Читаем Подонок в моей постели (ЛП) онлайн бесплатно
Подонок в моей постели (ЛП)
Моя жизнь — это музыка. Я живу и дышу ею. На следующей неделе меня ждёт работа моей мечты: игра на виолончели в Бостонском симфоническом оркестре. Наконец-то мой отец может гордиться мной, и я… Ну, у меня будет моя музыка. А потом я встретила Дилана — всегда грубого татуированного подонка. Он совершенно не похож на тех, с кем я была раньше. Едва ли одна ночь сможет причинить мне боль. Но иногда, играя с огнем, ты обжигаешься. Переводчик:Іра Калитенко Редактор: Мария Джейн Вычитка: Лела Афтенко-Аллахвердиева Оформление: Иванна Иванова Обложка: Мария Суркаева
Романы / Современные любовные романыAnnotation
Моя жизнь — это музыка. Я живу и дышу ею. На следующей неделе меня ждёт работа моей мечты: игра на виолончели в Бостонском симфоническом оркестре. Наконец-то мой отец может гордиться мной, и я… Ну, у меня будет моя музыка.
А потом я встретила Дилана — всегда грубого татуированного подонка. Он совершенно не похож на тех, с кем я была раньше. Едва ли одна ночь сможет причинить мне боль.
Но иногда, играя с огнем, ты обжигаешься.
Переводчик:Іра Калитенко
Редактор: Мария Джейн
Вычитка: Лела Афтенко-Аллахвердиева
Оформление: Иванна Иванова
Обложка: Мария Суркаева
Перевод группы: http://vk.com/fashionable_library
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.
Рэй Линн Блэйс
Подонок в моей постели
Оглавление
Рэй Линн Блэйс
Аннотация.
Глава первая.
Глава вторая.
Глава третья.
Глава четвёртая.
Глава пятая.
Глава шестая.
Аннотация.
Глава первая.
Мне не нравится «All About That Bass», но эта песня очень приставучая.
Александра… Алекс поставила белый коктейль передо мной, прежде чем скользнуть на табурет и стукнуться нашими бокалами.
Я глотнула бодрящее прохладное вино.
— Спасибо.
— Пожалуйста.
Послушав припев звучащей композиции, я спросила:
— Что это за песня?
— О, Рейчел, — её светлые кудри подпрыгивали в такт с энергичным качанием головы. — Ты должна бросить Чайковского и взяться за Трейнор (прим.: Meghan Elizabeth Trainor — американская певица, автор-исполнитель и продюсер).
Я улыбнулась. Прошлый девичник был две недели назад, и подруга сказала мне: «Отложи Стравинского и подхвати Sia».
— Я не против музыки. Просто, когда не играю классику в школе, я практикую её дома.
Там нет комнаты для любого другого звука.
— Ты расслабляешься с тишиной — не с радио. Знаю.
Я ухмыльнулась.
— Я начинаю думать, что мы разговаривали об этом раньше.
Она морщит нос.
— Один или два раза; это обычно, когда я пытаюсь порекомендовать тебе группу.
Теперь я чувствую себя плохо из-за того, что отвергаю её рекомендации, потому что слишком занята или не заинтересована.
— Как насчёт того, чтобы ты сделала плейлист для меня? И я обещаю, что послушаю каждую песню по дороге по крайней мере один раз.
Вместо улыбки печаль затуманивает её дерзкие черты:
— Я буду скучать по твоему высокоинтеллектуальному музыкальному вкусу. Обещай звонить и говорить по-снобски со мной хотя бы раз в неделю. Или, ещё лучше, по скайпу.
— Обещаю, — я проталкиваю комок в горле глотком вина и осматриваюсь вокруг.
Алекс предложила бар: небольшое местечко с восторженными отзывами, но не слишком выставленное на показ. Кирпичи на стене были расписаны в белый цвет, декор изящный, в бежевых и чёрных тонах; и встроенное освещение обеспечивает обширную атмосферу, но, к счастью, большой толпы в четверг не наблюдалось. Сегодня наш последний день перед тем, как я прыгну в самолёт в понедельник утром, чтобы начать новую жизнь. Последний девичник с Алекс, и кто знает, как долго он будет последним, и я хочу его запомнить.
— Я не буду очень далеко, — напоминаю для нас обеих. — Это Массачусетс, а не Монголия.
— Это правда. По крайней мере, мне удалось выдернуть тот огромный прибор между твоих ног в прошлый раз.
— Алекс, — я зашипела, оглядываясь на ближайшие столики. К счастью, несколько соседей были больше сфокусированы на своём опьянении, чем на нашем разговоре.
Парень, сидящий один в кабинке далеко от нас, бросается в глаза. Его голова низко опущена, поэтому всё, что я вижу, — это лохматые чёрные волосы и плотно облегающая футболка, которая демонстрирует татуировки по всем его массивным бицепсам.
