Читаем Пленница миллиардера онлайн бесплатно

Роберт

Покупаешь самую дорогую эскортницу, а она ещё и опаздывает. Ненавижу непунктуальность. Сижу в самом дорогом номере Москвы уже пять минут. Да, в Эмиратах обслуживание лучше.

Снимаю пиджак, сажусь в кресло. Наконец, слышу, как кто-то прикладывает карточку к двери номера и заходит. Быстро проходит и хочет открыть дверь в спальню. Говорю:

— Стой, где стоишь!

Девушка замирает.

Совсем договор не читала? А мне только начало нравиться это агентство. Все анализы в норме, знают мои правила, посылают только тех, кто не успел переспать со всеми подряд. Новеньких, но опытных. А эта, видимо, ничего не знает. Вижу ее силуэт через дверь. Стоит, ждёт. Велю ей:

— У двери лежит повязка. Завязывай глаза.

Слышу, как она неуверенно копошится. Повязку что ли не может найти? Или завязать трудно? Мне начинает это надоедать. Зачем они прислали мне такую глупую шлюху, которая даже мои правила выучить не может, не ценят самого богатого клиента?

— Я завязала, — наконец, слышу ее голос.

Выхожу в прихожую и смотрю на неё.

Брюнетка, хотя в анкете была блондинка. Перепутали? Но я не злюсь: девушка неплохая, стройная, грудь небольшая, как мне нравится. Губы красивые… Не сильно разукрашена. И отличается от других. Давно не видел таких: как будто сама невинность, хорошо играет. Хотя девственниц я не заказываю, мне не нужна лишняя морока. И то положение, в котором я предпочитаю, девственницам не подходит.

Девушка стоит, мнётся, потирает руки. Обычно я прям тут велю раздеться и сразу связываю руки за спиной и уже потом веду в кровать. Но на этот раз меняю привычный сценарий. Говорю ей:

— Дай руку и иди за мной.

Неуверенно протягивает руку, хочет что-то сказать, но передумывает, и правильно, болтливых не люблю. Когда касаюсь ее руки, замечаю, какая она холодная. Вспоминаю дурацкую поговорку, где-то слышал: руки холодные — сердце горячее. И что с ней не так, это только я за руку взял, а она вся как будто сжалась. Боится меня? Знала же, куда идёт.

Веду и разглядываю ее. Представляю, как сейчас она разденется, я завяжу ей руки, пожалуй, ноги не буду, поставлю на четвереньки, войду в нее сзади, и уже почему-то планирую вызвать ее в следующий раз, хотя обычно мне это не нравится: трахать одну и ту же несколько раз.

Подвожу ее к кровати. Чувствую у меня в штанах уже все наготове. Как интересно: она ещё даже не раздалась, а я уже возбуждён. Приказываю:

— Раздевайся.

В комнате приглушённый свет, но я хорошо вижу, как вспыхивают ее щеки. Что с ней? Я ее первый клиент? Такие у меня были раньше, но они безропотно подчинялись, и даже наоборот, отдавались порой так, как уже более опытные не умеют.

После паузы начинает быстро говорить:

— Я понимаю, что это эротический триллер, но мне обязательно сейчас раздеваться? Можно без этого обойтись?

— Ты договор читала? Со мной запрещено разговаривать.

Меня одновременно и злит, и смешит эта ситуация. Злит, потому что в паху становится неприятно от недостатка места, а она все ещё одета. И смешит, потому что первый раз вижу, как девушка по-настоящему смущается и волнуется. Не знал, что эскортницы это умеют.

— Ты начинающая? — спрашиваю спокойно.

— Да… Я только начинаю карьеру…

Зло усмехаюсь. Карьеру она начинает. Трахаться с богатыми — карьера? Хотя если посчитать, сколько я заплачу за одну ночь… Многие эти деньги и за всю настоящую «карьеру» не заработают. Ничего против такой работы не имею. Сам предпочитаю только таких, знающих своё место. Для снятия напряжения очень удобно: чистые и красивые девушки, знающие свою «работу».

А вот эта не знает, что нужно делать.

И мне начинает это надоедать, второй раз за вечер решаю нарушить свои правила: помогу ей раздеться. Она в водолазке и юбке, так хорошо подчёркивающей ее бедра. Подхожу и тяну молнию вниз.

