Читаем Поиграем?! (СИ) онлайн бесплатно



========== 1. “Иди нахуй, или спаси меня дважды!” ==========

— Ты не можешь так поступить! — статная сероглазая женщина упрямо топнула ножкой.

— Ты уверена, дорогая? — последнее слово он презрительно выплюнул и вздернул рыжую бровь.

— Поверь мне! — отчаявшись, заговорила женщина. Сколько горя и сожаления было в этом голосе. — Я не изменяла!

А бизнесмен продолжал молчать, выжидающе смотря на неё. Зачем верить женщинам? Они только и делают, что врут, так ведь?

— Хорошо, — тихо продолжила бывшая модель. Она тоже знает, что такое гордость! — Хорошо… Не веришь — не надо. Развод? Ладно! Но не забирай детей! Умоляю.

Если бы понадобилось, она бы встала на колени, только бы он не разлучал её и самое ценное, что было в её жизни. Тут даже эта несгибаемая женщина была готова плюнуть и на себя, и на гордость, лишь бы её дорогие близняшки не страдали.

— Я заберу только Ростислава. Девочка слаба и долго не проживет, так что можешь оставить её себе. Разговор окончен, — он был спокоен, словно скала, а она тихо плакала.

Её мальчик, её Ростик, он не может забрать его! Не может! Но спорить с ним было бесполезно, хотя бы оставил Ярославу в покое. Хотя бы так.

— Позволь им хоть иногда видеться. Прошу. Они же близнецы. Они не смогут друг без друга, — она умоляла. А что оставалось? Она готова стерпеть любые унижения, лишь бы её малыши были в порядке.

— Хорошо, раз в полгода и на неделю. Довольна? — устало произнёс Арсений Геннадьевич.

— Более чем, — Холодно произнесла Василиса Дмитриевна и гордо направилась к выходу. Арсений всегда восхищался этой женщиной: гордая, смелая, безукоризненная. Она всегда напоминала ему кошку — вроде и милая, нежная, гладится, но тут же выпускает клыки, вгрызаясь в самую душу. Мужчина думал, что будет идти с Василисой рука об руку со школьной парты до гробовой доски. А тут вон оно как вышло.

— Фамилию она оставит мою, — тихо заговорил мужчина, чем заставил Василису остановиться с протянутой к двери рукой. — И расходы по её содержанию я тоже возьму на себя.

Она молча вышла из кабинета, а он со стоном опустился в кресло.

И ведь Василиса была права, она всегда была верна мужу, но он, как истинный мужик, послушал «друга», вместо той, что боготворила его, а иногда и молилась.

Знали бы они, что весь разговор двое рыжих близняшек сидели у двери и все слышали.

Одиннадцать лет спустя.

Переезд никогда не был простой задачей.

Но она не переезжала, она скорее возвращалась в родные пенаты. После пяти лет в Военной Академии имени Кутузова дом казался таким родным и притягательным местом, после казарм родная комната была ещё красивее, а счастливая улыбка мамы заставляла забыть о пяти годах разлуки.

Вообще, попасть в академию для такой, как Ярослава, было весьма сложным делом.

Слабым там нечего было делать, а с астмой на нервной почве — подавно.

Но Ярослава смогла. Оббегала множество больниц, получила все справки, сдала все вступительные нормативы с отличием и через год уже входила в элитную пятёрку академии.

Ривз — Командир группы, но для малышки Яры он был лучшим другом Ваней, «Мамочкой» их группы.

Бес — химик-подрывник и отличный доктор, «Папочка», просто Олег.

Край — отличный стрелок и снайпер, а ещё охренительный хакер, старший братик для несносных девчонок, или просто Дима.

Майки — эффектная блондинка. Раскрыть все её тайны у Яры не получилось за пять лет совместного проживания. Немногое, что все же удалось узнать, это то, что Алекс идеально владеет рукопашным боем.

И, наконец, малышка Яра — младшая сестричка, что отхватила от всех по паре качеств, и не всегда хороших…

Она, конечно, обещала быть послушной, но никто не обещал, что школа выстоит.

И вот, рыжая бестия Ярослава стоит перед воротами элитной школы, где ей придётся учиться ближайший год.