Он не мой тип, но я всё ещё смотрю на него. Не могу перестать пялиться. Он намного сильней, чем мужчины, с которыми я проводила время прежде. Артисты с нежными ручками, которые не поднимали ничего тяжелее, чем их смычок. Этот парень мог бы легко поднять меня. Мог бы перекинуть через плечо, если бы захотел.
Я не совсем уверена, почему меня это так захватывает.
— Ты заслуживаешь немного смущения после своего отказа мне в «Bean Town».
Я заставляю свой взгляд вернуться обратно к Алекс и её вишнёво-красным губам.
Начав играть с ножкой своего бокала, я говорю:
— Это работа, не отпуск.
Я посмотрела назад на татуированного парня, надеясь увидеть его лицо, но официант принёс бокалы для напитков на соседние столики, заблокировав мой обзор.
Алекс вздыхает.
— Это ещё хуже, потому что ты не вернёшься через неделю. Ветреный город будет лопаться без тебя.
— Что-то подсказывает мне, что ты выживешь просто отлично, — я шучу, но слова имеют угрюмый подтекст. Большинство вещей, которые я делала за пределами кампуса и за пределами моей квартиры, были непосредственно из-за того, что она ныла, чтобы я больше выходила. Я думала, будет больше времени после выпуска, чтобы ощутить связь и исследовать город, но я здесь, готовая покинуть его. Я не жалею о своей преданности делу. Получить шанс играть в Бостонском симфоническом оркестре — это осуществлённая мечта, но я не могу избавиться от ощущения, что всё же чего-то не хватает в жизни. Чего-то, что я должна была сделать, но так и не сделала. Если бы было больше времени…
Официант закончил подавать на стол, и именно сейчас высокий парень в бейсболке, надетой задом наперёд, наклоняется в сторону татуированного парня, чтобы дать ему пять.
— Это всё вина твоего отца, — голос Алекс звучит резко.
— Хм? — я отвела взгляд от плохого парня и осушила половину бокала, когда Алекс повторила своё заявление. — Он просто хочет лучшего для меня.
Это правда, но это только половина истории. Вся история заключается в том, что он подавлен выбором моей профессии. Он так и останется подавленным, если только я не смогу доказать ему, что достаточно хорошая виолончелистка, которая может заработать себе достойное имя.
Я рисую завитки на испарине от моего пальца на бокале. В животе завязались узлы, когда вспомнилась постоянная критика отца.
— Я должна была взять один из студенческих кредитов, а не позволять ему платить за обучение. Может быть, так бы заработала его уважение.
— Вероятно, нет.
Я сделала один большой глоток напитка.
— Теперь ты видишь, почему это хорошая возможность для меня — получить работу в бостонском оркестре, — бьюсь об заклад, что татуированный парень не должен отвечать властному родителю. Бьюсь об заклад, что он никому не отвечает. Бьюсь об заклад, что он сам контролирует людей вокруг себя.
Если бы он командовал мною, я была бы не против. Каково будет той женщине, которая позволит ему это делать?
Я придерживаю голову кулаком и вздыхаю.
— Ты в порядке?
Мои щёки загорелись, будто она может читать мысли.
— Ага. Просто ты знаешь всё. Это большая перемена. Но я хотя бы буду играть.
Алекс выдавливает больше лайма в пиво.
— Да, но какой ценой?
Прямота её взгляда расстраивает меня.
— Я предпочитаю думать об этом как об отображении своего будущего. И не оставлю всё на растерзание судьбе.
Например, мою карьеру или любовь. Это лучше, чем, ну, скажем, переспать с незнакомцем в баре. Особенно с сильным, разрисованным и контролирующим свою жизнь красавцем, как этот в задней части бара.
Я украдкой бросила ещё один взгляд и… Бинго! Я наконец увидела его лицо.
Боже, его лицо…
Теперь, когда я вижу его, не уверена, что когда-нибудь смогу отвернуться. Оно поразительное. Оглушающее. Необыкновенно красивое.
Его глаза как на картинке, челюсть и нос выглядят сильными. И его рот совершенный, губы полные, но не по-девичьи. Они грех и секс, но то, как он ухмыляется из-за чего-то в своём телефоне, так по-мальчишески. Это тот вид рта, на который я могу пялиться часами, смотреть, как они формируют слова и скользят в улыбку. Вид уст, чувствующихся хорошо, когда целуешь, и ещё лучше, когда посасываешь их, и, Боже, ох, Боже, спорю, что он сосёт внизу так хорошо, что не нужно будет потом использовать вибратор.
Откуда, чёрт возьми, это взялось? Я не ханжа, но иметь грязные мысли из-за мужчины в баре не в моем стиле.
Это признак стресса, вот и всё. На мой взгляд, прекрасный татуированный парень является олицетворением случайных встреч без дальнейшего продолжения отношений. Это другая дорога — дорога, которую я не принимаю. Поправка: не хотела бы принять. На него приятно смотреть, но кроме этого мы, вероятно, только дисгармонируем.
Большое дело.
Меня влекло к нему лишь потому, что, хоть и довольна своим выбором и планами, я не могу перестать задумываться о том, что могло бы случиться.