Хватает меня рукой.

— Что вы делаете?

А вот этого я точно не потерплю. Я не позволяю шлюхам ко мне прикасаться без разрешения. Рычу на неё:

— Стой смирно, я помогу тебе раздеться!

— Нет! — отпихивает меня, отстраняется и снимает повязку с глаз. Блядь. Не ожидал такого. Стоит и смотрит на меня испуганно. Зато я готов убить.

— Ты что делаешь? Договор надо читать перед встречей, если ничего не знаешь! После такого тебя уволят.

— Извините, я передумала, я не буду сниматься в вашем фильме, — отвечает и направляется к двери. Догоняю и преграждаю дорогу. Ни одна девушка не уходила от меня так: чтобы я остался здесь с таким стояком один? Хотя понимаю: секс уже не получится. Она сняла повязку. Видела меня. Это не в моих правилах. Видеть девушек должен только я, а они просто делают то, что мне нужно.

Но я все равно не хочу ее отпускать, говорю:

— Ты никуда не уйдёшь!

— Пропустите меня… Я же сказала, фильм…

— Про какой, блядь, фильм ты говоришь?

У неё начинают капать слёзы из глаз. Какая нежная. Мне неистово хочется взять и завязать ей глаза обратно, потому что терпеть не могу плачущих женщин.

Начинает рассказывать:

— Милана сказала, что здесь проходит кастинг, что я должна буду прийти и делать все, что вы скажете… Но я не думала, что надо раздеваться. Я не могу…

В голове начинает проясняться. Вспоминаю. Милана — это именно та блондинка, которая должна была сегодня прийти. Мне присылали ее фото, посмотрел мельком. И это не та девушка, что сейчас передо мной, точно. Значит, Милана не пришла и послала вместо себя подругу? Бред какой-то, так никто никогда не делал, против правил, ее уволят, если уже не уволили.

Спрашиваю:

— Как тебя зовут?

Девушка прекращает плакать и смотрит мне в глаза, отвечая на вопрос:

— Меня зовут Алиса.

— Значит, ты не эскортница?

Алиса округляет глаза, смотрим так, как будто поражена до глубины души.

Я все больше себе поражаюсь: меня не претит от ее взгляда. Наоборот, даже нравится смотреть в ее глаза. Необычные: яркого серого цвета. Никогда таких не видел: может, это линзы? Даже думаю: как хорошо, что она сбросила повязку: не увидел бы эти глаза. Сам себя одёргиваю: какая разница, какого цвета глаза, раньше меня это нисколько не интересовало. Мне больше нравилось смотреть, насколько упругие ягодицы и какая грудь… какой вид сзади на четвереньках.

— Нет, что вы, я актриса. Начинающая, — отвечает, наконец.

— Фамилия? — спрашиваю.

Смотрит недоверчиво, но все-таки говорит «Одинцова».

— Ты думала, что здесь проходит кастинг фильма, серьезно? — усмехаюсь.

А она опускает глаза в пол.

— Значит, начинающая актриса, сколько тебе лет?

Видно, что ей не хочется больше отвечать на мои вопросы. Но все-таки процеживает сквозь зубы:

— Мне двадцать два. Могу я теперь уйти?

Улыбаюсь.

— Постой секунду.

Ищу свой пиджак и достаю визитку. Протягиваю ей:

— Обращайся ко мне по любому вопросу. Если нужно, могу и фильм для тебя снять.

Она сжимает губы, морщит лоб, отвечает:

— Спасибо, не надо.

Пытается пройти, но я хватаю ее за руку и вкладываю визитку в руку. Она поспешно уходит, визитку все-таки забирает. Отмечаю: руки у неё теперь тёплые.

Сажусь в кресло, зажигаю сигару. Мой ритуал после секса — а в этот раз пришлось без него.

Из головы не выходит. Что в ней такого? Обычная простушка, каких много. Думала сняться в эротическом триллере? Поверила Милане и явилась в номер отеля. Кто вообще устраивает кастинги в отеле?

Притворяется или, правда, такая наивная?

Чем-то она меня зацепила. Алиса Одинцова, значит. Почему мне кажется, что она может быть горячей штучкой, когда разденется, хоть и выглядит простенько.

Пусть пока идёт домой, знаю точно: мы еще встретимся.

