вдруг обрел веру?

Это кажется маловероятным. Должно быть, что-то еще происходит... Что-то, что злит Ивана.

Опустив вилку, отодвигаю тарелку и беру бокал вина. Медленно мой взгляд скользит по залу, замечая интерьер высококлассного ресторана, в который он меня привел. Изысканный декор. Все выполнено в белом, золоте и сверкающем хрустале.

Клиентура безупречна, мы окружены сливками Гарден-Сити. Я узнаю мэра, нескольких актеров из списка А и восходящую поп-звезду.

Все одеты так, будто они готовы выйти на красную ковровую дорожку, включая человека, сидящего напротив меня.

Иван, в своем темно-сером костюме с синим шелковым галстуком, выглядит так, будто только что сошел с обложки журнала. Его пиджак расстегнут, он сидит, откинувшись на спинку стула. Он, пожалуй, самый привлекательный мужчина в комнате, и это ему дается без особого труда.

Он красив, с короткими светлыми волосами и светло-голубыми глазами. Один из самых красивых мужчин, которых я когда-либо видела. Черты его лица безупречны. Острые скулы, прямой нос и мягкие губы, которые приятно целовать.

Но его красота только оставляет во мне чувство опустошенности. Как бы я ни старалась почувствовать с ним связь, ее просто нет.

Потягивая вино, знаю, мне должно быть лестно, что такой человек, как он, интересуется такой девушкой, как я. И вначале я была польщена… но не более того.

Я увидела монстра за красивой маской и теперь не могу его не замечать.

За Иваном маячат две тени, и я делаю большой глоток вина.

Я в полной жопе и не знаю, как выбраться из нее. Эти две тени охраняют спину Ивана, и знаю, что на каждом выходе есть еще как минимум по две. Я могла бы попытаться ускользнуть, но даже если мне это удастся, как насчет Эбигейл?

Мое сердце начинает бешено колотиться, и мне нужно быстро избавиться от паники. Паника только ухудшит ситуацию.

Что, если сегодня я не смогу придумать предлога, чтобы удержать его подальше от моей постели? Может, до этого даже не дойдет...

Быстрая русская речь Ивана замедляется, и его голубые глаза снова фокусируются на мне. Он смотрит, как я допиваю вино, оставшееся в моем бокале, и делает движение рукой. Официант, стоящий рядом, бросается вперед и наполняет мой бокал еще до того, как я успеваю поставить его обратно на стол.

Мягкие губы Ивана растянулись в довольной улыбке, и он, взяв свою рюмку водки, чокается со мной в воздухе и подносит ее ко рту.

Его глаза не отрываются от моего лица, когда он пьет, знаю, что он ожидает, что я присоединюсь к нему. Я также знаю, что если откажусь от приглашения, это, скорее всего, разозлит его… поэтому беру свой бокал и делаю глоток вина.

Иван осушает свою рюмку, официант выходит вперед, чтобы снова наполнить ее, но Иван отмахивается. Я выпиваю половину своего бокала, чувствуя, как тепло от алкоголя распространяется по моему животу, а затем осторожно ставлю его на стол.

Иван жестом показывает официанту, чтобы он долил в мой бокал вина.

Стиснув зубы, наблюдаю, как официант наполняет бокал, и мои щеки горят от жара.

Значит уже до этого дошло? Он решил напоить меня, чтобы, наконец, переспать со мной...

Поднимая бокал, выпиваю вино большими глотками. Мне нужна ложная смелость алкоголя, которая укрепила бы меня пережить эту ночь.

Иван ухмыляется и его взгляд теплеет.

Он пытается переспать со мной уже несколько недель, и я не знаю, как мне сегодня ему отказать. У меня закончился запас отговорок.

Как моя жизнь дошла до этого? Содрогаться от ужаса от расположения такого человека...

Готова поспорить, половина женщин в этом зале, вероятно, отдала бы свою левую грудь, чтобы переспать с ним.

Они могут получить его, если захотят.

Я его ненавижу.

Восемь недель назад Иван вошел в мою жизнь, и я хотела бы, чтобы он сразу же ушел из нее. Он зашел ко мне на работу, в небольшой бутик одежды в центре города, в поисках подарка для своей сестры. Мужчина бессовестно флиртовал со мной все время, пока я помогала ему выбрать шарф. И учитывая, что он чертовски красив, я, конечно, была очарована им.

Я была на седьмом небе от счастья, когда он снова зашел на следующей неделе, и еще через неделю после этого.

Когда он пригласил меня на свидание, это было похоже на сбывшуюся мечту.

Он богат, красив и влиятелен. И первые пару недель задавалась вопросом, не попала ли я каким-то образом в сказку. Он одаривал меня дорогими подарками и водил в дорогие рестораны. Иван даже подарил мне совершенно новый дизайнерский гардероб.

Но через некоторое время стало очевидно, что он ожидал, я вознагражу его за услуги.

Именно тогда иллюзия его безупречности начала исчезать. Я начала замечать, что его совершенство было с изъяном. Мелочи стали бросаться в глаза. Тем не менее, до некоторой степени я пыталась ответить ему взаимностью, но он всегда хотел большего.

И даже требовал этого.

Я пыталась разорвать с ним отношения. И даже пыталась вернуть ему все, что он мне подарил, но Иван являлся человеком, который отказывается принимать слово «нет».

После первой ночи, когда я отказала ему, стала замечать странных мужчин, следующих за мной на работу. Во время моей смены они слонялись возле бутика, следя за мной и всеми, с кем я общаюсь.

Вечером Иван появлялся у моей двери, расспрашивал меня о том, как прошел день, становясь все более и более навязчивым. Я испугалась и даже обратилась за запретительным судебным приказом, но то, что сделала, только разозлило его и показало мне, насколько он влиятелен на самом деле...

Иван произносит в телефон несколько отрывистых слов и завершает разговор. Сунув телефон в карман, он наклоняется вперед и берет меня за руку.

Я сопротивляюсь желанию убрать руку. Что-то в его прикосновении вызывает у меня мурашки по коже.

— Мои извинения, мышка, — мурлычет он, крепко сжимая мою руку пальцами. — Но это был очень важный звонок.

Кивнув, я ставлю полупустой бокал на стол. Иван подает официанту знак и тот выходит вперед, снова наполняя его.

Иван тянет мою руку к себе, затем подносит ее ко рту, нежно касаясь губами моих суставов.

На мгновение мне интересно, что со мной не так. Что-то внутри меня должно быть сломано. Этот красивый мужчина проявляет ко мне свою привязанность, но я нахожу его прикосновения отталкивающими. Как бы ни старалась, не могу заставить себя наслаждаться этим.

Ни его красота, ни его деньги не могут восполнить всех его ужасных недостатков.

Он контролирующий и агрессивный, когда злится. В последний раз, когда я отказалась впустить его в свою квартиру, он причинил мне боль, толкнув меня в проклятую стену и выдернув прядь волос на глазах у моей дочери Эбигейл.