Да. Это определённо оно.
Но что, если мне больше, чем просто любопытно.
Я делаю другой большой глоток вина и задаю вопрос, на который никто не может ответить.
— Думаешь, я делаю ошибку?
Алекс колеблется.
— Думаю, ты знаешь, чего хочешь. Ты самый управляемый человек, которого я когда-либо встречала.
— Но?..
Она посмотрела вокруг, как будто слова плавают где-то слева от моего лица.
— Но это чувствуется финальным решением. Надеюсь, что это то, чего на самом деле хочешь ты, а не твой отец.
— Это так. А если не то, я не уверена, чем вообще это может быть.
— Тогда ты определённо не делаешь ошибку, — она не сможет узнать, как уверенно прозвучала, но я цепляюсь за её утверждение. — Но, прежде чем уедешь, ты должна хотя бы хорошенько трахнуться.
Я рада, что не пила, потому что выплюнула бы вино.
— Ты такая неприличная. Почему я беру тебя в общественные места?
— Эй, это ты та, кто практикует фингеринг (прим.: англ. Fingering — действие пальцами — это способ достижения полового возбуждения при воздействии пальцами на наружные половые органы, клитор, влагалище или на задний проход). Часами, я могла бы добавить.
— Это из-за музыки, — я смеюсь больше от вина, нежели от смущения. — И мне ничего не нужно. Кроме того, даже если бы я хотела с кем-то переспать, не смогла бы, потому что никто меня не привлекает.
Кроме него.
Мой взгляд метнулся обратно к татуированному незнакомцу, сидящему в тёмной кабинке. Его большая рука обхватывает бутылку ладонями, когда он медленно подносит её ко рту и сильно глотает. Будет ли его ладонь сильной, а запястье твёрдым, когда он пробежится своим прикосновением по моей…
— Почему бы тебе не поговорить с ним?
— С кем? — к чёрту её наблюдательные голубые глаза.
— С высоким, тёмным и вкусным прямо там. Не притворяйся, что ты не знаешь, о ком я говорю. Ты рассматривала его с тех пор, как мы пришли сюда. И я одобряю! Он один… Ты одна…
Мысль о разговоре с ним вызывает странное трепетание внизу живота, что мне определённо не нравится. Или нравится. Я не совсем уверена.
— Забавно, я думала, что сижу со своей подругой Александрой и провожу качественно наше девчачье время перед тем, как уеду.
Я распрямила и вновь скрестила ноги, чувствуя беспокойство и нужду.
— Тебе нужно получить его прежде, чем ты уедешь. Одно последнее «ура», прежде чем стать реально ответственным взрослым на остаток всей жизни.
Я не могу.
Или могу?
Я осматриваю тему нашей дискуссии и отмечаю его кожаную куртку, которая переброшена через будку рядом с ним, и на джинсах парня жёсткую цепь, прилегающую к ноге и видимую под столом. Он так противоречит моему консервативному стилю. Как бы мы смогли когда-нибудь подойти друг другу?
Что-то подсказывает мне, что он точно знает, как сделать вещи подходящими. И стиль действительно не проблема, когда никто не носит одежду.
Потрясённая своими мыслями, я качаю головой, надеясь убрать нежелательные грязные идеи прочь.
— Не ура. В любом случае он не мой тип.
— Что это? Волнение?
— Я обдумываю.
Она закатила глаза.
— Бесчувственная.
— Он не хороший парень. А мне нравятся хорошие парни, — парни, которых одобрил бы отец.
— Ты пытаешься убедить меня или себя?
— Я не пытаюсь никого убедить. Я констатирую факты. Мне нужен мужчина, который понимает, что я занимаюсь музыкой часами в день и что у меня не будет времени лебезить перед ним. Моя карьера идёт в первую очередь. Он также должен быть респектабельным и ответственным.
— И волнующим, — она повторила с ухмылкой.
— Совместимым.
— Скучно. Мы ищем мистера Прямо-Сейчас, а не мистера Безукоризненность, Рэйчел. Одна ночь с кем-то, кто не входит в твой женоподобный лист и не будет намерен удерживать тебя от мечты.
Она попала в точку. Как и всегда. Но мужчина как он… Я слегка наклонила голову в его сторону.
— Он просто такой…
— Идеальный подонок?
Идеальное описание.
— Ага, — слово звучит непривычно мечтательно и с нотками вожделения. Я встряхнула себя. Вся эта дискуссия слишком глупа. И слишком соблазнительна. И уж слишком плоха для идеи. — Нет. Я не смогу.
Она наклонила голову:
— Время для грязных подробностей. Сколько прошло с того времени, когда у тебя был секс в последний раз?
Я завертела конец своего хвоста и вытянула его на ключице. Прошло почти два года.
— Может, я храню себя для брака?
Алекс фыркает:
— Тогда ты должна быть девственницей, а я-то знаю, что ты трахалась по крайней мере с двумя парнями.
