Читаем Письма С (СИ) онлайн бесплатно

Table of Contents

Письма С

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

За кадром I

За кадром II

Глава 6

За кадром III

Интерлог

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Annotation

Хорошо иметь цель. Не обманывать себя присутствием судьбы, а брать коня за рога, творить свою жизнь по собственному разумению. И ты герой, победитель, знаешь себе цену, любишь своё отражение в зеркале... до тех пор, пока не наткнёшься на то, чему плевать на твои планы, мечты и цели, крутизну характера и силу воли; камень, о который ломаются все косы - случай.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

За кадром I

За кадром II

Глава 6

За кадром III

Интерлог

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Письма С Глава 1

Гуль. Сотый апрель

Холод заставил гуля проснуться и заворочаться под плащом. Прислушался к телу: спину не грело, вместо лучей тепла в одежду стучался крупный песок. Стало быть, костёр погас, а ночью поднялся западный ветер. Теперь надо найти в себе силы и сесть. Нашёл. Сел. Протёр рукавом экран браслета. Семь утра. Дозиметр бесновался, стрелка нервно металась между отметками 150 и 175. Сойдёт. Осмотрелся: следов на песке нет, да и навряд ветер оставил бы их надолго. Снаряжение, слава Создателю, на месте. Да разве и могло быть иначе? На много вёрст вокруг нет ни единой живой двуногой души, и неизвестно, когда это изменится.

Взвалил на себя мешок. До чего же тяжёлый! Но просто так ничего не выбрасывается, как бы трудно ни было идти. Можно даже сказать, что чего-то не хватает, совсем малого: всего лишь винтореза, или... винтовки Гаусса, вечного ядерного микрореактора и упаковки игл — штук, эдак, сотен пять. Ага, и про автономную медсестру не забыть. Но всё это меркнет рядом с блестящим хромом на солнце, урчащим автомобилем.

Мысли нагло оборвались писком датчика движения. Из-за небольшого радиуса действия сенсор на открытой местности был скорее красивой бирюлькой на поясе, чем жизненно необходимой вещью. И как можно было прозевать приближение врага?

— Так, без паники — шепнул себе, — впереди никого нет, и если только там не сидит работорговец или рейдер со стелсом, то враг у тебя за спиной.

Гуль держал темп шага, не прибавляя и не замедляя. Ещё немного, и поравняется с небольшим валуном. Есть! Резко повалился набок, налету стягивая с плеча ружьё. Обернулся вокруг своей оси так, чтобы упасть на бок лицом к противнику. Никого... странно. Снял сенсор, потряс и постучал им по прикладу винтовки.

— Пф, всё-то ты меня от врагов стережёшь.

Впереди замаячили какие-то пятна. Из-за колыхания воздуха не разобрать, что именно встанет вскоре на пути: пригород, лесок, простые холмы, или же там вовсе ничего нет, и пустыня дразнит путника очередным миражом. Спустя час ходьбы загадочные объекты не особо приблизились, но их стало больше — теперь длинная гряда пятен застилала горизонт от края до края.

Вообще, хорошо бы идти ночью, а не днём. Под алым солнцем пустыня прогревается до адской сковороды, а зрение шутит злые шутки. Когда температура воздуха поднимается до определённой отметки, земля начинает казаться мокрой. И так — куда ни посмотри. Поначалу делаешь десяток шагов в надежде дойти до этой зеркальной поверхности. Но сколько бы ни шёл, она всегда будет на том же расстоянии, что и раньше. Да и сам пройденный путь не чувствуется. Если местность без примечательных ориентиров, то так и кажется, будто находишься на небольшом пятачке земли, который плывёт по стеклянному морю, а сам ты, хоть и переставляешь ноги, на самом деле не сдвигаешься с места.