По привычке облизнув штангу с левой стороны губы и поправив кожаные шорты, Яра направилась в желтое здание школы.

Она чувствовала, что проблем будет много. Девушка привыкла доверять своей интуиции, поэтому была крайне осторожна.

Прямая спина; тихая, почти кошачья, походка; и капюшон, скрывающий верхнюю часть лица.

Посетив директора и получив расписание, рыжая направилась в кабинет на третьем этаже.

Беззвучно открыв дверь, как и учили в академии, она вошла.

Её не заметили. Вообще. Н-да, ходить тихо — это круто! Но иногда девушка бесилась, что пока она сама не покажется, её не увидит никто.

Яра тихо покашляла, и класс, вздрогнув, посмотрел на новенькую.

Учитель как-то скептично её осмотрел. Ладная фигурка, высокая, рыжие пышные волосы, которые видно даже из-под капюшона, и колечко в носу.

— И кто ты? — спросил молоденький учитель. На вид не больше двадцати семи, а накачен покруче некоторых парней из академии; белая рубашка идеально выделяет грудь и кубики. Она невольно залюбовалась. Но парней в академии было столько, что очарование этого индивидуума долго не действовало, а за пять лет в качалке она насмотрелась вдоволь.

— Новенькая, — безразлично ответила девушка, неловко переминаясь с ноги на ногу. Сейчас ей казалось, будто в спину целится сразу несколько готовых к бою винтовок, и от этого хотелось скрыться за ближайшим укрытием. Нда, от военной выправки пора избавляться.

— Имя, — учитель изогнул густые темные брови и положил на стол мел, обращая все свое внимание на новенькую.

Услышав знакомую команду, Ярослава выпрямилась и чётко произнесла:

— Романова Ярослава… — но вовремя остановилась, вспомнив, что больше не в академии. Она чуть не произнесла имя командира отряда. Чуть… Проблем было бы много, как и вопросов. Она собиралась сохранить в тайне последние пять лет.

Учитель усмехнулся.

— Что ж, Романова Ярослава. Добро пожаловать в одиннадцатый «А». Я, — он ткнул себя пальцем в грудь, — Руслан Григорьевич, твой классный руководитель. Садись на свободное место, — она двинулась к последней парте первого ряда. — Э, красавица, капюшончик сними. Яви миру личико.

— Нахрен надо, — меланхолично ответила девушка, быстро глазами отыскивая наиболее выгодную позицию для осмотра местности.

— Ещё одна Романова на мою голову, — он сокрушённо покачал головой с короткой стрижкой, поворачиваясь обратно к доске, дабы продолжить урок.

Его слова заставили девушку остановиться. Ещё один Романов? Неужели…

— Руслан Григорьевич, — приторная улыбка в стиле Майки возникла на её губах, — а не подскажете ли вы, где этот самый второй Романов?

— Да в параллельном он, у них сейчас математика. На первом этаже, девятый кабинет, а зачем…

Говорить не было смысла, она уже умчалась в указанное место: слишком сильно ей хотелось увидеть родные серые глаза…

Все в классе сидели ошеломленные поведением новенькой: зашла, пренебрежительно сказала пару фраз и исчезла.

— Ах ты, скотина рыжеволосая! — Яра ураганом влетела в указанный класс. Учителя не было, а вот знакомые серые глаза она увидела сразу, только он не узнал. Обидно.

— Че, Романов, девок ночью не тянешь, так они днём приходят? — насмешливо произнёс брюнет с задней парты, захохотав над своей шуткой. Остряк, чтоб его.

Сам Романов сидел ни жив, ни мертв и не мог понять, что за сумасшедшая влетела в класс и обвиняет его в невесть чем.

— Пасть прикрой, мудло диплоидное, — Яра смотрела чётко в глаза обидчику. И что за борзая детина решила тут самооценку за ее счет поднять?

Все замерли: такого на их памяти ещё не было. Бугай поднялся и стал двигаться в сторону новенькой. Не добро так двигаться. Ничего хорошего это точно не сулило.

Гора мышц почти вплотную подошла к девушке.

— Че сказала? Повтори!

— Со слухом траблы? — Ещё не зная, на что нарывается, отвечала Яра.