Алиса

Я почти бегу из этого отеля, даже в пустом лифте оглядываюсь. Мне страшно, что он догонит меня, затащит в номер и заставил раздеться. Что дальше — не хочу представлять.

От его властного металлического голоса до сих пор мурашки. «Раздевайся».

Я не из пугливых и робких. Я так думала. А перед ним дар речи потеряла. Не могла сразу оттуда уйти? Зачем только надела повязку?

Хотя в повязке было не так страшно. Когда я его увидела, стало хуже.

Высокий, в деловом костюме, с накаченными мышцами, видно. Небрежная щетина на лице.

Понятно — точно не режиссёр. Скорее, с такой внешностью ему самому можно в фильмах сниматься. Старше меня лет на десять-пятнадцать, наверное. Но при этом возраст придаёт ему только больше мужественности.

Я не могла больше секунды выдержать его взгляд… Смотрел так, как будто я его собственность. И как будто все в мире принадлежит ему. Он сильно напугал меня.

Сегодня я поняла, что значит выражение «раздевает глазами». Вот он меня раздевал. И ещё демонстрировал свою эрекцию… Или не демонстрировал, просто я заметила, когда он перегородил мне дорогу и схватил за руку. Мне бы улепётывать оттуда сразу же. А я стояла, послушно на вопросы отвечала. Что за гипноз?

Какая же гадина эта Милана. Не ожидала от неё такого.

Подошла ко мне вчера.

— Алис, я знаю, что ты давно ходишь по кастингам, ты же училище театральное заканчивала? Не хочешь на один сходить, знакомый организует? Фильм 18+, но платят очень хорошо. Необычный формат. Зайдёшь и сделаешь все, как говорят.

Ага. Блин, вот дура, что повелась. Про Милану разные слухи ходили. Мы с ней раньше вместе работали в кафе. Зарплата у нас небольшая. А у неё стали появляться дорогие шмотки, телефон, машина. Потом и вовсе работу бросила. Разное про неё говорили: про богатого папика, про то, что спит за деньги, но я не верила.

Милана иногда заходила поболтать, я думала, что мы хорошие знакомые, в общем-то, я верила, что она хорошая девчонка. А она меня так подставила.

Пытаюсь отдышаться. Теперь все хорошо. Я уже еду на метро домой, и больше со мной таких неприятностей не случится. Надо разучиться доверять людям.

В тот миг я ещё не знала, что мои неприятности только начинаются и что я буду ещё не раз стоять с завязанными глазами перед тем мужчиной.

Роберт

Не знаю, в чем дело. Может оттого, что это первый раз так: девушка меня завела, и я ее после этого не вы*бал.

Может, потому что она оказалась не той, кем я представлял. Не знаю.

Только вот теперь я не могу выкинуть из головы эту Алису.

Идёт серьёзное совещание с партнерами. Нужно принять важное решение: продавать акции или придержать ещё на некоторое время. А в голове эта девушка, которая так и не разделась.

Когда она вышла из номера, первая мысль была — догнать и вернуть. Потом успокоился: не мой метод, если захочу — никуда от меня не денется.

И вот теперь я хочу. Даже не знал, что во мне может проснуться настолько сильное желание обладать кем-то. Раньше даже особого внимания не обращал на анкеты шлюх, которые должны были прийти. Какая разница? Все красивые более или менее. И ощущения одни и те же. Главное — проверенные чтобы были, без зараз.

После совещание в кабинет заходит помощник.

— Вот все сведения о девушке, про которую вы просили узнать. Все, что удалось, извините, немного. Он кладёт папку на стол.

Машу рукой — знак оставить меня одного. Выходит.

Открываю папку, и мои глаза сразу застывают на фотографии. Алиса улыбается, смотрит куда-то в сторону. Необычная красота, вчера не показалось. Притягивает взгляд, не искусственная кукла.

Алиса Одинцова — значит, не соврала. Кто же говорит незнакомцам настоящее имя и фамилию? Наивная или глупая.

В прошлом году окончила актерское училище в Москве, ни в каком театре сейчас не числится, в фильмах не снимается, по кастингам ходит часто. Значит, мечтает стать звездой.

А ведь я могу ей в этом помочь.

Пробегаю глазами дальше.