Упёрся в два ряда невысоких холмов. Потрогал один из них, расковырял — земля рыхлая, значит, ходы не совсем старые. Взобрался повыше и осмотрелся. В версте на восток была рощица, через которую проходила ещё одна гряда таких же сопок. Немного севернее они смыкались. Хотя нет, скорей всего это развилка, и одна из землероек немного отклонилась от курса. Дальше, к югу, трассы всё больше и больше расходились.

Браслет подсказал, что до наступления темноты осталось чуть больше четырёх часов. Можно было бы заночевать и в роще, но не хочется терять время. Когда гуль бродяжничал по северному и западному секторам в зимний сезон, можно было спокойно менять распорядок дня. Днём, пока греет солнце — спать, а ночью — идти по своим делам. Конечно, в тёмное время суток выше шанс нарваться на неприятности, но схема всё же удобная.

Сейчас такой план не пройдёт. Ночью температура падала, так что спать было временами прохладно, а идти — в самый раз. Но гуль не стал бы спать в степи днём. Он видел, что из этого получается. Что на открытой земле, что в небольшом вырытом углублении — беспощадное солнце найдёт и поджарит. А если хватает глупости перед сном хряпнуть чего-нибудь алкогольного — что ж, тогда можно больше ни о чём не беспокоиться. Кровь попросту закипает в неподвижном теле, вены закупориваются, вздуваются под кожей, и всё тело окрашивается тёмно-синими пятнами. Видал уже трупы гладкокожих, но с гулями, наверное, расцветка немного другая.

А ведь он помнил мир до войны, вернее помнил какие-то фрагменты из далёкого прошлого — расплывчатые, как детский сон. Но в этих воспоминаниях были зелёные растения, а небо не отливало спектрами красного. Он понимал, что память его не многим надёжней кустарного самопала, но воспоминания о такой жизни грели душу.

Цепь курганов давно осталась позади. Время шло, тени от шагающего путника и редких сухих кустиков постепенно удлинялись. К вечеру на равнинной пустоши появились фонящие воронки немалых размеров. Вполне возможно, что здесь упали перехваченные боеголовки, но вот кто был отправителем, а кто получателем такого дара — неизвестно. За все эти годы ветер старательно выровнял края и засыпал дно, поэтому при желании тут можно устроиться на ночлег.

Уровень радиации хоть и не критичен, но всё ещё опасен для человека. Что ж, дополнительная страховка от непрошеных гостей не помешает. Скиталец выбрал воронку поглубже, где не так сильно задувал ветер, пристегнул сенсор к воротнику и положил бренную голову на вещмешок.

Иногда на старика что-то находило. Накрывало волной тоски и безнадёжности. Нестерпимо захотелось отмотать время назад. Нет, не ради перемен, простой человек не смог бы изменить ход истории и предотвратить чистки. Но ему захотелось вновь стать человеком, оказаться среди таких же людей, побывать в лесу, искупаться в реке. А когда начнётся война — погибнуть от радиации, а не стать ходячим недоразумением, не влачить жалкое существование в качестве живого трупа, даже без возможности нормально ходить. Не видеть той разрухи, что оставила после себя война, не наблюдать моральное вырождение человечества, не прятаться от людей, у которых в просушенных радиацией головах не осталось ничего, кроме насилия.

Ветер посыпал гуля волной пыли, тот накинул капюшон, укутался в плащ и через небольшую щёлочку уставился на алую луну, желая поскорей окунуться в мир грёз и увидеть желанный сон. Где-то там, в прошлом, осталось нечто важное, и это нужно найти — жизненно важно. По щеке начала сползать одинокая слеза и исчезла в глубоких морщинах и трещинах лица.

***

Ноль . Вместо пролога

Из двери вышла девушка и назвала моё имя.

— Я!

Пожалуй, слишком резво вскочил. Нужно держаться уверенней. Молодая симпатичная секретарша жестом приглашает войти в кабинет. Женщина из тех, что показывают в кино: стройная, приветливая, опрятно одетая, вежливая. Даже в кресло усадила. От её запястий повеяло чем-то сладким, изысканным и нежным, когда склонилась через моё плечо и положила тонкую папку с парой листов на массивный деревянный стол.