— Скотина! — Бугай замахнулся, а Ярослава уже представляла, как сломает ему руку. Удобная позиция. Выгодное время. Схватить запястье, нырнуть за спину и с силой потянуть до победного щелчка.

Но удара не было, руку перехватили на лету, а перед её глазами была широкая спина.

— Не жизнь, а сплошное разочарование: только собралась человеку руку сломать, а оно вон оно как, — печально вздохнула Романова. — Ну, я вижу, вам есть, о чем поговорить, — она вышла из-за широкой спины и похлопала по их плечам; и если спасителю этот удар показался нежным, то нападающему, как кирпичом съездили, — а мне надо разобраться с одной рыжей сволочью…

И направилась прямиком к парте, за которой сидел её брат и быстро моргал глазами, ибо то, что произошло сейчас, было нонсенсом. Странная девица что-то от него хочет, нахамила Игнату Маркову (а эту гору мышц боится большая часть школы), и его лучший друг заступился за незнакомку, лица которого даже не видел, ведь капюшон был натянут до носа.

Девушка хлопнула по столу, привлекая внимание брата.

— Кто ты? — наконец смог вымолвить Романов-старший, пытаясь разглядеть хоть что-то под тканью капюшона.

Рыжая сразу поняла, что выглядит дурой. Ну ниче, и не такие траблы были. Играть — так до конца.

Незнакомка привычным жестом облизала штангу в губе, этот жест был знакомым, и было в этих губах что-то родное.

А потом он пригляделся к самой бусинке и узнал её — эту штангу он сам покупал для сестры и дырочку для неё колол тоже сам, а потом полчаса успокаивал рыдающее рыжее создание, но оказалось, что она просто издевалась над ним.

— Ярка? Ярочка? Ярусик! — вскочил он, но было поздно: девушка уже начала свою игру.

— Вот так, да? Вот так? Не узнал, скотина рыжая! Не узнал! Родились в один день! — сокрушалась Ярослава. — Родинки одинаковые на заднице, в форме галочки, кстати, а он не узнал!

Она повернулась к Романову спиной, закрыла лицо руками и начала демонстративно громко всхлипывать, потряхивая плечами.

Он лишь закатил глаза. Конечно, Рос понимал, что сестра придуривается, и сейчас за всхлипами маскирует громкий смех.

— Ярка, харе выё! Я не знал, что ты приедешь!

— А если бы ты за полгода хоть раз позвонил мне, то узнал, что обучение окончено и я возвращаюсь! — она повернулась и Романов увидел слёзы. Он ненавидел, когда сестра плакала, особенно, когда из-за него.

— Ну прости меня, любимая. Я не специально, — он протянул к ней руки и крепко обнял.

Если до этого класс был в немом шоке, то после этого «любимая» и объятий они просто выпали в осадок. Вот такого одиннадцатый «Б» точно никогда не видел!

— Вид двадцати двух шокированных лиц сравни моральному оргазму, — пробормотала рыжая и обняла брата, а он стянул капюшон, и миру явился высокий рыжий хвост и чистые серые глаза.

— Ты нос проколола? — хмуро осведомился Ростислав, восстанавливая в памяти почти стертые временем черты: скулы заострились, щечки чуть впали, в глазах — огонь преисподней.

— Успокойся, братка, я ещё пару татушек набила, — улыбнулась Яра.

— Неугомонное создание, — простонал Романов и, наконец, отпустил сестру.

— Ярка-доярка. — Девушка с половиной красных волос и половиной чёрных заржала в голос. Яра посмотрела на обидчицу, как на клопа.

*POV Ярослава*

Нда, я, конечно, знала, что пирсинг это круто, но твою мать, на ней это выглядело убого! Губа в трех местах проколота и нос, ё-мое, что за чудовище стоит передо мной?!

Я выжидающе посмотрела на близнеца, что прижимался к моей спине грудью, через плечо.

— Эвелина. — Тихо подсказал Ростислав, с улыбкой уложив подбородок на мое плечо.

— Эвелина, — повторила я, ну чисто для нагнетания обстановки, и рифма сразу пришла, — Эвелина, у тебя свиное рыло! — со вздернутым вверх указательным пальчиком продекламировала я.