Отец Алисы погиб в автокатастрофе семь лет назад.

Живет с дядей и его семьей… Микуниным Станиславом Викторовичем. Странно, что фамилия другая. Неродной дядя? Да, вижу: с ее отцом были двоюродными братьями. Сирота, значит, отсюда и амбиции?

Задумываюсь на секунду. Микунин, где-то я слышал эту фамилию. Ищу на своём компьютере, нахожу нужный файл. А вот это уже интересно, знакомая личность. Как удачно, что это ее дядя…

Улыбаюсь, в моей голове зреет беспроигрышный вариант развития событий. Алиса ещё пожалеет, что ушла вчера из номера и оставила меня с нереализованным желанием. Теперь одной ночью ей точно не отделаться.

Алиса

До Миланы не могу дозвониться: как будто сквозь землю провалилась. Ладно, придётся просто забыть эту историю, хотя не получается: когда иду по улице, постоянно оглядываюсь, и даже сейчас, дома, чувствую необъяснимую тревогу.

В комнату заходит тетя Вера:

— Алис, посидишь сегодня вечером с Пашкой? У тебя же выходной сегодня.

— Простите, теть Вер, нас сегодня всех с кафе посылают работать на благотворительном вечере…

— Ужас, совсем вас без выходных оставляют. Ладно, попрошу соседку.

Тетя Вера выходит из комнаты.

Становится неудобно, хотя я знаю: она не злится на меня. Обычно я никогда не отказываюсь: мне очень жалко тетю Веру и дядю Стаса, у их сына, Паши, серьёзное заболевание, он не может ходить, и ему постоянно требуется присмотр.

И я ещё на их шею свалилась после смерти отца.

Но благотворительный вечер, на котором я должна буду подавать бокалы богатым гостям, тоже пропустить не могу: можно заработать десятку сразу.

Владелец кафе, итак, меня туда обычно не берет, а сегодня отправил помогать.

Заработаю — принесу домой. Смогу ещё немного походить по кастингам. Хотя, признаться честно, я уже начаю отчаиваться: никто не даёт мне роли. «Мы вам перезвоним». Ненавижу эту фразу. Чем я им не подхожу? Что во мне не так?

Я была бы рада и маленькой роле для начала. В груди жалобно щиплет: как же не хочется опускать руки и сдаваться. Я обещала самой себе стать известной и успешной актрисой, и я ей стану, чего бы мне это ни стоило.

У меня трясутся коленки, когда среди гостей благотворительного вечера я вижу того человека, который неделю назад собирался меня раздеть. Ещё и Наташа, другая официантка, шепчет на ухо:

— Ты не представляешь, кто это, я чуть не умерла, когда подходила предложить ему шампанское.

— И кто это? — спрашиваю шёпотом.

Наташа начинает громко верещать:

— Ты с какой планеты? Роберта Шевцова не знаешь? Он один из самых богатых людей не только в России, но и в мире. Ума не приложу, что он здесь делает, в списках нет.

Смотрю на неё недоверчиво, может, она с кем-то его перепутала? Вряд ли самому богатому человеку нужны девушки, которые спят с ним за деньги… Хотя откуда мне знать?

Сглатываю, он смотрит прямо на меня.

Бросает в жар от этого взгляда, лучше бы я посидела сегодня дома с Пашкой. Этот Роберт наверняка меня узнал, и что мне теперь делать?

Я пытаюсь собраться, чтобы нормально обслуживать гостей. Только жалоб на работе мне не хватало.

Наташа подходит ко мне с потерянным видом:

— Ну, ты и проныра, ты что знакома с Шевцовым?

— О чем ты? Нет…

— Он просил подозвать тебя.

— У меня много работы.

— Иди. Ты что, быстро, нельзя заставлять гостей ждать, — говорит другая девушка, которая услышала наш диалог.

Я набираю воздуха побольше и подхожу к нему. Мы на благотворительном вечере. Не съест же он меня при всех?

Первый со мной здоровается:

— Здравствуй, Алиса.

Я вздрагиваю: ещё не забыла этот голос. Сейчас он говорит тихо, но ощущается все так же: как будто он отдаёт приказ, у меня мурашки бегут по коже.

— Здравствуйте, будете шампанское? — пытаюсь играть свою роль.

Он улыбается.