— Добрый день, — из бокового кабинета выкатился круглощёкий мужчина лет сорока, — нет, не вставайте! Надеюсь, вам удобно? Вот и отлично. Желаете чего-нибудь выпить?

— Э-э-э... нет, спасибо.

— Ну же, я очень надеюсь, что разговор не будет скоротечным. Чай, кофе?

— Спасибо, я... — отказываться, глядя в эти глаза, излучающие радушие и дружелюбие, сталось выше моих сил, — просто воды, пожалуйста.

— Отлично! — мужчина колобком пролеветировал к своему месту, уселся. Несколько мгновений просто с улыбкой смотрел на меня, будто собираясь поделиться интереснейшей сплетней, затем обратился к секретарше, всё ещё стоящей за моей спиной, — Наденька, принесите молодому человеку воды со льдом.

Снова молчание. По виду толстячка нельзя сказать, что он ждёт каких-то вопросов, но и сам молчит. Отвожу взгляд, разглядываю книжные полки, томики в коже с тиснением, постеры в духе «Третьей войны не будет!». Молчание затягивается, так что мой интерес распространяется на узоры обоев и ровность их стыков.

Опять этот аромат, и передо мной появился высокий, слегка запотевший стакан.

— Спасибо.

— Благодарю, Наденька. Если мы задержимся, принесите нам чаю.

Такое чувство, будто не совсем туда зашёл. Почему он молчит?

Лысый побарабанил пухлыми пальцами по столу и глубоко вдохнул. Я поставил почти опустошённый за один глоток стакан и приготовился внимать.

— Скажите, вы догадываетесь, почему оказались здесь сегодня?

— Потому что... две недели назад я заполнил анкету? — отвечаю неуверенно-вопросительно.

— Угум. На какую должность вы претендовали?

Неужели зря выходной потратил? Не первый раз вижу такие роскошные кабинеты. Девчушки с длинными ресницами и короткими юбками приветливо улыбаются, а «менеджер по персоналу» после пары стандартных вопросов предлагает распространять продукцию сомнительного качества. И начинается всё как раз с мутного предложения по телефону, без каких-либо деталей по вакансии. Затем вот это. Насколько возможно, что такая контора шифруется под крупную фирму? Дерзко, но чего только не встретишь в наше время.

— Честно говоря, я и сам толком не понял, просто заполнил пункты, которые смог, и забыл на следующий день.

Сейчас начнёт затирать про жизненные приоритеты, правильное мышление...

Колобок в кресле поступил не по шаблону. Широко заулыбался, показывая мелкие, ровные белоснежные зубы.

— Всё верно. Анкета — всего лишь повод для знакомства. Итак, вы игрок?

— Вроде того. Нравится поиграть.

— Как называется последняя игра, в которой вы зарегистрировались? Вы ведь играете и в онлайн игры?

— Да, недавно запустился один проект, GF.

— Сколько в среднем времени вы проводите в игре?

— Обычно около двух часов. Но бывает... и больше.

Каждый мой ответ толстячок помечал в компьютере быстрым щёлканьем по клавишам.

— Скажите, а какое это...

— Имеет отношение к работе? — закончил за меня розовощёкий и заулыбался ещё шире, — дело в том, что наше предложение — не совсем работа. Но я практически уверен, что вам понравится идея. Вы когда-нибудь видели это?

Он наклонился и достал из-под стола шлем с наушниками и непрозрачным стеклом. Немного отличается от тех, что вечно мелькают на рекламных панелях.

— Кажется, это очки визуализации.

— Верно! — толстяк даже подпрыгнул в кресле от радости и хлопнул ладонью по столу, — ещё один вопрос, и я перейду к самой сути. Но для начала распишитесь вот здесь.

Он указал на папку, которую секретарша положила передо мной в самом начале.

— Это простая формальность, расписка о неразглашении. Всё, что вы узнаете в процессе, должно остаться секретом.