И в который раз населяющие этот класс людишки уронили челюсть.

Хе-хе, братишка тихо угорает в сторонке. Кстати, те парни все ещё стоят на месте. А брюнетик ниче себе такой, милашка: глазки голубые, реснички густые.

Я влюбилась! Поверили? Три «ха-ха» четыре раза! Насмотрелась я на такие мордашки в академии.

Мне не нашли, что ответить, а брат под шумок увел меня, предварительно кинув брюнетику: «Ник, мы в столовку, закончишь — найдёшь нас».

Столовка тоже оказалась на первом этаже, выглядела вполне уютно: большое помещение, столы на четыре человека и огромный буфет со всякими вкусняшками. Рос взял себе чай и печеньки, а я булочку со сгущенкой и сок.

Мы смеялись на всю столовую, вспоминая наше детство: улей в комнате сварливой мачехи Роса, и её вопли… Ну не зря у меня к диверсии всегда тяга особая была. В академии пригодилось. У нас как-то одна девка крысила и воровала наши крема и тому подобное.

Немного крема для депиляции — сразу после кражи и обнаружили злостную воровку, и добрили ей остатки волос.

Ростик долго смеялся. Дружеская атмосфера. Вот бы мы всегда были вместе, а не какую-то гребанную неделю раз в полгода.

— Яра, пообещай мне кое-что, — как-то через чур серьёзно проговорил Ростислав, даже отложив еду.

— Смотря, что ты попросишь…

— Яр, не дерись, пожалуйста! — он накрыл мою ладонь своей. — Я знаю твой взрывной характер, и то, что ты сразу в драку лезешь, а тут такого не допустят. Мы, наконец-то, вместе, а если ты будешь дебоширить, тебя могут исключить, — он нервно сжал мою руку, а я переплела наши пальцы в ответ.

— Обещаю, — чуть тише проговорила я и широко и задорно улыбнулась, намекая, что, как бы, такие вещи не от меня зависят.

В столовку вошёл тот самый брюнетик, оглядел помещение и целенаправленно пошёл в нашу сторону.

— Фуф, там Эвелина бесится, орет, как чёрт, не затыкается, все странную рыжую девку обвиняет. Ты б извинилась, — вот херло наглое! Мало того, что сел с нами, так ещё и просит, чтоб я перед этой куртизанкой извинилась?! Ни-за-что!

Я демонстративно игнорировала его, а этот Никита, как объяснил Рос, не сводил с меня голубых глазенок. Красивые они у него, себе, что ли, оставить?

В академии учили анализировать противника, и это уже как-то само собой происходит: дорогие часы, фирменные спортивные штаны «Adidas» и той же фирмы красная толстовка, в принципе, смотрится нормально, но, не моё…

— Ты б хоть «спасибо» ради приличия сказала, — насмешливо сказал брюнетик, утаскивая у Ростюши печенье.

— Слышь, шлюшка адидасовская, — уже на этой невинной фразе глаза у него округлились, а Рос почти сполз под стол, задыхаясь от беззвучного хохота, — ты б прежде, чем новую девку кадрить, следы пребывания старой стер, — я провела рукой по нужному месту на своём лице, в районе подбородка, у него на том же месте была помада. Ярко-красная. Полюбе этой Эвелины. Буэ-э!

Парень принялся лихорадочно стирать помаду с того же места, чем вызвал новую волну хохота у нас с Росом.

— Ладно, бро, пошла я, у меня ж, вроде как, урок. Надо с классом познакомиться, — я коварно усмехнулась: уже предвкушаю, как буду подкатывать к этому Руслану и буду издеваться над учениками. А вот тут мне Бес поможет, бомбы-вонючки будут очень кстати.

Ростислав, улыбнувшись, обнял меня и прошептал на ухо, что если что — он всегда со мной, и я со счастливой улыбкой на лице отправилась на урок биологии.

Но, судьба — сука коварная, поэтому, как только я вышла из столовой, мне на встречу двинулась Эвелина с какой-то брюнеткой. Мне кажется, или этих брюнетов слишком много развелось?!

Я хотела спокойно пройти мимо них, но куда там! Эвелина остановилась и загородила своей жопой весь проход.