Мудрёно как-то, ну да ладно, от меня не убудет, где там крестик рисовать?

— Отлично! Итак, последний вопрос: вы когда-нибудь слышали о тестерах нашего оборудования?

Задумался, отрицательно покачал головой.

— Значит, вот это — розовощёкий потряс подписанным мной листом и засмеялся — и правда имеет силу. Итак, к сути.

Он встал, заложил руки за спину, принялся расхаживать от стены до стены, изредка останавливаясь и поворачиваясь ко мне лицом.

— Наша компания разрабатывает всевозможное оборудование для компьютеров, игровых консолей, портативных приставок. Около года назад, как вам наверняка известно, мы выпустили прототип очков визуализации, он прошёл успешное бета-тестирование на нескольких несетевых играх. Но прогресс не стоит на месте! Из-за нерасторопности монополия может быть оспорена и часть рынка сбыта — утеряна. Кроме того, мы заботимся о пользователях и допускаем к продаже лишь тщательно проверенную продукцию. Однако, иметь достаточное количество штатных сотрудников для контроля всей разрабатываемой продукции — слишком расточительно даже для нашей компании. Именно поэтому нам требуются люди, подобные вам, то есть любители поиграть.

Кто-то сказал, что есть такое хорошее правило: не доверять болтунам. Хотя надо отдать должное, заливал он красиво, с интонацией. Мягко жестикулировал, доверительно заглядывал в лицо, паузы делал. Интересно, я мог бы так дурить?

— Мы будем предоставлять оборудование, а от вас потребуется лишь приятно проводить время и раз в неделю встречаться с нашим консультантом, чтобы дать устный отчёт о работоспособности оборудования. Несмотря на безобидную должность, которую занимают наши тестеры — колобок перестал вышагивать, снова уселся в кресло, и лицо его посерьёзнело, — соблюдается полная конфиденциальность, а её нарушение может повлечь неприятные административные меры. Вы можете отказаться прямо сейчас и забыть об этом разговоре, или же ознакомьтесь с контрактом по сотрудничеству. В случае, если вас что-то не устроит...

Он достал из ящика стола толстую пачку бумаг, едва помещающуюся в папке, и, навалившись на стол, придвинул ко мне.

Выражает мысли он весьма логично, но сами условия немного... странноваты, мягко говоря.

Допил воду и взял контракт. Колобок снова расплылся в довольной улыбке.

— Не торопитесь, читайте вдумчиво. Если что-то станет непонятно, сделайте пометку карандашом, мы вместе всё разложим по полочкам. Не буду вам мешать.

Я остался в пустом кабинете. Почему-то не спешилось изучать содержание. И почему бумага? Вся эта макулатура уместилась бы в одном текстовом файле. И это ведущая компания в сфере высоких технологий? Корпорация с мировой сетью?

Ладно, дяденьки, леший с вами.

«Настоящее соглашение... »

***

Олег. Ставки

Человека определяет власть. Прежде всего, власть над самим собой. А там уже проще пойдёт: владеешь собой — владеешь окружающими. Законы физики сломать сложнее. Прежде всего, потому что с детства в людей утрамбовывают неверное представление о мире. Ты пытаешься сломать что-то всё равно исходя из старых представлений, а это что-то всё равно подчиняется некоторым правилам — не тем, что ты знаешь, но всё же правилам. Можно научиться летать, но нельзя, к примеру, научиться дышать углекислым газом. Не в этой форме, по крайней мере.

Нельзя стать выше вселенной, но даже того, что достигаешь сейчас, вполне достаточно, чтобы быть довольным собой. Ведь ты уже поднялся на дюжину ступеней выше обычного человека.

Разумеется, всё это было не самоубеждением. Самоубеждение плохо работает, так как подразумевает возможность оспорить что бы то ни было. Это констатация осознанного уже явления.

Следующим действием было открыть внутренне зрение. При — открыть.

— Полумеры? Давай на все деньги, иначе смысла нет.